А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Охотник на магов" (страница 9)

   9.

   Покрывавшие крышу крупные, широкие перья жестяных птиц слегка поскрипывали у него под ногами. Оказавшись на краю, Герхард остановился и попытался прикинуть, как он спустится вниз.
   Просто спрыгнуть было бы высоковато.
   Кстати, а как на крышу забрался Джигер?
   Слегка наклонившись, охотник глянул вниз и увидел веревку, прикрепленную к краю крыши, в нескольких шагах от него.
   Как Джигер умудрился ее прикрепить? Забросил словно лассо? Но на конце веревки вроде бы крюка нет. Такое впечатление, будто она к краю крыши просто прилипла.
   Любопытно, очень любопытно.
   Герхард прошел к тому месту, где была прикреплена веревка, и внимательно ее осмотрел. Создавалось такое впечатление, будто она и в самом деле просто прилипла к краю крыши. Сама же веревка была из чего-то вроде застывшей смолы и не производила впечатления очень уж прочной. Однако Джигера она все-таки выдержала, и, значит, имело смысл рискнуть.
   Тем более что выбора и в самом деле не было.
   Герхард сунул пистолет за пояс и схватился за веревку. Приготовившись сгруппироваться, для того чтобы приземлиться на ноги, если веревка оборвется, охотник сполз с крыши и повис в воздухе.
   Выдержала. Уже неплохо.
   Веревка была слегка шероховатой, но не настолько, чтобы обдирать о нее кожу на руках. Спускаться вниз было просто одно удовольствие.
   И все-таки как Джигер сумел ее прикрепить к краю крыши? И откуда он ее взял? Вроде бы никакой веревки при нем не было. Вытянул из своего тела, как это делают пауки? А что, чем не объяснение? Вытянул веревку и, пока она не затвердела, закинул ее конец на край крыши.
   Впрочем, как все было на самом деле, узнать, скорее всего, не удастся. Если Джигер каким-то образом сумел почувствовать, что черный маг готов к нападению, и подкрасться к нему незамеченным не удастся, если он успел удрать до того, как сторожевые нити затянули чердачное окно, то сейчас уже наверняка возвращается в гостиницу. А утром, пораньше, отправится в аэропорт. Наверняка после этой ночи черный маг будет начеку и вряд ли успокоится раньше чем через несколько месяцев.
   Заглядывать же в гостиницу только для того, чтобы узнать, как Джигер сделал веревку, у Герхарда не было никакого желания. Ему сейчас нужно как можно скорее убираться из города прочь и уж в любом случае, держаться от гостиниц подальше.
   Как только ночь забытых божков пойдет на убыль, черный маг вновь начнет разворачивать свою сеть и первым делом, конечно, проверит все гостиницы в поисках того, кто пытался пробраться в его дом.
   Спрыгнув на мостовую, Герхард хотел было двинуться прочь от дома черного мага, и в этот момент из стены, буквально на расстоянии вытянутой руки от него, вынырнула сторожевая нить и зашарила по сторонам.
   Ага, черный маг, кажется, сообразил, что мышеловка опустела, и пытается прихватить мышку, пока она еще находится поблизости.
   Охотник бросился прочь от дома черного мага.
   Он миновал несколько домов и только потом перешел на шаг. Все, так далеко черный маг свои нити протягивать пока не решится. Ночь забытых богов еще в разгаре. И пока она не закончилась, надлежит выбраться из города.
   Ох-хо-хо… Вот это задача.
   Остановившись, Герхард вытащил из-за пояса пистолет, выщелкнул из него обойму и стал дозаряжать ее патронами. К счастью, они находились не в том кармане, через который он стрелял в мару, а иначе могли выпасть через образовавшуюся от выстрела дыру. Вот сигареты были как раз в том, и их он потерял. Скорее всего, это случилось, когда он карабкался по лестнице на чердак.
   Да, без сигарет будет плохо. Но не возвращаться же за ними?
   Зарядив обойму, Герхард вставил ее в рукоятку пистолета и сунул его за пояс. После этого ради порядка он дозарядил и вторую ту обойму.
   Теперь можно было подсчитать, сколько у него осталось патронов. Обойма в пистолете, одна в кармане, и еще на одну обойму россыпью.
   Не очень много. А ведь путь ему предстоит неблизкий. Да еще в такую ночь. Вот только его придется проделать. Как бы не обернулись обстоятельство, к утру он должен выбраться из города.
   Может быть, ему это даже удастся. Чем черт не шутит, когда бог спит? В конце концов, почему ему обязательно на каждом шагу должны попадаться такие чудовища, как мара?
   Самое поганое в данной ситуации было то, что он находился практически в центре города. Соответственно не имело значения, в какую сторону идти. Лишь бы двигаться в одном и том же направлении.
   Вот именно – двигаться, а не стоять на месте.
   Положив руку на рукоять пистолета, он пошел вдоль улицы, то и дело останавливаясь и настороженно оглядываясь. Слишком торопиться он не собирался. Да, конечно, он может не успеть, но столкнуться с кем-нибудь очень неприятным из-за своей торопливости будет гораздо хуже.
   Где-то рядом, вероятнее всего на соседней улице, пиликала пастушья дудка. Время от времени ее заглушало чье-то заунывное пение. Причем этот неведомый певец, прежде чем на какое-то время умолкнуть, обязательно издавал резкий горловой вопль. Один раз, шагах в пятнадцати от Герхарда, с крыши дома, мимо которого он проходил, спланировало нечто полупрозрачное, сильно смахивающее на потерянный рассеянной модницей шарфик.
   Неожиданно прекратив свой полет, «шарфик» застыл посреди улицы, словно бы прислушиваясь и приглядываясь к Герхарду, словно бы изучая его и прикидывая, что с ним можно сделать.
   Никаких доказательств этого у охотника не было, но он буквально кожей чувствовал, знал, что вызывает у «шарфика» неподдельный интерес. Вытащив из-за пояса пистолет, охотник помахал им в воздухе и вполголоса сказал:
   – Вот эта вещь делает дырки. Большие. Причем в тех, кто пытается причинить мне зло. Усек?
   «Шарфик» разразился девичьим смехом, таким нежным, что у Герхарда мурашки побежали по спине.
   – И не надо на мне пробовать всякие там штуки, – заявил он. – Они не подействуют.
   Шарик засмеялся вновь и, постепенно набирая высоту, полетел прочь.
   – Это ты правильно сделал, – послышалось откуда-то сбоку.
   Герхард резко повернулся на голос и узрел маленького грустного стуканца, вооруженного огромным молотком.
   – Ты так считаешь? – спросил Герхард, прикидывая, чем может быть ему опасен этот малыш.
   Да вроде бы ничем. Вот только, насколько он помнил, свистеть в его присутствии не рекомендовалось. Впрочем, охотник это делать и не собирался.
   – Правильно, правильно, – сказал стуканец. – Эта девица запросто могла свести тебя с ума. Этим вертихвосткам, ну ни одной, верить нельзя ни на грош.
   – А тебе – можно?
   – Почему бы и нет? Я не из тех, кто любит без повода озоровать над людьми. Я положительный и обстоятельный.
   Сказав это, стуканец легонько ударил молотком по одному из камней брусчатки и удовлетворенно кивнул.
   – А что ты тут делаешь? – спросил Герхард. – Кажется, твое место под землей? Или я ошибаюсь?
   Стуканец закинул молот на узенькое плечико и ответил:
   – Нет, не ошибаешься. Все верно. Но иногда, по ночам, мы выходим на поверхность земли, чтобы посмотреть, как люди используют камни, извлеченные из ее недр. Вот эти камни, например, использованы правильно. Получилось очень хорошая мостовая. Такая хорошая, что я должен ее проверить и, если найдется в ней плохой камень, его заменить. Кстати, ты, кажется, куда-то шел?
   – Шел, – признался Герхард.
   Он все еще не мог решить как ему поступить. Может быть, не стоит терять время на разговор с этим малышом, а лучше отправится дальше? С другой стороны, стуканцы, как он знал, иногда помогали людям. Может, и этого удастся как-то уговорить помочь?
   Каким образом? Да, самым простым. Стуканцы обитают в подземельях. И значит, под городом есть какие-то подземные ходы. Возможно, они проходят от одного его конца и до другого. Такое случается довольно часто. Какие-нибудь заброшенные подземелья пеликанских правителей или просто старые шахты. Главное – стуканец должен их великолепно знать. А раз так, то почему бы ему не вывести Герхарда из города именно через эти подземелья?
   Это было бы просто идеальным решением проблемы. Вряд ли в подземельях встретится хоть один из всей этой веселящейся сейчас до упаду в городе, божественной кодлы. А если и встретится, то стуканец сумеет отвести ему глаза.
   Лишь бы только согласился…
   – В таком случае почему бы нам ни пройтись вместе? Особенно если ты постараешься не так шустро переставлять ходули, заменяющие вам, людям, нормальной длины ноги. Идет?
   – Согласен.
   Это предложение Герхарда устраивало. Глядишь, и в самом деле удастся уговорить обитателя штолен вывести его из города.
   – Следуй за мной. Но только не надо мне мешать делать мою работу? Угу?
   – Хорошо, не буду, – пообещал охотник.
   Стуканец уверенно пошел вперед. Герхард пристроился рядом. Кстати, не так уж и медленно знаток штолен передвигался. Примерно со скоростью неспешно прогуливающегося после сытного обеда пешехода.
   – И долго тебе еще проверять мостовую? – поинтересовался Герхард.
   – До рассвета, – сообщил стуканец.
   – Жаль.
   – Это почему еще?
   – Собственно, – промолвил Герхард, решивший, что не имеет смысла тянуть время и пора приступать к изложению своей проблемы. – Я хотел попросить тебя о помощи.
   – Какой? И в чем твои неприятности?
   – Мне нужно покинуть этот город.
   – Разве это трудно?
   – Да. Сейчас ночь забытых божков, причем в опасной фазе, и город буквально наводнен всякими причудливыми, а по большей части и опасными созданиями. Я сильно рискую, вместо того чтобы добраться до границы города, просто погибнуть.
   – В таком случае тебе надлежит вернуться домой и переждать эту ночь под защитой надежных стен и магических заклинаний. Если же у тебя нет дома, то ты можешь постучаться в какую-нибудь гостиницу.
   – Могу. Но только мне буквально позарез нужно покинуть этот город до рассвета. Если рассвет застанет меня в городе – я погиб.
   – И что ты хочешь от меня?
   – Чтобы ты вывел меня каким-нибудь подземным ходом прочь из города. Если, конечно, такой ход существует.
   – Существует, существует, – тяжело вздохнув, сказал стуканец.
   – Так ты меня выведешь? – спросил Герхард.
   Ничего ему не ответив, стуканец остановился и уставился на один из камней мостовой. На взгляд Герхарда, он ничем не отличался от всех остальных. Впрочем, сутканец, похоже, отличие видел.
   Осторожно ударив по камню молотом, он замер, словно собака, делающая стойку на утку.
   Герхарду, поскольку он помнил пожелание стуканца не мешать ему работать, оставалось только стоять и ждать.
   Между тем, хозяин шахт и подземелий еще раз ударил про камню и снова застыл, очевидно прислушиваясь к каким-то слышимым только ему одному звукам.
   Наконец стуканец отложил молот и, наклонившись, стал тщательно ощупывать камень. Покончив с этим, он выпрямился и, почесав в затылке, ошарашено пробормотал:
   – Ничего не понимаю… странный камень…
   – А что в нем такого уж странного? – поинтересовался Герхард.
   – Долго объяснять, – сказал стуканец. – Похоже, наша прогулка закончилась. Мне придется здесь задержаться. Может быть, надолго.
   – И ты мне не поможешь?
   – Нет, проводить тебя по подземельям я не могу. Видишь, сколько работы? А работа – главное. Спасением людей я занимаюсь лишь в свободное время.
   – Понятно, – разочарованно промолвил охотник.
   – Впрочем, совет я тебе дать могу.
   Ну, хоть что-то…
   – Какой?
   – Для того чтобы без осложнений пройти по этому городу в ночь забытых богов, ты должен осознать одну вещь…
   – Какую?
   – Погоди…
   Резко наклонившись, стуканец быстро и уверенно ощупал камень и обрадовано пробормотал:
   – Ах, вот в чем дело… Повозиться, конечно, придется, но…
   – Совет, – напомнил Герхард.
   – Совет… Все очень просто. Если окружающий мир тебе кажется враждебным, попробуй его понять, попробуй в нем раствориться, стать его частью.
   – И это – все?
   – А разве мало? Хорошенько подумай над моими словами. Из города тебе этой ночью не выйти. Если только ты не станешь частью ночи забытых богов, если не поймешь ее законов, если не сумеешь в ней растворится.
   – Понятно, – сказал Герхард. – Кстати, не подскажешь, как это сделать?
   – У каждого свой путь, – ухмыльнулся стуканец. – У тебя – тоже. Ищи.
   – Каким образом?
   – В себе. Каждый путь, не важно – длинный и короткий, начинается в себе. Понял?
   – Еще бы, – сказал Герхард.
   И конечно, ничего он в действительности не понял. Но как еще можно было ответить на подобный вопрос?
   – В таком случае топай дальше, – пробурчал стуканец. – А у меня есть дела. Мне тут нужно заняться одним камнем.
   – Спасибо за совет, – сказал Герхард и пошел прочь.
   Вот так. Значит, придется рассчитывать только на свои силы и еще на удачу. Помощи ждать не от кого. Может, это только справедливо.
   Что там говорил стуканец? «Стать частью ночи забытых божков, растворится в ней». Гм… а может, в этом все-таки есть какой-то смысл? Но как это сделать реально? Вместо того чтобы стрелять в кинувшееся на тебя чудовище, попытаться в нем растворится, стать его частью… Это сначала через пасть, а потом и желудок, что ли?
   Он шел посередине улицы, положив руку на рукоять пистолета, и все пытался понять, что имел в виду стуканец. Вряд ли его слова были шуткой. В отличие от многих представителей крохотного народца, стуканцы не имели склонности к глупым шуткам. Похоже, в его словах все-таки был какой-то смысл, они являлись рецептом, благодаря которому можно выжить в эту ночь, и не только выжить, но еще и выбраться из города.
   Но как это рецепт применить на практике? Подойти к первому же попавшемуся забытому божку, облобызать его и заявить, будто считаешь его братом. И что дальше? Прослезившись в ответ, тот сейчас же согласится вывести его из города самым безопасным и коротким путем? Вряд ли. С каких это фиников? Уж скорее бог превратит его в жабу или тритона, а то и просто испепелит.
   Может, для того чтобы стать для всей этой веселящейся сейчас в городе компашки своим, нужно поверить в то, что никто из них не в силах причинить ему ни малейшего вреда? Вполне возможно, вполне возможно… Вот только лично у него это не получится. Слишком долго он учился не доверять никому, слишком много знает о людях, о том, какими они бывают и на какие иногда поступки способны. Это называется – негативный опыт, и вот он-то ему сейчас обязательно помешает. Не стоит даже и пытаться.
   Но что же делать?
   Попытаться проникнуть в один из жилых домов? Не удастся. Если даже он умудрится взломать дверь какого-нибудь дома, то хозяева встретят его во всеоружии и обязательно попытаются убить. Слова и объяснения не помогут. Раз он в такую ночь пришел с улицы, значит, он враг, которого необходимо убить, иначе умрешь сам.
   Дэвы?
   С ними – та же самая история. Они сейчас сидят в своей казарме и отреагируют на его появление точно так же. Единственное отличие от жилых домов состоит в том, что взломать дверь казармы будет труднее, а смерть после этого будет более быстрой, поскольку его убьют профессионалы.
   Что остается?
   Герхард пожал плечами.
   Да ничего. Идти вперед и надеяться, что пронесет. Хотя шансы на это весьма невелики. Но что еще остается бедному охотнику на черных магов? Только – это.
   Он прошел еще шагов двести. А потом впереди, очень близко, возникло туманное облачко и стало быстро распухать, перегораживая улицу. И в нем, в этом облачке, уже метались такие же туманные силуэты, пытаясь прорвать его границы, выбраться наружу.
   Ничего не оставалось, как ретироваться, попытаться это облачко обойти или же отсидеться на крыше какого-то дома, пока появившиеся из него создания не отправятся прочь, и лишь потом продолжить свой путь.
   Герхард резко развернулся и увидел, что дорога назад тоже отрезана. Шагах в двадцати от него стояла целая стая псов, каждый размером с теленка.
   Как они сумели к нему так бесшумно подкрасться?
   Впрочем, вот именно это Герхарда сейчас не очень интересовало. Главное – псы были здесь, смотрели прямо на него, и, значит, об их намереньях было догадаться не так уж и трудно.
   Хотя, может, он ошибается?
   Самый крупный пес, очевидно вожак стаи, мягко и не спеша двинулся к охотнику. Сделав несколько шагов, он демонстративно зевнул и спросил:
   – Ну что, предпочитаешь драку?
   – А если обойтись без нее? – спросил Герхард.
   – Тоже – можно. В таком случае ты выкажешь так несвойственное людям благоразумие. Положи оружие на мостовую и отойди от него на один шаг. Руки опусти вниз и постарайся, когда я прыгну, оставаться на месте. Мне бы не хотелось промахнуться. Это несколько подпортит мою репутацию. Согласен?
   – Ты намерен меня убить?
   – Конечно, – сказал вожак.
   – Но почему? Что я тебе сделал?
   – Да ничего. Просто – ты добыча, а добычу убивают, чтобы она не говорила и как бы не пыталась сопротивляться. Ты ведь не будешь сопротивляться?
   – Еще как буду, – сказал Герхард, выхватывая пистолет.
   – А я было обрадовался, что мне наконец-то попался умный человек, – сокрушенно сказал пес. – Кстати, пистолет тебе не поможет. Мне уже случалось сталкиваться с людьми, вооруженными пистолетами. Как видишь, я жив. Можешь догадаться, что стало с ними?
   Похоже, он действительно не блефовал. Конечно, кроме пистолета, у Герхарда был еще магический кинжал. Но что можно сделать с одним кинжалом против целой стаи? Может, удастся убить одного или двух псов. Остальные все равно тебя прикончат. И значит, драться и в самом деле не имеет смысла. Что остается? Убежать?
   Охотник оглянулся.
   Фигуры в туманном облаке несколько уплотнились, стали более реальными. Однако им все еще не удалось вырваться наружу. Возможно, эту случится через несколько мгновений. И вот тогда…
   Да нет, надеяться на это смешно. Если даже те, кто находится в облаке, окончательно материализовавшись в этом мире, не воспримут его как добычу, то уж, во всяком случае, мешать псам его преследовать не станут. Зачем им это? Он для них чужой. А от стаи псов далеко все равно не убежишь. Обязательно догонят.
   Что же делать? Сдаться? Ну уж нет.
   Может, тогда…
   Надежда была очень слабой, почти мизерной, но в данный момент Герхард был рад даже ей. По крайней мере, какой-то шанс выбраться из, казалось бы, безвыходного положения существовал. Надо только рискнуть, причем рискнуть действительно крупно.
   Как там сказал стуканец? «Раствориться в окружающем мире, стать его частью» Почему бы не попробовать? Вдруг получится? Стать частью мира… растворится…
   Герхард со всех ног бросился к облаку.
   – Уходит, гад. В погоню! – послышалось у него за спиной.
   И вслед за этим дробный перестук когтей по брусчатке.
   В тот момент, когда до облака осталось всего шага три, вожак псов крикнул:
   – Ну, сейчас я его! Вот сейчас!
   И все же он не успел.
   Резко оттолкнувшись правой ногой от мостовой, Герхард прыгнул и влетел прямиком в облако.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация