А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Чтение книги "Меняю любовницу на жену" (страница 18)

   Глава 9

   Я сидела на своей уютной кухоньке с огромной чашкой потрясающего кофе и думала об Алексе. Вернее, о его «героической» биографии и о том, как наказать этого мерзавца за все его злодеяния. Напротив меня сидела Ленка и с жадностью впитывала каждое слово из моих рассуждений и догадок.
   Механизм расправы со всеми своими женами у него был одинаковый – несчастный случай, падение с высоты. Никакой импровизации. Как он не боялся, что в конце концов кто-нибудь задумается обо всех этих фактах? Впрочем, Алекс каждый раз менял свою фамилию на фамилию жены, так что вычислить связь было довольно трудно. Я долго ломала голову над тем, как заставить этого негодяя расколоться, как спровоцировать его на признание. Выход подсказал, как ни странно, сам Алекс: я решила воспользоваться его же оружием – поддельными фотографиями.
   Ключи от особняка Ангелины я достала без проблем – Петр Петрович Петров любезно предоставил мне все, что нужно. Надеюсь, что Алексу не придет в голову мысль навестить особнячок в Тарасове, у него и в Москве дел много.
   Мне пришлось все рассказать Кирьянову:
   – Володька, ты по фигуре очень подходишь. Понимаешь? И мы сделаем так, что твоего лица никто не увидит. Главное – детали. Например, браслет. Он был свадебным подарком Ангелины, она его по каталогу заказывала. Алекс браслет ни днем, ни ночью не снимает. И я уже заказала похожий. Я еще тогда подумала, что такую вещицу не каждый день встретишь.
   – Тань, хватит самодеятельности, может быть? – произнес Кирьянов, всем своим видом показывая, что ни на какой маскарад он не пойдет.
   – Ну пойми, Киря, у меня нет другого выхода. В милиции все равно никаких улик нет, а я знаю, что он виновен. Хорошо, допустим, он не виновен в смерти Ангелины, тогда он не поведется на эти фотографии, и все. Ничего не будет.
   В конце концов мне удалось уговорить Кирьянова. Пришлось повозиться с одеждой «под Алекса», поговорить с кучей людей, которые видели Алекса в тот день. Хорошо, что мне подсказали адресок одного местного папарацци, и он согласился снять на пленку наше представление.
   В кукольном театре мы заказали большую куклу, которую вполне можно было выдать за женщину. Кире пришлось раз двадцать сбрасывать ее с балкона, затем мне пришлось прыгать с невысокого парапета, в парике и купальном халатике, похожем на халатик Ангелины, в котором она была в день смерти, – для имитации полета. Одни фото наложили на другие, и тут не обошлось без специалистов из милиции, опять же спасибо Кирьянову.
   В конце концов у нас появилось штук тридцать фотографий, из которых мы отобрали с десяток. На них некто, очень похожий на Алекса, выбрасывал с балкона кого-то, очень похожего на Ангелину. Фотограф сделал свое дело мастерски, лица оказались как бы смазанными, но детали, по которым можно было с большой долей уверенности сказать, кому они принадлежат, были видны четко. Если бы мы показали снимки близким знакомым Алекса и Ангелины, у них не возникло бы сомнений в подлинности фотографий и роли Алексея в случившейся трагедии.
   Оставалось найти того, кто покажет эти фотографии Алексу. Предложение Кири, чтобы послать к нему кого-нибудь из милиции, я отвергла сразу:
   – Не хочу тебя обидеть, но ваших сразу видно, у них особое выражение лица.
   Кирьянов фыркнул:
   – Ну так пригласи кого-нибудь на эту роль из Большого или Малого, они тебе сыграют все как нужно.
   Но в театры обращаться не понадобилось. На роль шантажиста у меня уже был выбран кое-кто другой – мой давнишний знакомый, бомж-философ Венчик. Голове этого мужика позавидовал бы любой доктор философских наук, вот только головой своей Венчик пользовался довольно редко. Всякая работа наводила на него тоску и уныние, мешала свободному парению его философской мысли. В жизни Венчик был неприхотлив, кормился тем, что сдавал бутылки. «Птичка божия не знает ни заботы, ни труда», «Будет день, будет и пища» – эти любимые изречения Венчика соответствовали его духу.
   Была только одна проблема: жил мой знакомый в полуподвале, без телефона. Найти его в летнее время года было очень сложно – Венчик целыми днями болтался по берегу Волги, грел пузо на солнце, время от времени собирая бутылки, оставленные отдыхающими.
   Дома, если это помещение можно было назвать домом, Венчика не оказалось. Я оставила на всякий случай записку, но решила поискать его на пляже. Там и обнаружила – Венчик соображал на троих с двумя мужиками, такими же бомжами.
   – Венчик! – позвала я его. – Есть дело!
   – Не хочу есть дело, хочу есть «Докторскую» колбасу и запивать ее «Агдамом», – пробормотал он, пытаясь сфокусировать на мне взгляд своих мутных глаз. Когда ему это удалось, он наконец-то узнал меня. – О, Таньюшша, – распевно произнес он мое имя и повернулся к собутыльникам: – Ггоспода, у нас дама. Выпьем за дам, стоя, «Агдам», – пробормотал он.
   Сотоварищи Венчика дружно закивали головами, приподняли свои пятые точки с деревянных топчанов.
   – А налить даме «Агдаму»? – предложил один из «джентльменов».
   – Спасибо, я так рано не употребляю, – проронила я.
   – Точно, – подтвердил Венчик, – она это… спортсменка, комсомолка и просто красавица.
   – Венчик, допивай, и пойдем поговорим, – теряя терпение, произнесла я. Искать другую кандидатуру у меня не было времени, а ждать, пока он зальет свои горящие трубы, не хотелось.
   – Пардон, ребята, если женщина просит… Я сейчас, – пробормотал он, хлопнул граненый стакан грязновато-красного напитка и торопливо налил себе снова. Опрокинув в рот и этот стакан, он вытер губы ладонью и поднялся со своего места.
   – Я готов. Служу, так сказать, труду и обороне, – заявил он.
   – Молодец. А теперь слушай: сейчас отвезу тебя домой, и чтоб оттуда ни шагу! Мне нужно, чтобы ты был трезв как стеклышко. Утром заеду за тобой. Если все выполнишь как надо, месяца два бутылки собирать не придется. Я понятно объяснила?
   Венчик икнул и кивнул.
   Я открыла дверцу машины и кивком пригласила его на заднее сиденье, салон сразу же наполнился «ароматом» дешевого портвейна, папирос «Беломор» и застарелой грязи. Я поморщилась и опустила стекла в окнах.
   Минут через пятнадцать мы подъехали к дому, где находился подвал Венчика. В соседнем доме, где располагался большой магазин, полным ходом шла разгрузка винно-водочной продукции.
   – Мне бы это… на завтра, для поднятия жизненного тонуса, бутылочку… пивка, – залепетал он. – А то, боюсь, не встану завтра.
   – Для поднятия тонуса сок пьют, «Чемпион» там или «Твоя семья», – обронила я, паркуясь у дома Вениамина.
   – «Моя», – поправил меня Венчик.
   – Что?
   – «Моя семья» сок называется.
   – Какая разница, чья семья, главное – что сок. Вот что: самое большое, что ты себе можешь позволить, – это кефир. Марш в магазин. Я жду тебя в машине, вот деньги. Кефир, и не больше!
   – Спасибо, конечно. Ну ладно, пусть только кефир, – пробормотал он, вылезая из машины. Отошел на пару шагов и замялся: – Там, наверное, очередь, не стоит меня ждать.
   – Ничего, я подожду. Хочу удостовериться, что ты благополучно доберешься до дома, – парировала я.
   Венчик, понурившись, отправился в магазин. Очереди там не было, и он вернулся минут через пять с двумя пакетами кефира. Я подождала, пока за ним не закроется дверь подъезда, и с легким сердцем отправилась домой. Так, завтра все должно получиться. Фотографии готовы, шантажист есть, скоро я смогу спать спокойно. Несколько дней назад я через знакомого нотариуса организовала телеграмму Алексу по поводу вступления в наследство: мол, церемония требует его личного присутствия в Тарасове. Вторую телеграмму я отправила в его офис от имени Гелиных родителей, а затем организовала звонок его секретарше, чтобы узнать, дошло сообщение или нет. Конечно же, дошло. Алекс со своей подружкой денежек заждались, поди, поиздержались. «Он вылетает ближайшим рейсом», – сообщила подружка Алекса. Еще бы! Думаю, окажись он на Аляске, и то примчался бы по первому зову.
   Собственно, наверное, он уже прилетел. В аэропорту сказали, что он зарегистрирован среди пассажиров.
* * *
   Утром я встала ни свет ни заря. Все дела были переделаны, но стрелки будильника не желали двигаться, тащились словно престарелая черепаха. Ехать за Вениамином, тем более звонить Алексу в семь часов утра – слишком рано. Я решила бросить кости, для полного успокоения. Нет, все продумано до мелочей, но если в придачу я получу поддержку от высших сил, буду чувствовать себя гораздо спокойнее. На этот раз мне повезло, косточки сложились в хорошую комбинацию: 30+10+22 – «Непредвиденные осложнения в делах сами собой разрешатся, и вы получите прибыль».
   На душе у меня сделалось спокойно. Я набрала номер особняка Пашковых, чтобы проверить, на месте Алекс или нет. Несмотря на раннее утро, Алекс поднял трубку.
   – Да, – раздался в трубке его сочный голос.
   – Это поликлиника? – спросила я первое, что пришло в голову, изменив голос.
   – Нет, – отозвался Алекс и бросил трубку.
   Ну что ж, зрители на месте, пора за актером. Я оделась и вышла из дома. Утро было теплым, солнечным, я поймала себя на том, что мурлыкаю вслух какую-то песню. Давненько не замечала за собой такого.
   Мое хорошее настроение улетучилось, как только я оказалась на пороге жилища Венчика. Звонок здесь не был предусмотрен, приходившие в гости должны были стучать. А чаще всего дверь вообще не закрывалась, Венчик, как истинный философ, все свое носил с собой, предпочитая оставаться нищим, но счастливым. Вещи мешали ему наслаждаться жизнью, размышлять о смысле бытия.
   Сегодня дверь была не заперта, я распахнула ее, шагнула в жилище Венчика, и меня сразу охватило смутное беспокойство. Как выяснилось, не напрасно. Венчик спал на своем деревянном, видавшем виды топчанчике богатырским сном. Стоявшая на полу пустая пластиковая двухлитровая бутылка сразу объяснила мне причину его сна. Рядом сиротливо белели два пакета кефира.
   Ну уж нет! Никто не помешает мне начать первый раунд боя Алекс – Татьяна Иванова. Я принялась тормошить Венчика, бить по щекам, щипать. Все безрезультатно. В конце концов мне пришлось прибегнуть к крайним мерам – к водным процедурам. В помятый алюминиевый чайник я набрала ледяной воды из-под крана и полила на лежащего Венчика.
   – Ты чего, ошалела? – выпалил он, тут же подскочив. – Я теперь заболею и помру от простуды, – обиженно произнес он.
   – Ничего, почихаешь, и все пройдет, – успокоила я его. – А не придешь быстро в себя – я тебя собственными руками задушу. Ты наш вчерашний разговор помнишь? Кажется, мы договорились.
   – Ну я это… у меня тоже может быть личная жизнь. Пришел знакомый с подругой, вот мы и…
   – Ладно, вставай, одевайся, а я пока тебя в курс дела вводить буду, – махнула я рукой, не желая выслушивать его объяснения.
   – Сейчас? – ужаснулся он. – Я не могу, у меня голова плохо соображает…
   – Вон кефир, пей, приводи себя в чувство.
   Через час Венчик был готов выслушать меня и повторить слово в слово все то, что я ему говорила. Звонить я решила из своей квартиры, у меня телефон с антиопределителем и дополнительной трубкой, как раз чтобы все слышать.
   Венчик позвонил Алексу и попросил назначить встречу по очень важному обстоятельству, касающемуся смерти его жены. Алекс, конечно же, сделал вид, что не понимает, в чем дело.
   – Первое апреля уже прошло, – сухо отозвался он и бросил трубку.
   – Давай, давай, еще раз, – подбодрила я Вениамина. – Пусть он занервничает.
   Вениамин снова набрал номер особняка Пашковых.
   – Зря вы бросили трубку, молодой человек, – участливо произнес Венчик, – я с вами по-хорошему, можно сказать, по-дружески поговорить хотел, а вы…
   – Послушай, ты, урод, – раздражаясь, рявкнул Алекс, – еще раз позвонишь – я тебя из-под земли достану!..
   – Вот это-то мне и нужно, – перебил его Венчик. – У меня к вам, собственно, просьба: давайте встретимся в непринужденной, так сказать, обстановке, поговорим по душам. У меня для вас любопытные фотографии есть. Думаю, вам очень захочется их иметь – и негативы, и все копии…
   – Какие копии, какие оригиналы? Мужик, у тебя с головой проблемы!
   – Боюсь, что проблемы могут быть у вас. Поэтому прежде, чем нести фотографии куда-нибудь, я хотел показать их вам, поверьте, вы в этом заинтересованы больше, чем кто-либо, – настаивал Венчик на своем.
   В конце концов Алекс дал слабину: он согласился и назначил встречу Венчику вечером у себя в особняке. И мой актер, войдя в роль, заговорил напоследок с неподражаемой интонацией:
   – Вы только не думайте, что я вас обижаю подозрением или еще что такое. Но если со мной произойдет несчастный случай, негативы с сопроводительным письмом отправятся прямиком в милицию. Вы поняли? Повторяю: если со мной что-нибудь случится – инфаркт, или кирпич на голову, или, не дай бог, машина наедет, или я косточкой подавлюсь, вам от этого легче не станет. До встречи, – проговорил Венчик и положил трубку.
   – Молодец, ты прямо артист, – похвалила я своего помощника, – а импровизация про кирпич и косточку – высший пилотаж.
   Венчик скромно опустил глаза и зарделся словно курсистка, так что даже сквозь давнюю небритость и грязь на его щеках проступил яркий румянец.
   – Так, перед вашим рандеву я на тебя пару штучек повешу, чтоб, так сказать, слово в слово услышать ваш разговор и записать его. Для первого раза только покажешь фотографии, обговоришь детали, дашь ему пару дней для сбора денег, а мы посмотрим, как он суетиться будет, что предпримет. Ты, главное, не бойся, я все время рядом буду. Да, и еще раз напомнишь про негативы в укромном месте.
   Вениамин пожал плечами и с видом заправского Рэмбо ответил:
   – Да неужто я какого-то лощеного хмыря испугаюсь? В моей жизни встречались экземплярчики и пострашнее. Ну… я пойду? – вопросительно посмотрел он на меня, собираясь вставать.
   – Нет, Вениамин, извини меня, но дело предстоит ответственное, я не могу позволить тебе провалить операцию. Ты мне нужен трезвый и представительный, – отрезала я.
   – Таня, я клянусь, ни капли в рот не возьму, буду трезв, как стеклышко, – пробормотал Вениамин.
   – Нет, нет и нет! Сейчас – мыться в ванную, а то от тебя, прости, разит, как от мусорного контейнера, затем ужинать и спать, – приказала я.
   – А может, это… не надо мыться? – пролепетал Венчик, поднимаясь с табурета. – Я это… на той неделе в бане был, – попытался он увильнуть от посещения ванной.
   – Вениамин, ты должен показаться перед Алексом во всей красе. Еще и побреешься, и шмотки тебе подберем приличные.
   Вениамин понял, что спорить со мной бесполезно, и сдался. Спустя час непривычно чистый, отмытый до блеска, побритый и одетый в спортивный костюм, Венчик пил со мной чай, рассуждая о смысле бытия и первичности материи.
   После этого мы отправились на ближайший рынок, где торговали китайским ширпотребом. Мне пришлось побороться за новый облик моего помощника – оказалось, что у Вениамина довольно оригинальный вкус в вещах. С большим трудом я отговорила его от покупки цветастой рубашки с веселым рисуночком из пальм, обезьян и разноцветных цветочков. Точно такая же борьба была по поводу легких брюк, сшитых из блестящей материи, с атласными лампасами и ярко-оранжевых ботинок, якобы из натуральной кожи. Хотелось бы мне знать, как назывался зверь с таким цветом шкуры. В результате моих титанических усилий Венчик превратился в среднестатистического гражданина, смахивающего либо на высококвалифицированного рабочего, либо на неудачливого бюджетника. Как раз то, что надо. Новый облик очень понравился Венчику, я еле оторвала его от зеркала. Правда, у нас возник небольшой конфликт из-за его обносок, мне так и не удалось выбросить их в мусоропровод.
   Я закрепила на теле своего помощника передатчик, объяснила принцип его действия и предупредила Вениамина, чего делать не стоит, чтобы не разрушить хрупкую аппаратуру. Остальное время до вечера ушло на зазубривание текста моего собственного сочинения. Вначале дело шло туго, Вениамин все время путал фразы местами, запинался.
   – Вениамин, давай попытаемся выучить этот текст, как актеры. Я буду говорить за Алекса, а ты за самого себя, – предложила я.
   Разучивание текста по ролям оказалось самым правильным выходом – дело пошло как по маслу. После пятого повтора Венчик приобрел уверенность, словно текст рождался у него сам собой.
   – Молодец, – похвалила я его. – Главное, помни, что я рядом и слышу каждое твое слово, и если что…
   – Что «если что»? – замялся Вениамин. – Мне бы не хотелось… Еще так мало сделано, так мало пережито…
   – Обещаю, что я вмешаюсь, если почувствую какую-либо угрозу с его стороны. Знаешь, пожалуй, ничего не пей и не ешь, если он тебе предложит что-нибудь.
   – Ты думаешь, он захочет меня отравить? – испуганно спросил Венчик, явно жалея о том, что ввязался в это дело.
   – Ну, он же не Лукреция Борджиа, я так, на всякий случай предупреждаю. И потом, Венчик, у тебя же негативы, которые лучше любой гарантии.
   – Но ведь у меня нет никаких негативов, – возразил мой помощник.
   – Вениамин, Алекс об этом не знает и никогда не узнает, – успокоила я его. – Помнишь, ты сам говорил, что зло должно быть наказано. Тебе представляется возможность стать карающей десницей и все такое…
   Мои слова приободрили философа, и он успокоился. Когда я в сумерках высаживала его возле особняка Пашковых, Вениамин уже вжился в образ и чувствовал себя превосходно.
   Я дождалась, пока он поднимется в дом, и включила магнитофон. Благодаря качественной аппаратуре слышно было каждое слово, так, будто я стояла рядом с моим «актером». Я слышала, как скрипели под ногами Вениамина ступени крыльца, слышала звук распахиваемой двери, звук работающего телевизора. «Театр у микрофона», да и только.
   Так, весь разговор будет записан на магнитофон, находившийся у меня в машине. Я достала второе приемное устройство, настроила его на волну Венчика и решила переместиться поближе к дому. Через садовую калитку я пробралась во двор и взобралась на одну из больших раскидистых лип, прямо напротив освещенных окон гостиной. С моего места прекрасно было видно все, что происходит в гостиной, изображение, увеличенное биноклем, давало ощущение присутствия, звук из наушников позволял улавливать малейшие шорохи.
   – Кхе-кхм, – прочищая горло, произнес Вениамин, видимо, еще стоя в холле. – Здравствуйте, – громко поздоровался он с ожидавшим его Алексом и тут же чуть слышно шепнул для меня: – Прием, прием…
   – Проходите, – буркнул Алекс.
   На несколько минут они скрылись из виду – шли по коридору, затем показались в окне гостиной.
   Вениамин занервничал, я видела это по его суетливым движениям. Алекс же, напротив, представлял собой эталон выдержки и спокойствия.
   – Ну, в чем дело? – резко спросил он.
   – Я… может, вы предложите мне выпить? – растерявшись, пролепетал Венчик.
   Тьфу ты, все с самого первого момента пошло наперекосяк.
   – Может, вам еще и опахалом помахать? – огрызнулся Алекс. – Вы хотели о чем-то со мной поговорить, говорите, у меня мало времени. Не думаю, что у вас есть что-либо интересное для меня, но ваша настойчивость меня достала.
   Не знаю, что подействовало на Венчика, но он снова начал вести себя согласно нашему сценарию. Вот мой помощник примостился на краешке дивана, обхватив руками облезлый дерматиновый портфель, который раздобыл где-то у знакомых бомжей. Положил рядом свою шляпу и заговорил:
   – Видите ли, у меня с детства была мечта – научиться фотографировать. Понимаете? Вот у вас, господин Пашков, была мечта детства? – спросил он.
   Алекс не удостоил его ответом.
   – А у меня была. У соседа, Кольки Воронцова, имелся «Зенит» – предел мечтаний всех наших пацанов… Нас у мамы было пятеро, отец получал мало, а мама не работала, смотрела за нами…
   – Ближе к делу, – прервал его излияния Алекс. – Какое отношение ваше тяжелое детство имеет ко мне?
   – Самое прямое, сейчас, сейчас… – торопливо пробормотал Веня. – Вы меня не перебивайте, а то я путаюсь. Понимаете, в нынешнем году коллеги подарили мне на юбилей фотоаппарат. Вы себе не представляете, какое это было счастье. Вот теперь я стал обладателем новенького аппарата, конечно, не такого, как «Зенит», но тоже ничего. Я каждый день что-нибудь фотографирую, выезжаю на природу и снимаю красивые дома, пейзажи. Случайно наткнулся на ваш дом. Тут такие решетки интересные, и сад, и розы на балкончике…
   – Ближе к делу, – снова потребовал Алекс.
   – Ну вот, однажды я оказался у вашего дома и стал снимать… Я должен извиниться за качество. Фотографии не очень четкие, я ведь не профессионал… Но мне кажется, что вам будет любопытно взглянуть…
Чтение онлайн



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 [18] 19

Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация