А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


вздохом пробормотала Берти и провела ладонью по округлостям своего тела. – Да-да, не возражай. Я слишком уж толстая. Думаешь, я не слышу шуток, которые отпускают на мой счет мужчины в деревне?

Хейд молча пожала плечами, а Солейберт добавила:

– Да и женщины от них не отстают. И их насмешки во много раз хуже.

– Берти, дорогая… – Хейд положила шитье на пол и взяла сестру за руки. – Поверь, ты самая красивая женщина, какую я только знаю. К тому же очень неглупая. – Она заглянула сестре в глаза. – Думаю, тебе не следует обращать внимание на то, что болтают невежды. Ведь эти люди совершенно тебя не знают.

Глаза Солейберт наполнились слезами. Она обняла сестру и прошептала:

– Я не поеду без тебя, не поеду…

– Не плачь, милая, не надо плакать, – успокаивала Хейд сестру. – Ведь мы еще ничего толком не знаем. Возможно, у нас нет причин для беспокойства.

– Ты снова ее чем-то расстроила?! – послышался резкий женский голос.

Девушки тут же разомкнули объятия. Повернувшись к двери, они увидели, что на них с гневом смотрит леди Эллора. А рядом со своей светловолосой женой стоял демонический лорд Найджел.

Хейд поднялась на ноги:

– Добрый вечер, миледи и милорд. Мы с Берти просто обсуждали ее свадьбу, вот и все.

Найджел улыбнулся Хейд, однако улыбка его походила на отвратительную насмешливую гримасу, а пронзительные черные глаза смотрели на девушку так, словно он взглядом раздевал ее – когда супруг Эллоры смотрел на нее, Хейд чувствовала себя обнаженной.

– Думаю, ничего особенного не происходит, – обращаясь к жене, сказал Найджел. – Женщины всегда волнуются, когда речь заходит о свадьбе и о брачной ночи.

При этих словах лорд приподнял черную бровь и, снова улыбнувшись, спросил:

– Хейд, может быть, ты давала ей советы?

– Я в этом не сомневаюсь, – фыркнула Эллора. – Но ты не имеешь права обсуждать с моей дочерью столь интимные вопросы. – Она строго взглянула на Хейд. – Убирайся отсюда в свою хижину, к своей старой ведьме. Мы с лордом Найджелом хотим поговорить с Солейберт о семейных делах.

– Но, мама, пожалуйста… – пробормотала Берти. – Я бы хотела, чтобы Хейд осталась. Она входит в число моих близких.

Эллора решительно покачала головой:

– Нет-нет, даже не говори мне об этом.

– Прекратите болтовню, – проворчал Найджел. – Пусть девица нас послушает. Не будет ничего страшного.

Молча, пожав плечами, Эллора жестом указала Хейд, чтобы та села на стул чуть поодаль.

– Так вот, милая падчерица… – Найджел повернулся к Берти. – Хочу тебе сообщить, что лорд Тристан из Гринли наконец-то приехал, чтобы вступить во владение своим замком и забрать свою невесту. – Он внимательно посмотрел на Солейберт, и губы его растянулись в улыбке. – Тристан прибудет в Сикрест по истечении двух недель, и тогда вы с ним обвенчаетесь. Кроме того, нам надо обсудить условия твоего переезда в Гринли.

Тихонько всхлипнув, Берти вынула из рукава носовой платок и прижала к дрожащим губам. Эллора же похлопала дочь по руке, стараясь успокоить. А лорд Найджел тем временем продолжал:

– И еще я хотел бы тебе напомнить: твое поведение на свадебном пиру представляет особую важность. Ты не должна опозорить меня проявлением бурных чувств или истериками. И, конечно же, ты согласишься на любые условия, которые будут тебе предложены. Да-да, согласишься и станешь выполнять их неукоснительно.

Найджел надолго умолк, словно о чем-то задумался. Он, пристально взглянув на Солейберт, вновь заговорил:

– И должна молчать, пока к тебе не обратятся. А когда это произойдет, твои слова не должны расходиться с моими. Достаточно ли ясно я выразился?

Девушка кивнула; она с трудом сдерживала слезы. Хейд ужасно хотелось вмешаться в разговор, но она понимала, что ничего этим не добьется.

А лорд Найджел, в очередной раз улыбнувшись, с легким поклоном повернулся к жене.

– Не желаете ли что-нибудь добавить, миледи? – спросил он.

Эллора утвердительно кивнула, и ее муж, отступив на несколько шагов, уставился на Хейд с плотоядной ухмылкой. Девушка на мгновение пожалела о том, что не ушла, но тут же устыдилась своего малодушия.

– Так вот, дочь моя… – начала Эллора. – Хотя мысль о браке и о том, что ты покинешь дом, огорчает тебя, ты должна сделать все возможное, чтобы произвести на лорда Тристана самое благоприятное впечатление.

Эллора умолкла и взглянула на мужа, стоявшего у стены. Когда же она снова повернулась к дочери, на лице ее появилось выражение нерешительности.

– Да, ты должна произвести благоприятное впечатление. Поэтому, согласно моему распоряжению, кухарка будет выдавать тебе одну миску еды в день, не более. И прекрати таскать из кухни лакомые кусочки, понятно?

Солейберт подняла глаза на мать и жалобным голосом проговорила:

– Ты хочешь уморить меня голодом?

При этих словах Эллоры Хейд почувствовала, что лицо ее заливается краской. Однако заявление Найджела привело ее в ярость.

– Откровенно говоря, я очень сомневаюсь в том, что ты умрешь от голода, милая падчерица, – проговорил он с усмешкой. – Думаю, ты согласишься с тем, что у тебя вполне достаточно плоти, так что ты без труда сумеешь сохранить силы на несколько недель.

Следовало отдать должное Эллоре – она густо покраснела. Солейберт же, тихонько вскрикнув, стремительно выбежала из зала и помчалась вверх по лестнице.

Хейд хотела последовать за ней, но Эллора схватила ее за руку.

– Оставь ее в покое. Со временем она поймет, что это делается для ее же блага.

– Как вы могли?! – возмутилась Хейд, выдергивая руку.

Эллора нахмурилась:

– Как ты смеешь так говорить со мной, незаконное отродье?! – Она шагнула к девушке и со злобной усмешкой прошипела: – Ты, наверное, предпочла бы, чтобы она жирела и оставалась прикованной к тебе вместо того, чтобы процветать и быть госпожой в собственном замке. – Приблизившись к Хейд вплотную, Эллора продолжала: – Ты завидуешь, потаскушка! Ты пытаешься скрыть свою ревность и зависть под напускной заботой, а сама заришься на ее завидного жениха!

– Вы недостойны, называться матерью, – сказала Хейд, невольно сжимая кулаки.

Эллора с изумлением уставилась на девушку. Потом лицо ее исказилось от гнева, и она завопила:

– Ты шлюха и дочь шлюхи!

Она подняла руку, чтобы ударить Хейд.

Стремительно приблизившись к жене, лорд Найджел сжал ее запястье и проговорил:

– Держите себя в руках, миледи.

Хейд поморщилась и отвернулась. Дьявольская ухмылка, появившаяся на лице лорда Найджела, свидетельствовала о том, что все происходящее очень его забавляет.

Эллора тут же высвободила руку.

– Не удерживай меня! – в гневе закричала она. – Я просто пытаюсь научить эту шлюху хорошим манерам!

– Прекрати! – Найджел толкнул жену к лестнице. – Присматривай лучше за своей дочерью!

Эллора остановилась в нерешительности.

– Делай, что я говорю! – Лорд Найджел повысил голос. – Я и без тебя справлюсь!

– Да, конечно, милорд! – пробормотала Эллора сквозь зубы. Присев перед мужем в реверансе, она с угрозой во взгляде посмотрела на Хейд, затем, резко развернувшись, стала быстро подниматься по лестнице.

Найджел же, приблизившись к девушке, схватил ее за локоть, и она в ужасе содрогнулась.

– Позволь, юная леди, проводить тебя в твой дом, – сказал он с отвратительной улыбкой, и его черные глаза сверкнули.

Хейд рывком высвободила руку.

– Не утруждайте себя, милорд, – сказала она, шагнув к двери.

– Но я настаиваю. – Найджел снова взял ее за локоть и вывел из зала, затем повел через темный двор.

Лорд Найджел все дальше уводил девушку от замка, и вскоре она поняла, что они идут вовсе не туда, где находился ее дом.

– Мми-лорд, – пробормотала Хейд запинаясь, – мой коттедж совсем в другой…

– Молчи, – проворчал Найджел, увлекая девушку к конюшням. – Я знаю, где находится твой коттедж. Но сейчас мне надо кое-что обсудить с тобой без свидетелей.




Глава 3


В конюшне Найджел выпустил руку Хейд и поспешно направился к ближайшему деннику. Лорд поглаживал голову своего любимого жеребца, и казалось, забыл о девушке.

– Милорд, если вас не затруднит… – проговорила Хейд. – Милорд, я бы хотела узнать, что вы собирались обсудить со мной. Меня ждет Минерва.

Найджел по-прежнему не обращал на нее внимания, и смущение Хейд все возрастало. Прошло еще какое-то время, и лорд, наконец-то повернувшись к девушке, заговорил:

– Милая, всем понятно, сколь тесные узы связывают тебя и леди Солейберт.

Снова отвернувшись, Найджел взял охапку сена и принялся кормить жеребца.

– Да, милорд, конечно, – сказала Хейд. «Неужели именно это он собирался обсудить со мной без свидетелей?» – недоумевала девушка. – Хотя у нас разные матери, Берти всегда была мне сестрой.

– Я знаю и другое, – продолжал лорд Найджел, вновь поворачиваясь к ней лицом. – Тебя очень тревожит мысль о том, что Солейберт покинет Сикрест. Ты ведь останешься здесь… Вернее, должна остаться.

Хейд молча кивнула. Она давно уже знала, что останется в Сикресте, как Берти уедет. Однако она никак не ожидала, что лорд Найджел прекрасно ее понимал.

Тут он вдруг пристально посмотрел на нее и проговорил:

– А что бы ты ответила, моя милая, если бы я сказал, что для тебя есть возможность уехать вместе с Солейберт в Гринли?

Хейд в замешательстве заморгала.

– Милорд, вы о чем? Вы хотели бы передать опекунство надо мной лорду Тристану?

– Нет-нет. – Найджел покачал головой и принялся кормить другого жеребца. – Ты останешься моей подопечной, но не исключено, что сможешь сопровождать свою сестру, чтобы посмотреть, как она устроится на новом месте.

Найджел надолго умолк. Когда он вновь заговорил, на губах его появилась лукавая улыбка.

– Да, ты сможешь сопровождать свою сестру, если пойдут слухи, что ты покидаешь Сикрест в связи с помолвкой. Видишь ли, кузнец Дональд этой ночью возвращается в Гринли. И ему нужна жена.

Когда до Хейд, наконец, дошел смысл слов Найджела, у нее перехватило дыхание. Перед ее мысленным взором возник образ приземистого, похожего на жабу человека с загорелым лицом и тяжелыми надбровными дугами. Поселившись в Сикресте много лет назад, Дональд занимался своим ремеслом недалеко от замка. Хейд припомнила, что он был вдовцом, и что его жена якобы умерла от простуды года два назад, хотя они с Минервой сомневались в том, что причиной ее смерти была болезнь – они видели, что все тело женщины было покрыто ужасными кровоподтеками.

– Но, милорд… – Хейд откашлялась и попыталась взять себя в руки. – Милорд, я не хочу выходить замуж за Дональда.

Найджел ответил ей снисходительным смехом:

– Конечно, нет, моя милая. Твое обручение с ним будет просто хитростью.

Хейд недоверчиво смотрела на лорда. Тот медленно прошелся по конюшне, затем, усевшись на табуретку, продолжил свою речь:

– Дело в том, милая Хейд, я много лет был верным вассалом Вильгельма. Поэтому он и отдал на мое попечение людей из Гринли. К тому же я заботился о постройке нового замка, понимаешь?

Хейд кивнула, и лорд Найджел продолжил:

– Поэтому будет только справедливо, если я попрошу вознаграждения. Ты не согласна?

Отвращение Хейд к Найджелу и его алчности было столь сильным, что она едва удержалась от насмешливой улыбки.

– Я думала, милорд, что король Вильгельм уже оплатил ваши услуги.

– Если ты полагаешь, что несколько монет и эта болотистая земля – достойная оплата, то тогда он действительно заплатил за мою службу. – Найджел презрительно фыркнул, и его глаза стали ледяными. – Сикрест у тебя перед глазами, милая Хейд, и ты все знаешь. Пока я здесь трудился, не покладая рук, этот щенок Д'Аржан ничего не делал, только развлекался. А ведь многие из моих работников породнились с обитателями Гринли. И что же теперь будет со всеми этими людьми? Неужели им придется расстаться?

Хейд пожала плечами. Она была почти уверена, что лорд Найджел беспокоился вовсе не за людей. Этот человек совершенно не заботился о хозяйстве и предпочел тратить деньги Вильгельма на свои прихоти и на роскошь. А теперь он, наверное, опасался, что из-за ухода многих работников король Вильгельм станет выплачивать ему гораздо меньше денег.

Собравшись с духом, Хейд проговорила:

– Прошу простить меня, милорд, если я позволю себе высказаться. Конечно, я очень вам сочувствую, но разве вы не предвидели всего этого, когда Гринли был передан лорду Тристану?

– Тогда это не имело значения, – отмахнулся Найджел. – Когда был заключен договор о помолвке, было ясно: Д'Аржан еще много лет останется на службе у Вильгельма. Я не ожидал его появления до того, как замок Гринли будет отстроен заново. И то, что он явился только теперь, доказывает справедливость моих подозрений. – Казалось, лорд Найджел все более возбуждался от собственной речи. – Да-да, на самом деле хозяином Гринли должен быть я! Д'Аржан не заслуживает такого дара, потому что именно я заботился о его людях!

Найджел в ярости сжал кулаки и сделал глубокий вдох, стараясь овладеть собой.

– И он, конечно же, ужасно разозлился, узнав, что его люди не вернулись, чтобы служить ему. А почему они должны были возвращаться?! Ведь всем известно, что Молот Вильгельма – жестокий и кровожадный дикарь!

По спине Хейд пробежали холодные мурашки, и она тихо прошептала:

– Но тогда зачем же вызывать его гнев?

– Его гнев не будет стоить ничего, если Дональд преуспеет в том деле, которое я ему поручу.

Девушка посмотрела на лорда Найджела с недоумением, и тот выпалил:

– Завладеть замком Гринли можно лишь в том случае, если Д'Аржан вызовет недовольство короля – или умрет.

– Но как же Берти? – в ужасе прошептала Хейд.

– А что Берти? Если Д'Аржан умрет, Солейберт станет свободна. Она еще молода, и у нее будет возможность снова выйти замуж.

Хейд молчала, и Найджел, поднявшись на ноги, подошел к ней и тихо проговорил:

– Дорогая, за нее не беспокойся. Твоей, задачей будет только сбор сведений, которые мне нужны для того, чтобы убедиться, что смерть Д'Аржана все-таки наступит, даже если кузнец этой ночью и оплошает.

В груди Хейд закипела ярость.

– Милорд, я не могу выбрать… – перебила Хейд.

– Тихо, помолчи. – Найджел прижал палец к ее губам. – Я не требую, чтобы ты приняла решение сейчас же. Но подумай об этом в последующие



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация