А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "У страха глаза велики" (страница 1)

   Екатерина Вильмонт
   У страха глаза велики

   Глава I
   КУРТКА

   – Матерь божья! – воскликнула Степанида, входя в прихожую, где стояли три громадные пластиковые сумки, в каких обычно возят товар челноки. – Нешто вы уезжать собрались?
   – Ах нет! – рассмеялась Юлия Арсеньевна. – Заходи, Стешенька, я тебе сейчас все объясню.
   Вот уже два месяца Степанида после школы приходила к Юлии Арсеньевне. Это была ее работа, за которую она получала пусть небольшие, но свои деньги и страшно этим гордилась. А кроме того, она привязалась к Юлии Арсеньевне как к родной, и та отвечала ей любовью и вниманием. Работа была нетрудная для Степаниды – прибрать в квартире, сбегать в магазин, в сбербанк, в аптеку. А еще Юлия Арсеньевна учила Степаниду говорить без ошибок, вести себя как надо, и Степанида нисколечко на нее не обижалась. От Матильды она пока скрывала, что работает, тем более что они в последнее время очень мало виделись. Матильда возвращалась поздно, когда Степанида уже была дома, так что заметить она ничего не могла. Вот и сегодня сразу после уроков Степанида помчалась на улицу Гиляровского.
   – Ах, Стешенька, сейчас мы с тобой этими сумками как раз и займемся.
   – Да откуда ж они, Юлия Арсеньевна, и что в них?
   – Их привезла Леночка, это... Помнишь, я тебе говорила, что жена знаменитого актера Муравина создала благотворительный фонд помощи нуждающимся артистам?
   – Вроде да...
   – Ну вот, а Леночка и ее подружка Лора решили собрать кое-какую одежду лишнюю у своих коллег...
   – Так там одежда?
   – Ну да.
   – А нам-то что с ней делать?
   – Мы с тобой ее разберем, что-то, может, надо выбросить, что-то постирать или почистить...
   – Почистить? – всплеснула руками Степанида. – Да вы знаете, сколько сейчас химчистка стоит?
   – Нет-нет, наше дело только разобрать вещи и рассортировать. Леночке просто некогда самой, ты же знаешь, как она занята.
   – Сделаем! – пожала плечами Степанида. – Но неужто артисты отдают непостиранное?
   – Очень возможно, у них нет времени и денег тоже.
   – А кто ж стирать и чистить будет? – допытывалась Степанида.
   – Насчет стирки не знаю, а вот сеть итальянских химчисток, вернее, ее хозяйка обещала сделать это бесплатно.
   – Тогда они и постирают, наверное.
   – Возможно.
   – Только вот что, Юлия Арсеньевна, я лучше сама все сделаю, а вы ступайте в комнату и дверь закройте, а то, не дай бог, еще кашлять начнете... От пылищи да вонищи.
   – Стеша! Что ты вообразила? Это ж все-таки не от бомжей вещи.
   – А кто их, артистов, знает? Вон у нас в доме на втором этаже один артист живет – пьянь пьянью, и от него всегда так воняет.
   – Это, конечно, прискорбно, но эти вещи не от него, а скорее для него!
   – Тоже верно, – улыбнулась Степанида и открыла первую сумку. Вытащила оттуда полиэтиленовый пакет, заглянула в него и вытряхнула содержимое на пол в прихожей. – Ой, гляньте, какие хорошие вещи!
   – Действительно, почти новые! – обрадовалась Юлия Арсеньевна. – И смотри, все чистенькое, что там у нас?
   – Две юбки, два джемпера и лифчик, совсем новый, в упаковке еще! Это мы отложим сразу.
   Она достала из сумки еще один пакет и тоже вытряхнула на пол. Там оказался вполне приличный шерстяной пиджак. Степанида повела носом.
   – Это в чистку, табачищем разит! – определила она.
   – Кстати, Стеша, проверь карманы. Мало ли кто что мог забыть, – посоветовала Юлия Арсеньевна.
   Действительно, в кармане пиджака Степанида обнаружила полупустую пачку сигарет, три проездных талончика за прошлый квартал и шариковую ручку.
   – Ой, и что теперь с этим делать? – спросила она.
   – Да ничего! Сигареты отдадим кому-нибудь, кто курит, билетики можно только выбросить, а ручка... Ручка тебе пригодится. Не разыскивать же владельца из-за такой ерунды, – улыбнулась Юлия Арсеньевна. – Вот если кто-то забыл документы вынуть или еще что-то важное, тогда другое дело.
   Однако больше ничего не попалось. Юлии Арсеньевне кто-то позвонил, и она ушла в комнату, а Степанида взялась уже за последнюю сумку. Вытащила оттуда теплый шарф, шапку-ушанку и мужскую куртку с множеством карманов и кармашков. Она стала методично их проверять. Во внутреннем, застегнутом на «молнию» кармашке что-то шуршало. Она открыла «молнию» и достала из кармана аккуратно сложенную бумажку. Развернула ее. «Если со мной что-то случится, прошу винить в этом Тимофея Михайловича Холщевникова». Степанида даже рот открыла от изумления. Ни фига себе! Вот это записочка! Но что же делать? Степанида задумалась. Если человек написал такую записку и сунул ее в карман куртки, значит, он чего-то боялся... И если куртка с запиской попала сюда, то, наверное, с ним случилось-таки несчастье, в котором скорее всего виноват этот самый Холщевников. А записку не нашли... Кому, интересно, она предназначалась? Вероятно, милиции...
   – Стешенька, ты о чем задумалась? – заставил ее очнуться голос Юлии Арсеньевны.
   – Да так, ни о чем... – ей не хотелось пугать впечатлительную пожилую даму. И она решила при первой же возможности позвонить Валерке. Он обязательно что-то умное присоветует. Она спрятала записку в свою сумку, а куртку положила в отдельный пакет. Ее надо тоже сохранить для следствия. Больше ничего интересного ей не попалось.
   Покончив с разборкой вещей, она сбегала в магазин и на почту, потом протерла влажной тряпкой полы, попила чайку с Юлией Арсеньевной и помчалась домой, незаметно прихватив с собой пакет с курткой.
   Матильды дома не было. И Степанида сразу же позвонила Валерке.
   – Степка, привет! – обрадовался он. – Что новенького?
   – Валер, надо поговорить!
   – Опять что-то случилось? – догадался он по таинственному тону подружки.
   – Ага!
   – В чем дело-то?
   – Слушай, я нынче такую записку нашла... «Если со мной что-то случится, прошу винить Тимофея Михайловича Холщевникова».
   – Что? Где ты ее нашла? – взволновался Валерка.
   – В куртке!
   – В чьей?
   – Кабы знать!
   – То есть?
   – Ну, понимаешь... Я заходила к Юлии Арсеньевне...
   Валерка до сих пор не знал, что Степанида работает у нее за деньги.
   – И что?
   – Ну, там ее дочка привезла сумки с одеждой... для этой, как ее... благотворительности, и я это шмотье разбирала, ну и вот...
   – А где куртка?
   – У меня, я ее потихесеньку унесла.
   – Потихесеньку? – рассмеялся Валерка. – Молодчина! Слушай, это может быть очень интересное дело. Вот только бы узнать, чья куртка. Но, судя по тому, где она оказалась...
   – Вот-вот, я то же самое подумала. Если ее вот так отдали незнакомому, значит, хозяина уже нет...
   – Ну, необязательно! Знаешь, по-всякому бывает. Например, он спрятал записку в карман, а его жене, допустим, эта куртка не нравится, вот она и отдала ее в отсутствие мужа. И тогда он вполне может написать еще такую же записку. Кстати, очень возможно, что он распихал такие записки по всем своим карманам, и тогда...
   – Тогда нам тут делать нечего, да?
   – Ну, в общем и целом... Да, Степка, в таком случае нам тут делать нечего.
   – А если нет, если он только одну записку оставил? Может же такое быть?
   – Все бывает...
   – Валер, значит, ты считаешь, мы можем просто махнуть на это рукой?
   – Думаю, да.
   – Но как же, Валерка? – закричала Степанида. – А если его убили? И никто не знает про этого Холщевникова?
   – Но что мы можем? Только отнести эту записку в милицию.
   – Ну хотя бы!
   – Степка, если бы мы хоть отдаленно представляли себе, чья это куртка. А то в милиции нас вообще за трепачей могут принять. И потом, что, если это просто дурацкий розыгрыш?
   – Розыгрыш? – ахнула Степанида.
   – Да, да, именно розыгрыш! В актерской среде это очень даже принято. Сама подумай, какой-то весельчак решил отдать свою курточку и поглядеть, что из этого получится.
   – Дурак он, что ли?
   – Почему бы и нет? Розыгрыши бывают умные, а бывают вполне идиотские. Тем более с пьяных глаз.
   – Ты серьезно?
   – Еще как серьезно! Аськина мама как-то рассказывала, что у них в театре одному артисту позвонили и сказали – вас приглашают в какой-то маленький подмосковный городок выступать в Доме культуры; словом, наговорили ему сорок бочек арестантов, пообещали хорошие деньги заплатить, ну и все такое, он был не избалован и поехал. Его, естественно, никто не встретил, он долго блуждал по этому городку и в результате простудился, заболел воспалением легких. Вот такие розыгрыши тоже бывают.
   – Козлы!
   – Это точно. Так что история с запиской тоже здорово смахивает на розыгрыш.
   – Может быть, – задумчиво проговорила Степанида. – А я уж невесть чего себе навоображала...
   – Представляю! – усмехнулся Валерка. – А как вообще дела, Степка? Как Матильда?
   – Матильда? Нормально, только я ее почти и не вижу.
   – А на лето какие планы?
   – Какие планы? Я не знаю. Тетя Саша с Игорьком в деревню поедет, меня с собой зовет.
   – Поедешь?
   – Неохота. Мы, наверное, компьютер купим, и я буду на нем учиться... А чего там в деревне делать?
   – Воздухом дышать. А меня на даче опять запрут. Я там помру с тоски. Раньше еще, когда Аська с Мотькой там жили, было терпимо, у нас всегда дела находились, а теперь... Кстати, ты не в курсе, Аська на лето не приедет?
   – Не знаю, Матильда ничего не говорила.
   – А у Мотьки летом гастроли будут?
   – Вроде да. Валер, а если это все-таки не розыгрыш, тогда как?
   – Степка, тебе не терпится опять что-то расследовать?
   – Ничего подобного, просто... А вдруг мы сможем спасти этого человека?
   – Во-первых, какого человека? А во-вторых, в милицию он и сам мог заявить. Но почему-то этого не делает, а если мы заявим, то можем ему только хуже сделать, понимаешь? Не говоря уж о том, что нас с таким заявлением скорее всего просто пошлют куда подальше. Спасай того, не знаю кого! Конечно, если очень постараться, можно найти хозяина этой куртки...
   – Как?
   – Спросить у дочки Юлии Арсеньевны, у кого она брала вещи, ну и методом исключения...
   – Чего? – не поняла Степанида.
   – Объясняю – надо будет составить список этих людей и проверить их всех.
   – Это долго. Валер, а вдруг она точно помнит, чья это куртка?
   – Возможно и такое. Но тогда тебе придется все ей рассказать. Хотя...
   – Что?
   – Можно что-нибудь придумать... Допустим, что в куртке нашлись деньги или еще что-то ценное. Правда, если она точно помнит, чья куртка...
   – Да, тогда придется это вернуть, а возвращать-то нечего.
   – То-то и оно. Вот что, Степка, если ты в ближайшие дни увидишь Елену Александровну, попробуй как-нибудь навести ее на разговор об этих вещах, вдруг что-то сумеешь выведать...
   – Попробую.
   Они еще поговорили о том о сем и простились. И тут же кто-то позвонил в дверь. Это явилась Алка.
   – Привет, до тебя не дозвонишься, ты с кем трепалась? – накинулась она на Степаниду.
   – С Валеркой.
   – У любви, как у пташки, крылья?
   – Да какая там любовь! – отмахнулась Степанида. – Просто сегодня такая история вышла...
   Степанида рассказала Алке про записку.
   – Ну ни фига себе! А эта куртка у тебя?
   – Да.
   – Покажи! – потребовала Алка.
   – Зачем?
   – Надо!
   Пожав плечами, Степанида достала куртку.
   – На, гляди!
   Алка взяла ее в руки, пощупала материал.
   – Курточка недешевая! – сказала она.
   – Почем ты знаешь?
   – «Хьюго Босс», фирма дорогая, будь спок, я-то знаю.
   Алка принюхалась:
   – Туалетная вода «Дюна», фирма «Кристиан Диор».
   – Чего? – вытаращила глаза Степанида.
   – Того! Говорю же – мужик этот душился туалетной водой «Дюна»!
   – Алка, ты брешешь?
   – Почему это я брешу? Даже не собираюсь! Просто я знаю этот запах!
   – Папа твой, что ли, этой водой душится? – предположила Степанида.
   – Ясное дело.
   – Тогда понятно. Ну, что еще скажешь?
   – Что мужик этот был не бедный!
   – А что нам это дает?
   – Не знаю, пока ничего, а там посмотрим. Мы, Степка, должны заняться этим делом.
   – Думаешь? А Валерка говорит: это свободно может быть розыгрыш.
   – Розыгрыш?
   – Ну да!
   Степанида пересказала ей Валеркину теорию. Алка сморщила нос.
   – Кретин он, что ли, этот дядька? Какой интерес в розыгрыше, если не видишь его результатов? Кому надо неизвестно кого разыгрывать? Ты сама-то подумай! Разыгрывать людей, которые собирают ношеные шмотки для благотворительности? Да они скорее всего и не обратят внимания на какую-то бумажонку в кармане. Выкинут, и все дела.
   – Но я же вот обратила внимание!
   – Ты – исключение! Нет, Степка, никакой это не розыгрыш, я просто уверена. На все сто!
   Степанида задумалась. В словах Алки был резон.
   – Ну и что ты предлагаешь?
   – Для начала тебе нужно поговорить с этой артисткой, дочкой Юлии Арсеньевны.
   – О чем?
   – Степка, ты сдурела, да? Сама, что ли, не понимаешь?
   – Не понимаю, если честно.
   – Ты должна ей сказать всю правду! А она сообразит, что к чему. Может, вспомнит, чья это куртка. Говорю ж тебе: куртка дорогая, фирменная, она, артистка эта, уж точно обратила на нее внимание. Такие куртки не каждый день выбрасывают. Когда она должна шмотки забрать?
   – Вроде бы завтра.
   – Степка, у тебя ее телефон домашний есть?
   – Есть, а что?
   – Как что? Как что? – возмущенно завопила Алка. – Это же самой глупой козе понятно! Позвони ей и спроси!
   – У нее, наверное, спектакль...
   – А ты позвони и выясни. Вдруг сегодня она дома?
   Степанида нашла записную книжку и позвонила дочке Юлии Арсеньевны, артистке Елене Пивоваровой по прозвищу Пивочка. Но у нее никто не брал трубку.
   – Нету ее, – мрачно сообщила Степанида.
   – Значит, позвонишь ей завтра с утра.
   – Утром она спит.
   – Ничего, проснется! – сурово ответила Алка. – Такое дело...
   – Ал, а если она ничего не знает, не помнит?
   – Тогда спросишь у нее про всех, кто давал шмотки! И мы разберемся!
   – Ну ты даешь! – покачала головой Степанида.
   – В нашем деле только так!
   – В каком это нашем деле?
   – В детективном! Я, Степка, уже решила. Буду следователем!
   – Еще сто раз перерешишь!
   – Посмотрим!
   – Посмотрим!
   Подружки рассмеялись.
   – Конечно, лучше бы это случилось через недельку, когда школа кончится, но... Ой, Степка, а меня ведь на дачу законопатят! – сокрушенно воскликнула Алка. – Это уж как пить дать. Мама отпуск даже берет...
   – Значит, постараемся все успеть до тех пор! В конце концов, нам надо выяснить только одно – чья это куртка. И отдать записку в милицию.
   – Правильно! Только ты, Степка, наберись храбрости и позвони утречком артистке...
   – Ладно.
   Когда Алка ушла, Степанида села за уроки, твердо решив утром связаться с Еленой Александровной. Ей даже во сне не могло присниться, какие события начнут разворачиваться еще сегодня вечером, не имеющие, впрочем, ничего общего с таинственной запиской.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация