А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Тише воды, ниже травы" (страница 10)

   Вернувшись в зал, я не обнаружила там уже ни Мартина, ни Стаса. Металлисты с упорством фанатиков еще продолжали тусоваться, но былой толпы и след простыл.
   Я прошла через фойе, поднялась по лестнице к выходу из Дворца культуры и вскоре уже садилась в свою «девятку». «Может быть, нужно было проследить за Мартином?» – мелькнула у меня в голове мысль, но тут же исчезла по причине ее крайне запоздалого появления. Пока я бросала «кости», потеряла из вида Мартина. А еще чуть раньше, ради разговора с Мартином, упустила дурачка Костю. В общем и целом я могла определить свое посещение клуба филофонистов как не слишком удачное. Но удачи без ошибок не бывает. К тому же в конце концов «косточки» предсказали мне, что при определенной доле осторожности мой противник сам себя обнаружит. Возьмем это на заметку и будем ждать, когда такой момент наступит.
* * *
   Следующий день начался с хмурого, безотрадного утра. Апрельское солнце куда-то исчезло, гонимое атлантическим циклоном. Наступила безвременная влажная погода, и с неба сыпалось что-то мокрое – не то дождь, не то снег. Единственное, что меня порадовало, так это то, что откликнулся психолог Пименов. Через автоответчик он мне сообщил мне, что будет рад звонку после пяти часов вечера.
   Но мне и без Пименова хватало забот. Многое еще не отработано: бывший муж доктора с его бездетностью, дурачок-Костя, интересующийся музыкальными творениями металлистов, таинственный толстяк с денежными претензиями к Дине, разъезжающий по городу на грязной «шестерке». Но центральной во всем этом мне казалась фигура Кости. Именно с него я и решила начать этот хмурый, неприветливый день.
   Я не знала ни его фамилии, ни адреса, но была уверена, что во дворе, где он живет, такого необычного человека должны знать практически все. А может быть, он и сам сейчас там, играет с местной детворой. Одним словом, я была уверена, что с его поисками у меня затруднений не будет.
   Я сознательно заплела свои светлые волосы в косичку, чтобы создать некий намек на беззаботное детство и тем самым вызвать расположение Кости – мне казалось, что так я буду к нему ближе. А может быть, ерунду я придумала? Но мне очень хотелось быстро найти с ним общий язык при встрече и вызвать парня на откровенность. Беда заключалась в том, что я никогда раньше не сталкивалась с подобными людьми и не знала, как они себя ведут, чем их можно заинтересовать. Я пыталась убедить себя в том, что Костя – обычный десятилетний ребенок, просто во взрослом обличье, и разговаривать с ним нужно так, как с его сверстниками-мальчишками.
   И все-таки мне не давала покоя одна мысль. Этот парень был довольно близок к Дине. Почему он к ней тянулся? Потому что она была добрая и тихая? Потому что любила детей? Или все же верно мое чудовищное предположение, возникшее вчера? Не мог ли этот странный Костя действительно быть Дине гораздо ближе, чем просто друг-приятель?
   Да, мне сейчас очень не хватало хорошего знания людей, страдающих тем же заболеванием, что и Костя. Так что приходилось только гадать и предполагать, надеясь, что смогу найти верный тон в предстоящем разговоре и верную манеру поведения. Не знала я, например, как такие люди воспринимают секс, способны ли они вообще им заниматься. И если способны физически, то готовы ли они к нему морально. В том смысле, что им это может быть просто неинтересно и не нужно, а гораздо более приятным занятием им кажется, скажем, игра в снежки. И я не знала, как вообще задавать такие вопросы Косте. Почему-то я заранее чувствовала неловкость перед ним и заранее краснела, готовясь задать свои вопросы.
   Подъезжая к дому Дины Черемисиной, я подумала, не стоило ли все-таки перед встречей с Костей пообщаться с психиатром или хотя бы просто с психологом, чтобы он помог мне понять природу таких людей и ответил еще на ряд вопросов. Но я этого так и не сделала, потому что время было дорого – с Костей необходимо было встретиться поскорее. И теперь мне оставалось полагаться только на собственные силы.
   Кости во дворе не было. Но ватага мальчишек по-прежнему носилась по детской площадке. Я несколько удивилась, почему сегодня странный парень не составил им компанию. Взрослых во дворе не наблюдалось, поэтому я подошла к металлической сетке-рабице, которой была огорожена площадка, и окрикнула мальчишек:
   – Эй, ребята!
   Игроки в хоккей остановились, некоторые из них опустили клюшки и вопросительно уставились на меня.
   – А Костя не выходил сегодня? – спросила я.
   Один из пацанов, находившийся ко мне ближе всех, поправил сбившуюся на затылок шапку и отрицательно покачал головой:
   – Не-а… Не выходил.
   – А где его можно найти? Он в какой квартире живет?
   Мальчишка оглянулся на своих приятелей. Те молчали. Пацан как-то растерянно поковырял носком ботинка ледышку и, глядя в пол, сказал:
   – В шестнадцатой квартире он живет… Вон в том доме, – и указал на дом, стоявший перпендикулярно дому Дины Черемисиной.
   Я поблагодарила юных хокеистов и отправилась по указанному адресу. Смущение и неловкость пацанов меня несколько удивили. Обычно дети такого возраста не отличаются подобными качествами и охотно общаются со взрослыми, особенно с молодыми женщинами, потому что детская робость у них уже исчезла, а юношеская, замешанная на эротизме, еще не успела развиться. Но так или иначе, а своей цели я добилась и теперь стояла на третьем этаже, нажимая на кнопку звонка шестнадцатой квартиры.
   Дверь открыла женщина лет сорока пяти, с холеным бледным лицом и тщательно уложенными каштановыми локонами. Макияж был выполнен столь же тщательно, а на ногтях красовался совсем недавний маникюр. Она выглядела очень ухоженно, одета была дорого, а золотые серьги с бриллиантами указывали, что материальный достаток в семье не просто высок, а очень высок. Женщина смотрела на меня молча, устремив на меня холодный взгляд серых глаз, и ждала.
   – Добрый день, – начала я. – Я бы хотела поговорить с Костей. К сожалению, не застала его во дворе…
   – Вы кто? – голос у женщины тоже был холодным, морозно звенящим. Мне даже показалось, словно на меня посыпались маленькие льдинки.
   – Вообще-то я по поводу Дины Черемисиной, расследую ее смерть, – пришлось признаться мне. – Я в курсе, что Костя дружил с ней.
   Женщина никак это не прокомментировала, только продолжала молча рассматривать меня. Затем она неожиданно произнесла, очень ровно, не меняя интонаций:
   – Кости больше нет. Он умер сегодня ночью.
   По-моему, у меня даже подогнулись коленки от услышанного. Новость показалась мне настолько невероятной, что я некоторое время стояла в оцепенении, не зная, что сказать. Вернуло меня к реальности только движение женщины, которым она собиралась захлопнуть дверь.
   – Подождите, – опомнилась я. – Как же это случилось?
   – Его убили. Нашли его на улице. Сейчас он в морге, – отчеканила женщина.
   – Но… Как все-таки это получилось? Как хотя бы его убили? Почему? Нашли того, кто убил? – забросала я вопросами «снежную королеву», но она, даже не дослушав их до конца, перебила меня:
   – Если вам нужны подробности, обратитесь в милицию. А я не хочу об этом говорить. У меня погиб сын, постарайтесь это понять.
   И женщина захлопнула дверь. Вообще-то, если честно сказать, она вовсе не напоминала убитую горем мать. Даже намека на горе в ее облике не наблюдалось. Хотя… как тут можно судить? Просто, может быть, у нее железная выдержка.
   «Они словно стыдятся его, – всплыли у меня в голове слова соседки Дины, Ольги Тимофеевны, по поводу Кости и его родителей. – Они бы и отказались от него, если бы не боялись, что люди скажут».
   Что ж, возможно, она была права. Но сейчас это неважно. Сейчас нужно выяснять главное – при каких обстоятельствах погиб Костя-металлист, дурачок Костя. Что удалось узнать милиции? Не знаю почему, но я была уверена, что смерть его не случайна.
   Однако, прежде чем сесть в машину, я снова подошла детской площадке. Мальчишки, заметившие меня, как только я вышла из подъезда, прекратили игру и теперь молча ждали.
   – Ребята, вам что-нибудь известно о том, как погиб Костя? – спросила я через ограду, приблизив лицо к металлической сетке.
   Юные хоккеисты подошли ближе, и самый старший из них заговорил первым:
   – Мы знаем только, что его в гаражах нашли. Вон в тех, – он указал на ряд гаражей, стоявших за детской площадкой. – Утром нашли. Мы во двор вышли, а тут везде машины милицейские. И нам играть здесь не разрешали. Но мы все равно во дворе были, смотрели. Видели, как его потом в машину положили медицинскую и увезли.
   – Его на носилки положили, и лицо у него было закрыто одеялом, – добавил другой пацан.
   – Не одеялом, а подушкой, – поправил третий, и затем все мальчишки загалдели хором.
   Ничего полезного в их гомоне я не услышала, а дождавшись, пока они немного успокоятся, спросила:
   – А что говорили вокруг? Что случилось-то?
   – Да толком никто и не знает, что случилось, – снова заговорил старший. – Соседи говорили, что его пьяницы какие-нибудь убили. Подумали, что у него деньги есть, и убили. А у него, хоть он и хорошо одет был, денег с собой и не было никогда…
   – Нет, были, были! – вмешались сразу двое мальчишек. – Он же нас часто мороженым угощал. И жвачку покупал.
   – Это не деньги, а мелочь, – солидно заметил старший пацан и, помолчав, добавил: – В общем, увезли его, а потом и милиция уехала, через час где-то.
   – А вы видели его вчера вечером? Что он говорил, может быть, собирался с кем-то встретиться?
   – Ничего не говорил, – покачали головами мальчишки.
   – Он по четвергам в клуб свой ходил, музыку слушать, – сообщил один из них. – И вчера пошел. Больше мы его не видели – он поздно оттуда возвращался, мы уже в такое время не гуляем.
   – А насчет Дины Черемисиной он вам что-нибудь говорил? – спросила я. – Они, кажется, дружили.
   – Он к Дине ходил, потому что она его в театр приглашала часто, на спектакли. Ему там интересно было, – сказал маленький веснушчатый мальчуган с выбившимся из-под шапки рыжим вихром. Он помолчал немного и со вздохом добавил: – И меня обещали взять, но тут Дина умерла… А теперь вот и Костя…
   «А теперь вот и Костя», – невольно повторила я, уже прочно связывая две этих смерти между собой. Я была просто уверена в этом, хотя уверенность моя пока зижделась больше на интуиции.
   – А Костя вам не говорил, почему она умерла? – спросила я. – Может быть, он знал точно?
   – Так она же отравилась, – озадаченно почесал голову старший из пацанов. – И Костя то же самое говорил. Он все время плакал, когда о ней вспоминал. Говорил, что она была хорошая, добрая… И что она съела что-то и отравилась…
   «Если бы просто что-то съела…» – подумалось мне.
   – Что ж, понятно, – проговорила я и, попрощавшись с мальчишками, пошла к своей машине.
   Версия, высказанная соседями, насчет «левых» пьяниц, убивших Костю ради денег, которые могли оказаться у того в карманах, не представлялась мне правдоподобной и достойной внимания. Я все время думала о Дине Черемисиной. Она умерла за пять дней до Кости. И в том, что ее именно убили, теперь я почти не сомневалась. Но Костя, похоже, ничего толком не знал о причинах ее смерти, если рассуждал так наивно: «Съела что-то и отравилась». Однако же его тоже убили! Зачем? Почему, если он был, по сути, безобидным, наивным ребенком? Какую тайну он мог знать? Наверное, он не думал, что то, что он знает, – секрет, и мог разболтать. Вот кто-то и забеспокоился, решил его устранить. Но почему именно вчера, а не сразу после смерти Дины?
   Круговерть вопросов настолько мною завладела, что я не очень внимательно следила за дорогой и чуть было не проскочила на красный свет в одном нехорошем месте, где всегда толкутся гаишники. Тем не менее до Кировского РОВД я добралась без неприятностей и сразу же поднялась к Мельникову в кабинет. Я не знала, он ли занимается убийством Кости, но район был его, и подробности дела Андрей имел возможность мне сообщить.
* * *
   Мельников пребывал в мрачном расположении духа. Как выяснилось, сегодня утром на планерке он получил взбучку за проволочку в деле об отравлениях клофелином и опасался, что если и дальше так пойдет, то его лишат квартальной премии.
   – Ну а вы пробовали работать «на живца»? – спросила я.
   – Пробовали, – уныло кивнул Андрей, – и неоднократно. Нету ее!
   – Как нету? Не клюнула? – уточнила я.
   – Вообще нету! – громыхнул Мельников кулаком по столу. – Как сквозь землю провалилась, зараза! Ни на подставных не клюет, ни на кого! Кстати, и заявления от пострадавших прекратились. Видно, почуяла, стерва и на дно залегла. Где я ее теперь найду, в миллионном-то городе?
   Мельников так распереживался из-за возможности лишиться квартальной премии, что даже не спрашивал, зачем я пришла. Он сокрушенно качал головой, ныл по поводу свалившихся на него забот, жаловался на головную боль и грозился вообще уйти из милиции в охранное агентство. В конце концов я поняла, что если так пойдет дальше, то помощи мне от него не видать, и решительно спросила:
   – Так, сколько составляет твоя квартальная премия?
   Мельников удивился, но сумму назвал. Она мне показалась настолько смешной, что я тут же пообещала выдать ему эти деньги лично, если он наконец выслушает меня и предоставит интересующую меня информацию. В конце концов, решила я, означенную сумму вполне можно внести в счет клиенту, то есть Валерии Павловой, в графу «Текущие расходы», и это будет справедливо.
   Мельников сразу же оживился, забыл про головную боль и заверил, что с удовольствием меня выслушает и сделает все возможное.
   – Меня интересует смерть некоего Кости, которого нашли убитым сегодня ночью в гаражах. Кстати, во дворе, где жила Дина Черемисина.
   – А-а-а, знаю, – протянул Мельников, скептически вытянул губы трубочкой, собираясь уже высказать, что он думает о столь малоинтересном деле, но поймал мой взгляд и, видимо, подумал об опасности лишиться обещанного бонуса, потому что тут же продолжил: – Но я-то этим делом не занимаюсь, на него Лукьянова кинули… Хочешь с ним поговорить?
   – Не только поговорить, но и получить доступ к материалам, – твердо сказала я.
   – Ты посиди тут, Тань, – вылезая из-за стола, проговорил Андрей. – Сейчас я его разыщу и все улажу. Жди.
   Мельников вышел из кабинета и отсутствовал минут десять, после чего появился с высоким, мордастым молодым ментом, обладавшим какими-то замедленными движениями. Здоровяк лениво поздоровался и кряхтя уселся на стул рядом со мной. На колени он положил папку, в которой, как я догадалась, были собраны материалы по расследованию убийства Кости.
   – Вот, тут все, – поглаживая папку, произнес он.
   – Отлично, – кивнула я. – А сами вы на место выезжали?
   Лукьянов кивнул мне в ответ.
   – Ну и что? Каковы предварительные версии?
   Лукьянов неопределенно пожал плечами.
   – Ну а свидетели, друзья? – не отставала я. – Что говорят?
   – Да ничего, – пожал крутыми плечами Лукьянов.
   – Что дал осмотр места происшествия? Ваше личное впечатление каково – что там случилось?
   Лукьянов медленно выдавил изо рта жвачку, надул пузырь, который лопнул с оглушительным треском, и снова пожал плечами.
   – Коля, Коля, – заволновался Мельников. – Я же тебе говорил, что Татьяна Александровна может только помочь в деле, так что лучше с ней поделиться своими предположениями.
   – Да нет у меня предположений, – флегматично перекатывая во рту жвачку, процедил Лукьянов. – Искать надо.
   – Понятно, – вздохнула я, выслушав это глубокомысленное изречение, и протянула руку к папке, – давайте.
   Лукьянов вручил мне тонкую папку и откинулся на спинку стула. Я перестала обращать на него внимание и полностью углубилась в изучение материалов. Они гласили, что труп Константина Макарского был обнаружен в пять часов тридцать минут утра неподалеку от собственного дома. Смерть наступила в результате черепно-мозговой травмы от удара тупым предметом. Сам предмет, то есть орудие преступления, был найден там же и представлял собой железный арматурный прут. Свидетелей преступления выявлено не было, смерть наступила примерно в двадцать три тридцать.
   Обнаружил труп житель соседнего дома, вышедший к своему гаражу. Согласно показаниям матери убитого, тот ушел из дома по каким-то своим делам еще днем. Должен был вернуться около десяти, но позвонил и сказал, что задержится. Большего она сообщить не могла.
   Прибывшая на место происшествия оперативно-следственная группа произвела осмотр, все сфотографировала (снимки тоже в папке были) и запротоколировала, как положено. Но ничего интересного из этих материалов я не узнала.
   Разве что арматурный прут… Его наличие на месте преступления говорит о том, что убийство планировалось. Хоть как-то, но планировалось, иначе Макарского шарахнули бы просто камнем или тем, что под руку подвернулось. А прут наверняка принесли с собой…
   И вот еще что. Костя собирался вернуться домой около десяти – то есть сразу, как только закончится тусовка филофонистов. Однако потом перезвонил и предупредил, что задержится. Что его задержало? Исчез он из клуба очень неожиданно, во всяком случае, для меня. И скорее всего потому, что не захотел со мной общаться. Кстати, с чего он решил, что я захочу с ним поговорить-пообщаться? Ему что, было известно, что я частный детектив, который расследует смерть Дины? От соседей об этом слышал? Потому так шустро и свалил из клуба филофонистов? Как бы там ни было, но, похоже, в клуб нужно будет съездить еще раз, сегодня – сразу же после разговора с Мельниковым и Лукьяновым. Возможно, кто-то видел, как и куда уходил Костя вчера. Возможно, кто-то в курсе его дел. А может быть, его тамошние знакомые помогут мне лучше понять мне натуру этого странного человека, взрослого ребенка, не то мужчину, не то мальчика-подростка.
   Вообще личность Кости представлялась мне очень загадочной и непонятной. Я очень жалела, что не успела пообщаться с ним до его гибели, теперь мне сложно будет составить его портрет как человека.
   То, что произошло буквально через пару минут, ярко продемонстрировало, что я права: загадок в личности и жизни Константина Макарского хватает… А случилось следующее.
   Зазвонил телефон, Мельников поднял трубку и после недолгого разговора, подняв удивленно брови, быстро передал ее Лукьянову.
   – Твои звонят, нашли там кое-что…
   Лукьянов схватил трубку и начал слушать, что ему говорят. Я, разумеется, ничего не слышала, а сам Лукьянов вставлял только междометия, по которым нельзя было понять, о чем идет речь. Положив наконец трубку, Лукьянов улыбнулся и пристально посмотрел на Мельникова.
   – С тебя пиво! – заявил он и тут же сообщил: – У этого дурачка нашли кое-какие причиндалы. И вполне возможно, что они связаны с твоими клофелиновыми делами.
   Тут и Мельников, и я обратились в слух.
   – Короче, я послал ребят с матерью этого Макарского поговорить, посмотреть, что к чему, – начал рассказывать Лукьянов, вынув наконец изо рта жвачку. – Ну, а они в комнату зашли и сразу же наткнулись на женский парик. Спросили у матери, может, он гомиком был или там… ну, в общем, тем, которые в баб переодеваются. Та вроде отрицает, мол, нет, не был. А потом пошарили и клофелин нашли. Прикинь!
   – Так, и что? – нервно забарабанил пальцами по столу Мельников.
   – А то, что сейчас они приедут и все привезут.
   «Интересный поворот намечается», – подумала я и решила, разумеется, дождаться возвращения в отдел оперативников Лукьянова.
   Они прибыли довольно скоро и выложили на стол женский парик черного цвета, косметический набор и предметы женского туалета: короткую кожаную юбку, колготки и сильно декольтированную блузку. Но это все не представляло особой ценности. Главное заключалось в том, что были обнаружены таблетки, которые эксперты уже идентифицировали, как клофелин.
   – Ну и что? – почему-то у меня поинтересовался Мельников, со скептической усмешкой взирая на представленные улики. – Хотите меня уверить, будто ваш Макарский и занимался травлей мужиков? Он же вроде дурачок был…
   Я не стала отвечать, поскольку сама не знала точного ответа. Вместо меня неожиданно обрел словоохотливость Лукьянов.
   – Значит, не такой уж дурачок, раз додумался до подобного.
   – А где же баба, его сообщница? – продолжал недоумевать Мельников. – Ты ж мне говорил, парень все с малолетними пацанами общался.
   – А может, он сам под бабу косил? – предположил Лукьянов и, видя, что Мельников поморщился, продолжил, довольно хохотнув: – А что такого? Ну-ка, дай попробую!
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 [10] 11 12 13 14 15 16 17 18 19

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация