А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Шарф Айседоры" (страница 12)

   – К вам какие-нибудь подозрительные субъекты на прием не заглядывали сегодня или вчера? – уточнил Зотова, Шахов вздрогнул, и его взгляд стал более осмысленным.
   – Странные ко мне регулярно заглядывают. Может быть, вы слышали о дисморфофобии или синдроме Ван Гога? Это психическое расстройство, при котором человек чрезмерно обеспокоен и занят незначительным дефектом своего тела, порой даже воображаемым. Так вот, от 2 до 11 процентов пациентов, обращающихся к пластическим хирургам, страдают этим недугом. Моя задача – болезнь распознать и отказать в оперативном лечении, потому что операция не облегчит, а, наоборот, усложнит состояние больного, – снова перевел разговор на другую тему Шахов. – Извините, – опомнился он. – У вас есть примерное описание преступника? Чтобы я знал, в случае чего.
   – Высокий, худой, симпатичный армянин, зовут Минасян Левон Давидович, двадцать восемь лет. С сегодняшнего дня Минасян объявлен в розыск, так что вполне вероятно, что он может обратиться к вам по фальшивым документам. Об убийстве Гольц все телеканалы вещают с утра. Удивительно, что вы не в курсе.
   – Я редко смотрю телевизор, не успеваю, – сказал Шахов тихо. – Спасибо, что поставили меня в известность.
   – У меня к вам просьба. Позвоните, если вдруг Минасян явится к вам на прием.
   – Конечно! Конечно, я сразу позвоню и попробую его задержать, в меру своих сил, – кивнул Сергей Владимирович и нажал кнопку селекторной связи, попросил Галину пригласить следующего пациента, дав понять Зотовой, что аудиенция окончена.
   Простился с Еленой Петровной Шахов довольно сухо, но Зотову это не расстроило: если бы не доктор, возможно, она еще долго голову ломала бы над рекламным объявлением и строила фантастические версии. Спасибо Шахову – все прояснилось, и планы преступника стали прозрачны.
* * *
   – Красавица, я – красавица необнакнавенная, – уговаривала себя Елена Петровна, разглядывая свой силуэт в тусклом зеркале примерочной кабинки, куда ее затолкала продавщица одного из павильонов вещевого рынка.
   Свет в кабинке тоже был неярким. Наверняка хитрые продавцы специально такие кабинки придумали, чтобы наивные покупатели не могли рассмотреть будущие покупки как следует. Впрочем, довольно гуманное изобретение: кабинки без хорошего освещения сокращает количество жертв, рискнувших примерить шедевры китайской промышленности. Желтый лыжный комбинезон сидел на Елене Петровне как влитой, впивался швами в ее пышное тело, а при движении ткань издавала такой очаровательный звук, что, казалось, зубы выпадут изо рта на затоптанный грязный картон, постеленный в качестве половичка на пол. Цыпленок… бройлерный, обожравшийся комбикорма, охарактеризовала себе Елена Петровна.
   – Вам очень идет, – льстиво сообщила девица-продавщица, бесцеремонно отодвинув занавеску. – Если возьмете, дам хорошую скидочку. Этот костюм последний остался, все размели. Очень удобная и ходовая модель. Цвет – супер! Качество – отпадное. Производство – Италия. Синтепон двухслойный – не замерзнете.
   – Вижу, что двухслойный, – гоготнула Елена Петровна, глядя на желтого толстого монстра, и притихла, услышав еще один звук – дышать стало заметно легче.
   – Что вы наделали? – возмутилась девица. – Вы же костюм испортили! Платить будете, так и знайте, – неуверенно добавила продавщица.
   – Платить? За что я должна платить? Это, по-вашему, хорошее качество? – поинтересовалась Елена Петровна, повернувшись к зеркалу спиной: шов в районе филейной части аккуратно разошелся, из дырки торчали куски серого ватина. – Синтепон, говорите? Не стыдно покупателям голову морочить? Я только его примерила, а он уже по швам разошелся! – Зотова стянула с себя желтое убожество и вручила продавщице.
   – Качество отличное, просто не фиг было такую задницу отращивать! – нахамила продавщица и задернула шторку. Елена Петровна оделась и достала из сумки сотовый, руки от злости тряслись. Мобильник ожил в ее ладони.
   – Леночка Петровна, – взволнованно прошелестел в трубку Трофимов, даже не подозревая, что своим звонком спас рынок от контролеров, налоговиков, МВД, ФСБ и ФМС, а хамоватую продавщицу – от депортации в страны ближнего зарубежья. – Они в салоне познакомились.
   – Кто? – не поняла Зотова.
   – Минасян с Мариной Гольц. История такая…
   – Потом, Вень, мне некогда сейчас. Где Минасян может скрываться, удалось выяснить?
   – Любовница у него была до встречи с Гольц. Тамара Лисицына. Она работала в салоне продавцом. Расстались они со скандалом. Полагаю, из-за Гольц, после чего Лисицына уволилась по собственному желанию. Да, и еще один момент прояснился. Зарабатывал Минасян отлично и имел неплохой соцпакет, медицинскую страховку, бесплатные обеды и проезд, оплачиваемый отпуск, премии по итогам работы, а жил в общаге. Улавливаете, к чему я клоню?
   – Жил в общаге, тратился только на одежду, причем, судя по гардеробу, вещизмом не страдал, покупал только необходимое. На еде экономил, по словам соседа по комнате. Он на жилье собственное копил? – догадалась Зотова.
   – Ага, угадали, сотрудники говорят, что Минасян собирался оформить ипотеку сразу после защиты в аспирантуре.
   – В каком банке он капиталы свои держит – узнал? – спросила Елена Петровна.
   – Узнал, но счет пуст, – доложил Веня. – Деньги переведены на некую контору, которая занимается обналичкой. Контору пока не проверял, но подозреваю полную жопу. Наверняка липовая.
   – Веня, базар фильтруй, – пожурила опера Зотова. – Не глупый, выходит, пацан. В банк не пошел, побоялся. Хотя все равно логика непонятна. Не проще ли воспользоваться карточкой и снять деньги с помощью банкомата?
   – Не в каждом банкомате такую сумму снимешь.
   – Согласна. Значит, деньги у него есть. Догадываюсь, на что он их потратит, – Елена Петровна выложила Трофимову новую версию по поводу рекламного объявления.
   – Ни фига себе! Значит, деньжата он на замену морды лица и новые документы истратит? Вот сука! Утекет ведь сквозь пальцы!
   – Ты что, не в настроении, Трофимов? Базар, говорю, фильтруй, – разозлилась Елена Петровна. Веня нехотя извинился и пробурчал что-то невнятное.
   – Не утекет, – приободрила она опера. – Погранцы на мой запрос ответили: Минасян границу не пересекал. Новые документы сделать не так-то просто, если связей в криминальном мире нет. Это – время. Значит, в Москве он, прячется. Не исключено, что у кого-то из знакомых. Прячется и подыскивает себе подходящую клинику. Возьмем на контроль клиники пластической хирургии. Проверим. В любом случае прощупай Лисицыну. Где-то ему надо обретаться, пока он доктора найдет. Это же чистой воды криминал! Он – преступник, объявленный в розыск. Фото Минасяна по всем телевизионным каналам транслируют, завтра оно будет напечатано в газетах. Может, уже сегодня. Не каждый врач согласится ему операцию делать. Потом, реабилитационный период после операции тоже определенное время занимает, а в стационаре обычно долго не держат. Понимаю, что бесполезно, но все равно попробуй через службу безопасности банка отследить по ай-пи адресу место нахождения компьютера, с которого был сделан перевод со счета Минасяна на эту липовую контору. Вдруг повезет, и это окажется не интернет-кафе, а чья-нибудь квартирка? Ясно, что Минасяна там нет, не стал бы он подставляться, но мы можем выйти на нового свидетеля или соучастника. В конце концов, есть надежда, что Минасян к Шахову обратится. Доктор обещал в случае чего содействие оказать.
   – Уверены, что хирург не врет? Может, он уже сделал операцию?
   – Не похоже, чтобы врал. Клиника Шахова имеет отличную репутацию.
   – Лишние деньги на дороге не валяются.
   – Веня, хирург мне сам подсказал версию о рекламном объявлении. Забудь ты о Шахове. Сосредоточься на бывшей любовнице Минасяна.
   – Лисицына на Минасяна сильно обижена. Он мало того, что к другой бабе свалил, так еще и рапорт на нее накатал, – возразил Трофимов. – С какой стати она будет его прятать и покрывать?
   – Женщины, Трофимов, существа сердобольные и умеют прощать, в отличие от мужиков.
   – Наезжаете, да? – буркнул Веня, приняв все на свой счет.
   – Трофимов, иди ты… Выпей пива уже и расслабься! Что ты такой неадекватный? Меня, например, только что очень сильно оскорбили, и ничего – не жужжу.
   – Немедленно говорите, кто! Я приеду и репу начищу обидчику.
   – Спасибо, Веня. Я знала, что ты – настоящий рыцарь, – рассмеялась Елена Петровна. – Да, совсем из головы вылетело. Когда Минасян учился на первом курсе, он очень тесно общался с одной преподавательницей. Она тоже приехала в свое время из Еревана, но в каком году – неизвестно. Попробуй выяснить, кто такая. Даю ориентировку: у нее колючее отчество.
   – Какое у нее отчество?
   – Колючее, по словам свидетеля, – рассмеялась Зотова.
   – Попробую, – неуверенно сказал Трофимов.
   – Женщина, вы случайно не перепутали примерочную кабинку с телефонной будкой? – окликнул ее кто-то.
   – Извините, – пробурчала Елена Петровна, простилась с Трофимовым и направилась к выходу с рынка.
   Она рассчитывала еще платье себе вечернее приглядеть, дорогое, тысячи за две рублей, но теперь принципиально не будет, мстительно подумала Елена Петровна. Пускай сами свои занавески с люрексом носят! Не рынок, а террариум. Ближе к выходу Елена Петровна слегка успокоилась, вспомнила, что хамье – это энергетические вампиры, они подпитываются, когда других людей оскорбляют. Правильно, что она их проигнорировала, у нее и так энергии маловато, чтобы раздавать ее всяким нехорошим людям. Шут с ним, с платьем и костюмом. Никуда она не поедет, вот и все. Так прямо и скажет Варламову, который обещал за справкой заехать. Не поедет, и все!
   Зотова посмотрела на часы и ужаснулась: вроде пробыла на рынке недолго, а стрелки показывали катастрофический временной провал. Варламов обещал к семи приехать, уже было без четверти. Елена Петровна прибавила ходу и вломилась в двери подземки, грудью сметая прохожих со своего пути. Вслед ей сыпались проклятья. Хамье, сплошное хамье кругом, ругалась Елена Петровна, втиснувшись в переполненный вагон.
   Варламова у подъезда не оказалось, белоснежного «Вольво» тоже, но на лестничной клетке Елену Петровну ждал сюрприз: прыщавый юноша с охапкой кремовых роз и какими-то объемными кульками. Оказалось – курьер.
   – Это вам от Варламова, – хмуро оглядев ее с ног до головы, сообщил курьер и сунул ей презенты.
   Физиономия у юноши была такой недовольной, что захотелось съездить ему букетом по роже, но Елена Петровна сдержалась, мысленно переведя свою злость с курьера на Варламова. Свинья, даже не предупредил, что не почтит ее своим присутствием! Из– за него она неслась домой, как дальнобойщик, подозревающий жену в измене. Из-за него не выбрала себе вечернее платье. Мало того, гордо сообщать о том, что она передумала ехать в Альпы, было некому. Вырвав у юноши кульки и букет, Зотова сунула ему недостающие документы и, громко хлопнув дверью, по привычке поволокла пакеты в кухню, продолжая поливать Ивана Аркадьевича последними словами. Лишь водрузив букет в вазу, а кульки на стол, Елена Петровна сообразила, что в пакетах вовсе не продукты, а нечто мягкое… Осторожно развернув свертки, Зотова тяжело опустилась на табуретку.
   – Ой! – растерялась она, вытаскивая из пакетов подарки: лыжный костюм ярко-голубого цвета, вечернее платье из черного шелка, атласа, французских кружев ручной работы, украшенного стразами, с глубоким V-образным вырезом и юбкой-трапецией. К платью прилагался шифоновый палантин. В свертках еще оказались два свитера свободного покроя, брюки, теплый кардиган цвета бордо, с набивным рисунком, вечерние туфли, сапожки, сумочка, повседневный костюм-тройка из тонкого джерси, мягонький и приятный на ощупь, и… роскошный шелковый халатик цвета слоновой кости. Все вещи были явно дорогими, отличного качества и необыкновенно красивыми. Зотова смотрела на это великолепие, и ее душили то приступы истеричного смеха, то надвигающийся водопад слез. В голове мелькали сцены из бульварных любовных романов, и она чувствовала себя идиоткой. Даже с довеском она никак не тянула на Золушку, а Варламов – на принца. «Да что он из себя возомнил?» – попробовала было возмутиться Елена Петровна, вновь истерически расхохоталась и, приложив ажурный пушистый свитер к щеке, притихла, размышляя, как ей поступить. По законам жанра, она, следователь по особо важным делам прокуратуры, майор юстиции Елена Петровна Зотова, обязана либо вернуть вещи Варламову, либо гордо выкинуть туалеты в окно, а еще лучше – порезать их на куски и в таком виде вернуть коварному Ивану Аркадьевичу, который посмел ее так унизить! Ее – следователя прокуратуры по особо важным! Варламов и раньше делал ей подарки: шарфик тепленький, конфеты, цветы, но это уже было чересчур – притаранить ей чемодан шмоток… таких красивых! Так и не решив, как на все это отреагировать, Елена Петровна сгребла презенты в охапку и направилась в спальню: примерять новые туалеты, с робкой надеждой, что вещи ей не подойдут и возвращать их змею– искусителю будет не так жалко.
   Напялив на себя вечернее платье и замерев перед зеркалом во всем своем пышном великолепии, Елена Петровна выругалась матом на режиссера, потому что он, говнюк такой, каким-то немыслимым образом угадал ее размер и выбрал для нее фасон, магическим образом скрывающий все недостатки ее фигуры и подчеркивающий достоинства. Туфли, собаки, тоже подошли и имели такую удобную колодку, что казались тапочками. Вот только подметка подкачала. Не прав был товарищ Кристиан Лубутэн, усевшись на кровать с туфлей и презрительно разглядывая красную подметку, решила Зотова. Через пять минут она уже крутилась перед зеркалом в лыжном костюме, который удивительным образом ее стройнил, а потом в костюме из джерси, потом в кардигане цвета бордо и новых мягких брючках… завершили примерку сапоги и шелковый пеньюар. В них Елена Петровна уселась на кровать и разревелась: расстаться с этими вещами означало бы вырвать кусок сердца из груди.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 [12] 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация