А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Секс не бывает безопасным" (страница 11)

   Они вылетели на Кутякова и понеслись вдоль трамвайных путей. Водитель майора не обращал внимания на светофор, а зазевавшихся пешеходов разгонял с помощью клаксона. Дарье надо было просто не отставать, и это у нее получалось.
   Раздолбанный «уазик» вылетел с перпендикулярной улицы прямо перед носом у них и ушел под горку вниз. Следом за ним под аккомпанемент сирены пронесся «жигуленок», затем еще один.
   – Это он! – выкрикнула Дарья, направляя машину следом.
   Грибов молча полез за табельным оружием.
   Машина майора оказалась отсеченной. Им требовалось время, чтобы развернуться и присоединиться к погоне.
   Две патрульные машины шли впереди. Дарья видела, что патруль приближается к «уазику», но в этот момент сверкнуло пламя, и первый «жигуленок», вильнув в сторону, врезался в столб.
   Из второй патрульной машины показался ствол. Стрелявший выпустил всю обойму, но преступники продолжали движение.
   Снова вспышка, и вторая машина, потеряв управление, ушла с трассы.
   – Снайпер! Он убирает водителей! – закричал Грибов. – Не приближайся!
   Высунув в окно пистолет, он стал методично расходовать боекомплект. Выстрела с шестого впереди идущую машину тряхнуло, и она, завалившись на одну сторону, перевернулась на борт и понеслась по асфальту с диким скрежетом.
   Дарья нажала на тормоз. Чтобы не врезаться в неожиданно возникшее на пути препятствие, она выкрутила руль, но «девятка» не слушалась.
   – Отпусти педаль! – выкрикнул Грибов, понимая, что девчонка с перепугу сорвала вождение и потеряла контроль над машиной.
   Когда они остановились, ключ зажигания был в руке у лейтенанта. Завалившийся набок «уазик» – в пятидесяти метрах сзади.
   Там уже вовсю шла работа: люди Серегина вытаскивали наружу всех, кто был в машине.
   Тимофеев в этой переделке не выжил. Зато Симбирцев отделался одними ушибами, что доставило майору радость.
   – Ты сгниешь заживо, – пообещал бригадиру Серегин, когда на нем застегивали наручники.
* * *
   Был третий час ночи. Антон лежал на кровати у себя дома – ехать в больницу он отказался наотрез – и, несмотря на усталость, говорил с Дарьей о том, что еще никогда не был так близко к смерти, как всего сутки назад...
   Они вошли в палату и обняли его, как близкого друга. Затем Тимофеев объяснил мужикам популярно, что товарищу надо на свиданку к любимой. Антону принесли одежду, и под угрозой расправы он оделся.
   Сил передвигаться у него толком не было, но это мало кого волновало.
   Рома вывел его из больницы, затем к ним присоединился Тимофеев. Они посадили его в «уазик» и повезли. Когда они приехали в Лысые Горы, он был уже очень плох.
   Польская встретила его улыбкой и горячим чаем. Она спокойно рассказывала о том, как непросто работать на черном рынке ювелирных изделий в России, о том, что надо иметь связи, опыт, наметанный глаз. Она рассказала ему, как использовала «Афродиту» в качестве перевалочного пункта.
   А он в это время был готов вырубиться. Чтобы этого не случилось, заботливый Симбирцев водил у него под носом нашатырем.
   – Мы подкармливали тебя, – говорила она, стоя над Антоном и улыбаясь. – Думаешь, у тебя была прибыль? Наивный мальчик. Я ведь твой бухгалтер. Тебе давали столько, сколько надо. Вспомни, кто дал тебе денег на покупку «Воздыхателя», я дала их, уверяя, что мы сможем продержаться. Ты поехал и купил то, что тебе нравится. Мы не могли это выставить на продажу, не так ли?
   Она принесла и поставила на стол ларчик. Открыла крышку и достала их: мужчину и женщину, готовых к соитию.
   – Тебе будет интересно узнать, что тому, кто принесет вот эту статуэтку обратно в индийский храм в Мадрасе, обещано пятьсот тысяч долларов наличными. Это культовая композиция. Ее культурная ценность выше ювелирной, глупо быть таким недальновидным. Надо ежедневно собирать информацию по всему миру...
   Когда Антон спросил, зачем она это ему рассказывает, Польская откровенно заявила, что он продолжает работать на них и может считать, что его приняли в клуб любителей хорошей жизни.
   Потом она с сожалением вспоминала о Денисе, Паше и Викторе, которых пришлось убрать. Правда, бывшего старшего продавца она поминала и недобрыми словами. То, что он наловчился ковырять камушки из колец, не нравилось ей. В последний раз он разорил колечко, на которое уже был покупатель, и это далеко не Берестов. Построить ложную цепочку и убедить Дарью в том, что поиски зашли в тупик, – вот цель убийства бедняги Паши. Кроме того, таких работничков надо было вычеркивать из списка претендентов на часть от большого куша в пятьсот тысяч долларов. А это тоже повод.
   – Наверное, платить ему надо было больше, – гадала она, а потом, махнув рукой, добавила: – Впрочем, все мы жадные.
   Дашу она поминала только как «продвинутую сучку», которую заодно с майором надо было убедить в невозможности найти композицию. «Оборвать цепочку». Отсюда и комбинация с продажей рубинов.
   – Им надо было бросить кость, чтоб успокоились. Так и вышло.
   Затем она поклялась, что рано или поздно доберется до Берестова, который не будет больше мутить воду.
   – Он очень хорошо разбирается в искусстве. И это самая большая его проблема.
   Дарья слушала все это и думала, как хорошо, что Симбирцев сдал свою матрону в первые же минуты мордобоя. Серегин был готов содрать с него шкуру. Смерть двух водителей патрульных машин оправдывала все средства. Застрелил он их из очередной «СВД». В Лысых Горах при обыске нашли еще две винтовки, об их происхождении он ничего не знал, это точно, ему давали – он стрелял. Сложись его жизнь по-другому, и с такой стрелковой подготовкой его бы ценили в спецназе, но вышло иначе...
   Серегин был столь любезен, что сообщил Дарье, что Рома на вопрос, что он делал в аэропорту в день, когда столкнулся с Дарьей, чистосердечно признался, что время от времени садился ей на хвост. И очень может быть, убил бы ее, не будь рядом Грибова.
   Как ей от этого стало легко на душе!
   Единственным человеком, до которого не могла добраться милиция, был Иннокентий.
   Польская рассказала, что именно он поставлял краденое со всего мира добро либо напрямую от себя, либо через Гоги, который разбирался в ювелирных украшениях точно так же, как и Антон, – все мерил на вес. «Воздыхатель» был или украден им, или уже продан ему за бесценок, а уж своей выгоды он не упустил.
   Когда же стало ясно, что цена на него в пять раз выше, Иннокентий решил вернуть себе безделицу и залез в дом к Гоги, но там, кроме меча, ничего не было. Пришлось забрать меч.
   Польская, улыбаясь, сообщила, что скоро ворованный экспонат из стеклянного ларца, которым так гордился Горидзе, будет у них.
   – Знаешь... – Антон сел на кровати.
   – Лежи, лежи. Ты что, с ума сошел, тебе ведь нельзя вставать!
   – Не зайти ли тебе в туалет... по делам.
   Она туго соображала посреди ночи.
   – Что?
   – Код я не менял.
   Дарья бросилась к сейфу. Восторженный крик не заставил себя долго ждать.
   Она прибежала обратно в комнату, сжимая в руках сокровище.
   – Но как?
   – Во время задержания такое творилось... Майору от нашего пирога и так перепало. В общем, вопросов он мне не задавал.
   – Смотри. – Она подняла его к потолку. Рубиновый фаллос сверкнул в лучах горящей настольной лампы. – Они готовы заняться делом.
   – И мы тоже.
   – Неужели! – Она бросила взгляд на простыню, наполовину прикрывающую Антона. – Ты мой Воздыхатель!..

   Путана: Первая гастроль

   Страшно... немного.
   Момент отрыва от земли сопровождается обычно коктейлем чувств: «Боже ты мой! О-о-опля! Земля, земля-то где?! Ну вот и полетели. Как здорово!» Пессимисты и те, кто не любит летать, склонны думать о том, чтобы спокойно и без приключений добраться до пункта назначения. Оптимисты же в это время наслаждаются прелестью жизни и мечтают побыстрее, но только с разрешения стюардессы расстегнуть ремни и показать, что с ними все в порядке и ничего необычного не случилось.
   Самолет плавно набирает высоту, закладывает вираж и ложится курсом на Сочи.
   Дарья, как маленькая девочка, прижалась лбом к иллюминатору и смотрит вниз на стремительно уменьшающиеся здания, зданьица и зданьишки, машины, машинки и машинюшки, людей, людишек и... всех остальных представителей рода человеческого.
   – Давно не летала? – Анна сидит рядом и без остановки жует резинку. Они с Дарьей одного роста, но Анна пошире и формами попышнее. Там, куда они летят, женские объемы дело не последнее.
   – Лет восемь уже. – Дада поворачивается, смотрит на партнершу и видит в ее светло-голубых глазах пустоту. Если она еще немного прибавит громкость у плейера, то ее собственные слова будут теряться где-то между мембраной динамика и барабанной перепонкой.
   Летом хочется съездить отдохнуть куда-нибудь. И если у тебя есть деньги и уйма свободного времени при этом, почему бы и не отвалить на курорт покрутиться с богатыми мужчинами.
   Идею слетать в Сочи Дарья вынашивала уже несколько лет, но, когда у тебя в кармане гуляет ветер, – нечего и думать о поездке на юг.
   Море, солнце, свежие фрукты... деньги. Теперь, когда она переспала с парой десятков мужчин, Дарья увидела, что красота ее тела может быть оценена по достоинству. Ей платили даже те мужчины, с которыми она была бы и по собственному желанию, но стоило ли раздумывать? Аппетит приходит во время еды.
   На далеком юге в разгар сезона все было раза в два дороже, чем в российской провинции. И не без оснований Дарья предполагала, что цены ТАМ на упругое девичье тело были выше во столько же раз, если не больше. Надо только добраться туда и постараться вести себя осторожно и по возможности скромно. Она не ставила перед собой цели перетрахаться с половиной всех отдыхающих на Черноморском побережье; по ее понятиям, одного обеспеченного господинчика вполне достаточно. Он покроет все расходы, заплатит за все удовольствия.
   Во время регистрации ее беспардонно обняла за талию незнакомка – девица пятью примерно годами старше Дарьи.
   – Привет, подруга. Летишь на отдых? – Подклеившаяся к ней голубоглазая крашеная блондинка перемалывала во рту жвачку.
   Столь вольное обращение не смутило Дарью. Она сама время от времени надевала на себя маску вольной бабы.
   – Привет. Надо немного развеяться.
   – Полгода назад я видела тебя с каким-то мужиком в «Словакии». Одна работаешь?
   – Да. – Дарья постаралась пожестче посмотреть бабе в глаза. – Время от времени и без страховки.
   – Круто. А я стараюсь почаще менять «крышу». Однажды попала между двух огней. Такое дерьмо вышло... Ладно, потом расскажу, проходи – твоя очередь.
   Дарья предъявила билет и паспорт.
   Весь ее багаж – большую сумку – в два счета просветили. Да и какие могут быть проблемы? Что там, кроме трусиков, лифчиков и косметики, может быть?
   Познакомились они уже по дороге к трапу самолета.
   – Анна, – представилась молодая женщина без каких-либо выдрючиваний, свойственных проституткам на работе, таких, как «Для вас я Жозефина» или «Зовите меня Герда».
   – Для клиента я Дада, для тебя Даша.
   Идущий сзади пассажир наступил Даниловой на туфлю. Чуть не споткнулась! Обернувшись, она увидела мордатого очкарика, побледневшего от конфуза.
   – Извините.
   – Козел, – процедила Анна и, взяв под руку молодую попутчицу, продолжила путь к трапу. – Дада... В первый раз такое слышу. Но все равно здорово. А я то Валя, то Маня. Ладно, может, оттянемся пару дней без риска для жизни?
   – А что, там так опасно?
   – Девочка! – воскликнула Анна так, что наступавший до этого на пятки Дарье неуклюжий мужчинка-очкарик отдалился на пару метров. – Ты в первый раз, что ли?
   – Угадала.
   – Век живи, век е..сь. Тебе предстоит научиться держать нос по ветру.
   Дарья вообще-то не собиралась постигать какую-либо науку, предпочитая в случае необходимости обходиться собственными мозгами, а не пользоваться чьим-то наработанным опытом. Этакий нигилист в мини-юбке на рубеже двадцатого и двадцать первого веков.
   По билетной лотерее Дарья должна была сидеть рядом с очкариком, но Анна, нависнув над ним высоко взбитым третьим номером, попросила занять ее место.
   Мужчинка покраснел и под «да, да, да» покорно удалился в указанный дамой сектор.
   Полет проходил под музыку «Роксет» и пирожные с лимонадом. Лететь долго, но зато можно расслабиться и ни о чем не думать. Дарья задремала...
   – Подлетаем, подруга. Хватит дрыхнуть! – Анна трясла ее за плечо.
   Дарья, вернувшись к действительности, уставилась на соседку:
   – А, чего?
   – Вставай, вставай.
   Прощаясь, стюардесса сообщила, что температура воздуха в Сочах двадцать семь градусов, и пожелала хорошо отдохнуть и развлечься.
   Покинув прохладный салон самолета, дамы мгновенно ощутили на себе «прелесть» июльского солнца.
   – Какой кошмар, – тут же пожаловалась на судьбу Анна. – Вот это пекло! Я здесь провожу месяца по два, по три. Поехали в гостиницу?
   Дарья взяла с собой двадцать миллионов и не собиралась экономить.
   – Поехали.
* * *
   Гостиница – скорее кемпинг, небольшой комплекс из одноэтажных домиков, разбросанных по пальмовой роще, – оказалась сравнительно недорогой: пятьсот тысяч в сутки за номер.
   Они сняли один домик на двоих, с душем, туалетом и даже маленькой кухонькой.
   Анна тут же разделась донага и пошла смывать дорожную пыль. У нее был чуть дрябловатый зад, но ноги еще не потеряли тонуса, а груди просто-таки вздымались, как пирамиды.
   – Хорошие штучки, – подметила Дарья.
   Анна мотнула титьками и засмеялась:
   – Здесь один силикон. Ничего естественного. Зато как смотрится! Как насчет секса?
   – С тобой? – Дарья как-то плохо это себе представляла.
   – Ну а что такого? Ты профессионал или нет?
   Глядя на ее привлекательную фигуру, Дарья, сама того не замечая, поджала нижнюю губу.
   – Ну, что задумалась? Не хочешь – как хочешь. Я совсем не обиделась.
   Анна ушла в душ, а Дарья решила прогуляться к морю. До него было всего около двухсот метров. Оно манило. Темно-синее, огромное.
   На усыпанной камешками косе возлежала тысяча-другая преимущественно коричневых тел, а еще столько же торчало из воды. Но справа и слева от этого моржового лежбища в радиусе пятидесяти метров было достаточно свободного пространства.
   Пробуя босой ногой воду, Дарья с удовольствием отметила, что водичка тепленькая, и решила, что как только они с Анной немного отойдут от перелета, то обязательно сходят искупаться.
   Аккуратно обогнув десяток тел, она снова вышла на тропинку, ведущую к домикам, и медленно пошла мимо пышно разросшихся кустов лавра.
   Вот и их номер 11. Управляющий, пузатый мужчина в шортах и футболке навыпуск, слащаво улыбаясь, отдал им полчаса назад ключи от крохотного кусочка рая.
   Дарья вошла внутрь. Поваленная на кровать Анна постанывала под управляющим. Его толстый зад ритмично двигался под натужное сопение.
   Увидев подругу, Анна даже и не подумала прекратить сеанс, она лишь подмигнула ей. Дарья вошла бесшумно, но мужчина, видимо, почувствовал присутствие постороннего. Он на мгновение повернулся и попросил стоящую без дела девушку присесть, потому что она, по его словам, должна быть следующей.
   Анна не была дурой. Это Даша поняла сразу. Если она, не успев приехать, залегла под управляющего, значит, в этом был какой-то смысл. А в том, что этот кавказец через пять минут будет готов заняться ею, Дарья не сомневалась.
   Не слишком-то ей хотелось смотреть на их потуги. К тому же и в душ надо было сходить. Заголившись, она пошла плескаться.
   Долго наслаждаться омовением ей не пришлось. Волосатогрудый самец зашел к ней и приступил к делу, предварительно представившись. Звали его Марат.
   Марат был сильным мужчиной. С ней он разделался, как с куколкой: приперев к стене, продержал на руках от начала до конца.
   Анна, в отличие от Дарьи, не упустила случая полюбоваться, как работает управляющий, что несколько испортило Дарье настроение. К публичным совокуплениям она относилась в общем и целом отрицательно.
   – Жаль, я не такая легонькая, как ты. – Анна с некоторой завистью смотрела на развалившуюся на постели Дарью. – У вас так здорово все это получалось, можно кино снимать.
   В результате проведенной «операции» дамы снизили себе ежесуточный тариф вдвое и получили гарантию ежедневной смены белья и наличия в ванной огромной стопки свежих полотенец.
   – А Марат не дурак. – Дарья перевернулась на живот.
   – Ошибаешься. Дурак. Просто мы были знакомы раньше. – Анна хитро улыбнулась и начала потрошить небольшой холодильник. – Я же не зря привезла тебя сюда. Скорее всего он уже сегодня подгонит нам клиентов.
   – Но мы же договорились пару дней отдохнуть, – напомнила Дарья.
   – Перестань, сейчас самая пора. К тому же он возьмет себе всего десять процентов, если кого-то найдет, конечно. И главное – нас здесь никто не тронет.
   – Наверное, мне повезло, что я встретилась с тобой.
   – Нет. – Анна села рядом и хлопнула Дарью по упругому заду. – Я с тобой.
   Таким образом подруга Даниловой подчеркивала свое некоторое превосходство и, если угодно, лидерство. Дарья, в общем-то, была не против. Пока. Глупо не пользоваться знаниями, которыми обладает твой напарник.
   Отдохнув до семи вечера, они отправились на море.
   У Анны был строгий закрытый купальник светло-зеленых тонов, Дарья же предпочла бикини.
   – Если ты решила подснять кого-нибудь на пляже – надень что-то закрытое. Тебя же всю видно, – натаскивала ее по дороге к воде Анна. – Молоденьких вертижопок тут хватает. Ты должна уметь подавать себя.
   – Но мы же сейчас идем просто купаться.
   – Просто... милая моя, ты ведь женщина загляденье! Хочешь что-то иметь от того, что у тебя длинные красивые ноги и симпатичная мордашка, – следи за собой двадцать четыре часа в сутки, иначе размочалят, оглянуться не успеешь. Старайся полностью отдыхать хотя бы три дня в неделю.
   Дарья вошла в воду.
   – Теплая, мягкая – не такая, как на Волге.
   – Это одна из причин, по которой люди едут сюда. – Анна улыбнулась, ее чуть припухлые губки растянулись, обнажая ровные белые зубы. – Но есть категория людей, спешащих на Черноморское побережье не столько плескаться в волнах, сколько поблядовать. Вот именно поэтому тут довольно тяжело вести самостоятельный бизнес. И именно поэтому нам нужен Марат, впрочем... как и мы ему.
   Анна нырнула первая, Дарья следом. Воздух еще не успел остыть, и вода казалась прохладной. Анна поведала, что особенно заманчиво купаться ночью, обнаженной. Вода становится теплее воздуха, и, когда ты медленно входишь в нее, она ласкает тело легкими поцелуйчиками, от которых ты таешь, растворяешься... Ложишься на спину и, созерцая красоту звездного неба, замираешь от восторга и восхищения.
   Они отплыли от берега метров на сто и повернули обратно.
   – А вот и страждущие. – Анна посмотрела на Дарью и подмигнула.
   На берегу, у самой кромки, стоял Марат, а рядом с ним – два еще не успевших загореть полных невысоких мужичка «российского производства».
   – Какие-нибудь директора заводов, – несколько брезгливо сообщила Анна, – с очень маленькими приборчиками, но пока еще тугими кошелечками.
   – И невозможно отказаться? – Дарье не хотелось связываться с этими дядечками.
   – Зачем? Впрочем, если ты устала, я заберу обоих, только тебе придется ночевать в другом домике. Но, я думаю, у Марата есть что-нибудь и для тебя.
   – Я не против, хотя за сегодня так вымоталась... Не знаю, как ты еще можешь крутить бедрами.
   – Хорошая физическая форма, Даша, – это далеко не последнее дело.
   – Я когда-то бегала по утрам.
   – Бросила? Зря!.. А они не такие уж и страшные. Мужики как мужики.
   Подплыв к берегу, дамы смогли разглядеть, что ждут их два солидных господина с толстыми золотыми цепями на шеях.
   – Девочки, скорее к нам! – Тот, что потяжелее, залез в воду и вывел «козочек» на берег. Его черные глаза похотливо сверкали, а руки свободно гуляли по влажным ягодицам.
   Никто не сопротивлялся.
   – Это Анна, а это Дарья. – Марат знал свое дело.
   – Николай, – представился тот, что залезал в воду.
   Его шорты и рубашка были мокрые, но это даже несколько бодрило их обладателя: вот он, мол, какой герой – полез в воду за п....й, не побрезговав замочить при этом свои причиндалы.
   – Евгений, – назвался второй, помускулистее и помордастее. Бык как бык. Дарье показалось, что он не слишком разборчив.
   – Девочки, я договорился, что вы работаете вначале с одним партнером, потом, в час ночи, меняетесь. Получите, за вычетом моих комиссионных, по пятьсот сорок долларов, – доверительно проворковал Марат как бы между прочим.
   Анна посмотрела на Дарью. Не требовалось быть специалистом в физиогномике, чтобы прочитать в ее лице: «Не будь дурой. Завтра отоспимся».
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 [11] 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация