А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Новейшая история России" (страница 33)

   Социальной базой массовых репрессий 1937 г. становится аппаратно-бюрократическая часть правящей элиты – малограмотный партийный «молодняк» (новое поколение партийных функционеров, сделавшее карьеру в 20-е гг.), желающий полной ясности в партийной политике, жаждущий простых решений сложных проблем, не брезгующий сознательным физическим уничтожением своих соперников, для которых террор становится нормальным методом управления, а повиновение любому приказу свыше – высшей добродетелью.
   Сегодня вполне очевидно, что именно Сталин инициировал и спланировал в масштабах государства чудовищные по своему размаху репрессии 1937 г. По мере укрепления режима его личной власти тональность секретных сталинских директив непосредственным исполнителям становится все более жесткой и конкретной: «Советую приговорить к расстрелу…» Немалую роль в осуществлении преступной репрессивной политики в конце 20-х – начале 30-х гг. сыграл руководитель ОГПУ, нарком внутренних дел Г. Г. Ягода. Он лично возглавил созданное 5 ноября 1934 г. при НКВД Особое совещание, получившее право в административном порядке, т. е. без суда и следствия, ссылать, высылать, заключать в исправительно-трудовые лагеря на срок до 5 лет (в начале 40-х гг. Особое совещание обладало правом не только приговаривать к 25-летним срокам заключения, но и к расстрелу). В соответствии с распоряжением Ягоды от 27 мая 1935 г. возникают широко известные внесудебные «тройки».
   Однако пик массовых репрессий пришелся на 1937 г., когда наркомом внутренних дел стал Н. И. Ежов. По некоторым данным, под его непосредственным руководством было расстреляно около семисот тысяч человек и брошено в тюрьмы и лагеря около трех миллионов. Этот тщедушный, малограмотный партийный функционер, несколько лет заведовавший партийными кадрами, в 1933 г. был назначен председателем центральной комиссии по чистке партии. Спустя два года он был избран секретарем ЦК и возглавил Комиссию партийного контроля. В конце сентября 1936 г. Ежов был назначен Сталиным наркомом внутренних дел, поскольку Ягода оказался не на высоте своей задачи в деле разоблачения троцкистско-зиновьевского блока. «Это замечательно мудрое решение нашего родителя… У Ежова наверняка дела пойдут хорошо», – написал наркому тяжелой промышленности С. Орджоникидзе Л. Каганович. Так и случилось. Чувство собственной неполноценности и потребность в ее компенсации породили в нем особую жестокость. «Ежевичка», как называл наркома Сталин, не брезговал ничем. «Предупреждаю, что буду сажать и расстреливать всех, невзирая на чины и ранги, кто посмеет тормозить дело борьбы с врагами народа», – заявил новый нарком, собрав после своего назначения руководящий состав наркомата. На основе секретного постановления ЦК Ежов узаконил применение мер физического воздействия, исключения не делались даже для женщин и престарелых людей.
   Выступая на пленуме ЦК в июне 1937 г., Ежов утверждал, что «существует законспирированное подполье, страна находится на грани новой Гражданской войны, и только органы государственной безопасности под мудрым руководством И. В. Сталина способны ее предотвратить». Спустя несколько недель ЦК ВКП(б) предложил секретарям партийных организаций на местах взять на учет всех возвратившихся на родину кулаков и уголовников, а наиболее враждебных из них немедленно арестовать и расстрелять «в порядке административного проведения их дел через тройки». Вслед за тем высшее руководство страны потребовало в пятидневный срок представить в ЦК состав «троек», а также количество людей, подлежащих расстрелу и выселению. Обычно в состав «троек» входил секретарь партийного комитета, начальник правления НКВД и прокурор. Все края и области получили разнарядку – сколько людей им следовало арестовать. Арестованных делили на две категории: по первой немедленно расстреливали, по второй заключали на 8–10 лет в тюрьму или лагерь. Но уже с конца августа местные руководители требуют от ЦК увеличить лимиты на репрессии. В результате только по первой категории лимит был увеличен с 259 450 человек еще на 22,5 тысячи. Отнюдь не о стихийной природе «большого террора» свидетельствуют многочисленные акции, осуществленные в 1937–1938 гг. органами НКВД: арест всех немцев, работавших на оборонных заводах страны, массовая высылка «неблагонадежных элементов» из пограничных районов, многочисленные судебные процессы в центре и на местах.
   Генеральный секретарь Исполкома Коминтерна Георгий Димитров 7 ноября 1937 г. записал в дневник, что на обеде у Ворошилова после праздничной демонстрации Сталин сказал: «Мы не только уничтожим всех врагов, но и семьи их уничтожим, весь их род до последнего колена». В «порядке подготовки» к предстоящим в декабре 1937 г. выборам в Верховный Совет первые секретари обкомов и ЦК союзных республик требуют новых санкций на аресты первой категории врагов: белых полковников и генералов, бывших кулаков, троцкистско-бухаринских шпионов, националистов, попов. Уже после выборов Политбюро принимает предложение НКВД об увеличении количества подлежащих репрессиям. И вновь местные руководители просят об увеличении лимита на аресты. С 1 февраля по 29 августа Политбюро утверждает дополнительные лимиты еще почти на 90 тыс. человек.
   Помимо этого составлялись списки высокопоставленных «врагов народа», подлежащих суду военного трибунала. Приговор объявлялся заранее – расстрел. Эти расстрельные списки Ежов посылал на утверждение Сталину, Молотову и другим членам Политбюро. Лишь 12 декабря 1938 г. Сталин и Молотов санкционировали расстрел 3 167 человек. К началу 1938 г. Сталин, видимо, уже считал, что Ежов свою задачу выполнил (тем более что процесс массовых репрессий начал выходить из-под контроля его творца; развязав тотальный террор в стране, власть и сама оказалась под ударом). Сигналом к прекращению массовых репрессий стало постановление ЦК и правительства «Об арестах, прокурорском надзоре и ведении следствия». В нем говорилось о «крупнейших недостатках и извращениях в работе органов НКВД». Постановление ликвидировало «тройки» и требовало производить аресты только с санкции суда или прокурора. Сталин переложил на Ежова и его людей ответственность за все «перегибы и ошибки». 25 ноября 1938 г. новым наркомом внутренних дел был назначен Л. П. Берия. Новый глава НКВД начинает свою деятельность с амнистий. Ежов был обвинен в «изменческих, шпионских взглядах, связях с польской и германской разведками и враждебными СССР правящими кругами Польши, Германии, Англии и Японии», в заговоре и подготовке государственного переворота, намеченного на 7 ноября 1938 г. 4 февраля 1940 г. по приговору военной коллегии Верховного суда он был расстрелян. После сталинской отмашки были расстреляны и некоторые наиболее ретивые партийные функционеры в центре и на местах, которые, подобно П. П. Постышеву, по-прежнему жаждали большой крови.
   Тем не менее до самой смерти Сталина террор остается непременным атрибутом советской системы. Весьма показательна в этом плане записка, отправленная вождем на завод в Коврове во время финской кампании с угрозой расстрелять «всех мерзавцев, засевших на заводе, если там в трехдневный срок не будет налажено производство нового диска для автомата Дегтярева».
   «Большой террор» достиг целей, которые в основном интуитивно возлагались на него сталинским руководством. На руководящие посты выдвинулось более 500 тыс. новых работников, произошло перераспределение власти из рук старой гвардии в руки сталинских выдвиженцев, безгранично преданных своему вождю. Вместе с тем массовые репрессии пагубно сказались на всех сторонах жизни советского общества, прежде всего на экономике и обороноспособности страны. За время «большого террора» были арестованы и уничтожены многие ведущие конструкторы, инженеры, техники. Разгрому подверглась советская разведка и контрразведка. В стране в период с 1937 по 1940 г. сокращается выпуск тракторов, автомобилей, другой сложной техники. Фактически страна была разделена на два больших лагеря: тех, кто был на свободе и кого не затронули репрессии, и тех, кто сидел в лагерях или являлся родственниками осужденных. В процентном отношении вторая группа была более многочисленной.
   «Без тридцать седьмого года, – констатировал маршал Советского Союза А. М. Василевский, – возможно, и не было бы вообще войны в 1941 году. В том, что Гитлер решился начать войну… большую роль оказала оценка той степени разгрома военных кадров, который у нас произошел».

   Глава 8. В годы войны

§ 1. «Большая игра»
   На пути к войне. В 30-е гг. в Европе усилилась международная напряженность. Мировой экономический кризис, обострив внутренние социальные противоречия в ведущих странах Запада, способствовал ухудшению международного климата. Приход 30 января 1933 г. к власти в Германии Гитлера и его намерение сбросить версальский порядок еще более усилили опасность новой войны в Европе. Версальско-вашингтонская система изначально несла в себе семена раздора между победителями и побежденными в Первой мировой войне, побуждая последних к пересмотру несправедливых соглашений. Но эта система стабилизировала международные отношения. Дальнейшее исправление Версальского договора, «угнетавшего национальное сознание немецкого народа», не было истинной целью гитлеровской политики.
   Уже летом 1933 г. на Международной экономической конференции германская делегация потребовала предоставления в распоряжение народа без жизненного пространства «новых территорий, где бы эта энергичная раса могла учредить колонии и выполнять большие мирные работы».
   Убаюканные заверениями Гитлера искать новое «жизненное пространство на Востоке», западные демократии не препятствовали милитаризации Германии. Отдельные британские дипломаты наивно полагали, что Гитлер представляет собой лучшую надежду на мир, чем предшествующие ему менее стабильные правительства. Поощрение действий Гитлера странами Западной Европы и США привело к тому, что в марте 1935 г., односторонне расторгнув военные статьи Версальского договора, Германия ввела в стране всеобщую воинскую повинность, а весной 1936 г. германские войска вступили в демилитаризованную Рейнскую зону и вышли к границе Франции.
   До 1933 г. Сталин не видел особой опасности, исходившей от антисоветской риторики Гитлера, его неоднократных публичных заявлений о необходимости уничтожить большевизм и стать «властителями России». В начале 30-х гг. советская дипломатия ограничивалась осторожным лавированием с целью избежать конфликта в Европе. В декабре 1933 г. нарком иностранных дел СССР М. М. Литвинов заявил о новых целях советской внешней политики. Главным ее приоритетом становилось создание системы коллективной безопасности в Европе, включавшей в себя и прекращение особых отношений с Германией. Вскоре Коминтерн получил задание развернуть борьбу против фашизма в Европе.
   В 1933 г. СССР установил дипломатические отношения с США. В сентябре 1934 г. Советский Союз по просьбе Франции был принят в Лигу Наций и сразу стал постоянным членом ее Совета. Тем самым западные страны стали рассматривать СССР как нормальный субъект международных отношений. Однако предложения СССР заключить – с целью оказания военной помощи любой стране – участнице пакта, подвергнувшейся агрессии, – так называемый Восточный пакт, а затем и «Тихоокеанский пакт» не нашли поддержки. Лишь в 1935 г. был заключен франко-советский договор о взаимопомощи в случае агрессии в Европе.
   В октябре 1936 г. Германия и Италия заключили соглашение о военно-политическом сотрудничестве, создав так называемую Ось Берлин—Рим. Затем Германия объединилась в военно-политический блок (Антикоминтерновский пакт) с милитаристской Японией, к которому год спустя присоединилась Италия. Образовавшийся блок под флагом борьбы с коммунизмом развернул активную подготовку к войне за новый передел мира. Уже в 1938 г. Гитлер решил при первой представившейся возможности «испытать военную мощь». Первым шагом в этом направлении стала аннексия Германией в марте 1938 г. Австрии.
   Агрессивные действия Германии вызывали озабоченность во многих европейских столицах, однако правительства Англии и Франции, стремясь направить гитлеровскую агрессию на Восток, ограничились только формальным осуждением этой беспрецедентной акции. Лишь СССР выступил в защиту Австрии и призвал к коллективному отпору агрессии, но его предложение было отвергнуто. Полагаясь на непримиримость идеологического противостояния между Сталиным и Гитлером, лидеры Англии и Франции рассчитывали столкнуть нацизм с большевизмом и тем самым отвести угрозу агрессии от собственных стран.
   Кульминацией всей политики неприкрытого попустительства германской агрессии стало Мюнхенское соглашение 1938 г.
   Мюнхенский сговор. 30 сентября 1938 г. на конференции глав правительств и министров иностранных дел в Мюнхене представители четырех государств (Англии, Франции, Германии и Италии) Н. Чемберлен, Э. Даладье, А. Гитлер и Б. Муссолини, удовлетворяя требование гитлеровского правительства, предписали Чехословакии, под предлогом защиты прав немецкого населения, передать Германии в 10-дневный срок Судетскую область и ряд других районов страны, принадлежавших Германии до версальских решений. В результате Чехословакия потеряла 20 % свой территории, четверть населения, около половины предприятий тяжелой промышленности, мощные укрепления на границе с Германией. В обмен на это соглашение через два дня Германия подписала с Великобританией и 6 декабря – с Францией декларации о разрешении спорных вопросов между ними путем мирных переговоров, фактически представлявшие собой договоры о ненападении.
   СССР оказался единственным государством, отказавшимся признать захват Чехословакии Германией. Западные державы вновь проигнорировали предложения советской стороны о совместной защите Чехословакии, не без основания полагая, что в тот момент это могло закончиться падением фашистского режима в Германии, в чем они не были заинтересованы. В канун Мюнхенской сделки Советский Союз предлагал оказать военную помощь Чехословакии. Однако ее правительство предпочло капитулировать перед фашистским диктатором. В результате менее чем через шесть месяцев Германия, не получив никакого отпора, полностью оккупировала Чехословакию, нарушив теперь уже Мюнхенские соглашения.
   Таким образом, Мюнхенский сговор разрушил с трудом создаваемую систему коллективной безопасности в Европе и в конечном счете привел к Второй мировой войне.
   Агрессивные действия гитлеровской Германии развязали руки фашистской Италии, которая в апреле 1939 г. захватила Албанию, а в 1936–1939 гг. вместе с Германией участвовала в интервенции против республиканской Испании.
   Мюнхен подтвердил старые опасения советской стороны относительно действительных намерений западных стран. Сталин, которого даже не пригласили на Мюнхенскую конференцию, имел все основания опасаться возможного антисоветского сговора. Для советской дипломатии вновь становится актуальной задача, высказанная Сталиным в 1927 г.: «Очень многое… зависит от того, удастся ли нам оттянуть войну с капиталистическим миром… до того момента… пока капиталисты не передерутся между собой».
   Чтобы обеспечить наиболее благоприятные внешнеполитические условия для обороны страны, Сталин изменил тактику. Понимая, что новая мировая война неизбежна, он рассчитывал получить от нее выгоды, в ней не участвуя. Для этого прежде всего следовало обеспечить для СССР максимальную свободу в выборе союзников, а в конечном счете – нейтралитет в случае конфликта между капиталистами. К июню 1939 г. для Сталина уже не было секретом существование немецкого плана нападения на Польшу (план «Вайс») осенью этого года, однако он не осознавал характера и масштабов угрозы со стороны фашистской Германии, претендовавшей на мировое господство.
   Крах коллективной безопасности. Весной и летом 1939 г. политическое поле Европы представляло собой сильно запутанный клубок интересов различных стран: будущие участники мирового столкновения тайно и явно вели между собой переговоры с целью обезопасить собственную страну в случае начала войны. В этой обстановке для советского руководства существовала альтернатива: достичь договоренности с Лондоном и Парижем, которых поддерживали США, о взаимопомощи в случае начала войны или договориться о том же с Берлином. Поскольку Сталин не видел принципиального различия между странами враждебного капиталистического лагеря, переговоры начались и с той и с другой стороной, причем вначале более активно – с Францией и Англией.
   В апреле 1939 г. в условиях возрастающей военной угрозы СССР начал переговоры с Англией и Францией о взаимных обязательствах в оказании помощи в случае агрессии в Европе против любой из договаривающихся сторон. Однако эти переговоры зашли в тупик. (Англия в это же время вела тайные переговоры с Германией с целью направить агрессию Гитлера против СССР.) В августе 1939 г. СССР предложил Англии и Франции подписать военную конвенцию, предусматривающую совместные действия вооруженных сил трех государств в случае агрессии Германии. СССР предлагал провести свои войска через территорию Польши, чтобы выйти к границе Германии. Правительство Польши, имея к этому времени гарантии Англии и Франции о ее защите в случае нападения Германии, ответило категорическим отказом на предложение СССР. Правящие круги Англии и Франции как союзники Польши не содействовали решению вопроса о пропуске советских войск к германской границе и старались не брать на себя никаких конкретных военных обязательств. Неудача этих переговоров была фактически предрешена. Главная ее причина коренилась в глубоком недоверии западных лидеров к СССР, их желании держать СССР в резерве и «пригласить подать руку помощи при определенных обстоятельствах в наиболее удобной форме». Этому способствовал развязанный Сталиным в стране «большой террор». Сталин, в свою очередь, также не мог преодолеть негативного отношения к своим идеологическим противникам. На переговорах и одна и другая сторона допустили крупные стратегические просчеты, не проявив должной гибкости, широты мышления, предвидения, недооценив агрессивные намерения фашистской Германии. В конечном счете именно нежелание Англии и Франции занять конструктивную позицию на переговорах с Москвой поставило крест на последней попытке создать единый антифашистский фронт государств Европы.
   В сложившейся обстановке, чтобы предотвратить реальную угрозу войны, Советское правительство приняло решение о начале переговоров с Германией в ответ на ее предложение об улучшении государственных отношений. Политика нацистской Германии представлялась Сталину более понятной, предсказуемой, чем политика буржуазно-демократических стран Англии и Франции. Переговоры с Германией давали возможность советскому лидеру расколоть участников Мюнхенского сговора на два лагеря, а Гитлера он надеялся перехитрить.
   Искать сближения с Германией Сталина вынуждала также непростая обстановка на востоке страны. Возраставшая агрессивность Японии вполне реально обозначила перспективу войны СССР на два фронта.
   Японская агрессия. Захватив Маньчжурию, Северный и Центральный Китай, Япония 29 июля 1938 г. вторглась и на советскую территорию в районе озера Хасан. 6–9 августа 1938 г. в результате ожесточенных боев советская территория была очищена от японских захватчиков. Однако японские милитаристы продолжали свои провокации. 11 мая 1939 г. Япония начала военные действия в районе реки Халхин-Гол, пытаясь захватить территорию Монгольской Республики. Согласно Протоколу 1936 г. о взаимной помощи между СССР и Монголией для отпора агрессору была создана первая объединенная армейская группа из советских и монгольских войск под командованием Г. К. Жукова. Необъявленная война на Халхин-Голе продолжалась все лето. В ней приняли участие с обеих сторон десятки тысяч солдат и офицеров, сотни танков и самолетов.
   Первые недели сражений складывались для советских войск не очень удачно. Сил для отпора агрессии на восточных границах Монголии было явно недостаточно. Вскоре лучшие советские асы, воевавшие в республиканской Испании, были направлены в район конфликта. Они добились перелома в воздушных боях, полного господства в воздухе. В середине сентября агрессор потерпел сокрушительное поражение, что заставило Японию пересмотреть планы предстоящих военных действий, отдав предпочтение южному направлению. События у реки Халхин-Гол явились одной из причин неучастия императорской Японии в войне против СССР на стороне гитлеровской Германии ни в 1941, ни в 1942 г.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 [33] 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация