А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


и ждать, что идеи Джесс принесут доход, ведь даже неизвестно, как у нее сложится с этим Уильямом Уэббером, хотя она оптимистично уверяла себя, что все будет хорошо. Не забыть бы отдать Оливеру, прежде чем они расстанутся, пакет. Возможно, он еще скажет ей, что не хочет терять ее и жизнь ему не мила без надежды на встречу.

– Я готова, – сказала она, вернувшись. Но в кухне никого не было.

Багаж она поставила на кафельный пол и осмотрелась. Да, этот человек по ней. Он все убрал со стола, очистил тарелки и сложил их в раковину. Правда, мыть не стал, а у нее для этого не оставалось времени. Ох, Ну, Джесс прилетит и сама все перемоет, а она сегодня и так уж достаточно потрудилась на сестру.

Но неужели он так и уйдет, не сказав до встречи?

Эбби переживала чувство обиды, если не сказать отчаяние. Она отметила, что его пиджак с эполетами все еще висел на спинке стула. Хорошо уж то, что он не ушел, вообще не попрощавшись, подумала она с некоторым облегчением, но брови ее нахмурились. Кстати, а где же он сам?

Она прошла в холл. Может, он зашел в ванную… Она упрекнула себя, что не предложила гостю воспользоваться ванной раньше, так что ему самому пришлось искать, где и что.

Эбби застыла на пороге отцовского кабинета, заставленного книгами. Компьютер Джессики был включен, серебристый экран освещал зашторенную комнату, и на фоне этого слабого света вырисовывался шофер, сидящий спиной к двери.

– Что вы здесь делаете? – холодно спросила она.

То, что компьютер Джесс – домашняя святыня, Эбби знала с того самого дня, как его впервые доставили в дом и подключили к сети. Это была одна из новейших, дорогостоящих моделей. Но даже не это имело для Эбби первостепенное значение, тем более что в моделях она не особенно разбиралась, а то, что в таинственный мирок их домашнего божка вторгся некто чужой.

А Оливер тем не менее даже не обернулся на ее панически нервный вопрос. На экране явилось изображение игры «Пасьянс».

– Великолепно, – ровным голосом сказал он. – Изумительная технология. Семьдесят лет назад Лэуги Беард[2 - Джон Лэуги Беард (1887-1946) – шотландский инженер, одни из изобретателей телевизионной системы] включил первый телевизор, и посмотрите, как далеко мыс тех пор ушли. – Он обернулся и посмотрел на нее, глаза его сузились. – Кажется просто невероятным, что люди способны на такие вещи, не так ли?

Это что, вместо ответа на вопрос? Ну и ну, подумала Эбби, если так и дальше пойдет… Его отвлеченное замечание своей наглостью будто пронзило ее насквозь, парализовало, как сильнодействующий яд, лишив дара речи. Потрясенная его самовольным вторжением в эту комнату, еще больше она возмутилась тем, что он осмелился включить неприкосновенный компьютер Джессики. Она все еще стояла в холле, возле открытой в кабинет двери, и в какой-то момент ей показалось, что она теряет равновесие, ей даже пришлось отступить на шаг. Он не имеет права так себя вести. Что это такое? Бродит по квартире и, не спросив разрешения, даже посмел зайти в отцовский кабинет.

– Да, просто невероятно, – процедила она сквозь зубы.

Она даже пыталась найти его поступку какое-то оправдание, но ей это плохо удавалось. Тяжесть ситуации усугублялась еще тем, что этот нахальный шоферюга умело управляется с компьютерными операциями и ей придется просить его выключить систему, поскольку сама она не знает, как это сделать. Не стоит даже и пытаться самой выйти из программы и отключить компьютер, поскольку этот малый сразу догадается, что она попросту ничего не умеет. Можно себе представить, как он подаст это своему боссу. Ох, как легко невинный обман может вовлечь тебя в истинный кошмар.

– Может, вы все-таки выключите компьютер? Мне пора уходить.

И тут ее страдающий взгляд упал на стрелки часов. О Боже, теперь ей придется бегом бежать до метро. Может, взять такси, чтобы не опоздать? Да, видно, придется взять такси. .

Она почти уже с яростью смотрела, как он орудует мышью, штучкой, требующей микроскопически малых движений, отчего казалось, что он бездействует. Наконец, выйдя из программы, он отключил компьютер и, пройдя через кабинет, остановился прямо перед ней, очень близко.

Его близость совершенно опрокинула ее. – Вы ничего не забыли? – безмятежно спросил он.

– Паспорт, багаж, раскладушка, нагрудная собачка, – пыталась шутить она сдавленным голосом. – Нет, кажется, ничего не забыла…

Взгляд его, казалось, проникал в самую глубь ее сердца. В тусклом свете, доходящем сюда из прихожей, глаза его из голубых превратились в серые, потеряв часть своего очарования.

– А пакет, Джессика? Цель моего визита? Пакет – самое главное.

Сердце ее уныло сжалось. Конечно, самое главное пакет. А она что себе напридумывала?.

– Ах да, я сейчас. – Она вернулась в кабинет, зажгла там свет. – Здесь, где-то здесь… Куда я положила? – Говоря это, она перерыла стопку бумаг и компьютерных журналов, хотя прекрасно знала, где лежит конверт, о котором говорила Джесс. – Ах, ну вот же он…

Она подошла к нему и с улыбкой передала конверт, который он взял, но ответной улыбкой одарил ее, лишь повертев полученное в руках, после чего на лице его отразилось явное удовлетворение. Он изволил улыбнуться и сказал нечто еще более встревожившее ее. А именно:

– Копию, конечно, вы повезете в Париж.

Она даже не поняла, вопрос это или утверждение, но в одном уверилась твердо: этот Оливер относится к шоферским обязанностям гораздо более серьезно, чем обычный водила, возящий своего босса по городу.

– Разве это вас касается? – спросила она раздраженно, вспомнив его наглый вопрос за ужином относительно ее поездки в Париж.

Он спросил что-то вроде того, предлагает ли она свои идеи всем подряд, направо и налево? Этот вопрос тогда загнал ее в тупик, ведь она не знала правил игры в этом компьютерно-игровом мирке и не нашлась что ответить, поскольку вдруг засомневалась, полезно ли будет для Джесс то, как она отступает, или напротив.

Он, кажется, вновь собирался обидеться, и потому Эбби постаралась вернуть на свое лицо прежнее приветливое выражение. Он это заметил и сразу же улыбнулся.

– Проверьте еще раз, не забыли ли чего, – проговорил он. – Мне неловко, что я отнял у вас так много времени в столь не подходящий момент.

Улыбка его стала шире и обрела то самое неотразимое очарование, которое подкупило ее чуть ли не с первых минут встречи. И затем он сделал то, что повергло Эбби в совершенное оцепенение. Свободной рукой он обнял ее за талию и прижал к себе. Голос его, когда он, вздохнув, заговорил, стал вкрадчивым и томным, как горячий шоколад:

– Это был удивительный вечер, Джессика. Мне жаль, что он обрывается так внезапно, и мне бы хотелось отдалить наше прощание. Смею ли я предложить вам доставить вас в аэропорт?

Прежде чем ответить, она успела подумать, что ее нелепые фантазии становятся, судя по всему, реальностью. Его губы прикоснулись к ее губам нежно и мечтательно, и она почувствовала, как ноги становятся ватными. Он обнимал ее сильно и в то же время невероятно нежно, будто боялся спугнуть неожиданностью сокровенного поцелуя, последовавшего в первый же день знакомства. А Эбби просто растворилась в магии этого поцелуя. Ей хотелось, чтобы это божественное состояние никогда не кончалось. Все мысли ушли из головы, она лишь чувствовала прикосновение его ласковых горячих губ.

Но все когда-нибудь кончается, и вот он слегка отступил назад, а она глядела на него нежно и растроганно.

– Осторожнее, я приму ваш взгляд за знак согласия, – с самоуверенной улыбкой сказал он.

– Да, – пробормотала она тихо, понемногу приходя в себя.

Прежние опасения и тревоги покинули ее. Все как-то сразу объяснилось. Он, видимо, скучал, ожидая, когда она наконец упакуется. Потом просто пошел искать ванную, а попал в кабинет и там не мог устоять от соблазна вытащить на экран монитора пресловутый «Пасьянс». Она сделала из мухи слона. Вреда он никакого не причинил, поскольку прекрасно управлялся с компьютером…

– Так пойдемте. Уже пора.

И Эбби, двигаясь, как в сонном дурмане, прошла на кухню за багажом, а Оливер последовал за ней, облачился в форменный пиджак и взял фуражку с перчатками. Внизу, все еще ошеломленная, Эбби смотрела на длинный черный лимузин, припаркованный возле их дома. Мечтательно сонный вид мерцающей и сияющей машины вывел ее из этого состояния, напоминающего транс, в которое вогнал ее один нежный поцелуй и все, что он сулил в дальнейшем.

М вдруг она взглянула на него с ужасом, нахмурив лоб.

– Я опаздываю и чувствую, что воспользоваться вашим предложением было бы весьма кстати, но… Но вы уверены, что у вас не будет неприятностей? Я хочу сказать, может, вашему боссу не понравится, что вы отвозили меня в аэропорт на его… на этой его штуковине.

– Полагаю, обстоятельства таковы, что нам некогда особенно размышлять.

– Обстоятельства?

– Садитесь, – усмехнувшись, мягко приказал он и открыл для нее заднюю дверцу.

– Ох, я бы лучше села впереди, с… с вами.

Эбби пролепетала это, надеясь, что он не подумает, будто единственная причина ее желания быть поближе к нему. На самом деле намерение сесть впереди было внушено мыслью, что она никогда еще не ездила в таких шикарных авто, да притом с ливрейным шофером… Впрочем, это мало что объясняло даже ей самой. Просто ей действительно хотелось сесть рядом с ним.

Она заметила, что он не спешит закрыть заднюю дверцу и распахнуть для нее переднюю.

– Виноват, Джессика, предосторожность, страховка и все такое…

– О да, конечно, – буркнула она и усмехнулась. – В таком случае я буду смотреть на это как на удовольствие.

Она засмеялась и, быстро проскользнув на черное сиденье, погрузилась в его великолепное кожаное ложе, испустив глубокий вздох удовлетворения. Ну вот она, жизнь в роскоши. И Джесс может жить такой жизнью, почему бы и нет? Жаль, что ее нет здесь сейчас, хотя, если бы она сама принимала своих гостей, то здесь не было бы Эбби, и она не встретила бы великолепного уэбберовского шофера, который вез ее сейчас в Хитроу в сказочном авто.

Оливер бесцеремонно швырнул ее брезентовый портплед на заднее сиденье рядом с ней, чем опустил замечтавшуюся Эбби с небес на землю. Она сомневалась, что он поступил бы так по отношению к УУ. Поделом тебе, никогда не думай, что ты можешь иметь все это.

Когда почти неслышно заработал мотор и мягко защелкнулись дверцы, Эбби поняла, что отрезана теперь от Оливера стеклянной стеной.

Эбби оглянулась на первый этаж своего дома, зная, что баронесса Мэринкэй как всегда наблюдает сквозь тюлевые занавески за жизнью, происходящей вокруг. Так и есть. Старушка на посту! Эбби улыбнулась ей и в тот момент, когда лимузин отъезжал от тротуара, приветствовала легким королевским движением головы.

– Кто это?

Эбби вздрогнула, но тотчас догадалась, что Оливер говорит с ней по переговорному устройству. Это не избавило ее от легкого приступа клаустрофобии, а лишь усилило чувство изолированности и от мира, и от него. Как ей хотелось сидеть рядом с ним! Здесь, на заднем сиденье, она чувствовала себя такой одинокой.

– Ну, это баронесса, – ответила она, оглядываясь в поисках микрофона, не уверенная, что он ее слышит.

До нее донесся смех Оливера, и она поняла, что он видит ее в зеркало заднего обзора.

– Успокойтесь, Джессика. Я слышу все, что вы говорите. Кто такая эта баронесса?

Эбби послушалась его и расслабилась, откинувшись назад. В этот момент они проезжали Кенсингтон Найт-стрит и направлялись к Кенсингтон Гарденс. На улице давно стемнело. «Ей показалось, что из окон роскошного лимузина витрины магазинов выглядели гораздо более яркими и соблазнительными.

Эбби рассмеялась.

– На самом деле она не баронесса. Я, во всяком случае, не думаю, что она баронесса. Она милая, но немного чудаковатая старушка. Живет одна в собственной квартирке и следит за всеми, кто входит и выходит. Я всегда приветствую ее. Она такая одинокая. Вот и сейчас кивнула ей.

– Вряд ли она ЭТО видела: стекла в машине односторонней видимости, – сказал он. – Она знает, что вы направляетесь в Париж?

Эбби взглянула на окна. Да, стекла односторонней видимости. Вероятно, и пуленепробиваемые, подумала она, и ситуация в ее сознании приобрела некую театральную драматичность.

– Нет, откуда ей знать… Я всегда здороваюсь с ней, но и только. Мы вовсе неприятельницы, ничего такого. Почему выспросили?

– Так… для завязки разговора, как говорится.

Она посмотрела в зеркало, он кивнул ей и улыбнулся. И под действием его завораживающей улыбки она постаралась не думать о тех странных вопросах, которые он задавал ей время от времени.

Десять минут спустя Эбби с тревогой взглянула на него. С тех пор как он замолчал, чувство отрезанности от мира, этого одиночества за стеклянной стеной, все более возрастало, но заговорить сама она не решалась, понимая, что они опаздывают, а потому не стоит отвлекать его от дороги. И хотя багаж ее невелик, в сущности, лишь ручная кладь, и оформление не займет много времени, но все же…

Движение вокруг Гайд-парка почти замерло, лишь обычные летние туристы, незнающие, где они и куда им надо, выискивали такси, ибо таксисты точно знали и то, и другое.

Гайд-парк! А собственно, почему они-то здесь оказались?

– Оливер, простите, что отвлекаю вас от дороги, но правильно ли мы едем? встревожено спросила она.

– Доверьтесь мне. У меня радиосвязь с Королевским автомобильным клубом, и они сообщают, что в начале автотрассы M4несколько пробок. Так что я решил объехать это место. Нио чем не беспокойтесь, Джессика. Я доставлю вас куда надо.

Эбби попыталась успокоиться, хотя это оказалось



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация