А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Не пугай ежа голым задом" (страница 10)

   Глава 14. САША. НОВАЯ НАПАСТЬ

   Утром я сквозь сон слышал, как Богданов, стараясь не шуметь, принял душ и, сварганив себе что-то на завтрак, уехал на работу, а потом повернулся на другой бок, чтобы еще поспать. Да не тут-то было! За окном раздался звук мощного автомобильного двигателя, и я, посмотрев на жену, которая продолжала сладко спать – ее пушками не разбудишь! – осторожно выбрался из кровати и, натянув джинсы, вышел посмотреть, кого это черт принес. Оказалось, что это была военная машина с кунгом, из которой споро выпрыгивали какие-то мужчины в камуфляже, на головах у них были защитные шлемы с пластиковыми забралами, а в руках – автоматы.
   – Господи! – раздался сзади голос Маруси – видимо, этот шум ее все-таки разбудил, хотя не шел ни в какое сравнение с пушками. – Неужели этот гад Жека действительно ОМОН вызвал? И ты мне еще говорил, что его отец может быть приличным человеком! – возмущалась она. – Да какой же он приличный, если по первому же звонку своего сына-мерзавца сюда такие силы бросил? И это для того, чтобы разобраться с несчастными мальчишками, которых жизнь уже и так обидела!
   – Вряд ли, дорогая, – возразил я. – Тогда бы они сразу к Квасниковке поехали, а здесь-то им чего делать?
   – Вообще-то правильно, – согласилась она. – Но тогда зачем они сюда приехали?
   – Поживем – увидим, – философски заметил я.
   – А пошли посмотрим! – предложила жена.
   Наскоро одевшись, мы поспешили на улицу, но странных пришельцев в камуфляже уже видно не было, да и военная машина с кунгом уже направлялась к воротам.
   – Если бы это была операция, то она должна была бы их ждать, – заметил я.
   – Значит, это что-то другое, но что? – спросила Маруся, а потом воскликнула: – А может, это они наших бомжей собираются отловить?
   – Даже не смешно! – фыркнул я. – Против четырех бомжей такая толпа с автоматами? Нет, это несерьезно!
   – А все-таки давай посмотрим! – предложила она. – Вдруг они их обидят?
   На это я только и мог, что пожать плечами и в очередной раз удивиться поведению своей жены – я ведь видел, что эти бомжи осатанели ей, как сто тысяч чертей, но покорно пошел следом. Бомжей на месте не было, и ветер только легонько покачивал их пустые гамаки.
   – Ну вот видишь! – сказал я. – Никто их не обидел! Они, наверное, на работу с самого рассвета отправились! А значит, и мне скоро мешки с мусором к контейнерам возить, чтоб им всем пусто было!
   Мы уже собрались возвращаться домой, как в лесу раздались воинственные вопли и такие звуки, словно кто-то, причем явно не один человек, стрелял из оружия с глушителем.
   – А пошли-ка мы быстренько домой! – скомандовал я. – Что-то не нравится мне здешняя нездоровая обстановка! Да нам и вообще не следовало сюда приходить! Вечно ты со своей жалостью к ближнему! Ох, и не доведет она тебя до добра!
   Но мы не успели и шагу сделать, как из буйных зарослей кустарника вылетели начисто ошалевшие бомжи, чьи камуфляжи, которые они теперь постоянно носили, были забрызганы чем-то красным.
   – Кровь! – прошептала Маруся и стала валиться на землю.
   Я быстро подхватил ее на руки – благо она у меня следит за собой и весит вполне умеренно для своего роста – и собрался делать ноги из этого опасного места, как следом за бомжами выбежали пришельцы с автоматами в руках, которые на ходу орали:
   – Вы куда? Стоять! Вы же мертвецы!
   Бомжи дружно подняли руки и застыли на месте, а вот мне руки было поднять сложно – на них Маруся лежала, не бросать же ее на землю, да еще я понадеялся, что сразу стрелять эти военные не будут, а успеют разобраться, что к чему.
   Тут один из пришельцев поднял свое забрало, внимательно посмотрел на бомжей, на меня и со злости плюнул на землю.
   – Черт! Какого хрена вы у нас тут под ногами путаетесь? Вы кто такие? Из какой команды?
   – Мы тут работаем, мусор в лесу и на территории собираем, – дрожащим голосом ответил один из бомжей. – Нас для этого наняли.
   – А мы вообще дачники! Можно сказать, местные жители, – ответил я.
   – А с ней что? – спросил пришелец, кивая на Марусю.
   – Крови испугалась, вот сознание и потеряла, – объяснил я.
   – Какая к черту кровь? – удивился он. – Это же краска!
   – Вы еще скажите, что приехали сюда, чтобы малярными работами заняться! – съязвил я.
   – Еще чего! Мы любители пейнтбола и сняли у Крякова на сегодняшний день этот лесной массив для игры, – объяснил он.
   Тем временем Маруся у меня на руках зашевелилась и открыла глаза.
   – Все нормально, дорогая! Это была не кровь! – поспешил успокоить я ее, осторожно ставя на ноги. – Это просто здоровенные мужики бегают с игрушечными автоматами и стреляют друг в друга шариками с красной краской.
   – Пейнтбол, что ли? – тихим голосом спросила она.
   – Ну да! – сказал пришелец. – Нас камуфляж этих типов, – он кивнул в сторону бомжей, – ввел в заблуждение – мы же решили, что это наши сегодняшние противники!
   Тут из леса раздался призывный крик:
   – Эй, куда вы пропали? Где вас черти носят?
   – Нам пора, а то всю игру пропустим, – сказал пришелец, опуская забрало, и вся группа скрылась в лесу.
   Оттуда снова раздались крики и стрельба, и жена вздохнула:
   – Мало нам было того, что качок Жека громыхал, так теперь новые сумасшедшие объявились!
   – Пошли отсюда скорее! – сказал я. – А то и нам ненароком достанется!
   Не успел я это произнести, как возле нас взметнули пыль и окрасили ее красной краской несколько неудачно выпущенных шариков, не попавших в нужную цель. Ну, просто дурдом на выезде! Мы пошли домой и еще на подходе услышали, что в даче, временно оккупированной противником, снова гремела музыка. Когда мы вошли в дом, жена решительно заявила:
   – Я еду в Москву! У меня там дел накопилось немерено! Вечером вернусь, а ты пока присмотри, чтобы эти психи нам дачу на щепки не разнесли!
   – Может, хоть позавтракаешь? – спросил я.
   – В городе что-нибудь перехвачу, – пообещала она. – Да и аппетит у меня от всего этого пропал начисто!
   – Причем без всяких диет! – многозначительно заметил я, потому что мою жену, как и каждую среднестатистическую российскую женщину, периодически охватывал страх, что она сильно поправилась и ей непременно надо похудеть, хотя, с моей точки зрения, у Маруси с фигурой все было в порядке.
   Переодевшись, жена направились к машине, а я пошел ее проводить, и тут о стену нашего дома разбилась очередь шариков, окрасив довольно приличный ее кусок.
   – Будем надеяться, что она отмывается! – грустно сказала Маруся и уехала.
   Я не менее грустно посмотрел ей вслед и вернулся в дом. Безрадостно посмотрев на плиту, я понял, что готовить завтрак мне, пусть и для себя любимого, совсем не хочется, и принял мудрое решение позавтракать в кафе. Поскольку там постоянно пировали до утра толпы заезжих гуляк, из которых никто до сих пор не отравился, а то бы это заведение мигом прикрыли, значит, и мне ничего не грозило. Подходя к «Сайгону», я увидел, что возле него прохаживался Афонин и бдительно следил, чтобы все было в порядке, потому что его хлебом не корми, а дай покомандовать. А неподалеку от кафе трудолюбивые вьетнамцы в традиционных шляпах и с мотыгами в руках деятельно обрабатывали свой огород, который принял уже довольно цивилизованный вид и весело зеленел, так что на всеобщее обозрение виднелись только их согбенные спины и обтянутые шароварами пятые точки.
   – Что вы здесь караулите? – спросил я Виктора Петровича, когда подошел поближе.
   – Да вот пришел проверить, не сюда ли бомжи по сговору с вьетнамцами нечистоты из туалета Богданова вывезли, в смысле, на свой огород, – объяснил он.
   – Ну, и что выяснили? – с интересом спросил я.
   – Не сюда! Показали они мне ту яму, куда бомжи грунт сваливали, так что можешь питаться здесь без всякого опасения, – ответил он.
   – А вы? – поинтересовался я.
   – А я не Ротшильд! – отрезал он. – Я деньги не печатаю, а своим горбом зарабатываю и на пустяки их тратить не собираюсь!
   «Куркуль, он и есть Куркуль, – подумал я. – Ведь если сложить его военную пенсию и то, что он зарабатывает, продавая продукты со своего сада, кур с яйцами и кроликов, то у него получается куда больше, чем у нас с женой, если разделить на двоих. Но поскольку его все равно не переделаешь, то не стоит и внимания обращать!» – решил я и пошел в кафе.
   – А вот чаю я, пожалуй, выпью! – раздался сзади меня голос Афонина, который догнал меня, так что внутрь мы вошли вместе.

   Глава 15. МАША. ЯБЕДНИЧАТЬ НЕХОРОШО, НО ВОТ ПРИХОДИТСЯ

   Приехав в Москву и немного успокоившись, я поела в летнем кафе и прямиком отправилась на Петровку, 38. Вняв доводам мужа, что отец Жеки вполне может и не знать о буйных похождениях своего наследника, я решила сначала сама поговорить с этим папашей, а если пойму, что он не собирается принимать никаких мер, чтобы образумить своего отпрыска, то тогда и к Злободневному обратиться можно, а уж тот своего не упустит! Но добраться до полковника милиции Антона Васильевича Наумова оказалось непросто. Сначала меня долго мариновал дежурный, выпытывая, по какому это поводу я собиралась побеспокоить высокое начальство, и убеждал написать заявление, которое он и примет, а если будет такая необходимость, то отправит меня к нужному сотруднику. Я сумела втолковать ему, что вопрос это личный и обсуждению с посторонними не подлежит, на что он с бо-о-ольшим интересом на меня уставился, потом иронично хмыкнул, но все-таки позвонил Наумову, а потом передал трубку мне, с интересом прислушиваясь к моим словам.
   – Здравствуйте, Антон Васильевич, – сказала я. – Мое имя вам ничего не скажет, потому что мы не знакомы, а пришла я к вам по поводу вашего сына. Мы не могли бы с вами срочно поговорить?
   На другом конце провода повисла пауза, а потом полковник сказал:
   – Подождите меня, я сейчас спущусь.
   Наумов был одет в штатский костюм и оказался весьма симпатичным мужчиной лет пятидесяти с внимательным, острым взглядом и произвел на меня самое приятное впечатление, но внешность, как известно, бывает ох как обманчива. По моей просьбе он хоть и страшно удивился, но все-таки предъявил мне свое служебное удостоверение, и я убедилась, что передо мной действительно он, а потом сам тщательно изучил мой паспорт.
   – Ну, что же! – сказал он, когда процедура знакомства была закончена. – Чтобы не смущать вас казенной обстановкой, предлагаю пойти в кафе здесь неподалеку, и вы расскажете мне, в чем состоит ваша проблема.
   – Если бы только моя, – вздохнула я.
   Недалеко от МУРа действительно находилось очень симпатичное кафе, где мы и устроились. Наумов заказал кофе с пирожными и, когда их принесли, закурил и сказал:
   – Слушаю вас!
   На всякий случай я начала издалека, но все-таки слегка показала когти:
   – Антон Васильевич! Хочу вас заверить, что, как и все остальные люди, с очень большим уважением отношусь к вашей организации и вашей нелегкой работе. Но ситуация такова, что если мы не найдем у вас понимания, то нам придется обратиться к средствам массовой информации, а такие возможности у нас есть, можете мне поверить. Но я полагаю, что никто из нас не хочет обострения отношений, которое потом выльется в грандиозный скандал, и поэтому я приехала к вам. Можете считать меня полномочным представителем терроризируемого вашим сыном населения.
   – Что-то преамбула у вас длинновата получилась, – усмехнулся он. – Давайте считать, что вводная часть закончена и принята мной к сведению, и перейдем непосредственно к делу, – предложил он.
   – Не возражаю, – согласилась я. – А оно заключается в том, что ваш сын Жека – вероятно, Евгений, снял дачу в нашем поселке и превратил жизнь его обитателей в ад на земле.
   – Почему вы решили, что это мой сын? – тут же спросил он.
   – А кто же еще? – удивилась я. – Он с ходу заявил, что его папахен полкашом в МУРе ишачит, и тряс вашим, вероятно, оставленным в машине кителем, а кроме того, джип, на котором он с компанией приехал, как мы смогли выяснить, принадлежит вам.
   – А какой марки джип и какой у него номер? – поинтересовался он и, услышав мой ответ, подтвердил: – Да, это моя машина! Так что же Жека там у вас натворил?
   И я принялась повествовать, как тот Гомер. Начала же я «от печки», то есть с момента появления в нашем товариществе этой буйной компании, возглавляемой Жекой, которую составляли наглые и самодовольные прожигатели родительских денег и их прошмандовки, которых по виду сняли прямо с трассы.
   – Прошмандовки? – хмыкнул полковник.
   – Я бы и покрепче выразилась, но воспитание не позволяет, – сказала я.
   – А этот Жека один или у него есть постоянная подруга? – поинтересовался он.
   – Есть! – подтвердила я. – Вечно пьяная полуголая девица с хамскими замашками, размалеванная, как клоун.
   – Понятно! – кивнул он. – И что же они натворили?
   Тут уж я не упустила ничего! Я рассказала ему все: о круглосуточно грохотавшей музыке, о грозивших поселку пожаром шутихах, о гонках по поселку на джипе, не забыв упомянуть об их последствиях, об избиении Афонина, о диверсии на участке Богданова и о том, как Жеку избили «трудные» подростки из лагеря и изуродовали его машину.
   – Джип сильно пострадал? – тут же спросил Наумов.
   «Ну вот! – подумала я. – А ведь производил впечатление вполне приличного человека! Нет чтобы о поведении сына беспокоиться, так он о машине волнуется!» – а вслух сказала:
   – Разрисовали всякими непечатными словами так, что на ней и краски не видно, и все четыре покрышки пробили.
   – Печально! – искренне сказал он, чем окончательно утвердил меня во мнении, что ему на сына наплевать и машина гораздо важнее.
   – И вот, – продолжила я, – доведенные безобразным поведением вашего сына до белого каления люди, понимая, что от нашего участкового никакой пользы не будет...
   – Почему это не будет? – удивился Наумов.
   – Потому что какой-то подполковник Егоров приказал ему не беспокоить вашего сына, – объяснила я.
   – Вот даже как? – удивился он.
   – Да! – довольно неприязненно ответила я. – Я сама слышала, как ваш Жека позвонил этому человеку и тот, отчитав нашего участкового, как мальчишку, приказал не беспокоить сына такого уважаемого человека, как вы.
   – Понимаю, – безразлично покивал головой Наумов. – И что же собрались делать дачники? Продолжайте!
   – Собрались писать жалобу министру МВД, что вовсе не исключает обращения на телевидение, если ваше руководство решит замять дело, – закончила я и добавила: – Но нам совсем не хотелось бы войны, и поэтому я приехала к вам. Если вы не примете никаких мер...
   – Я их приму! – твердо сказал Наумов. – Причем немедленно! Как я понял, вы на машине? – спросил он.
   – Да! – подтвердила я.
   – Тогда подождите меня немного, и мы с вами вместе поедем в этот ваш кооператив, – попросил он.
   – Спасибо вам за понимание, – обрадовавшись, сказала я.
   – Да нет! Это вам всем спасибо за долготерпение! – ответил он.
   Мы с ним вышли из кафе, он пошел в МУР, а я села в свою машину и принялась ждать. Минут через двадцать из ворот выехал большой черный джип с тонированными стеклами, который подъехал ко мне, и высунувшийся из окна с пассажирского места рядом с водителем полковник помахал мне рукой. Я поняла, что он готов ехать, и двинулась первой, чтобы показать ему дорогу.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация