А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Секс не бывает безопасным" (страница 14)

   Трусики слетели с нее в одно мгновение, и первый из четверых принялся за дело.
   Ерохин прошел и сел на свое место.
   – Ты, шлюха, решила, что можешь за трах купить офицера милиции? Сколько мы сейчас будем тебе должны?
   Тот, кто ее охаживал сзади, знал свое дело. Сфокусировать взгляд на капитане она не могла, так как голова шла кругом и в прямом и в переносном смысле. Ее и раньше брали несколько человек подряд, но так, чтобы прямо в здании МВД!..
   – Ты чего не отвечаешь? Тебе не нравится, как тебя трахают наши сотрудники?
   Первый быстренько отвалил, и за дело принялся второй.
   – Такое не забывается... – прошипела она.
   – Очень хорошо, гражданочка. Скоро сеанс закончится, и вы наденете трусики и пойдете домой, не подмывшись.
   – Скотина! – Она попыталась дотянуться до лица, но ничего не вышло. Ее крепко держали.
   – Ребята, – обратился он к козлам, – работаем два круга. – Он приблизил к Дарье свою усатую физиономию: – Бедняжка, ты уже вспотела. Знаешь, я тут подумал отдать тебя омоновцам. Там есть настоящие звери. Они тебя просто раздерут...
   Когда все закончилось, она, обессиленная, сползла на пол.
   – Иди отсюда, шалава, – разрешил капитан под вжик застегивающейся ширинки. – И никому не вздумай рассказывать о том, как ведет опрос свидетелей капитан Ерохин.
   Когда она оделась, в кабинете никого уже не было. Она даже лиц толком не запомнила, но капитана ей не забыть!..
   Вышла в коридор и поплелась к лестнице. Что же, теперь снова звонить в Мурманск и говорить, что у нее ничего нет?.. Просить прощения за беспокойство? Сослаться на трудности? Какая она все-таки еще наивная! Пыталась договориться с Ерохиным, не взяв его за задницу... Человек поддается дрессировке, только когда к нему применяют шантаж или угрозу. По-доброму не получается.
   Дарья шла как в тумане, с единственным желанием свалить отсюда. Ей было наплевать на тех, кто попадался навстречу. Казалось, будто все эти мужики, слоняющиеся по коридорам, тоже только что кого-то отодрали, но им мало, и они слащаво пялятся на нее...
   – Что вы здесь делаете?
   Она очнулась. Перед ней стоял Генералов. На этот раз во рту у него был потухший огрызок сигары. Видимо, курить в управлении он не решался.
   Дарья никак не могла взять в толк, как оказался здесь житель города Сочи.
   – Да так, приходила на свидание к капитану Ерохину и его людям. А вы тут как? По делам?
   – В служебной командировке.
   – Правда? А у меня трусы мокрые... Как и обещал Ерохин. – Она схватила его за рукав пиджака и заплакала.
   Слезы для коридоров МВД дело обычное. Сотрудники, кто в погонах, кто без, шли мимо.
   – Я всякой херни в жизни навидался, – сплюнул Генералов, отводя ее к стене. – Знаешь, девочка, почему я не стал полковником?
   Дарья потихоньку хныкала. Ей было насрать на его признания. Лишь бы он только стоял рядом. Ведь никого же больше, е... вашу мать, нету! Всем ведь по херу!
   – Я тотально честный человек.
   Она перестала хлюздить.
   – А я нет, – сквозь слезы, застилавшие глаза, призналась она.
   – Вы могли бы мне этого и не говорить. Поехали к доктору...
   – Вы считаете?
   – Да. Свои дела я оставлю на потом.
   – Нет. Я сама. Лучше скажите, вы здесь из-за той истории, что случилась на побережье?
   – Я здесь из-за вас. Вы же пришли и опознали труп?
   – Я. Я хотела сама вести расследование.
   – Вы заинтересованы в раскрытии преступления? – Капитан прищурился.
   – Не буду скрывать. Мне заплатят.
   – Вы что же, занимаетесь частным сыском?
   – Время от времени, но никакого специального разрешения у меня нет.
   – А будь оно, и ничего бы не случилось. Ей захотелось послать его, но Генералов опередил события:
   – С чисто деловой точки зрения это не имеет никакого значения. Завтра я познакомлю вас со всеми фактами по делу, а вы покажете мне город. Договорились?
   – Хорошо. – Дарья подумала, что нет худа без добра.
   – Тогда подходите завтра к центральному входу в десять утра. Устроит?
   – Да.
   – И вытрите нос. Киснуть вам совсем не идет.
* * *
   Отоспавшись, она вышла на кухню и нашла там маман, чистившую картошку.
   – Ты где это так успела наработаться, что дрыхнешь без задних ног?
   Дочь ничего не ответила и напилась из-под крана холодной воды.
   – Ходили с девчонками по магазинам.
   – Не понимаю, откуда у тебя на это деньги? Работать ты не работаешь, а деньги не кончаются!..
   – Таксую время от времени.
   – Смотри машину не расколоти, а то потом ничего не восстановишь.
   Дочь проигнорировала маманины наставления.
   – Я пошла гулять.
   На то, чтобы отучить маман задавать вопросы насчет того, куда и зачем она отправляется, ушло не меньше десятка скандалов, но зато после наступила тишь да благодать. «Я ушла» – и все. Сказала и пошла.
   Усевшись в вишневую «девятку», Дарья поймала «Русское радио» и отправилась в облюбованный ею бар-ресторан «Марципан». Он находился в самом центре и работал до двух ночи. Самое то.
* * *
   – Дада! Иди к нам! – Это Лизочка. Маленькая попкастая Лизочка. Она вслед за Дарьей оставила учебу в медицинском институте и теперь живет вольной жизнью. Иногда у нее очень даже неплохо получается.
   Лизочка сидела в дальнем углу зала вместе с еще одной девчонкой, которую Дарья раньше никогда не видела. Кобылка была здоровенькая, что несколько задевало Данилову. Но уж какая уродилась, такая и уродилась.
   «Прикид у меня круче, мордашка симпатичнее, а уж про фигуру и говорить нечего», – сразу же успокоила она себя.
   – Привет, – поздоровалась она и села на стул.
   – Познакомьтесь. Это Вера, а это Дарья или просто Дада. – Девушки вяло кивнули друг другу. – Что-то ты быстро вернулась с юга. Очень жарко?
   Сплетни Лизочке необходимы были как воздух. Она просто-таки специализировалась на последних новостях и не видела ничего зазорного в том, чтобы расколоть человека на откровенность, причем способы могли быть самыми разными: от прямого вопроса в лоб, как сейчас, до выражения сочувствия и проливания слез над проблемой, которая, в общем-то, ей до фени.
   – Жарко, – согласилась Дарья. – В Саратове, правда, тоже не слишком, но там просто под сорок, и влажность...
   Дарья видела, как они с завистью рассматривают золотой браслет на руке и цепочку на ее шее.
   – Это не бижутерия? – спросила Вера – крашеная сивая кобылица с обведенными темным контурным карандашом губами.
   – Нет, – спокойно ответила Дада. – Кто-нибудь смотрел на днях телевизор?
   – Ты о чем? – Лиза вся подалась вперед.
   – Девчонку одну выпотрошили, такой ужас, – поделилась Дада впечатлениями. – Никогда такого не видела. Какие же ублюдки есть!
   – И что с ней сделали? – абсолютно равнодушно брякнула Вера.
   Получалось, что вопрос задан ради самого вопроса. – Вынули все внутренности и плеснули в лицо кислотой или наоборот, не знаю. Кроме того, во рту у нее нашли сперму.
   – Мужики – скоты, – изрекла сивая и прильнула к бокалу белого вина.
   Лиза подняла вверх брови, показывая, что для ее собеседницы это обычный стиль «базара».
   – У нас во дворе жила-была девка... – Вера поставила на стол опустевший хрусталь. – Никому не давала, – при этом она ухмыльнулась, – была очень скромная, папина и мамина дочка. Однажды вечером возвращалась из своей консерватории (она там на скрипачку училась), и тут – надо же случиться такому! – подъехала машина, и увезли ее на дачу. Трахали там, трахали. Потом отпустили. Самое интересное, что я там тоже была. Но я-то и так давала, а она кочевряжилась. Порвали всю. Мораль... – Вера икнула. – Не хочешь потерять здоровье – ляг и расслабься. Просто так бабе никто кислотой в лицо не плеснет.
   Для Лизочки подобные разговоры были словно бальзам.
   – Но все равно надо сечь вокруг. – Бывшая однокурсница Дарьи в свою очередь приложилась к вину. – Если у тебя нет мозгов, вакуум заполнится кашей, а ты попадешь в дерьмо.
   Дарья знала, что у Анны соображалка работала куда лучше, чем у нее, не говоря уже о всяких там простушках Лизочках и шалашовках Верочках. И тем не менее ее убили.
   Получалось, что Анна как бы добровольно прилетела обратно в Саратов и уже здесь с ней и разобрались. В каком именно месте нашли труп, в передаче ничего сказано не было. Телевизионщики ограничились, или их ограничили, общей фразой: «на окраине города». Не исключено, что место имеет какое-то значение для следствия, или просто нежелательно, чтобы какой-то адрес или объект были упомянуты.
* * *
   Генералов вышел на крыльцо ровно в десять. Он попытался не позавидовать, что у Дарьи есть машина, но у него ничего не вышло.
   – Вы комфортно существуете. – Он уселся рядом с ней.
   – Доброе утро.
   – Доброе. Ну-с, вы хотели начать расследование. Едем на место преступления, а по дороге я познакомлю вас с фактами. Кстати, вы были у врача?
   – Нет. У меня все в порядке. Спасибо за заботу.
   – Ерохин из всей этой истории выйдет из воды сухим, но, если вы захотите ему отомстить, посоветуйтесь со мной, идет?
   – Давайте оставим эту тему. – Она быстренько снялась со стоянки. – Куда?
   – Знаете поселок для очень богатых между Елшанкой и Красным Октябрем?
   – Да. Он еще стеной обнесен из красного кирпича.
   – Наверное, туда. Нам нужен трехэтажный особняк с коваными решетками на окнах и посаженными перед фасадом молоденькими елями. Он стоит на углу поселка. Как раз по внешней стороне забора, на углу, и нашли Анну.
   – Доктор нашел у нее во рту сперму. Группу крови смогли определить?
   – А вы разбираетесь в медицине.
   – Я кое-как закончила три курса медицинского.
   – Тогда понятно. – Генералов открыл папочку, которую прихватил с собой. – Первая положительная, и это нам ничего не дает. Далее, патологоанатом не обнаружил никаких повреждений на теле, кроме, разумеется, ожога лица. Соответственно, ее не били. Как она была убита, сказать невозможно, так как все внутренние органы удалены. Но точно, что не отравлена. В крови и тканях ядов не обнаружено. Работа, по мнению эксперта, выполнена профессионально. Цель всего этого неясна, но вероятность того, что в деле замешан человек с медицинским образованием, очень велика.
   – А у вас на побережье были такие случаи?
   – Нет. У нас просто исчезают молодые женщины. Не исключено, что их везут к вам, сюда. Кто и зачем это делает, предстоит выяснить.
   – Но ведь это довольно сложно – переправить человека. Совершенно непонятно, зачем похищать где-то, а затем привозить сюда. Можно же и на месте орудовать.
   – Это сейчас отрабатывается. Смотрят данные за последний год. Но велика вероятность отсутствия вообще какой бы то ни было информации. Тогда, в последнем нашем разговоре в Сочи, я упустил одну деталь. Все похищенные женщины постоянно или время от времени занимались проституцией.
   – Мстит проституткам? Отлавливает, трахает и убивает?
   – Но тогда зачем лезть в номер, где поселился мужчина? Пока не очень понятно. Сейчас проверяем всех женщин с именем Анна, которые летели из Сочи в Саратов за двое суток перед смертью Анны. Может быть, одна из них окажется нашей. Тогда проработаем всех пассажиров, летевших с ней. Может, за что-нибудь и зацепимся.
   – А если ее везли на машине?
   – В этом случае с ней не церемонились бы. Через восемь часов после приезда в Саратов она должна была быть мертва. Иначе получается нестыковка по времени.
   – Может, убили в дороге?
   – Вряд ли... Представь: маньяк, стоя посреди трейлера, переоборудованного под живодерню, режет мягкое, нежное женское, еще не успевшее остыть тело. Вынимает внутренности, затем профессионально сшивает и, проезжая мимо какого-то поселка, выбрасывает бездыханную оболочку... Тоже, конечно, версия, но не слишком это все замотивировано.
   – Ваши исчезающие шлюшки и убийство Анны могут быть и не связаны.
   – Могут. Но, честно говоря, меня достало мое руководство, и я просто вынужден напрягаться.
   – А как вы узнаете об исчезновении?
   – Как и всегда. Приходят родственники. Начинаешь проверять места, где их дочка проводила время, и узнаешь, что девочка пользовалась популярностью у мальчиков... Продолжим. Труп обнаружил охранник в восемь часов вечера. Служба безопасности обходит поселок по внешнему периметру два раза в сутки. Она сразу же вызвала милицию. Естественно, жители всех восемнадцати коттеджей были оповещены о случившемся. Как и следовало ожидать, никто с милицией разговаривать не стал. «Ничего не видел, ничего не знаю. До свидания» – вот и весь разговор.
   Они приехали на место. Коттеджик нашли сразу. Угловой, с елочками, трехэтажный, и решетки на окнах. Для того чтобы добраться на место, им пришлось перепрыгнуть небольшую канавку, пройти по тропинке вдоль двухметрового забора. И вот он, роковой угол.
   Капитан достал фотографии. Одну из карточек он положил на траву, ориентируясь по фрагменту стены, попавшей в кадр.
   – Судя по всему, лежала она вот так.
   Дарья не могла не согласиться.
   – Бедная Анна, – прошептала она. – За что?
   – К нам гости, – предупредил Генералов и полез за удостоверением.
   Накачанный охранник, облаченный в черные берцы, защитного цвета штаны и пятнистую маечку в обтяжку, неслышно ступал по тропинке.
   – Что вам здесь нужно? – начал он метров с десяти.
   – Я капитан милиции Генералов. – Антон Борисович развернул и предъявил удостоверение. – Можно побеседовать с тем, кто обнаружил труп?
   – Нет. Он будет дежурить сегодня в ночную.
   – Понятно. Придется побеседовать с вашими жильцами.
   – Я бы вам не советовал...
   – Ты мне советы не давай. – Капитан ткнул охранника пальцем в грудь. Тот был вынужден отойти с тропинки в сторону и пропустить капитана и Дарью.
   Они прошли на территорию поселка и направились к ближайшему от входа коттеджу.
   Генералов поднялся на крыльцо и позвонил в дверь.
   Где-то через минуту на пороге появился пацан лет тринадцати, в майке и спортивных трусах.
   – Батька нет, – сообщил он под грохот музыкального центра. – Ждать буем?
   Типичную совковую мамашу в таком ребенке раздражало бы абсолютно все. Во-первых, манера говорить: глотает окончания, будто захлебывается. Во-вторых, поза: руки в боки. В-третьих, кольцо в ухе и прическа. Кольцо маленькое, но, судя по доходам «батька», золотое. Прическа отсутствует. Косматая голова не встречалась с расческой дня три. В-четвертых, одеяние: майка рваная, хоть и чистая; на ногах расписанные обычной шариковой ручкой кроссовки – в основном нецензурная брань на английском языке; на коленках и запястьях смывающиеся татуировки с чертями и... обнаженными девочками.
   Генералов развернул красную книжечку.
   – Надо поговорить.
   Пацан вытаращил глаза.
   – Менты... – Он сделал несколько шагов назад. – Снова менты! Вы достали моего батька вчера. Никогда не слышал, чтобы он так ругался!
   – Наверняка это были не мы, – подала голос Дарья.
   Подросток смерил ее оценивающим взглядом и потом выдал:
   – А ты ничего!.. Уже трахаешься, да? Я тоже трахаюсь. Это здорово, да? Давай как-нибудь...
   – Ну, ты! – рявкнул Генералов. – В доме есть еще кто-нибудь, кроме тебя?
   – Все негры, включая родителей, на работе. Пить будем?
   Манера общаться со взрослыми была у мальчика, как бы это помягче, нестандартная. Даже по телевизору такого не показывают!
   – Пить не будем, – отрезал капитан, разглядывая роскошный холл, где были и ковры, и огромная хрустальная люстра, и камин. – Ты знаешь что-нибудь об убийстве?
   – Ничего я не знаю.
   Он ответил слишком резко. Взрослые мгновенно почувствовали ложь.
   – Мы могли бы договориться... – Дарья вытащила пачку денег.
   – Это че, баксы?
   – Пятьдесят долларов за информацию.
   – Сто! – тут же сориентировался купчик.
   – Хватит и этого, – отрезала Дарья. Она небрежно помахивала бумажками.
   Пацан молчал. Десятидолларовые купюры поплыли обратно в карман белых джинсов. Смотреть, как от него уходят деньги, он не мог.
   – Мы с чуваками играли в карты на раздевание, ну, и девчонки были, понимаете? В кустах, чтобы охрана не засекла. Козлы в камуфляжах стучат на нас родичам. А в кустах комарье. Разденешься – сожрут. Там не до секса.
   – И что же? Играли вы в карты... – напомнил Генералов.
   – В половине восьмого, ну, или около того с трассы к поселку свернул «КамАЗ» и проехал вдоль забора. Я об этом вспомнил, только когда ваши начали здесь всех трясти.
   – Номер разглядеть было невозможно?
   – Нет, номер никто не заметил. Я сидел лицом к дороге и все, что могу сказать, это цвет кабины. Она была красная.
   – Ты уверен, что это «КамАЗ»? – Генералову не верилось, что его полуфантастическая версия начинает находить подтверждение.
   – Сто процентов. Больше я ничего не знаю, давайте деньги!
   – Успеется, – охладила его пыл Дарья. – Кто может подтвердить твои слова? Откуда мы знаем, что ты не врешь ради того, чтоб заработать? К тому же эта информация вряд ли стоит и десяти долларов.
   – Можете мне не верить, это ваше дело. Давайте деньги!
   Данилова отдала, не говоря ни слова.
   – Если бы у милиции была возможность покупать информацию, мы бы далеко продвинулись, – усмехнулся Генералов, когда они вышли на улицу.
   – В этом, похоже, преимущество частного сыска. – Дарья была довольна. – Ну что, еще к кому-нибудь в гости заглянем?
   – Пошли в следующий дом.
   Дальнейшая их ходьба ни к чему не привела. Самым общительным оказался ребенок. Взрослые (из тех, что были дома) ограничивались парой слов, ссылаясь на недавний пристрастный опрос всех и каждого.
   Вскоре они дошли до углового дома.
   Дверь открыла пожилая женщина. На плечах ее был накинут огромный павловопосадский платок, а в руке – томик с каким-то чтивом.
   – Мне уже позвонили соседи и предупредили, что мужчина в годах и молодая девушка снова всех опрашивают. – Она была полностью седой и говорила очень тихо. – Я ничего не знаю.
   Они вынуждены были уйти ни с чем.
   Усевшись в салон «девятки», Дарья с шумом выдохнула.
   – Красный «КамАЗ». И это все.
   – Такая вот печальная картина, – согласился Генералов, закуривая. – Вы не возражаете?
   Она не слышала его.
   – Покажите мне еще раз фотографии.
   Капитан протянул ей папку.
   Она посмотрела на труп и расплылась в улыбке.
   – Давайте навестим бабульку еще раз.
   – Есть мысли?
   – Сейчас увидим. Я могу и ошибиться.
   – Только давайте поедем на машине. Охрана, думаю, нас не станет задерживать. Я уже натопался.
   Как и предвидел Генералов, шлагбаум перед ними незамедлительно подняли.
   Старуха на этот раз вышла на крыльцо, поджав нижнюю губу и сверкая злыми серыми глазенками.
   – Я же сказала...
   Дарья не стала ее слушать и втолкнула внутрь. Это было круто, но капитан пока не знал, обоснованно или нет.
   Пройдя по просторному холлу, она подошла к стене, на которой висело большое полотно с обнаженной женщиной.
   – Не имеете права! – заскрипела старушенция.
   Не обращая на нее внимания, Генералов подошел к Дарье.
   – А ты глазастая.
   – Выметайтесь отсюда!
   – Не кричи, бабуля, не надо. Сатану разбудишь. – Дарья сунула ей в нос фотографию жертвы. – Смотри сюда! Теперь на картину, которая висит в твоем доме.
   – Как же это? – Она сделала два шага назад. И на картине, и на фото голая женщина лежала в одной и той же позе: обе руки закинуты за голову, одна нога чуть согнута в колене. Художник написал женщину, смотря на нее сверху вниз.
   – Это Анна? – Генералов подошел поближе и стал рассматривать подпись художника. – Написана, судя по дате, всего год назад.
   – Да. – Дарья уже шла к старухе, распушив перья. – Вы знали женщину по имени Анна?
   Бабка бледнела. Казалось, еще немного – и она превратится в соляной столб.
   – Это Федечкина жена, – вырвалось у нее прежде, чем Дарья и следователь услышали скорбный вой.
* * *
   «Федечка», как успели выяснить сыщики, работал в центре города и очень часто отлучался в командировки. Несколько раз в году он летал на юг, и, если верить старухе (она оказалась его матерью), исключительно по делам.
   Бабку звали Ириной Васильевной. Характер у нее был вздорный, но пыл свой ей пришлось погасить.
   Генералов сидел в кресле и коптил воздух.
   – Чувствуете запах? – осведомился он у старухи, показывая прокуренные зубы.
   – Отвратительный табак! – ответствовала та.
   – Нет, я не про это. Пахнет тюрьмой. Сырость, гниль. Неужели не чувствуете?
   После этой черной шутки бабка резко сбросила борзоту.
   Свекровь покойной уже позвонила сыну и попросила его приехать. Она не стала вдаваться в подробности, поскольку Генералов не советовал, сказала, что нехорошо себя чувствует. Федечка посулил приехать через час, что вполне устраивало визитеров.
   ...Федор Иванович Чернышов оказался приземистым, коротко стриженным типом. Его серое лицо, украшенное бородавкой над верхней губой, не спешило выражать какие-либо эмоции по поводу присутствия в его доме посторонних.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 [14] 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация