А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Теплое местечко на двух стульях" (страница 9)

   Киря снял трубку почти сразу.
   – Володя, здравствуй, – начала я. – У меня к тебе дело.
   – А, это ты, Татьяна, – как-то невесело отозвался он, а потом спросил: – Что стряслось?
   – Ничего, – спокойно ответила я. – Мне просто необходимо твое вмешательство в одно деликатное дело. Я здесь взялась за расследование одного происшествия, точнее, сначала это был даже не криминал, но потом всплыл труп.
   – Ну, у тебя без этого и не бывает.
   Проигнорировав замечание Володьки, я продолжила:
   – Твои коллеги сейчас обвиняют в убийстве моего клиента, но я почти уверена, что он невиновен. Интуиция подсказывает мне, что Христенко не врет – он действительно не убивал свою жену. Старший следователь сорок первого отдела Погодин просто пытается повесить на него это дело, видимо, из-за плохих показателей раскрываемости своей группы. Зачем ему лишние глухари? Если тебе несложно, подтолкни его к медицинскому освидетельствованию подозреваемого – мой клиент утверждает, что перед сном принял снотворное. Сам знаешь, у нас, если за чем-то не проследишь, такого наворотят… Буду тебе очень благодарна.
   – Ладно, будет сделано, – на удивление быстро согласился Кирьянов и, как ни странно, даже не стал ничего расспрашивать и уточнять. Видимо, его сейчас беспокоили куда более серьезные проблемы.
   «Что это он такой невеселый? – убирая сотовый в сумку, задумалась я. – Наверное, какие-то неприятности. А я еще взяла и работой нагрузила. Хотя ему это будет полезно, отвлечется от лишних мыслей, потом еще спасибо скажет», – успокоила я сама себя и, тяжело вздохнув, села в машину.
* * *
   Киря перезвонил через несколько часов. За это время я успела съездить домой и, перекусив на скорую руку, вернуться к тому самому отделению милиции, в котором пребывал мой заказчик – Иван Васильевич Христенко. Поставив машину на стоянке так, чтобы из нее хорошо просматривался вход, я стала ждать, не выйдет ли из здания отпущенный на свободу Иван Васильевич. Я надеялась перехватить его и поговорить о случившемся.
   Итак, вся моя версия с женой рассыпалась на куски, подозреваемых больше нет, нет и тех, кто хоть как-то вязался со всей произошедшей с моим клиентом историей. Только жена могла подкупить секретаршу, договориться с любовником и охранником, остальным делать этого просто не имело смысла. Сейчас очень многое зависело от действий Кирьянова и от того, что потом поведает мне Христенко.
   Когда позвонил Володька, я не сомневалась, что он сообщит нечто чрезвычайно важное и интересное.
   – Выполнил твою просьбу, Танюша, – первым делом произнес Кирьянов. – Сразу сообщу, что ты не ошиблась. Сорок первый отдел действительно отстающий по всем показателям.
   – Значит, я не ошибалась, думая, что врачебный осмотр не произведут? – обрадованно уточнила я.
   – Да, интуиция у тебя превосходная, – сделал мне комплимент Володька, но я сразу же поторопила его:
   – Ну что там? Говори, не тяни.
   – Ну, Христенко твой действительно оказался чист, – начал объяснять Володька. – У него взяли кровь на анализ и выяснили, что в ней все еще содержится очень большой процент снотворного, причем довольно сильнодействующего. Эксперт сделал вывод, что принятая доза была максимальной и проснуться ночью мужчина ну никак не мог. Не говоря о том, чтобы совершать какие-то физические действия. Над ним ракета могла бы пронестись, он бы не заметил.
   – Следовательно, все подозрения с него автоматически снимаются, – на всякий случай уточнила я.
   – Естественно, – подтвердил Кирьянов. – Его должны сразу отпустить.
   – Понятненько, – на выдохе ответила я и на пару секунд задумалась.
   Кире, видимо, пара секунд показалась слишком уж долгой, а потому он спросил:
   – Ну что, это все или еще что-то желаешь узнать?
   – Пожалуй, еще, – пока не совсем уверенно ответила я. – Я бы хотела получить результаты осмотра тела убитой, как только они будут готовы.
   – Так и знал, что ты об этом попросишь, – усмехнулся в ответ Кирьянов. – Даже попробовал собрать информацию. Но, тут уж извини, вынужден тебе отказать. Мне весьма культурно намекнули, что я лезу туда, куда не следует, и если подобное еще раз повторится, получу по полной программе.
   – Это за твой-то трудоголизм и честность? – не поверила я.
   – А за что же еще, – вздохнул Володька. – За них-то обычно и получают. Выскочек в нашей структуре не любят.
   – Вот дожили, – посочувствовала я Кире. – Никому ничего не надо. Как хорошо, что я ушла из вашей структуры и сейчас совершенно независима. Кстати, а как ты догадался, что мне понадобятся результаты вскрытия, я ведь только сейчас хотела об этом попросить?
   – Как-никак тебя не первый год знаю, – шутливым тоном заметил Володька. – Для меня жена куда более непредсказуема, чем ты. Как думаешь, почему?
   – Ну, наверное, я с тобой провожу намного больше времени, чем она. Такая уж у тебя профессия, – усмехнулась я в ответ и тут же добавила: – Спасибо за помощь. Я тебе очень за все благодарна. Если что-то еще понадобится, позвоню. Передавай привет жене.
   – Обязательно, – рассмеялся Киря и повесил трубку.
   Я положила свой сотовый в сумку и задумалась:
   «Итак, слова Христенко подтвердились: он не убивал жену.
   Тогда кто же это сделал? И с какой целью? Кому она могла помешать? Разве что жене ее любовника, узнавшей о связи мужа с Лилией. Но как ее найти, если я даже на ловеласа выйти не могу? В особняке он не проживает. Вообще неясно, каким образом он там оказался. Подозрительный охранник молчит, а единственная женщина, которую можно было припереть к стенке и все у нее выяснить, мертва. Словно кто-то специально обрубил все концы».
   Разочарованно вздохнув, я бросила мимолетный взгляд на дверь милицейского участка и чисто случайно выцепила выходящего из отделения Ивана Васильевича. Обрадовавшись его освобождению, я выскочила из машины и направилась к нему. Христенко заметил меня сразу, улыбнулся и еще издали громко произнес:
   – Спасибо. Благодаря вам меня отпустили. – И уже тише, когда мы оказались на расстоянии двух шагов друг от друга, сказал: – А то, что подписку о невыезде подписал, ерунда. Главное, я и сам теперь знаю, что не мог убить жену.
   – А кто это мог сделать, не догадываетесь? – поинтересовалась я. – Кто и почему?
   – Да если б я знал, разве стал бы молчать, – устало вздохнул Христенко. – Погодин – и тот у меня об этом спрашивал, когда, конечно, немного успокоился после полученной взбучки. Видели бы вы, как он лютовал, когда сверху пришел приказ отправить меня на судмедэкспертизу. Прямо разъяренный зверь. Я думал, убьет.
   – Ничего, лучше спать будет, – пошутила я, – ему полезно понервничать. Вы лучше еще раз подумайте, кому нужно лезть в вашу жизнь и коренным образом ее менять? Может, у вас когда-то были враги, недруги, просто обиженные вами люди. Это очень помогло бы выяснить, кто убил вашу супругу и едва не довел до сумасшествия вас. Ведь не сама же Лилия все придумала. Мне кажется, что ее к этому вынудили.
   – Знаете, а я ведь сейчас думаю, что она могла и сама, – неожиданно признался Христенко.
   – Почему вы так решили? – осторожно спросила я.
   – Еще не знаю. Просто осмыслил все произошедшее за последние дни, вспомнил выражение ее лица в отдельные моменты: когда она была уверена, что меня нет рядом, то улыбалась так, словно предвкушала что-то, чего давно желала. А когда я сломал ее сотовый, ну помните, вы просили…
   – Да, помню.
   – Она впала в такую истерику, я ее такой никогда не видел. Ее не успокаивало даже то, что я пообещал купить новый телефон, значительно лучше прежнего. Наверняка она ждала от кого-то звонка, – подытожил Иван. – А я помешал.
   – Может быть, вы и правы, – ответила я. – Вполне возможно, Лилия сама на все это пошла, но только ее кто-то подтолкнул, кто-то ею вертел, как ему вздумается, и кто-то наконец ее убил.
   – Вы найдете его? – с надеждой спросил Христенко. Кажется, он только сейчас понял, что его жена мертва.
   – Постараюсь, – не совсем уверенно ответила я.
   Какое-то время мы оба молчали. Потом я предложила Ивану Васильевичу подбросить его до дома, на что тот ответил:
   – Вы думаете, я смогу жить там, где нашел свою жену мертвой?
   – Тогда куда вас отвезти?
   Христенко ненадолго задумался, затем тяжело вздохнул и произнес:
   – Даже не знаю. У меня много коллег, компаньонов, есть друзья, но ни к кому из них со своими проблемами идти бы не хотелось. А родственников у меня в городе нет.

   – Ждете, что я приглашу вас к себе? – напрямую спросила я.
   – Ну, в общем… – Иван засмущался.
   – Не вижу необходимости, – не глядя на Христенко, произнесла я. – И потом, у меня нет привычки тащить к себе в квартиру каждого клиента, за исключением тех случаев, когда последнему грозит опасность.
   – А мне, значит, не грозит? Почему вы в этом так уверены? – удивился Иван Васильевич. – Вдруг после жены настала моя очередь? Сначала меня хотели помучить, свести с ума, произвести психологическое воздействие, называйте как хотите. А потом… Вы такой мысли не допускаете?
   – Допускаю, – кивнула я. – Только вы не кажетесь таким уж беззащитным и слабым, неспособным постоять за себя. К тому же не думаю, что на вашу жизнь станут посягать прямо сейчас – скорее всего, вас еще порядком помучают. Держите себя в руках и реально оценивайте происходящие события, тем более вы сами знаете, что это дело чьих-то рук, а не какая-то болезнь или игра воображения.
   – Что ж, я так и знал, – разочарованно вздохнул Христенко. – Впрочем, вы правы. Извините за назойливость.
   – Да ничего, вас можно понять… Куда вас все-таки отвезти?
   – В офис, – на этот раз Иван думал недолго.
   Я ничего не сказала, молча завела машину и поехала в запрошенном направлении.
* * *
   Доставив Христенко в офис, я собралась сразу же покинуть его. Но Иван Васильевич не отпустил меня, сначала предложил выпить по чашечке кофе, а затем поговорить. От кофе я не отказалась, и вскоре мы уже сидели за столом и думали каждый о своем.
   Когда тишина стала действовать угнетающе, Христенко спросил:
   – Что думаете делать сейчас? С чего начнете поиски убийцы?
   – Я еще не определилась, но все мои мысли почему-то возвращаются к тому особняку. Он – пока единственное, от чего можно вести поиски. Кстати, вы что-нибудь знаете о его владельце?
   – Н-нет, – задумчиво ответил Иван. – Я же вам еще тогда сказал, что узнал лишь, что это человек в возрасте, но кто он и чем занимается, представления не имею. А вы думаете, он как-то ко всему этому причастен?
   – Очень может быть, – не стала пока ничего утверждать я. – Как-никак он – владелец особняка, и без его ведома устраивать там встречи с любовницами вряд ли бы кто-то стал. Хотя… – Я вдруг неожиданно подумала о том, что если кто и мог назначать в особняке встречи своим любовницам, так это родственники или друзья охранника Руслана. Ведь он во время отсутствия хозяина там за главного: делает все, что хочет. Почему бы ему, раз уж есть такая возможность, не прикинуться владельцем особняка?
   – О чем вы задумались? – заметив, что я слишком долго молчу, спросил Христенко.
   – Да так, кое-что анализировала. Так, значит, о хозяине особняка вы ничего не знаете.
   – Нет, – повторил мужчина.
   – Что ж, попробую сама установить его личность и выяснить, чем он занимается, – пообещала я, поднимаясь.
   – Уже уходите? – встрепенулся Иван.
   – Да, хочу побыть в одиночестве и немного поразмышлять. А потом продолжу работать над вашей проблемой.
   – У вас остались деньги? Еще не требуются? – поинтересовался благородный заказчик.
   Я не стала скромничать и согласилась принять новую партию зеленого аванса. Христенко воспринял это как само собой разумеющееся и, отстегнув мне весьма приличную сумму, сказал:
   – Если понадобится еще, вы только скажите.
   – Да ладно, – от такой щедрости я даже немного смутилась, – постараюсь уложиться в эту сумму.
   – Когда мы с вами снова увидимся? – провожая меня до двери, спросил Иван.
   Я неопределенно пожала плечами. Он не стал ничего более уточнять, попрощался, пожелал мне удачи и, проводив мечтательным взглядом до машины, закрыл дверь в офис.
   Я села за руль, облокотилась на него руками и призадумалась. Мысль проверить хозяина особняка была, конечно, отличной, но я понимала, что она, скорее всего, ничего не даст и даже не поспособствует продвижению в расследовании. Можно, конечно, попробовать последить за Русланом, но тот человек осторожный, редко покидает особняк, слежка, вероятно, растянется на долгое время, а это не в моих интересах. Одним словом, я пребывала в некоторой растерянности. Избавить меня от нее и помочь определиться могли только косточки.
   Привычным движением руки я несколько раз потрясла бархатный мешочек и, развязав узелок, высыпала содержимое на соседнее сиденье. Двенадцатигранники долго не хотели высыпаться, запутавшись в складках мешочка, но в конце концов все же дали ответ на мой расплывчато сформулированный вопрос: в каком направлении следует двигаться дальше? 14+28+11. Расшифровка звучала так: «Вы согласитесь на какое-то предложение, которое принесет не только много забот, но может закончиться для вас плачевно».
   Вспомнив, что когда-то данная комбинация уже выпадала, я восстановила в памяти события, последовавшие за этим, и поняла, что в скором времени придется окунуться в мир бизнеса и, возможно, интриг. Там главное – быть осторожной, следить за тем, что говоришь ты и что говорят тебе. Честно признаться, никогда не любила фальшивый мир дельцов.
   Интересно, каким образом я опять туда попаду?
   Разве что все окажется связано с особняком – местечко богатое, вдруг его хозяин решит устроить в доме прием или какую-то презентацию? Тогда понятно. Я проникну туда и почерпну для себя что-нибудь очень любопытное. А иначе… Впрочем, решив не загружать голову лишними заботами и проблемами, я убрала косточки и сосредоточилась на вопросе выяснения личности собственника таинственного особняка. Расспрашивать соседей, судя по всему, не имело смысла: никто толком ничего не знал. Зато наверняка данные о владельце особняка имеются в Регистрационной палате, но ради меня, конечно же, не станут поднимать архив и искать запись о владельце. Через какую нотариальную контору оформлялись документы на покупку жилья, тоже неизвестно, тем более, вполне возможно, особняк построил сам владелец, купив лишь землю. Тогда поиск информации займет еще больше времени. Как все упростить?
   Немного подумав, я вынуждена была признать, что в решении данной проблемы бессильна, поэтому вспомнила о своем «спасательном круге» Гарике Папазяне, служителе закона с весьма неплохими связями и знакомствами.
   Гарик мог горы свернуть, мог добыть любую, даже самую, казалось бы, недоступную информацию.
   Естественно, моему звонку Гарик очень обрадовался. Впрочем, неудивительно – так было всегда, и я прекрасно знала о питаемой Папазяном ко мне слабости, а потому нередко пользовалась его расположением. Сам Папазян уже давно смирился со своим безответным чувством и не придавал значения моим некрасивым поступкам – я старательно избегала свиданий или же, договорившись о встрече, вовсе на нее не приходила.
   Вот и на этот раз – я сначала немного пококетничала с Папазяном, а потом попросила об одолжении:
   – Гарик, ты бы не помог мне с одной работой? Ужасно нужно, а одной мне не справиться. Я ведь могу на тебя рассчитывать, правда? – прикинулась я нежной и требующей мужской заботы барышней.
   Папазян моментально купился:
   – Что тебе требуется, мое солнышко? Говори, сделаю все, что смогу.
   Нисколько не сомневаясь в этом, я сразу же принялась выкладывать проблему:
   – Понимаешь, я тут занимаюсь одним делом. В нем оказался замешан один человек. Кто он, я не знаю. Известно лишь, что ему принадлежит очень дорогой особняк. Можно ли как-нибудь по адресу этого дворца установить имя владельца?
   Я замолчала и по тишине в трубке догадалась, что Гарик размышляет. Он, хоть и имел связи во всех областях, сориентироваться так сразу, к кому лучше всего обратиться, не мог. Наконец он произнес:
   – Диктуй адрес, посмотрю, что можно сделать.
   Я назвала адрес особняка, в котором мне пришлось поработать, и тут же уточнила:
   – Как скоро ты достанешь информацию?
   – Пока не знаю, но постараюсь побыстрее. Ведь ты же, крошка моя, ждать не любишь.
   Почувствовав, что Гарик пытается перевести разговор на более интересную для него тему, я хотела закончить беседу и уже почти распрощалась. Но Папазян резко и безо всякого перехода спросил:
   – А когда мы с тобой посидим где-нибудь, забыв о работе, поговорим по душам? Я без твоего тепла, Таня-джан, как цветок без воды, засыхаю.
   – Ну так еще не зима, – отшутилась я. – Вот когда снег упадет, солнышко греть перестанет, тогда и поговорим.
   Гарик сначала как будто обиделся, потом, видно, решил, что я сказала это не всерьез, а потому принялся расписывать, как замечательно мы проведем время вместе. Мне не оставалось ничего, как в знак благодарности за последующую помощь молча слушать и изредка произносить «да, конечно». Длилась эта пытка, наверное, минут десять. Когда же наконец удалось отделаться от Гарика и его сладостных речей, я с облегчением вздохнула и отбросила телефон подальше от себя. Час или, если повезет, даже больше, пока Папазян будет выяснять личность хозяина особняка, я могу жить спокойно.
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 [9] 10 11 12 13 14 15 16 17

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация