А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Среда обитания" (страница 22)

   – Хотелось бы узнать подробности, – заметил инвертор с кривой улыбкой. – Гуманный – это как?
   – Это когда в измельчитель суют, – охотно объяснил я. – Легкая смерть, мгновенная, а после – путешествие к червям, и ты уже переработан на компост. Ну, а другой вариант… он действительно не очень.
   – В смысле?
   Я покосился на него, вздохнул и молвил:
   – Помнишь, ты расспрашивал, зачем ловят крыс? Так вот, они нужны не только Лиге Развлечений.
   Кажется, Дакар был потрясен – во всяком случае, он замолчал надолго. Дело понятное! С крысами он уже познакомился, а значит, мог представить вариант, который не очень. Не очень гуманный и не очень быстрый. Я сорок лет без малого по куполам скитаюсь и навидался всякого, наемником был, и обром, и Черным Диггером, а скольких на компост отправил разрядником и пулей, не перечесть. То есть перечесть, конечно, можно, но счет я потерял на пятой сотне, лет четырнадцать назад. Но за всю свою бурную жизнь я послал к крысам лишь одного человека, гранда Лиона из Химических Ассоциаций. Хоть и мерзавец был, а жаль! Лучше бы я его сжег или скамейкой придавил… Скамьи в его резиденции были тяжелые, из серого гранита…
   Коридор тянулся бесконечно, под ногами – то твердый камень, то подозрительно мягкий грунт с зияющими ямами. Такие же норы были в стенах и потолке, и пахло из них чем-то незнакомым. Точно не крысами и не манки, но я опасаюсь всего, с чем прежде не встречался, – процесс знакомства может быть болезненным. По этой причине я панцирь не снимал, а слушал ухом и прикладывал ладони, пока не уловил журчание воды. Даже не журчание, а гул – труба проходила совсем поблизости, и воду качали так, будто собирались выкупать сотню джайнтов. Но джайнты, конечно, были ни при чем.
   Время полива… Воду берут на плантацию, много воды, а это значит, что там растут фруктовые деревья, либо площади полива велики, десять или даже двадцать квадратных километров. Но вблизи тоннелей Третьей трейн-станции мне такие латифундии не вспоминались, да и с грушами-сливами я ничего подходящего припомнить не мог.
   Мы двинулись дальше и вскоре разглядели дыру, проделанную в стене, – круглую в сечении, почти в человеческий рост, но не имевшую к человеку никакого отношения. Не ведаю, какая тварь тут поработала – запах, как и прежде, был мне незнаком, – но ход, открывшийся за дырой, тянулся в нужном направлении, то есть к водному коллектору.
   Поразмыслив, я решил рискнуть. Баллон огнемета был наполовину пуст, но, с учетом разрядника и моего «ванкувера», схватку с крысами мы бы выдержали. И хоть я не имел понятия о существе, пробившем ход, оно казалось не страшней крысиной стаи.
   – Иди за мной и посматривай назад, – велел я Дакару, и мы нырнули в темное отверстие.
   Нору проложили в мягком, но хорошо утрамбованном грунте – ноги не вязли, и с потолка ничего не сыпалось. Шли согнувшись, и ствол огнемета, повинуясь взгляду, то и дело утыкался в стены, пока я не выключил реактант, бесполезный в этом замкнутом пространстве. Запах по мере продвижения вперед ослабевал, и это вдохновляло – во всяком случае, мы не приближались к существу, прорывшему тоннель. Если не считать сопения Дакара и гула воды, который делался все слышнее, здесь царила тишина. Кое-где попадались пятна светяшейся слизи, и, прикоснувшись к одному ладонью, я ощутил покалывание, словно от слабого электрического тока.
   – Крысиная дыра… – пробормотал инвертор за моей спиной.
   – Нет, – откликнулся я. – Тут постарались не крысы.
   – А кто?
   – Не знаю. Но тварь здоровенная, и лучше с нею не встречаться.
   Справа замаячил цилиндрический бок водяной трубы. Такие коллекторы, как и воздуховоды, облицовка трейн-тоннелей и многое другое, сделаны из практически вечного тетрашлака, который ни киркой, ни разрядником не прошибешь. Воду закачивают из глубин, с водоносных горизонтов, питающих Ледяные Ключи, и потому труба холодна и влага конденсируется на ее поверхности. Возможно, хозяин норы ползал сюда на водопой? Разумная гипотеза – ход примыкал к трубе на всем ее протяжении.
   В бинокулярах полыхнуло розовым – мы приближались к источнику тепла. Я сдвинул очки на лоб, всмотрелся и невольно ускорил шаг. Передо мной была мозаика из шестигранников, прозрачных и сиявших ровным светом, таким знакомым и родным… Кристаллитовые блоки, из которых собирают купол! Труба пронизывала их, исчезая в выпуклой светящейся стене, а ход отклонялся вправо и огибал ее.
   – Что там такое? – спросил Дакар. – Берлога фирмы «икс»?
   – Нет, латифундия. Рабочий купол, в котором, я думаю, что-то выращивают. Осмотрим его, сориентируемся.
   Если глядеть сквозь кристаллитовый блок, все кажется мерцающим, озаренным золотистым туманом; контуры размыты, очертания искажены, размеры предметов увеличены, будто рассматриваешь их через огромную линзу. Но кое-что разобрать удается – тем более если представляешь вид за кристаллитовой стеной.
   Как я и думал, там шеренгами тянулись деревья, но не плодовые, а с толстыми зелеными стволами, расходившимися на несколько отростков, искривленных у ствола и направленных вверх. Ни листьев, ни ветвей; только эти мясистые отростки, ребристые, угловатые, усеянные шипами. Их оплетала паутина, серый ковер из множества слоев, наброшенный поверх растительности и уходивший в глубину до нижних, самых массивных отростков. В земле виднелись полусферы распылителей с бьющей из них водой, а паутина, как и положено, кишела пауками – небольшими, размером с кулак, совсем непохожими на чудищ из Керуленовой Ямы. Они были юркими и постоянно двигались, выпуская тонкие длинные нити, отсвечивающие серебром.
   – Кактусы! Очень похоже на кактусы, – с сомнением произнес инвертор, всматриваясь в пейзаж под куполом. – Кактусы и пауки… Что это значит, Крит?
   – Мы у плантации «Пармы». Это одна из Компаний Стволов, производящая шелк, ткани из шелка, фантики и обертки. Самые лучшие и дорогие.
   – Шелк? Из паучьих нитей?
   – Да. Натуральное и очень ценное изделие.
   – А кактусы зачем?
   – Эти колючие столбы? Не знаю, партнер. Слышал только, что паукам-шелкопрядам необходим особый корм. Может быть, они их едят?
   – А что такое Компании Стволов? Чем они занимаются?
   Его любопытство было неистощимо.
   – Делают предметы быта, – пояснил я. – Мебель, посуду, украшения, одежду, раздаточные автоматы, косметику, голографические проекторы. Друг с другом не воюют, но часто ссорятся с поставщиками – металлы им нужны, и пластики, и разные виды армстекла. Природное сырье – хитин, шелк, перламутр, дерево – получают со своих плантаций. Таких, как эта. – Я хлопнул ладонью по сияющей шестиугольной пластине.
   Мы направились обратно к тоннелю, шагая вдоль округлого бока водяной трубы. Дакар замолк – видно, по своей привычке, раскладывал новые сведения в голове; гул воды затихал с каждой секундой, пока не превратился в негромкое журчание. Кроме него, слышался лишь шелестящий звук шагов.
   Я был доволен. Теперь я знал, где мы находимся: за плантацией «Пармы» лежало несколько сельскохозяйственных зон, а по другую сторону тоннеля, ближе к линии на Вилс и Варш, – рабочие купола Первой Алюминиевой и фирмы «Норк-Скай», изготовлявшей авиетки. За ними, километрах в трех, но на том же уровне, располагалась промзона «Двойного „эф“», которую я мог прослушать – причем с близкого расстояния, если коридор, которым мы шли, куда-нибудь не вильнет. Но он тянулся в нужном направлении, вперед и вверх.
   Мы вылезли из норы и отшагали положенное число километров. Правая половина тоннеля была каменной, но левая стена, потолок и пол состояли из рыхлой породы, испещренной круглыми дырами и ямами. Диаметр их был таким же, как в проходе, ведущем к плантации «Пармы», и, вероятно, их оставило одно и то же существо. Или существа – не исключалось, что этих тварей здесь целая сотня.
   Я не стал снимать броню, а только прижался к холодной каменной стене ухом, щекой и ладонями. Схема этого участка вспомнилась во всех подробностях: метров шестьсот – шестьсот пятьдесят до купола «ФлайФайра» и подходившей к нему трейн-линии; вверху, слева и справа – зоны других компаний, со своими транспортными ветками, своей мелодией, включающей шорохи, шелесты, скрипы, лязг и гул. Зафиксировав мысленно эту картину, я слушал больше двух часов, пытаясь уловить вибрации тоннелей, которым в ней не находилось места. Я не услышал ничего – в смысле ничего внушающего подозрения. Все перевозки шли в обычном темпе и по известным каналам: сырье – в промзоны, а из них – продукция, где реже, где чаще, с периодом от двадцати минут до часа. Период зависел от размеров куполов – в тех, что побольше, есть собственные склады, а из малых стремятся побыстрее отгрузить товар.
   Итак, ничего! Может, ничего от фирмы «икс» сюда не поставлялось? Может, транспортный тоннель прорыли там, откуда звук не долетит и не докатится вибрация? Нашли какой-нибудь древний бурильщик, прорыли ход, соединили его не с линией на Вилс и Варш, а, предположим, с той, которая на Кив и Пагу или же в Сабир… Вопрос, куда глядели втэки, но это уже не ко мне, с этим будут разбираться Йорк и Конго. Конечно, если я что-нибудь найду… Не здесь, так в других коридорах или в других куполах, в тех же Киве и Сабире…
   – Крит! – Вопль Дакара вывел меня из задумчивости. – Крит, ты только посмотри!
   В голосе его слышался ужас. Обернувшись, я машинально нащупал в поясе газовую гранату, выдернул ее и замер, уставившись в потолок. В нем, позади нас, зияло отверстие, откуда свесил голову гигантский червь. Тело – розовато-белое, с пульсирующей плотью под тонкой кожицей, пасть – огромная, круглая, точно в размер человека, башка – безглазая, и хоть он нас не видел, но определенно ощущал. Реакция на влагу и тепло, как у большинства подземных тварей… И, как все они без исключения, эта была голодной. С чего бы ей иначе пялиться на нас?
   – Вот это фишки к пиву! – произнес Дакар, поднимая разрядник. Очередная загадочная фраза, а за ней – еще одна, уже ко мне: – Снести ему башню, капитан?
   – Не стреляй! – Схватив инвертора за руку, я потянул его в глубь коридора. С незнакомым чудищем такой величины лучше разойтись по-мирному – если, конечно, удастся.
   Не удалось. Согнув кольчатое тело под прямым углом, червь стремительно выползал из норы и раздувался, заполняя коридор; голова его моталась туда-сюда, роняя комья светящейся слизи, пасть вытягивалась, сжималась, и в глубине ее что-то поблескивало. Внезапно он рванулся в нашу сторону, тонкая яркая игла пронзила воздух, ударила в мой плечевой щиток, и я остался без правой руки. То есть рука, протез и «ванкувер» были на месте, но я не ощущал их и даже пальцем не мог пошевелить.
   Дакар выстрелил, но эта тварь, плевавшаяся молниями, была к ним, вероятно, нечувствительна. Может быть, мне удалось бы сжечь ее, опустошив баллон, или отравить гранатами, а может быть, и нет. Проверять не хотелось, и, пока ноги еще шевелились, я пустился в бегство. Опытный Охотник не вступает в драку и не расходует боезапас, если можно убежать.
   Можно? Или нельзя? Червь выполз из норы и мчался за нами с хорошей скоростью – медленней, чем крыса, но быстрее манки.
   – Догонит, – пропыхтел инвертор. – Не подпалить ли его? Вдруг испугается!
   Хорошо бы подпалить, да хватит ли огня? Эта тварь весила побольше крысы и была безмозглой – ею, как всеми червями, руководил не инстинкт, а лишь ненасытный голод. Нельзя подпалить и испугать, можно только сжечь дотла.
   Кровообращение в моем предплечье и искусственных мышцах протеза восстановилось. Я стиснул кулак, разжал пальцы и зашептал слова благодарности двум покойникам-ублюдкам – тому, с которого снял броню, и второму, который оставил меня без руки. Есть моменты, когда природное хуже синтетического, и нынче был как раз один из них.
   Раздался треск, над головой прошелестела молния. Мягкий грунт сменился камнем, замаячили в стенах трещины да расселины, а потом – узкий проход, явно пробитый человеком, полуметровой ширины и в высоту – по грудь. Я подтолкнул к нему Дакара и полез следом. В трех случаях из четырех такие щели ведут в убежища, и мой инстинкт подсказывал, что я не ошибаюсь.
   Ход резко повернул и сделался выше и шире.
   – Остановись, партнер, – вымолвил я, подбрасывая к потолку световой шарик. – Можем отдышаться. Здесь ему нас не достать.
   Дакар прислонился к стене и пару минут со свистом втягивал и выпускал затхлый воздух, одновременно осматривая коридор, узкий и невысокий, вырубленный вручную – на камне были следы кирки, небрежно заглаженные излучателем. Потом произнес:
   – Электрический червь! Чтоб меня перемололи в кошачий корм! И ведь не то удивительно, что электрический, а то, откуда он здесь взялся! Черви, крысы, пауки и эти клыкастые обезьяны! Откуда? Здесь, в десяти километрах от Поверхности!
   – Тебя что-то удивляет? – спросил я.
   – Удивляет. На такой глубине должны залегать горные породы, базальты, гнейсы и граниты, нечто твердое, плотное и безжизненное. Ну, может быть, какие-то бактерии найдутся, микрофлора в подземных водах, хотя сомневаюсь… А тут – черви, насекомые и даже теплокровные! Нонсенс!
   – Куда приходит человек, туда приходит жизнь, – заметил я, прикладывая ухо к стене.
   Мелодия была привычной: журчала вода в коллекторе, посвистывало в воздуховодах, вибрации трейн-тоннелей периодически сотрясали каменный монолит, но никаких производственных звуков в ближайшем окружении не слышалось. Отметив это и кивнув Дакару, я зашагал вдоль стены, касаясь ее ладонью. Если уж мы попали в этот коридор, стоило исследовать его до конца.
   Проход снова изогнулся под прямым углом и вывел нас в небольшую камеру. Ничем не примечательную – в том смысле, что пол, потолок и три стены были сравнительно ровными, гладкими, без трещин и абсолютно пустыми. В четвертой стене виднелась крышка из позеленевшей бронзы, плотно сидевшая в круглой бронзовой горловине. На крышке – два массивных рычага.
   Некоторое время мы созерцали ее: Дакар – с любопытством, я – с чувством глубокого ошеломления. Среди Черных Диггеров ходили байки о проходах в Штреках, забытых или хорошо замаскированных, ведущих к рабочим куполам или в тайные убежища, полные сокровищ. Я никогда им не верил – точнее, относился со здоровым скепсисом; этих коридоров с кладами никто на моей памяти не находил, а все рассказы и свидетельства, дошедшие с прежних времен, были весьма сомнительны. Враки, честно говоря. Такой уж пачкуны народ – фантазии у них побольше, чем у иных инверторов из Лиги Развлечений.
   – Люк! – наконец произнес Дакар. – Интересно, что за ним?
   «Интересно», – молча согласился я.
   Сообразив, что крышку надо вращать, вывинчивая из горловины, мы взялись за рычаги, но сил не хватило, чтоб стронуть их с места. Штуковина выглядела сущей древностью, наверняка из Эры Взлета или более поздних времен, но удаленных от нас на семь или восемь столетий. Так, во всяком случае, мне представлялось.
   – Не прогреть ли горловину? – предложил инвертор.
   – Хорошая мысль.
   Я несколько раз прошелся огненной струей вокруг люка, вслушиваясь в тихие потрескивания. Мы снова навалились на рычаги, крышка дрогнула и начала вращаться. Она была толстой и очень тяжелой; мы едва удержали ее, но постарались опустить на пол без грохота. С внутренней стороны на ней был какой-то сложный механизм – вероятно, чтобы завинчивать и вывинчивать крышку без физических усилий.
   Мы нырнули в узкий лаз – я впереди, Дакар сзади, – проползли метров пять и очутились в залитом тьмой пространстве. Я подвесил световой шарик и огляделся. Новая камера! Но гораздо больше, с дверью в одной из стен и множеством плотно закрытых шкафов из триплекса – они тянулись по обе стороны от нас ровными длинными шеренгами.
   – Куда мы попали? – спросил Дакар.
   Я уже догадывался куда – о таких местах у Черных Диггеров тоже сложены легенды. И не у них одних – Хинган, который гораздо старше меня, передавал рассказы Кубы, Охотника и своего учителя, и рассказам тем немало лет.
   Впрочем, стоило убедиться, что я не ошибаюсь.
   – Открывай!
   Дакар сдвинул дверцу ближайшего шкафа. Там, упакованные в пластиковые чехлы, выстроились разрядники, но непохожие на те, к которым я привык, более длинные и массивные, с широким раструбом с одной стороны, упором с другой и рукоятями для обеих рук. В других шкафах было пулевое оружие, обоймы, огнеметы, контейнеры с пищей и водой, раскладная мебель, баллончики оттопыровки, световые шары, броня, но тоже отличная от нашей – она закрывала только грудь, живот и спину. Еще висели смотанные канаты, лежал разнообразный инструмент: кирки, лопаты, клинья, ручные молоты и пневматические отбойники – все, что может понадобиться странствующему в Штреках и Отвалах. И все – немного не такое, как вещи, привычные мне. Разница бросалась в глаза не сразу, но стоило приглядеться, и я замечал продукты в непривычных упаковках, метательные дротики со слишком длинными древками, бинокуляры в виде масок, что закрывали все лицо, и осветительные шары величиной с кулак. Я взял один из них, подкинул вверх, но вспышки не произошло – энергия давно иссякла.
   – Не знаю, что ты скажешь, но, по-моему, все тут очень древнее, – произнес инвертор. – Какой-то тайный склад?
   – Да. – Я приблизился к двери и осмотрел ее. – Склад и убежище, в котором можно отсидеться либо покинуть его, скрывшись в Отвалах и Штреках. Такие, я слышал, строились при латифундиях и производственных зонах на случай войны. Давно, в очень-очень старые времена… Сейчас в рабочий купол тяжело проникнуть, но в прошлом, думаю, могли опасаться подземных атак. С помощью машин-бурильщиков, которые мы видели.
   – И в этом случае… – начал Дакар.
   – …люди скрывались тут, – продолжил я, оглядывая камеру. Как-то не верилось, что этот склад, с массой имущества и потайным ходом, устроили для младших партнеров, трудяг с латифундии. Я понимаю, для короля или хотя бы гранда… Тут можно было вооружить три оравы бойцов и прокормить их не одну пятидневку.
   Дакар уставился на свой разрядник, потом на те, что хранились в шкафу.
   – Сейчас таких не делают?
   – Нет. Наши легче и, как мне кажется, мощнее.
   На его губах промелькнула улыбка.
   – Значит, прогресс все же не стоит на месте, что бы там ни говорили! Ну, проверим, что за дверью, партнер?
   Дверь поддалась легко. С другой стороны она была декорирована раковинами, в которые сверху лилась вода, стекавшая в каменную емкость. Перешагнув через нее и затворив дверь, мы очутились в просторном, светлом и высоком полукруглом зале. Более роскошного места я в жизни не видал: стены в серебристом перламутре, балконы с резными парапетами, галерея с ведущей к ней лестницей, светильники из серебра и бронзы, выложенный мрамором пол, а слева и справа – арки меж резных колонн из зеленоватого просвечивающего камня. В полукруглой стене – окна от арки до арки, а плоская украшена шестью панелями: опять же перламутр, раковины и струйки неторопливо текущей воды. Поди узнай, за какой панелью потайная дверца, и есть ли она вообще!
   Дакар повернулся, поглядел на эти украшения и буркнул:
   – Бахчисарайский фонтан… Куда нас занесло? В Эрмитаж или в Лувр?
   – К бизибою, – отозвался я. – Помнишь, я о них рассказывал? Те, у кого патменты в целый ярус, обертки из шелка и куча одалисок.
   – Значит, мы вернулись в Мобург?
   – Нет, партнер. Мы в закрытой зоне.
   «К сожалению», – добавил я мысленно и двинулся к окну.
   В этом мраморно-перламутровом зале мне не довелось побывать, а вот из окон вид знакомый: широкая площадка из выложенных мозаикой камней, в дальнем ее конце – помост для персонального трейна, с одной стороны – стена, что подпирает купол, и бронзовая чеканка – нагие одалиски мчатся на шмелях, с другой – зеленые насаждения, столы и мягкие диванчики, а за ними – бассейн с подогретой водой. Но до бассейна я прошлый раз добраться не успел, сцапал Лиона на диване в зеленях, голым взял, на бабе. Кстати, не одалиска была, натуральная женщина, и очень страстная! Лицо мне расцарапала, пока я Лиона вязал да укладывал его телохранителей.
   Дакар дернул меня за рукав.
   – Что такое закрытая зона? Почему закрытая? От кого? Здесь, смотри-ка, зелень… Бамбук и пальмы? А там кусты с огромными цветами… на клевер похоже, только большие слишком… Настоящие? Не голограмма?
   – Тут все настоящее, – заверил я инвертора. – Это место отдыха и развлечений важной персоны, гранда Бургаса из Химических Ассоциаций. Личный, так сказать, анклав.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация