А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Шарф Айседоры" (страница 22)

   ГЛАВА 7. ЧУЖАЯ И БЛИЗКАЯ МОСКВА

   Левон вышел из СИЗО и посмотрел на серое небо. Шел дождь вперемешку со снегом, над домами кружило воронье, Москва казалась грязной и чужой. Захотелось убраться отсюда поскорее. Он отошел на несколько метров от следственного изолятора, надвинул шапку на уши, но крик Тамары все еще звенел в его ушах. «Левон, я не убивала! Я никого не убивала. Клянусь здоровьем мамы. Я не убивала. Эта какая-то дикая ошибка. Левонушка, милой мой! Я не убивала! Я не убивала!»
   Сердце ныло. Зачем он туда ходил? Зачем? Зачем добился свидания? Пять раз бегал в прокуратуру к Зотовой, караулил следователя у дома, пока она не сдалась. Добился свидания на свою глупую голову. Поперся! Хотел заглянуть Тамаре в глаза. Понять, зачем она это сделала. Зачем убила Марину и подставила его. Заглянул, но ничего не понял. Плакать Тамара стала сразу, как только Левона увидела, и все твердила, твердила, что не убивала. У следствия на этот счет была другая версия, и Левон не понимал, кому верить. Он вообще не понимал, как жить дальше, куда идти, что делать. Вроде облегчение должен испытать, что не он убил Марину. Стало легче, но ненадолго. Когда он узнал, что арестовали Тамару, снова на душе стало тяжело, так тяжело, что вздохнуть полной грудью не получалось.
   Из СИЗО Левон поехал к Галине Тиграновне. Она уезжала в Ереван, хотелось с ней проститься. Левон Галине немного завидовал. Москва казалась ему сейчас настолько чужой, что он бы и сам уехал, если бы мог. Зотова отпустила его под подписку о невыезде. Предстояло еще ответить по закону за пересечение границы по чужим документам. Чем закончится суд, Левон не представлял, но не очень сильно беспокоился. Елена Петровна пообещала сделать все возможное, чтобы смягчить наказание. Зотовой он доверял и был ей благодарен. По сути, именно она отказалась поверить в его липовые показания, что он сознательно убил Марину, и отправила его в Институт Сербского, где доктора сняли грех с его души и посоветовали отличного специалиста, который занимается случаями сомнамбулизма. Левон с первой же минуты с врачом вошел в контакт и верил, что теперь с его помощью он от своей проблемы избавится навсегда или научится с ней сосуществовать более гармонично.
   Галина выглядела усталой, замотанной и нервной, но его приходу обрадовалась, налила чаю, сделала бутерброды, усадила в старенькое кресло.
   – Как ты? – мягко улыбнулась она.
   – Нормально, хотя мне кажется, что я – уже не я, – Левон усмехнулся. – Мне теперь жизнь в другом совсем свете видится. Я столько всего передумал за эти несколько дней, мне теперь каждый день, как праздник. Тамару только жалко.
   – Добрый ты парень, Левон. Она тебя подставила, убила твою любимую женщину, а ты ее жалеешь. Себя лучше пожалей, сколько натерпелся из-за нее.
   – Галина Тиграновна, она уверяет, что не была ни разу в той злосчастной квартире! Здоровьем мамы клянется, что не убивала. А я знаю, что ближе мамы у нее никого на свете нет. И потом, я очень перед Тамарой виноват.
   – Глупости какие. Ты полюбил другую женщину. Это – жизнь. Жизнь так устроена, что любовь не всегда бывает взаимной, и другому приходится отходить в сторону.
   – Да не любил я Марину! Думал, что люблю, а потом, в горах, понял, что это была не любовь, а похоть. Я в горах о Тамаре только и думал. А вон как все вышло! Простите. Загрузил я вас. Когда у вас самолет?
   – Через час такси приедет. Но ты не торопись, пей чай спокойно. А хочешь, оставайся пока здесь. У меня квартира еще на две недели вперед проплачена. Хозяйку предупрежу.
   – Спасибо, лучше я в общежитии. Там привычнее. Ребята меня так встретили! Как героя, даже неудобно. Вся общага обсуждает мой роман с Мариной Гольц. Дикие люди. Вы сделали то, что я просил? – спросил Левон. – Перевели деньги на счет больницы, где мама Томы лежит?
   – Нет, – Галина резко обернулась.
   – Что же вы не перевели? Я же просил, – Левон отхлебнул из чашки и с наслаждением откусил бутерброд с ветчиной. – Ну ладно, тогда я сам. Еще надо для Томы адвоката найти хорошего.
   – Левон, денег на счете нет, – смущенно сказала Галина Тиграновна.
   Минасян уронил бутерброд на пол, поднял его и потрясенно посмотрел на Звонарец.
   – Не надо так шутить, Галина Тиграновна.
   – Я не шучу. Денег на счете нет.
   Секунду он смотрел ей в глаза, не в силах поверить, что его опять предали.
   – А я ведь вам доверял, – Левон сбил чашку со стола и поднялся. – А я-то думаю, что это вы засобирались домой так вдруг? Счастливого пути, Галина Тиграновна. Спасибо, что хотя бы мне адвоката из моих денег оплатили. Вы поступили очень благородно.
   – Левон, пожалуйста, сядь, – попросила Галина. – Выслушай меня. Я не брала твои деньги! Господи, стыд какой, – Галина закрыла лицо руками. – Помню, в детстве пришли с мамой в гости. Семья богатая была, дети выросли, разъехались. Меня оставили одну в детской комнате, дали бумагу, карандаши и краски, разрешили играть в игрушки. Там было много игрушек. Горы! Я сидела рисовала и размышляла: зачем этим людям игрушки, если их дети выросли? Я даже злилась. А потом меня позвала мама, я схватила со стола ластик, красивый и пахучий, таких раньше не продавали. Я схватила этот ластик и сунула его в нагрудный кармашек платья. Пока я шла до дома, этот ластик буквально прожег мне грудь. Я задыхалась от стыда, щеки мои полыхали. Я уловила момент, когда мама не видит, и выкинула ластик в кусты. Но он до сих пор жжет мне грудь. Левон, поверь мне, я не брала твои деньги! Когда я вошла на твой лицевой счет, чтобы выполнить твою просьбу, денег на счете не оказалось. С тобой у меня связи не было. Я решила, что это ты совершил какие-то операции по счету, нашел возможность и сам перевел деньги. Услуги адвоката для тебя я из своего кармана оплатила. Я тебе советую пойти в банк или в милицию. А уезжаю я, потому что хочу домой. Я устала. Раньше бы уехала, но все надеялась – а вдруг…
   – Шахова любите, да? Поэтому ему помогли?
   – Нет, – улыбнулась Галина. – Уже нет. Прости меня, ладно? Я как лучше хотела. Не получилось.
   – Получилось, – сказал Левон.
   Он помог Галине Тиграновне погрузить вещи в такси. А потом долго бродил по улицам Москвы, разглядывал нарядные витрины и мигающие неоновые вывески. Вокруг были люди, но он не видел их лиц. Никогда еще он не чувствовал так остро свое одиночество. Озябнув, Левон зашел в маленькую кофейню, заказал кофе и теперь поглядывал на шумную Москву из окна. С обратной стороны, подумал Левон и вдруг почувствовал облегчение, словно глыба с души свалилась. Он вскочил на улицу и поймал машину.
   Через полчаса он несся по коридору прокуратуры в кабинет Зотовой, сшибая всех на своем пути.
   – Тамара ни в чем не виновата! Выпустите ее немедленно. Во всем виноваты деньги! – заорал он, вломившись к Зотовой без стука. – Здравствуй, Инна, – заметив в кабинете менеджера по персоналу, поздоровался Левон. – Рад тебя видеть.
   – Да, деньги – это зло, – согласилась Елена Петровна. – Мы как раз с Инной Михайловной об этом говорили. Да, Инна Михайловна? Расскажите Левону Давидовичу, как вы сделали из него кубышку. Левон, а вы садитесь и послушайте. История очень интересная.
   – Не хочу, – замотал головой Минасян. – Я не хочу ничего слушать! Хочу поблагодарить. Спасибо тебе, Инна, за то, что в свое время ты так активно меня консультировала по вопросам банковских вкладов и операций. Я ничего в этом не понимал, даже не подозревал, что можно пользоваться счетом, используя Интернет.
   – Не понимаю, что в тебе нашла Марина Гольц. Ты же болван! – сказала Инна.
   – Зато деньги копить он умеет, да? А это в наше время – удивительное качество. Когда Минасян признался вам на собеседовании, что работа ему нужна, чтобы скопить на собственную квартиру, которую он собирался приобрести сразу после окончания аспирантуры, вы, возможно, не придали этому значения. Многие хотят, но не у всех выходит. Но потом вы стали замечать, что у Левона есть удивительное качество: он, в отличие от большинства, в самом деле очень бережно относится к деньгам, на себя почти ничего не тратит, на еде экономит, все в кубышку складывает и постоянно твердит, что, как только закончит аспирантуру, возьмет ипотечный кредит на квартиру. Тогда вы решили кубышку пополнить, начали сотрудника активно продвигать, поощрять и премировать. Старались вы, правда, не ради молодого сотрудника, а ради себя, любимой, чтобы, когда придет время, положить все деньги в свой карман. Отличная идея, браво! Конечно, выходило все не так гладко, как вам хотелось бы. Неожиданно вам начала путать карты Тамара Лисицына. Вы девушку сразу невзлюбили: из кубышки потекли деньги на лечение мамы Лисицыной, а это в ваши планы не входило. Вы начали третировать девушку, доводили ее замечаниями и придирками. Лисицына нервничала: мало того, что у нее тяжелая ситуация в семье, так еще и на работе нездоровая атмосфера. Тяжело выдержать такой прессинг, девушка постоянно срывалась на покупателях и выглядела в глазах любовника не в лучшем свете. Умный тактический ход, скажу я вам. Не зря, выходит, вы закончили психфак с красным дипломом. Искусством манипулирования людьми вы там овладели? Или это у вас врожденное? – Инна молчала, Елена Петровна продолжила: – Специальные психологические тесты, которые в обязательном порядке заполняли соискатели при поступлении на работу, вам стали отличным подспорьем – имея подробное досье, зная слабые стороны человека, выбрать тактику управления жертвой для профессионального психолога несложно. Однако Лисицына заявление об уходе упорно не подавала, она не могла себе позволить остаться без работы и все терпела. Впрочем, главного вы добились: отношения между Лисицыной и Минасяном стали портиться. Ликовать, правда, было рано. На горизонте появилась еще одна помеха, гораздо более серьезная – Марина Гольц! Звезда «вашу» кубышку могла распотрошить в один присест, вы были бессильны что-либо изменить, потеряли контроль над ситуацией и решили избавиться от Гольц и подставить Минасяна. Левон вам был уже не нужен, пришла пора кубышку вскрыть. Лисицына для вас стала прикрытием, на случай, если вдруг Минасяну удастся выкрутиться. Подготовились вы отлично: перед увольнением прихватили из сумочки Лисицыной ее помаду, чтобы ненавязчиво подбросить ее на место преступления, купили рыжий парик, сделали слепок ключей от съемной квартиры Гольц и стали ждать, когда настанет подходящий случай, чтобы осуществить задуманное. На квартиру вы явились в четыре часа утра, по статистике, это время самого крепкого сна, накинули спящей Гольц удавку на шею, потом вложили шнур в руку ее любовнику, положили на зеркало помаду Тамары и спокойно поехали домой. Собственно, вас сгубила маленькая оплошность. Трофимов выяснил, что деньги с расчетного счета Минасяна на счет липовой конторы перевели с его компьютера в офисе, но на рабочем месте Левон Давидович в тот день не появлялся, о чем вы сами Трофимову сообщили. Осталось только выяснить, кто из сотрудников имеет доступ к компьютеру Минасяна. Трофимов справился с этой задачей легко.
   – Мент поганый! – сказала Инна.
   – А когда выпустят Тамару? – спросил Левон, выглядел он совершенно счастливым.
   – Думаю, Тамара должна быть уже дома.
   – Так что же я здесь? – Левон взялся за ручку двери и обернулся. – А все-таки здорово было в Альпах! Обязательно когда-нибудь туда вернусь. У меня и приглашение уже есть – от Клауса Кислера, – расхохотался Минасян и вышел. Через секунду его голова снова показалась в дверном проеме: – А Варламов вас очень любит. Могу поклясться на собственных почках! Когда он узнал, что поездка может сорваться, чуть печень и почки мне не отбил, – подмигнул Зотовой Минасян и исчез, успев закрыть дверь прежде, чем до его головы долетел металлический дырокол.
   – Я все расскажу, записывайте, – сказала Инна, с опаской косясь на вмятину в двери.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 [22] 23 24

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация