А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Восхищенный взгляд
Дженнифер Аподака


Бизнес-леди Айви Йорк – преуспевающему экономисту и одному из самых популярных экспертов на телевидении – приходится нелегко…

Ее преследует настойчивыми ухаживаниями супермен Люк Стерлинг – частный детектив, он же самый знаменитый ловелас Нью-Йорка, провести ночь с которым мечтает каждая светская львица.

Дать ему отставку раз и навсегда?

Можно, но… не хочется!

Поверить в искренность его чувств?

Она еще не сошла с ума!

Так что же с ним все-таки делать?

Возможны варианты…





Дженнифер Аподака

Восхищенный взгляд





Пролог


Выдержка из интервью с профессором Региной Паркер



– Правда ли то, что вы лично знакомы с Человеком-Легендой? Он действительно так горяч, как о нем говорят?

– Но я полагала, что темой нашей беседы станут нефритовые богини плодородия и мужской силы. Статуэткам этим, по меньшей мере, пятьсот лет и история их существования полна захватывающих приключений, в которых любовь и секс переплетаются с жестокими преступлениями, с убийствами… Как только вы их увидите, вы почувствуете их силу.

– Любовь, секс и убийства. Bay! Такой коктейль мог бы привлечь внимание нашего героя. Он видел статуэтки?

Последовал выразительный вздох.

– Нет. Он занят другим: охотится за сокровищами и оттачивает свою репутацию живой легенды секса. Мы могли бы перейти к разговору о статуэтках? Я собираюсь взять их с собой в турне…

– А откуда вы знаете, что он оттачивает свою репутацию живой легенды секса? У вас есть, так сказать, личный опыт в этом вопросе?

Еще более глубокий вздох.

– Нет. К слову, о статуэтках. Их вырезал из камня великий волшебник, и создал он их для того, чтобы встречаться с женщиной, которую любил, но не мог взять в жены. Любовники использовали эти статуэтки, чтобы передавать друг другу сообщения о месте и времени любовных свиданий.

– О Боже, как романтично.

– Да, действительно. Насколько нам известно, нефритовые богини плодородия и мужской силы были созданы в Мексике в пятнадцатом веке, во времена расцвета цивилизации ацтеков, которые имели весьма жестко структурированное общественное устройство, основанное на религии, колдовстве и науке. И существовавшие в обществе жесткие сословные ограничения не позволяли двум несчастным влюбленным соединиться. Но великий волшебник на то и был великим волшебником, чтобы суметь обойти запреты. Он вырезал две нефритовые статуэтки, по традиции оставив свободное пространство, куда затем следовало поместить нефритовые сердца. Однако, вкладывая в статуэтки сердца, мастер ухитрялся оставить рядом с сердцами полости. И в эти пустоты влюбленные вкладывали послания, назначая друг другу тайные свидания.

– Они писали друг другу записки?

– У них не было письменного языка в нашем понимании. Мы считаем, что они оставляли внутри сердец какие-то знаки, указывающие на время и место встречи. Самоцветы, локоны, кто знает? Наверное, влюбленным приятно было разгадывать такого рода загадки, и все было очень романтично, пока не случилась трагедия.

– Трагедия? И что же именно произошло? Их поймали?

– Гораздо хуже. Кто-то украл сердца богинь, и влюбленные, он и она, в тот же миг погибли.

– Ужасно. Но как такое могло произойти?

– Тот, кто вырезал богинь из камня, был волшебником, и сердца богинь наполняла кровью любовь. Говорят, с тех самых пор статуэтки ищут свои сердца, вернее, то, что может наполнить их жизнью. Даже сейчас, через пятьсот лет, волшебная сила богинь не иссякла. В присутствии статуэток самые тайные, самые сильные желания людей многократно усиливаются, заставляя их стремиться к осуществлению желаемого любой ценой.

– Но что конкретно это может означать? Если кто-то вроде Человека-Легенды войдет в контакт со статуэтками, он получит еще больше секса? Но в этом, согласитесь, не будет ничего такого уж выдающегося, верно?

После продолжительной паузы прозвучало.

– Все будет зависеть от того, чего на самом деле больше всего хочет наш герой. Что является его страстным желанием.

– Хм… В таком случае я бы советовала вам лучше охранять ваши статуэтки, профессор. У многих женщин могло бы возникнуть желание украсть их ради того, чтобы соблазнить нашего героя. – Ведущая деликатно покашляла, прочищая горло. – А возможно, найдется и такая, которая решит, будто может воспользоваться статуэтками, чтобы поймать его в силки навсегда. Вот это было бы по-настоящему выдающимся достижением.

Ведущая услышала презрительное фырканье.

– Статуэтки не подменяют собой службу знакомств. Эти статуэтки – уникальные произведения искусства, а их история и возбуждает, и восхищает.





Глава 1


Дверь, ведущая в подсобное помещение, называемое здесь, на радиостанции, кухней, была закрыта.

Айви Йорк уставилась на грязно-желтую дверь, ощущая неприятную тяжесть в животе. Тревожный симптом. Эту дверь Айви Йорк ни разу не видела закрытой за все два с половиной года, что она работала здесь, на частной радиостанции КСЕКС в Клермонте, штат Калифорния, Ни разу за все время работы.

И ни разу из этой офисной кухни не раздавались такие звуки.

Айви подняла руку и прикоснулась к прохладной дверной ручке. «Открой ее», – настаивало ее сознательное «я». «Тебе ни к чему знать, что там происходит», – уговаривала ее та маленькая девочка, что продолжала жить во взрослой Айви Йорк. Но Айви была взрослой и ответственной женщиной, и потому она повернула ручку и распахнула дверь.

Айви окинула взглядом кухню, лишь мельком скользнув глазами по левой ее половине с кухонной стойкой из жаропрочного пластика, с раковиной из нержавеющей стали, кофеваркой и микроволновкой, придвинутой к старому коричневому холодильнику, который гудел, как реактивный лайнер. Да и коричневый стол со стульями посреди кухни не привлекли ее внимания.

Но когда Айви перевела взгляд на правую половину кухни, у нее едва глаза не выскочили из орбит. На растрескавшемся коричневом линолеуме на, коленях стояла ее мать, а ее подкачанные регулярными занятиями по системе пилатес ноги оседлала трудящаяся без устали белая мужская задница. Штаны ее обладателя были спущены, демонстрируя волосатые ноги, а ладони его судорожно сжимали обнаженные бедра матери Айви.

Незнакомец пыхтел и колотился об упругий дамский зад. У матери голова, кажется, была наполовину засунута в открытый буфет, но она как-то умудрялась поощрять мужчину восклицаниями типа:

– Ты такой большой!

Айви затошнило.

– Мама! Ради Бога!

Любовники замерли. Звук шлепающейся друг о друга влажной плоти прекратился.

– Какого черта! – Мужчина извлек себя из ее матери, после чего отодвинул мать в сторону и закрыл дверцу буфета.

Айви не могла оторвать глаз от этой непристойной сцены, как порой невозможно не смотреть на кровавую дорожную аварию. Айви успела задаться вопросом, почему мужчина решил первым делом закрыть дверцу буфета, а, например, не надеть штаны, но эта мысль исчезла так же быстро, как и возникла. Айви, дочери этой женщины, было наплевать на того мужчину, что был с ее матерью. Наплевать на него самого и на мотивы его поступков тоже.

– Айви! – Мать опустила юбку, продолжая стоять на коленях.

Еще одна приблудная мысль успела посетить Айви: «Что, теперь нижнее белье носить не обязательно?»

– Дверь была закрыта. – Пригладив свои темные длинные волосы, Мэллори Йорк встала, посмотрела на мужчину и сказала: – Надень штаны.

И только теперь до Айви наконец дошло в полной мере то, чему она только что стала свидетельницей. Осознание пробилось сквозь тугую пелену шока и ужаса.

– Мама, ты же поклялась! Ты поклялась, что если получишь эту работу, то для тебя станет главной работа, а не мужчины!

Мэллори натянула туго облегающий свитер на короткую юбку.

– Я работаю. Я наняла его, чтобы он смастерил новые шкафы вместо этого старья. Мы вместе производили замеры и немного отвлеклись. – Мэллори пожала плечами.

– Отвлеклись? – Айви оглядела мужчину. О да, типичный представитель того класса мужчин, что вечно сбивают с толку ее мать. Один из тех, у кого, кроме всегда готовых к бою причиндалов, нет ничего: ни денег, ни этических принципов. Эти типы слетались на короткие юбки и облегающие кофточки ее матери с пугающей регулярностью. Ладно бы ее мать была просто любительницей выпуклых мышц и сексуальных улыбок, так нет же! Она находила особый смысл в том, чтобы подцепить «плохого парня» и попытаться сделать из него существо более цивилизованное. В этом она находила особое удовольствие! Когда же все рушилось и эти «плохие парни» умудрялись надуть ее в том смысле, который к сексу отношения не имеет, собирать камни доставалось Айви.

Мужчина – Айви было наплевать, как его зовут, – застегнул джинсы и опустил футболку. Не обращая внимания на Айви, он сказал Мэллори:

– Позже. – После чего направился к двери и вышел из кухни.

– Он уходит? Но ведь он проводит замеры для изготовления новых шкафов. Кстати, где его рулетка? – Правая часть кухни представляла собой самодельный склад.

– Я не думаю, что он годится для этой работы, – со вздохом сказала Мэллори.

– Ты хочешь, чтобы нас обеих уволили? Ты не можешь заниматься сексом на радиостанции!

Мать Айви была дизайнером по интерьерам, и Айви наняла ее, чтобы привести в божеский вид офисные помещения станции, на которой работала. Мать умоляла Айви дать ей эту работу, заявляя, что ее компания «Йорк интериор дизайн» находится на грани банкротства. Снова на грани банкротства. Айви в последнее время занималась приемом на работу персонала, тогда как ее начальница, Ли, занималась тем, что у нее получалось лучше всего: продавала время на радио рекламодателям.

Мэллори покачала головой, не соглашаясь с дочерью.

– Ли Аллен тебя не уволит.

Верно. Радиошоу Айви под названием «Экономик секс хекс» превратилось в культурное явление, что удивило всех лиц, к нему причастных, и более всего саму Айви. На этот шаг Айви подвигли отчаяние и злость – и три года назад она обратилась к Ли Аллен с идеей шоу. И теперь ее шоу стало самым масштабным на станции Ли. Парадокс заключался в том, что в свое время Айви пришлось претерпеть бесчестье и позор, какие и представить трудно. И теперь она поставила на кон свою с таким трудом отвоеванную репутацию, наняв на работу мать. К слову сказать, она пообещала Ли, что проследит за тем, чтобы мать ее занималась той работой, ради которой ее наняли. Работой, а не первым подвернувшимся под руку самцом. Дерьмо.

– Мама…

Мэллори не дала дочери договорить:

– Я твоя мать, а не какая-то неудачница из тех, что звонят тебе на шоу. И меня твоя слава не впечатляет.

Интересно, когда и чем она могла впечатлить свою мать? Пожалуй, только один раз – когда встречалась с Дирком Кемпбеллом. И это воспоминание не принадлежало к числу тех, к которым приятно возвращаться вновь и вновь. Айви прошагала к холодильнику и достала бутылку с чаем. Перед тем как ответить матери, она свернула крышку и сделала глоток.

– Ты клялась, что сконцентрируешь все усилия на работе, мама. Ты ведь знаешь, как это у тебя бывает, когда на горизонте появляется очередной мужчина.

Мэллори в сердцах шлепнула руками по бокам.

– Мы, все прочие люди, не обязаны следовать твоему примеру и жить как монахини.

Айви крепче сжала холодную бутылку ладонью.

– Я иногда хожу на свидания. – Проклятие, она попала прямо в расставленную матерью ловушку!

Мэллори поправила стеклянное ожерелье собственной работы, которое идеально подходило к плотно облегающему свитеру цвета лаванды, надетому поверх черной короткой юбки.

– Те мужчины, с которыми ты ходишь на свидания, боятся собственной тени. Сомневаюсь, чтобы хоть один из них осмелился тебя поцеловать, не говоря уже о том, чтобы заняться с тобой любовью. И в своем шоу ты предстаешь фригидной, желчной, больше похожей на компьютер, чем на женщину.

Как бы ни старалась Айви этого избежать, они все равно возвращались к давнему спору. Так было всегда, на протяжении всей их совместной жизни: Айви была взрослой, а ее мать – подростком в полной зависимости от гормонов. Что стоило Айви просто взять и пройти мимо закрытой двери на эту чертову кухню? Ибо большую часть жизни она то и дело вытаскивала мать из неприятностей, которые создавали ей накачанные мышцы и похотливые пенисы. Вздохнув, Айви сказала:

– Я не желчная. Просто я реалистка.

Мэллори покачала головой.

– Ты одинока. Может, ты и делаешь деньги, но разве это способно согревать по ночам?

– Вот именно что согревает. Ведь я оплачиваю счета за газ, и у меня не отключают отопление.

Мэллори печально покачала головой.

– Ты как улитка в раковине, Айви.

Но зато она чувствовала себя в безопасности, и ей это нравилось, черт возьми! Айви однажды влюбилась в загадочного красавца и в результате едва не угодила в тюрьму. Больше с ней такого не случится. Айви контролировала собственную судьбу и держалась подальше от неприятностей и от боли.

– Мама, пожалуйста, сосредоточься на работе. – Айви подняла бутылку с чаем в молчаливом салюте и вышла из кухни.

Она не обращала внимания на грязно-желтые стены и ужасный бурый ковер под ногами. Она просто шла к себе, в свой маленький офис. В спокойной жизни не было ничего плохого. К тому же Айви помогала другим женщинам. Ей ее жизнь нравилась.

По большей части.

Она не замечала и белых стен своего кабинета, которые ее мать назвала символом ее стерильной жизни. Айви покрасила их в белый цвет, чтобы придать своему кабинету облик чистоты и профессионализма. Дом ее был полон тепла и цвета, а на работе ярким должен быть лишь профессионализм сотрудников. Офисная мебель кабинета Айви была предельно скромной, но при этом функциональной. Здесь было все необходимое: компьютерный стол, шкаф для папок, полки.

Айви села в кресло и открыла электронную почту. Там ее ждало сообщение от Ли.

«Айви, я знаю, как тяжело тебе приходится на работе, где я по большей части отсутствую. В помощь тебе я наняла помощника, который будет сортировать звонки. Я взяла его с двухнедельным испытательным сроком. Надеюсь, тебе понравится с ним работать. Зовут его Люк Стерлинг. У него прекрасные рекомендации, и я сама его проверяла. Он должен выйти на работу во вторник



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация