А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Господин легкого поведения" (страница 1)

   Марина Серова
   Господин легкого поведения

   Глава 1

   Дневной свет не проникал в это царство грохота, порохового дыма и свистящего свинца. Лишь ровное искусственное освещение, меняющееся по желанию клиента в зависимости от режима стрельбы. Патроны один за другим легли в гнезда магазина револьвера, я со щелчком вставила барабан на место и, быстро прицелившись, произвела шесть выстрелов по мишени, изображавшей противника, – точно в цель. Руки и ноги мишени были поражены так, что, будь это человек, он бы полностью потерял способность двигаться, но тем не менее остался бы жив, ведь я профессиональный телохранитель высокого класса. Как говорил один знакомый инструктор во время моей стажировки в Федеральной службе охраны после окончания Ворошиловки: «Телохранитель – это человек, умеющий мыслить, а не палить в кого попало. Если дело доходит до стрельбы, такого „личника“ нужно гнать к чертовой матери». Мне вспомнилась служба в специальном разведподразделении КГБ «Сигма», и я в очередной раз порадовалась, что успела выскользнуть из всего этого, пока обратный ход для меня еще был возможен. Во сто крат лучше работать самой на себя, чем выполнять приказы, в правильности которых ты сильно сомневаешься. Моя частная практика – это то, что надо для такого деятельного человека, как я, – вполне хватает адреналина и приносит неплохой доход. Перезарядив револьвер, я сосредоточилась на трех круглых мишенях. Я дала себе установку, чтобы на первой мишени попасть в шестерку и восьмерку в правом верхнем секторе и семерку в левом нижнем, чтобы пули легли на одной линии; на второй мишени в противоположных секторах выбить девятку и шестерку, а на третьей попасть в цифру семь, отпечатанную на бумаге в нижней половине мишени. С задачей я справилась на «отлично», но это не принесло мне ожидаемого удовлетворения. Днем раньше я отказала в охране владельцу клуба «Осьминог» по этическим соображениям, сославшись на загруженность работой. Но на самом деле никакой загруженности не было, и эта мысль не давала мне покоя. Владелец «Осьминога», известный в криминальном мире Тарасова авторитет по кличке Белаз, сулил мне большие деньги за работу, но сразу предупредил, что сначала придется разобраться с несколькими оборзевшими, а такие дела не для меня. В деньгах я пока не нуждалась, только энергия, скопившаяся внутри, искала выхода. От этого не спасали ни ежедневные тренировки в спортзале, ни утренний десятикилометровый кросс, ни даже интрижка с тренером по карате из спортклуба «Сенсей». Хотелось настоящего дела, где можно приложить все свое умение, знания и интеллект.
   Тетя Мила, у которой я поселилась, переехав в Тарасов из родного Владивостока после смерти матери и повторного брака отца, была куда как категорична в высказываниях по поводу моих скитаний по квартире в перерывах между тренировками и новинками голливудских блокбастеров, еще не вышедших на широкие экраны, но уже пополнивших мою коллекцию.
   – Замуж и дети, минимум двое, – заявляла она с серьезным видом, – и на всякие метания у тебя времени не останется, – на что я неизменно отвечала, что мне всего лишь двадцать семь и я пока не готова для подобной авантюры. – Потом будет слишком поздно, – грозила мне тетя.
   Было понятно, что она искренне желает мне счастья. В моем лице тетя Мила обрела дочь, которой у нее никогда не было, поэтому она старалась вовсю устроить мою личную жизнь.
   Я резко обернулась на осторожное прикосновение к моему плечу. Это был один из посетителей тира, внимательно наблюдавший за мной последние полчаса. Приземистый, с брюшком, где-то лет за тридцать, зачесанные назад сальные волосы средней длины, небритый – в целом он производил отталкивающее впечатление. Я сняла наушники, чтобы выслушать, что мне скажет незнакомец. Представившись Егором, он, глядя на меня маслеными глазками, похвалил за отменную стрельбу.
   – Ну что вы, прямо в краску вогнали, – с деланым смущением ответила я, – не так уж я и хорошо стреляю, как вы говорите. Насколько я знаю, надо попадать в центр мишени, а у меня пока не получается.
   – Вам просто нужен хороший учитель, – радостно разулыбался Егор. – Раньше я работал в ФСБ и по части огневой подготовки любому фору дам. Если вам это что-то говорит, то я опустошаю обойму «макарова» за две с половиной секунды.
   Я с трудом сдержала улыбку, думая про свои одну и две десятых секунды этого же норматива. Егор воспринял мое молчание как колебание и присовокупил убийственный аргумент:
   – Я готов учить вас бесплатно и даже по вечерам.
   Я красноречиво посмотрела на обручальное кольцо на его руке. Перехватив мой взгляд, он кинулся объяснять, что разведен, а кольцо просто вросло ему в палец. Я жестом остановила его:
   – Извините, но у меня нет на это времени.
   – Зря. Вы, наверно, работаете в милиции или прокуратуре, – не унимался Егор.
   – Нет, я учительница английского в школе, – резко ответила я, – знаете, какие сейчас детишки пошли? Так что сами понимаете, точность стрельбы мне ни к чему. Достаточно пальнуть поверх голов – и в классе тишина.
   – Ладно, я все понял, – погрустнел Егор и, повернувшись, зашагал к своему месту. Остановившись у барьера, он надел наушники и, как в кино, резко выхватил из кобуры под мышкой бельгийский девятимиллиметровый «браунинг» и выпустил по мишени все тринадцать патронов, целясь исключительно в область сердца и голову фанерной мишени. Я отметила, что для обычного оперативного работника он стреляет неплохо.
   Зазвонил мой сотовый. Я ответила на звонок.
   – Евгения Максимовна Охотникова, если не ошибаюсь? – вежливо спросил мужской голос.
   – Не ошибаетесь, так как звоните по номеру моего сотового, – ответила я, внутренне вся подбираясь, готовая к чему угодно.
   – Вас беспокоит Кравцов Аркадий Никифорович, директор Тарасовского молочного комбината «Молочные реки», – со значением произнес собеседник.
   – Знаю ваши «Молочные реки», – поддакнула я, – регулярно покупаю ваше молоко. Итак, слушаю вас внимательно.
   – У нас на комбинате возникли некоторые проблемы, – нехотя начал Кравцов. – Это не телефонный разговор. Нам надо встретиться.
   – Сразу предупреждаю вас, что я профессиональный телохранитель и ничем другим не занимаюсь, – сказала я спокойно и сурово, чтобы отбить у клиента всякую охоту навязать мне всякие дополнительные обязанности. – Я лишь охраняю жизнь своего подопечного, конкурентов я не устраняю. Я также не стряпаю, не бегаю по магазинам. Кроме того, берусь только за действительно серьезные дела. Если вы хотите нанять меня для престижа, то поищите кого-нибудь другого.
   – Дело серьезнее некуда, – заверил меня Кравцов. – Расстреляли финансового директора моего предприятия, и у меня есть основания полагать, что я могу быть следующим. Люди моего положения в бизнесе постоянно подвергаются нападкам со стороны криминала и конкурентов. Проанализировав сложившуюся ситуацию, я понял, что мне не обойтись без телохранителя.
   – Ясно, я слышала об этой истории в новостях, – вспомнила я сюжет из «Вестей Тарасова», – там, кажется, еще и охранника убили.
   – Водителя, в новостях ошиблись, – поправил меня Кравцов. – Не могли бы вы вечером заехать прямо ко мне домой? Жена приготовит ужин, и мы сможем обсудить все в спокойной обстановке.
   Я на секунду задумалась. Странно, что клиент назначает встречу не в ресторане или каком-нибудь другом людном месте, а тащит малознакомого человека к себе в дом. Не ловушка ли это?
   – В принципе неплохая мысль, но есть один маленький вопрос, – сказала я осторожно. – Кто вам посоветовал обратиться ко мне?
   – Феофанов, архитектор, – ответил Кравцов. – Мы с ним недавно разговорились, и он рассказал, как вы решили его проблемы.
   Я отлично помнила Феофанова и его дело, но спокойствия мне это не прибавило. Архитектор – мошенник, каких на свете не сыщешь, был готов продать родную мать, не то что меня.
   – Предлагаю встретиться на нейтральной территории, например, в каком-нибудь ресторане, – сказала я, перебирая в уме названия ресторанов. – Что думаете о «Русском стиле» в центре?
   – Нет, я лучше сразу приставлю дуло пистолета себе к голове и выстрелю, – проворчал Кравцов. – Там собираются все бандиты. Те, кто хочет меня порешить, будут ждать меня именно там. – В голосе Кравцова явно проступали нотки паники.
   – Я же буду с вами, так что можете не волноваться, – успокоила я его. Но Кравцов заупрямился:
   – Нет, никуда я не пойду. У меня или вообще никак.
   – Ладно, – протянула я недовольно. – Вы знаете мои расценки?
   – Да, тысяча рублей в день, – бросил Кравцов нервно.
   – Тысяча двести в день, – обрадовала я его. – Инфляция. Цены, знаете, не стоят на месте.
   – Я согласен, если вы будете хорошо выполнять свою работу, – выпалил Кравцов.
   – У меня еще не было ни одного прокола, – с достоинством сказала я, – все, кого я охраняла, остались живы.
   – Отлично, – произнес Кравцов так, что я почувствовала недоверие с его стороны. – Приезжайте ко мне домой к девяти. – Он продиктовал мне адрес, а я запомнила. Потом мы попрощались, и он отключил телефон.
   Егор, ожидавший, пока я закончу говорить, с самодовольной улыбкой поманил меня к себе.
   – Не желаете посмотреть, как работает настоящий профессионал? – Он кивнул на свою мишень.
   – Нет, – буркнула я и пошла к выходу. Егор с тоской смотрел мне вслед, но преследовать не решился.

   Квартира тети Милы встретила меня ароматами готовящейся пищи. Мой желудок требовательно заурчал, и я поняла, что здорово проголодалась. Выглянув из кухни в коридор, тетя Мила приветливо мне улыбнулась.
   – Женя, быстро умывайся, а то твой обед уже остывает.
   Поторапливать меня и не следовало. Через минуту я уже сидела за столом, готовая к приему пищи. Тетя поставила передо мной тарелку горячей ухи, придвинула хлебницу с ломтиками черного хлеба, а сама уселась напротив и с умилением принялась следить за моими движениями.
   – Тетя, пожалуйста, не смотри так, мне кусок в горло не лезет, – взмолилась я, опустив ложку.
   – Хорошо, хорошо, – опомнилась тетя Мила и потянулась за свежим номером «Комсомолки», лежавшим на противоположном конце стола. Зашуршали разворачиваемые газетные листы. Я сосредоточилась на еде, вылавливая ложкой из ухи рыбью икру.
   – В квартиру напротив въехал новый жилец, – как бы между прочим бросила из-за газеты тетя Мила.
   – Я рада за него, – пробормотала я, уже догадываясь, куда она клонит.
   – Симпатичный молодой человек, не женат, – продолжала тетя ненавязчиво, будто так, к сведению. – Мы столкнулись, когда он выходил из лифта. Вежливый такой, обходительный. Зовут Ярослав, занимается торговлей. Правда, я не совсем поняла, чем он торгует.
   – Тетя, а что у нас на второе? – спросила я, отодвигая тарелку, в надежде, что это собьет тетю с набившей оскомину темы.
   – На второе у нас карп с грибами, – сообщила тетя Мила, – и еще я приготовила немного рыбы в кляре.
   – А мясного ничего нет? – жалобно поинтересовалась я.
   – Нет, сегодня рыбный день, – огорошила меня тетя и, стараясь смягчить эффект от этого известия, выложила мне на тарелку три аппетитных куска карпа с золотистой корочкой, затем прибавила два куска рыбы в кляре. – Попробуй, это очень вкусно. Особенно удался карп с грибами. Я даже себе еще немножко положу.
   Я попробовала карпа. Действительно вкусно. Тетя Мила вообще была гением кулинарии. Если б не она, то питаться бы мне в какой-нибудь кафешке да перебиваться с бутербродов на чебуреки. Что уж тут говорить, еда в ресторанах, которые я посещала, на много пунктов не дотягивала до стряпни тети Милы.
   – Чего ты туда положила? – спросила я восхищенно.
   – Ничего особенного, – скромно сказала тетя Мила, потупив взор в свою тарелку, – филе карпа, сметана, сыр, сухари, мука и шампиньоны. Хочешь, за пять минут тебя научу?
   – Нет, не стоит, – возразила я поспешно. – Каждому свое. Из меня повар, как из коровы балерина.
   – Ой, зря ты так, – покачала она головой, – жена должна уметь приготовить мужу обед. – Она задумалась. – А кстати, о муже. Думаю, тебе стоит присмотреться к Ярославу.
   Рыба встала у меня поперек горла, и я едва не подавилась, закашлялась.
   – Женя, не торопись, хорошо прожевывай, за тобой не гонятся, – посоветовала рассеянно тетя, а сама продолжала: – Когда мы с ним разговаривали, я намекнула, что у меня есть племянница.
   – Что ты обо мне рассказала? – прохрипела я, подозревая самое худшее.
   – Я рассказала ему, что ты умница, красавица, имеешь высшее образование, – проговорила она с невинным видом.
   – Про работу мою ты, надеюсь, не распространялась? – поинтересовалась я.
   – Конечно, нет, за кого ты меня принимаешь, – возмутилась тетя Мила. – Прознай он обо всех твоих шпионских штучках, он бы сразу убежал без оглядки. Кроме того, я знаю, что все это секретная информация. Ой, Женя, не думаю, что кто-нибудь из мужиков захочет получить в жены женщину-телохранителя.
   – Что же ты сказала ему о моей работе? – недоумевала я.
   – Каюсь, взяла грех на душу, – возвела глаза к потолку тетя Мила, – соврала Ярославу, что ты переводчик. Папа у тебя генерал. Я сказала, потому что он поинтересовался твоими родителями, не могла же я отмалчиваться.
   Подавляя в себе гнев, я спросила у тети:
   – А ты не боишься вот так малознакомому человеку рассказывать столько подробностей? Что, если он маньяк? Может, соседи никуда не переехали, а лежат в квартире, в собственной ванне утопленные.
   – Да что ты говоришь! – всплеснула руками тетя Мила. – Ты просто его не видела, он совсем не похож на маньяка.
   – Маньяки обычно не похожи на маньяков, сплошь благовоспитанные приятные люди, которые любят переводить старушек через дорогу, – возразила я, доедая рыбу в кляре. Тетя крепко задумалась.
   – А ведь действительно, он странный. – Она испуганно посмотрела на меня и, понизив голос, почти прошептала: – Представляешь, он потом принес мне кусок торта, кстати, довольно вкусного, а еще сказал, что сам себе готовит, стирает, ходит по магазинам и пишет стихи.
   – Одно из двух: или он врет, или действительно маньяк. Не волнуйся, я наведу о нем справки, – решительно сказала я.
   – Так, а сейчас десерт – «Апельсиновая сказка», – встрепенулась тетя, заметив, что моя тарелка пуста.
   – Я печеное не очень… – воспротивилась я, глядя на аппетитный рулет.
   – Один кусочек, попробуй, ты такая худая, так изматываешь себя, – стала настаивать тетя Мила, разрезая рулет.
   – Ну, если только один кусочек, – проворчала я, принимая тарелку. Но за одним кусочком последовал второй, потом третий. – Нет, тетя, от тебя надо бежать, – вздохнула я тяжело, глядя на остатки рулета. – Если ты будешь продолжать так вкусно готовить, то я в двери скоро не смогу пройти.
   – Ай, брось, – махнула рукой она. – Никто не накормит тебя такой вкусной и здоровой пищей, как я. Можешь не волноваться. При твоих нагрузках ты никогда не потолстеешь. А ведь мужчины любят женщин с формами попышнее. Учти это. – Она налила мне чашку кофе.
   – Где это ты вычитала? – недовольно спросила я.
   – По телевизору в ток-шоу показывали, – ответила тетя Мила. Я не стала спорить. Поблагодарив за вкусный обед, я взялась за мытье тарелок, а тетя Мила, неспешно потягивая кофе, продолжала рассуждать о том, как трудно мне выбрать мужа, – задача практически нереальная, но тетя поклялась во что бы то ни стало ее разрешить. На мое счастье, ей на глаза попалась заметка про повышение тарифов на жилье, и тетя Мила плавно переключилась на эту тему. Ее монотонное ворчание о негодяях коммунальщиках даже как-то успокаивало меня. В голове медленно стал разворачиваться список дел, которые я должна успеть переделать до встречи с Кравцовым. Про «Молочные реки» я слышала только хорошее. Динамично развивающееся предприятие, постоянно следящее за качеством своей продукции, расширяющее ассортимент, а также не один раз спонсировавшее городские праздники. Следовало поподробнее просмотреть на сайтах информационных агентств всю возможную информацию о нем. Мало, конечно, времени, но надо бы еще разузнать про самого Кравцова, как у него обстоят дела с законом. Связываться с бандитами мне ни к чему, потом не отмоешься. Сложив посуду в сушилку, я достала сотовый и просмотрела список телефонов, прикидывая, к кому из знакомых можно обратиться, поэтому и не сразу поняла, что тетя Мила обращается ко мне.
   – Что ты говоришь? – переспросила я, отрываясь от сотового.
   – Я говорю, что тебе пора кончать витать в облаках и подумать о будущем, – весело сказала тетя Мила, видя мое недоумение. – Мне тут дали один рецепт кофе, приготовишь сама, или мне…
   – Давай лучше ты, – бросила я отстраненно и пояснила: – У меня сейчас дело наклевывается.
   – Знаю твои дела, – вздохнула тетя Мила, – опять будешь возвращаться ночью с вытаращенными глазами, вся в синяках, станешь переодеваться черт знает в кого… а я тут буду сидеть одна, умирая со страха, и думать, что там с тобой, не ранена ли…
   – На этот раз ничего подобного не будет, – пообещала я, сильно сомневаясь в сказанном. Кто может знать, что с нами произойдет завтра…
   – Я постараюсь убедить себя в этом, – сказала тетя Мила. – Знаю ведь, что тебя ничем не удержишь. И когда ты образумишься?
   – С завтрашнего дня, – сказала я с честными глазами.
   – На ужин у нас будет вермишель, – сообщила невзначай тетя Мила.
   – Тетя, ты же знаешь, я мучное не очень… – поморщилась я.
   – Правда? – хитро прищурилась тетя Мила. – Помнишь спагетти и как ты их отказывалась есть? Потом тебя нельзя было от тарелки оттащить.
   – Ну, спагетти… – мечтательно протянула я, вспоминая то волшебное блюдо, приготовленное тетей недавно, – те спагетти – это одно, а вермишель…
   – Зря ты капризничаешь, марка-то одна – «Макфа», просто называется – вермишель «Оригинальная», – пожурила меня тетя Мила, – и спагетти и вермишель отличного качества, и вкус и форму сохраняют, не развариваются в кисель. Эту вермишель можно приготовить с одним маслом, и ты будешь уплетать ее за обе щеки. Кстати, Женя, даже ты, не блещущая кулинарными способностями, сможешь ее приготовить. Варится всего четыре минуты.
   – Тетя, лучше оставлю это тебе, – улыбнулась я, – в выборе продуктов ты ас. Однако, к моему сожалению, я приглашена сегодня на деловой ужин и посему не смогу оценить твой новый шедевр.
   – Обещаю, ты попробуешь его потом, – заверила меня тетя Мила и продолжила расширять мой кругозор: – Если, Женя, ты боишься за свою фигуру, то напрасно. От такой вермишели не пополнеешь. Я недавно передачу смотрела про Италию, так вот там число тучных людей на душу населения ниже, чем в других странах мира, а ведь среднестатистический итальянец не мыслит своего дня без спагетти или макарон под различными соусами. Одно только условие – макаронные изделия должны быть качественные и сделаны из твердых сортов пшеницы.
   Бесстрастно тикавшие на стене часы показывали без пятнадцати два. Тетя тоже вслед за мной посмотрела на часы и вспомнила, что хотела посмотреть по каналу «Дискавери» документальный фильм о пустыне Калахари. Оставшись на кухне в одиночестве, я обзвонила нескольких знакомых и аккуратно навела справки о Кравцове. То, что я слышала о нем раньше, подтвердилось. Начало пути Кравцова в большой бизнес весьма туманно, как и у большинства предпринимателей, раскрутившихся в смутное время приватизации и финансовых пирамид. Многих, кто начинал вместе с ним, посадили или отстреляли, а он как-то выплыл. Долгое время он не мог найти своей ниши. Его кидало то в торговлю, то на рынок цветных металлов. Одно время он даже был совладельцем банка, затем приобрел пекарню, немного поработал, расширился, сделал кондитерскую. Его брат, Тимур, в это время занимался перепродажей мяса и открыл небольшой колбасный цех. Два года назад, объединив свободный капитал, они приняли в команду третьего – Портняжного Германа Августовича, мужа старшей сестры Кравцовых, владельца банка «Волжский», и приобрели обанкротившееся предприятие ООО «Тарасовский молочный комбинат». Предприятие находилось в плачевном состоянии. Самсонов Лев Давидович, с которым я пересекалась по прошлым делам, продавал на комбинат упаковочный материал. Он рассказал, что когда приезжал заключать контракт с Кравцовым, то своими глазами видел, как рабочие затаскивали в цех выброшенный на свалку автомат для розлива молока. Кравцов и не скрывал этого, напротив, всячески хвастал тем, что практически на пустом месте создал предприятие. Мало кто верил, что допотопное предприятие заработает вновь, но оно заработало назло грачевскому жиркомбинату, не знавшему до этого конкурентов. Зеленский, владелец жиркомбината, заявил, что утопит Кравцова в его молочных реках, и с этого дня началась война двух конкурентов. Зеленский ввозил молоко в Тарасов по заниженным ценам, чтобы разорить конкурента. Кравцов делал то же самое, но уже в Грачеве. Однако война велась относительно цивилизованными методами без всяких перестрелок и покушений вплоть до недавнего времени, когда был застрелен финансовый директор «Молочных рек» Павел Геворкян вместе со своим шофером. На сайте местной газеты я обнаружила статью об этом жестоком преступлении. В тот день, съездив по делам в банк «Волжский», Геворкян заехал на обратном пути домой пообедать. Когда же через полчаса он вышел из подъезда к машине, его уже поджидал киллер, вооруженный «стечкиным». Под шквальный огонь попали все – и шофер, и жена Геворкяна, вышедшая проводить мужа. Финдиректор и шофер были убиты на месте, а жена отделалась легкими ранениями. Убийца скрылся с места преступления на черном «Форде» и растворился в городе. Все попытки милиции задержать киллера, по словам газетчиков, не увенчались успехом. Эту информацию стоило проверить через мои источники в РОВД. Что, если были какие-нибудь зацепки? Связавшись по сети со своим добровольным помощником Юзером, я попросила его взломать центральный компьютер локальной сети предприятия, если таковой имелся на «Молочных реках». Хакер вышел на связь через час и сообщил, что на молочном комбинате нет сервера, открывающего доступ к интересующей меня информации. Плохонький сайт да электронная почта – вот и все, что он обнаружил. Я упала духом, но, оказалось, напрасно.
Чтение онлайн



[1] 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация