А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Драконье горе, или Дело о пропавшем менте" (страница 39)

   Солнце уже почти коснулось горных вершин, чуть левее направления, по которому мы следовали, когда в приблизившемся горном массиве я разглядел новую темную щель, гигантским восклицательным знаком разделившей его на две части. Казалось на серый гранит скальной стены обрушился мощный прямой удар меча и рассек его сверху донизу. Скала, словно живое тело начала разваливаться пополам, в какой-то момент застыла, да так и осталась стоять с чуть разошедшимися в разрубе краями. Наш проводник направлял своего конька как раз к этому разрубу.
   Чтобы добраться до начала расщелины, нам понадобилось еще около получаса. Возле самого входа в скалу, Варгус остановился и повернулся ко мне:
   – Вот, благородный сэр, начало Скользящей Расщелины… Дальше, если хотите, ступайте сами. Заблудиться здесь нельзя – противоположный конец ущелья упирается в Скальный Шийн.
   – Ну что ж, спасибо, что довел, – проговорил я, протягивая ему приготовленную заранее плату, – Дальше, значит, прямо по этому ущелью?..
   – Да, здесь ни ответвлений, ни пещер нет, – подтвердил Варгус, и, чуть помявшись, добавил, – А, может быть, все-таки не пойдете…
   – Пойдем, Варгус, – улыбнулся я проводнику, – Очень мне нужен ваш Демиург!..
   – Знаете что, неожиданно сказал он, – Я, пожалуй, подожду вас тут вот, неподалеку, вдруг кто-нибудь из вас живой оттуда выползет, я тогда помочь смогу, до города доставить!..
   – Но мы можем и задержаться у Демиурга… – неуверенно начал я, но проводник меня перебил:
   – Ну, если и задержитесь, так не больше чем на два-три дня… А на такое время у меня припасов хватит!
   – Хорошо, – согласился я, – Ты ждешь нас два дня, не больше, и после этого возвращаешься домой.
   Варгус кивнул, а сэр Вигурд неожиданно добавил:
   – Отойди от расщелины подальше, так, чтобы тебя не очень видно было, и если вдруг отсюда кто полезет, немедленно убирайся домой!
   – Хорошо, благородный сэр, – отозвался Варгус, поворачивая свою лошаденку, и в его голосе мне послышалось облегчение. Видимо немалого мужества стоил ему его предложение дожидаться нас здесь.
   Копыта лошади Варгуса зацокали по камням, унося проводника подальше от мрачного входа в обитель Демиурга, а мы шагом въехали в Скользящую Расщелину.
   Солнце висело над самыми скалами, но на плато свет был еще вполне дневной. Не было особой темноты и в самой Скользящей Расщелине, скалы по ее сторонам сверкали многочисленными искристыми бликами, словно дневной свет струился по ним до самого дна ущелья, давая вполне достаточную видимость. И в самом начале пути это нам очень помогло, потому что Расщелина оказалась Скользящей в самом прямом смысле этого слова. Ее дно было из абсолютно чистого, чуть ли не полированного гранита и при этом имело сильный уклон вправо. Кованные копыта наших коней, а особенно, бронированного гиганта Вигурда, скользили по этому дну, как по льду, едва удерживая лошадей от немедленного падения. Моя надежда на то, что мы сможем быстренько проскакать сквозь эту расщелину, улетучилась, как дым – нам пришлось немедленно покинуть седла и двинуться вперед осторожным шагом. И все-таки, поначалу мне казалось, что нам удастся пройти до входа в Скальный Шийн без особых приключений.
   Мы медленно продвигались вперед, сосредоточив все свои усилия на том, чтобы не соскользнуть. Лучше всех к окружающей обстановке приспособился, конечно же, баггейн – его осел почти сразу же поменял свои копыта на кошачьи лапы и крался вперед с такой грацией, что мне показалось будто его правые лапы длиннее левых. Нам с сэром Вигурдом в наших подкованных сталью рыцарских сапогах, двигаться было значительно сложнее, и все-таки не так сложно, как нашим лошадям. Был момент, когда я пожалел, что не оставил бедных животных вместе с Варгусом у входа в Расщелину.
   Это неуклюжее продвижение вперед настолько поглотило все наше внимание, что мы совершенно не заметили, как вокруг нас начала сгущаться темнота. Только когда, я вдруг понял, что не вижу ступней своих ног, и что гранит под ними перестал поблескивать сотнями ярких игольчатых светляков, мне пришло в голову оглядеться. Если раньше, сверкание окружавших нас гранитных стен создавало впечатление струящегося по ним света, то теперь мне показалось, что по тем же самым серовато-стальным скалам ко дну стекает темнота. Эта темнота постепенно заполняла все пространство ущелья, поднимаясь все выше и выше, затапливая окружающее пространство, поглощая малейшую светящуюся искру, малейший намек на свет.
   Наконец наступила странная, непроницаемая темнота, и в тот же момент появились… звуки. Сначала это были просто неясные шорохи, скрежет металла о камень, нечеткий перестук, напоминающий глухой топот копыт. Потом высоко в небе прозвучал резкий тягучий звук, показавшийся мне почему-то отголоском охотничьего рога, и сразу после этого над нами словно бы пронеслись невидимые всадники сопровождаемые заливистым собачьим лаем, звонкой дробью отразившимся от стен ущелья. Едва этот водопад звуков стих, позади меня послышался шепот Вигурда:
   – Мы не сможем двигаться дальше в такой темноте!..
   – Почему? – переспросил я, – Заблудиться в ущелье мы в любом случае не сможем…
   – Но я даже не вижу, куда поставить ногу! – шепотом воскликнул маркиз.
   И тут мне пришла в голову совсем простая мысль – наладить необходимое освещение! И, как мне показалось, никаких особых препятствий для этого не существовало. Подняв забрало, я начал нашептывать подвернувшееся мне и подходящее к данному случаю заклинание, и при этом с силой потирать ладони одну о другую. Когда заклинание было сказано, я сильно дунул на свои разогревшиеся ладони и раскрыл их лодочкой… Между ладонями трепетал крошечный язычок оранжевого пламени. Выпустив его вверх словно бабочку, я прибавил ему магической подпитки, и окружающее пространство озарилось неким призрачным подобием света. Я говорю «подобием» потому что этот свет совершенно не отражался от окружавших нас гранитных стен, он, казалось даже не достигал их, хотя позволял видеть вперед и назад достаточно далеко.
   Как только вспыхнул мой светлячок, все преследовавшие нас звуки мгновенно смолкли. Однако, наступившая тишина продолжалась совсем недолго – впереди кто-то невидимый громко и зло расхохотался!
   Этот смех заметался между каменных стен, прижимаясь ко дну расщелины и, словно не желая вырываться из нее. Казалось, он никогда не кончится, то чуть затихая, то получая новую силу, он окружал, обволакивал нас, толкал почти физически то к одной, то к другой стене, но в самый кульминационный момент он вдруг смолк, как будто разуверился в своей силе.
   Мы продолжали медленно двигаться вперед, и я вдруг почувствовал, что уклон, так мешавший нашему движению, начинает пропадать, но происходило это совсем не потому, что мы продвигались вперед – дно Скользящей Расщелины, чуть подрагивая… выравнивалось само собой! Однако, едва мы смогли выпрямиться и вздохнуть с облегчением, оно резко наклонилось в другую сторону, словно желая сбросить нас к левой стене.
   Мы удержались, хотя дно расщелины еще дважды меняло свой наклон, правда, постепенно замедляя скорость своих колебаний. Наконец, оно снова приобрело неподвижность и… горизонтальность! Уклона больше не было и мы больше не скользили при каждом шаге. Я быстро двинулся вперед, таща свою лошадь за повод и слыша, как позади меня ругается сэр Вигурд, торопя своего броненосца. Но пройти нам удалось не больше пятидесяти шагов, впереди послышался угрожающий гул, постепенно перерастающий в оглушительный грохот, заставивший нас замереть на месте.
   Остановились мы вовремя – не дальше чем в тридцати-сорока метрах впереди по движению произошел обвал! Огромные камни упали на дно ущелья, словно вывалившись просто из темного неба. Расколовшись на части, они перегородили всю ширину ущелья, а сверху продолжала сыпаться мелкая галька и обломки гранита, заполняя пазухи между крупными обломками. Через какие-то пару минут ущелье было перегорожено каменной стеной.
   «Приехали!» – раздался разочарованный писк Фоки.
   «Ни фига!..» – ответил я ему и шагнул вперед.
   «Как это?!» – пропищал Фока.
   «А так! – зло ответил я, – Дурачат нас!»
   – Ты куда, сэр Владимир? – раздался позади меня голос моего молодого друга, в котором мне послышалась некая нехорошая обреченность.
   – Туда же, куда и раньше, – не менее зло ответил я маркизу.
   – Но… там же обвал!.. Нам не проехать!.. – Вигурд явно не понимал моих намерений.
   – А мы попробуем! – уже веселее проговорил я, – Что-то мне в этот обвал не очень вериться – такая куча сыплющихся камней и… совершенно нет пыли! Ее что, специально убрали, чтобы обвал был виден нам во всех подробностях?
   «Точно! – вдруг воскликнул Топс, – А я все думаю, что же мне так этот обвал не нравится!»
   «Мне он тоже не понравился, – встрял Фока, – Но я точно знаю почему!»
   – Хм! – в голосе сэра Вигурда появилась надежда…
   «Почему?» – немедленно отозвался Топс…
   – Возможно, сэр Владимир, ты действительно прав, отсутствие пыли очень… необычно!
   «Потому что он мешает нам двигаться дальше!» – рассерженно пискнул Фока.
   «Ты, глупый каргуш из породы ярко-красных глупых каргушей! – насмешливо проговорил Топс, – Пойми, если пыли при обвале нет, значит и сам обвал ненастоящий!»
   – Оно не необычно, сэр Вигурд, оно… симптоматично!.. – уже совсем весело ответил я, – За мной!..
   Я прибавил шагу.
   «Умненький Топсик из породы очень умных зеленушек, – язвительно заверещал Фока, – Мне, в отличие от тебя, для того чтобы понять, что произошел обвал совсем не нужно получить каменюкой по башке! Вполне достаточно этот обвал увидеть и услышать!»
   «Теперь ты понял, Топс, что я имел ввиду, когда говорил о ваших ночных зрительно-осязательно-слуховых галлюцинациях!» – обратился я к разумному каргушу Топсу.
   Но ответил мне импульсивный каргуш Фока:
   «Ну и что ты имел ввиду?!»
   «То, что мы наблюдали сейчас зрительно-слуховую галлюцинацию, призванную остановить и повернуть наш отряд…» – проговорил я, но Фока меня грубо перебил:
   «А сейчас ты уткнешься своим… человеческим носом в осязательную галлюцинацию… Если, конечно, вовремя не повернешь назад!.. Э, э, э, ты куда делся?!!»
   Когда Фока начал свою замечательную по иронии фразу, я как раз находился в двух-трех шагах от завала, а когда Фока заканчивал свой короткий монолог, я на всем ходу влетел в этот завал и… исчез! Бедный маленький каргуш видел перед собой несокрушимую каменную осыпь и повод лошади, тянущийся… внутрь этой осыпи! Именно это «видение» и вызвало его последний растерянный возглас!
   Однако, повод не смотря на мое исчезновение продолжал оставаться в моей руке, и я продолжал тянуть за собой лошадь, так что через секунду моя кобыла, спокойненько последовала за мной внутрь завала, неся на себе обоих каргушей. Сэр Вигурд притормозил было перед грудой валяющихся камней, но в этот момент осел с рогами и на кошачьих лапах быстренько обогнул его коня и шмыгнул в «камешки» следом за моей кобылой. Маркизу ничего не оставалось, как только стиснуть зубы и тащить своего бронированного конягу прямо на каменную преграду, куда тот вслед за самим рыцарем беспрепятственно погрузился.
   Двигаться внутри морока было не слишком приятно, особенно учитывая то, что он вдобавок издавал звуки, характерные для оседающей осыпи: поскрипывание, шуршание, постукивание, вздохи, хорошо еще, что на плечи и голову ничего не давило. Только вот видно не было ничего – сплошной радужный туман со всех сторон. Но эту невещественную преграду мы миновали довольно быстро, вот только за ней нас ожидало…
   Когда радужные переливы, окружавшие меня плотной завесой сначала потускнели, а затем и вовсе разошлись, я не секунду замер, а затем вынужден был пройти чуть вперед против собственно воли, чтобы позволить выйти из «завала» своим спутникам. Если бы не их настойчивое «попихивание», я, возможно, вообще бы повернул назад. Посудите сами, выходите вы ночью на чистый, свежий воздух и видите, что в призрачном свете вами самими разожженного огонька, не далее чем в двадцати метрах сидит… бабушка метров восьми ростом!
   Эта пепельного цвета старуха – ее кожа и одежда сливались в неразличимое пепельное убранство, сидела на корточках, прислонясь к гранитной скале. На ее голове красовалась странная четырехугольная шляпа, сделанная, казалось из куска серого гранита, серый фартук, тоном чуть темнее остальной одежды, был наброшен на шею, но не завязан на спине завязками, а переброшен через плечо. Перед старухой стояла не то кастрюля, не то здоровенный чугунок, прикрытый тяжелой крышкой, сквозь которую проходил черенок здоровенной ложки, и старушка, так и не снимая крышки, мешала что-то внутри чугуна, напевая при этом странную заунывную песенку, хриплым немузыкальным басом.
   Наверное целую минуту все мы не дыша рассматривали эту жутковатую бабулю, пока самый догадливый из нас, Фока, не пискнул:
   «Горная Старуха!..»
   Несмотря на то, что «пискнул» Фока мысленно, Старуха услышала его и, подняв голову, посмотрела на нас красновато светящимися угольями, заменявшими ей глаза. Мы буквально застыли на месте, боясь пошевелиться, но, похоже бабушка нас все-таки рассмотрела! Она замолчала, оборвав свою песню посреди немузыкальной фразы, перестала мешать свое варево, медленно и неуклюже поднялась на ноги, опрокинув походя свой горшок, из которого, неожиданно для меня, ничего не вылилось. Когда Старуха выпрямилась во весь свой немаленький рост, а потом вдруг ощерилась в непередаваемо злобной гримасе, моя рука сама потянулась к рукояти меча!
   Однако вытянуть оружие из ножен я не успел. Горная Старуха злобно погрозила нам своим кулаком, бывшим раза в три больше моего шлема, а потом сделала шаг и исчезла в скале!
   Сказать, что мы облегченно перевели дыхание, наверное нельзя, скорее мы просто тихонько выпустили из легких весьма застоявшийся там воздух. Зато сделали следующий вздох мы с огромным удовольствием. И еще, едва только Старуха исчезла в скале, я сразу обнаружил, что гораздо лучше вижу в темноте расщелины. Словно некая пелена упала с моих глаз, а еще лучше сказать – рассеялся некий темный туман скрывавший все окружающее. И почти сразу, всего в нескольких десятках метров впереди, я увидел темный зев огромной пещеры.
   Сэр Вигурд тоже увидел эту пещеру и хрипловатым шепотом произнес:
   – Похоже, мы дошли!..
   «Ага!.. – немедленно согласился Фока, – До ручки!.. Сплошные галлюцинации!.. Слушай, Топс, нас на самом деле протащили сквозь гору камней или это тоже была галлюцинация?!»
   – Да, сэр Вигурд, скорее всего, ты прав, – согласился и я тоже.
   «Галлюцинация», – успокоил Фоку Топс.
   – Видимо, нам сюда. Это и есть тот самый пресловутый Скальный Шийн!..
   И я полез в седло. Вигурд тоже вскочил на лошадь, и мы не торопясь двинулись ко входу в пещеру.
   «Если мне когда-нибудь, – мечтательно начал Фока, – Доведется все-таки вернуться домой, я лет пятьдесят из нашего заповедника никуда ни ногой!.. – потом он вдруг уставился немигающим взглядом в мою спину и тоненько взвизгнул, – А с Человеком вообще никогда и никуда!!!»
   «Да ладно тебе, – успокаивающе проговорил рассудительный Топс, – У тебя ж за все путешествие даже шкурка не замаралась, не говоря уже о травмах! Что ж ты разнылся?!»
   «Шкурку запачкал?! Ни одной травмы не получил?! – немедленно запричитал Фока, – А кто считал мои моральные и этические травмы, не говоря уже о мелких порезах и ссадинах! Кто считал те секунды, в течение которых я считал себя уже убитым и растерзанным!.. Кому удастся подсчитать…»
   «Слушай, каргуш, кончай считаться!.. – перебил я его, – Как сказал поэт „… Сочтемся славою, ведь мы свои же люди!..“
   Теперь уже меня перебил Фока. Горьким от обиды голосом он обратился к своему товарищу:
   «Слышал, Топсик, как в бой, на передовую, в разведку, так – каргуши! А как слава – так людЦм! Человекам, то есть! За что мы, друг, свою кровушку проливали!..»
   «Кончай каргуш канючить! – цыкнул я на оранжевоголового, – Демиург тебя наградит, а Тень приласкает!»
   «И Кроха орехов даст!..» – добавил Топс, после чего оба каргуша замолчали.
   Мы медленно въезжали под своды гигантской пещеры.
   Вокруг нас ничего вроде бы не изменилось. Те же гранитные стены по бокам, то же дно Расщелины, только высоко над головой вместо бездонной черноты ночного неба, появился каменный свод, едва заметно отсверкивающий слюдяными вкраплениями. Да еще, пожалуй, появившиеся на дороге камни. Это были непонятно откуда взявшиеся, небольшие округлые валуны, того же серого цвета, что и окружающие стены. Вот только кто или что их так обкатало?
   Созданная мной мерцающая бабочка продолжала свой полет впереди нашего отряда, освещая нам дорогу своим призрачным светом. Баггейн снова переместился в хвост и, отрастив себе копыта вместо лап, бодро поцокивал по камню.
   А вот наши лошади явно устали. Моя кобыла шла, помахивая гривой и опустив голову, словно надеялась найти на дороге нечто интересное. Стальной конь сэра Вигурда несколько раз споткнулся и переступал ногами совсем неуверенно. Да и мы с маркизом притомились, ночь была на исходе, а мы были в седле с самого утра, и путешествие наше не было легкой прогулкой.
   Я уже подумывал о том, чтобы остановиться и разбить прямо на полу пещеры, или тоннеля, по которому мы шли, некое подобия лагеря, перекусить и отдохнуть, надеясь, что тролли ожидают нас далеко впереди, но…
   Мой огонек неожиданно метнулся в сторону и остановился, прилепившись к скале. Я тоже остановился и внимательно посмотрел вперед. Там, на самой границе призрачного света и абсолютной тьмы высились три огромные сливающиеся тени.
   Проехав еще несколько шагов я невольно остановился, и мои товарищи сделали то же самое. Моя светящаяся бабочка отделилась от стены и, перелетев чуть вперед, снова прилепилась к граниту. Тени впереди разделились, стали четче, приобрели очертания… огромных бутылок! При этом они оставались совершенно неподвижными. И все-таки, несмотря на их полную неподвижность и молчание, я не решался двигаться вперед. Так мы простояли целую минуту, и тут сэр Вигурд, чуть наклонился в мою сторону, явно собираясь заговорить. Я быстро поднял руку в предостерегающем жесте, и маркиз не сказал на слова, зато со стороны неподвижных фигур наконец раздался рокот, в котором с трудом можно было разобрать членораздельную речь:
   – Гляньте-ка… светиться!..
   – Ага!..
   – А я ничего не вижу!..
   – Да ты даже солнце не увидишь, слепундра!..
   – А ты что ли увидишь?! А будешь обзываться – в зубы!.. А зато я лучше всех слышу!.. А…
   – Да чего ты слышишь?! Чего здесь можно услышать?! Я здесь уже десять лет ничего не слышу!..
   – А я десять лет ничего не нюхаю!..
   – А я слышу!.. Слышу!.. Слышу!.. Топают!.. Раньше топали!.. Сейчас не топают!..
   И тут же два голоса, чуть громче:
   – Где топают?!
   – Нигде не топают… Раньше топали…
   И снова два голоса в унисон:
   – Кто топает?!
   – … Не вижу…
   – Слепундра…
   – … Глухая!..
   Рокот становился все тише и тише и на этом последнем слове затих совершенно, лишь спустя секунду едва слышно донеслось:
   – Смотрю…
   – Слушаю…
   – Нюхаю…
   Я посмотрел на Сэра Вигурда, оглянулся на спрятавшегося позади моей лошади баггейна и на притихших каргушей. Надо было что-то делать, только вот – что?..
   Немного подумав, я решил для начала получше рассмотреть кто это там впереди перешептывался. Моя бабочка, словно только и ждала сигнала – прибавив освещения, она снялась со стены и неторопливо запорхала вперед, оставляя нас в сумраке. Стоявшие впереди тени стали приобретать все более четкие очертания и наконец мы увидели!..
   В глубине тоннеля, перегораживая практически всю его ширину стояли три толстых существа четырех-пяти метрового роста. Первое, что бросалось в глаза, были необыкновенно маленькие головы с огромными оттопыренными и заостренными кверху ушами, покрытые явно никогда не знавшими расчески, торчащими во все стороны рыжими космами. Самая длинная и неопрятная «косма» у каждого из чудищ болталась до колен и, по всей видимости, была бородищей. Морды у этих верзил были весьма похожи на… сквотские, однако их носы превышали любые допустимые размеры и были до невозможности… загрязнены, толстые, синего цвета губы в четырех местах прижимались выступающими наружу клыками, толстенные щеки странным образом подергивались, словно все трое что-то жевали, не двигая при этом нижней челюстью. А вот глазки у этих молодцев были совсем крошечные и слабо светились красным. Впрочем, я быстро понял, что глаза имелись только у двоих. Третий, стоявший с левого боку, органов зрения не имел и, видимо, именно по этой причине, медленно ворочал головой, явно прислушиваясь к тому, что происходило перед ним.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 [39] 40 41 42 43 44 45

Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация