А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


гостиную и повернулся к молодым людям, словно на что-то решившись.

– Что вам известно? – спросил он.

– Ничего, – честно ответил Сандерс. Будучи истинным ученым, он терпеть не мог блефовать. – Но ведь что-то есть, не правда ли?

– Я ничего вам не говорил, молодой человек!

– И напрасно, – вздохнул Сандерс. – Странный вы, однако, если не сказать большего. Не знаю что и думать о вас и о ваших выходках; но сдается мне, полиция вами заинтересуется.

Клерк неожиданно ухмыльнулся. Улыбка дико смотрелась на лице старого ханжи.

– На кой я сдался копам? – Фергюсон затряс головой. – В жизни они меня не трогали и сейчас не тронут. Я мелкая сошка, рабочая лошадка Бернарда Шумана. Все равно что какой-нибудь скарабей или мумия. – Вдруг он окинул Сандерса внимательным взглядом, как будто только что расслышал его слова. – Сдается мне, вы человек честный! Ну ладно! Вот вам бесплатный совет. Не впутывайте в дело полицию. Если вы хоть сколько-нибудь дорожите своим здоровьем, не делайте этого! Занимайтесь своими микробами или лекарствами и не лезьте в дела, о которых понятия не имеете.

– Почему?

Фергюсон снова разозлился.

– Хорошо, я вам скажу почему! Посмотрите на тех четверых! Все они очень богаты. И знамениты. Они спят в мягких постелях, и кошмары их не мучают. Они примерные граждане, образцовые прихожане. Их невозможно не любить! А знаете, кто они такие на самом деле? Хотите скажу? Все они преступники, а кое-кто из них убийца. Вы угадали, назвав их сборище заседанием членов правления. Вы и представить себе не можете, сколько лжи, коварства и обмана таится в их душах! Проблема в том, что вам неизвестно, в каком преступлении повинен каждый из них; вы не знаете, кто из них что натворил. Кто-то убийца, у других же руки относительно чисты. А когда вы разберетесь, что к чему, будет слишком поздно. Вот потому-то я и говорю вам: послушайте моего совета и держитесь от них подальше.

Некоторое время он смотрел на них с убийственной бесстрастностью. Затем, не дав Сандерсу ответить, заковылял к лестнице. И снова манекены за столом задрожали, когда внизу по улице проехал грузовик. Сандерса, который вообще не отличался богатым воображением, вдруг затошнило – возможно, от страха.




Глава 3

ПРИВИДЕНИЕ В ОФИСЕ


В начале третьего Сандерс сидел в тускло освещенном зале ожидания Гиффордской больницы и листал журнал не читая. От усталости у него немного дрожали руки. Все было сделано. Пострадавших действительно отравили атропином; но, судя по тому, как их взялись лечить, доза яда оказалась выше, чем он предполагал. Здесь, в больнице, всем сейчас распоряжался доктор Нильсен, а в квартире Хея хозяйничала полиция.

Сандерс с досадой швырнул журнал на столик. Из-за того, что он недооценил опасность, жизнь трех человек оказалась под угрозой! Его вина в том, что ему хотелось покрасоваться перед девушкой и утешить ее.

Тут в зал ожидания вошел старший инспектор Хамфри Мастерс, с которым Сандерс был отлично знаком.

Старший инспектор Мастерс – румяный, невозмутимый, как карточный шулер, с седеющими волосами, старательно зачесанными набок, – выглядел соответственно обстоятельствам. А обстоятельства были таковы, что его вытащили из постели в половине второго ночи.

– А, вот и вы! – обрадовался Мастерс, заметив молодого человека. Он придвинул себе стул и положил на столик кейс. – Дело дрянь, доложу я вам. Нам повезло только в одном: на месте происшествия случайно оказались вы. Всегда приятно иметь дело с человеком, которому можно доверять.

– Спасибо.

Мастерс понизил голос:

– Видите ли, я осмотрел квартирку только мельком – так сказать, предварительно. Сейчас там орудуют наши ребята, а я решил подскочить сюда и посмотреть, как дела у пострадавших. Уж больно скоро их забрала «скорая»…

– Один труп лучше, чем четыре. Старик, мистер Шуман, был в очень тяжелом состоянии.

– То же самое твердит и здешний врач. – Мастерс пристально посмотрел на своего собеседника. – Нет, я вас не виню; я не считаю, что вы напортачили. Вы все сделали как надо. По словам врача, все трое уже вне опасности, но до завтра их лучше никуда не перевозить и не беспокоить. Как по-вашему, он не врет? – Инспектор руководствовался в жизни одним простым правилом: подозревать всех.

– Доктор Нильсен свое дело знает. И потом, если даже вам удастся допросить их сегодня, вы все равно не узнаете ничего ценного.

– Допустим! – Мастерс задумался. – С другой стороны, врач говорит, что дама, миссис Синклер, отделалась сравнительно легко. Наверное, приняла не такую большую дозу яда, как другие. По-моему, я ей не наврежу, если задам несколько вопросов. А вы как считаете? Разумеется, беседовать следует тактично, не задевая ее чувств…

– Если Нильсен не против…

– Я знал, что вы согласитесь! Но прежде всего, если не возражаете, хотелось бы услышать вашу версию случившегося. Мисс Блайстоун сейчас наверху, со своим отцом; ей не до того, чтобы давать показания. Поэтому давайте-ка пока запишем ваш рассказ.

Сандерс добросовестно изложил все, чему стал свидетелем, а Мастерс столь же добросовестно записал. Задолго до конца рассказа Мастерс встал с места и принялся расхаживать по залу; он побагровел больше обычного, и взгляд у него был предельно озабоченный.

– Замечательно. Мы опять вляпались, – заметил он. – Интересно, что скажет обо всем сэр Генри! – Старший инспектор задумался. – Доктор, дело более странное, чем вам кажется. Давайте проясним вот что. Значит, тот тип, Фергюсон, назвал всех четверых преступниками. Правильно?

– Да.

– Как по-вашему, он сделал это не просто ради красного словца? Так сказать, употребил фигуру речи…

– По-моему, его слова совсем не были похожи на фигуру речи. Если бы вы его слышали…

– Все они преступники, а кое-кто из них убийца, – задумчиво повторил Мастерс. – Допустим! Поскольку мистер Хей мертв, последняя часть высказывания меня нимало не удивляет. Говорил ли он что-нибудь еще?

– Нет, он спустился вниз и закрылся в конторе.

Старший инспектор прикусил губу.

– Да, – протянул он после паузы, – мне знаком подобный тип людей. Скрытный, как устрица, но взрывается, словно медведь, но каждому незначительному поводу. А иногда выбалтывает нечто совершенно неожиданное! Хотя для нас он оказался весьма полезен. Фергюсон не давал понять, что ему известно, зачем собрались те четверо наверху?

– Нет.

– Но по-вашему, он что-то знает?

– По-моему, он что-то знает или подозревает.

– Так-так. Теперь скажите мне вот что. – Мастерс снова сел, придвинулся вместе со стулом ближе к Сандерсу и с заговорщическим видом подмигнул ему. – Какого мнения обо всем случившемся мисс Блайстоун?

– О чем конкретно? – настороженно уточнил Сандерс.

– Полно, полно, сэр! – Мастерс укоризненно покачал головой, его проницательные голубые глаза впились в молодого человека. Сандерс заволновался. – Фергюсон назвал ее отца преступником в числе прочих. Она удивилась? Рассердилась, вышла из себя? Что она сказала?

– Что Фергюсон, возможно, сам и убил Хея. Мы встретили Фергюсона, когда поднимались наверх. Он вышел на лестничную площадку, и мы заметили, что он только что умывался. Мисс Блайстоун предположила, что он смывал кровь. – Сандерс иронически хмыкнул.

В ответ Мастерс растянул губы в снисходительной улыбке. Однако глаза его не смеялись.

– Разумеется, все возможно, – кивнул он. – Но имеет ли мисс Блайстоун какое-либо представление, зачем те четверо собирались в квартире наверху?

– Сомневаюсь.

– И тем не менее она следила за своим отцом, долго ждала на улице, и это посреди ночи. А все якобы потому, что отец перед уходом составил завещание и захватил с собой четверо часов. Кстати, правда, что сэр Деннис Блайстоун известный хирург?

– Да, правда. – Сандерс беспокойно поежился. – Но… не слишком ли мы полагаемся на слова какого-то клерка? Вы старший инспектор уголовного розыска. Вам что-нибудь известно о совершенных теми людьми преступлениях?

– Я, сэр, ничего не принимаю на веру, – заявил Мастерс. – Не стану скрывать, об их преступлениях мне ничего не известно. Уверяю вас, я не стану их арестовывать, опираясь только на слова Фергюсона. Но мы с вами подошли к сути. Мне хочется услышать ваше мнение по поводу многих вещей: и с медицинской, и с другой точки зрения. Вот сейчас, навскидку… – Инспектор наклонился вперед и широко раскрыл глаза. – Что, по-вашему, было самым странным, если не считать собственно отравления и убийства новомодным зонтиком-шпагой?

– Сэр Деннис Блайстоун и его четверо часов.

– Вот тут вы ошибаетесь. Хирург с часами – далеко не самое странное, – ответил старший инспектор. – Поднявшись на место преступления, я взял на себя смелость обыскать пострадавших. Разумеется, обыск был лишь поверхностный. Так вот, сэр, у других гостей, у миссис Синклер и у мистера Шумана, оказалось при себе нечто такое же странное, как и часы сэра Денниса. Хотите узнать, что у них было? Охотно поделюсь с вами. В правом кармане смокинга мистера Бернарда Шумана я обнаружил звонковый механизм будильника…

– Что?!

– Звонковый механизм будильника, – не без удовольствия повторил Мастерс. – Пружина, молоточек, все, кроме самого звонка. Все детали старые и немного заржавели, но еще вполне пригодны. А в нагрудном кармане пальто Шумана оказался большой кусок выпуклого стекла, наподобие увеличительного. Что скажете?

Сандерс задумался.

– Шуман занимается египтологией, – заметил он. – Так что увеличительное стекло для него вещь вовсе не странная. Но я не понимаю, зачем ему понадобились колесики и пружинки от будильника… А у миссис Синклер тоже что-то нашлось?

– Да, в сумочке, – кивнул Мастерс. – Сумочка лежала у нее на коленях, а внутри я увидел пузырек с негашеной известью и пузырек с фосфором.

Наступило молчание.

– Итак! – Мастерс громко постучал пальцем по столу. – Вы химик. Скажите, зачем миссис Синклер, светской даме до мозга костей – по крайней мере, она производит такое впечатление, – негашеная известь и фосфор?

Сандерс развел руками:

– Не знаю. Фосфор, конечно, яд. Честно говоря, меня часто удивляет, почему отравители им пренебрегают. По фосфору абсолютно невозможно вычислить убийцу, так как его без труда способен раздобыть кто угодно, отломив несколько спичечных головок; чтобы убить человека, достаточно шестнадцати. Что же касается негашеной извести…

Старший инспектор изумленно уставился на молодого человека, который с самым серьезным видом излагал ему оригинальный способ убийства.

– Хр-рм, да, – прокашлялся Мастерс. – Но ведь в нашем случае фосфором, так сказать, и не пахло? Нет. Так зачем ей понадобились негашеная известь и фосфор?

– А зачем ученому-египтологу детали будильника и почему выдающийся хирург, прежде чем покинуть дом, запасается несколькими часами?

Мастерс кивнул, словно бы нехотя соглашаясь с ним. В то же время Сандерса не покидало ощущение того, что старший инспектор что-то скрывает, причем еще и втайне радуется. Его прямо-таки распирало от удовольствия. Сэр Генри Мерривейл немедленно раскусил бы Мастерса; но Сандерсу, который ничего не знал, а только подозревал, стало не по себе.

– Послушайте, инспектор, что там у вас в рукаве?

– У меня? – с самым невинным видом удивился Мастерс. – В рукаве?! Ничего. Просто мне интересно, есть ли у вас еще какие-либо предположения.

– Сейчас нет. Впрочем… может, вы считаете их всех убийцами, а данные предметы уликами, изобличающими их вину?

– Ага! Такое вполне возможно.

– Или невозможно. По вашему лицу не поймешь, что у вас на уме. Фосфор – яд, но часами или стеклянной пластинкой человека не убьешь.

К удивлению Сандерса, Мастерс оглушительно расхохотался:

– Они вроде как колдуны или алхимики, верно? Полно, полно, сэр! Не обижайтесь. Я ничего плохого не имел в виду. Если подтвердятся мои подозрения, ничего смешного тут нет; произошедшее много серьезнее того, с чем обычно приходится иметь дело. Очень бы хотелось повидать того малого, Фергюсона. Кстати, не хотите составить мне компанию? Сейчас я иду беседовать с миссис Синклер.

Миссис Синклер поместили в одноместную палату, а их в Гиффордской больнице совсем немного. Она сидела на кровати, выкрашенной в белый цвет, обложенная подушками; неяркая лампа в изголовье бросала свет на ее волосы. Рядом находился доктор Нильсен; судя по его виду, он успокаивал больную.

Трудно было представить, что женщине только что сделали промывание желудка, давали рвотное и сульфат цинка. Она показалась Сандерсу настолько хрупкой, что невольно подумалось: подобные неприятные процедуры ее бы просто убили.

Щеки миссис Синклер больше не пылали ярким румянцем, мышцы расслабились. Когда Сандерс видел ее в квартире Хея, она показалась ему старше, сейчас же он понял, что ей едва ли больше тридцати двух – тридцати трех лет. Фигура у нее была что надо – стройная, гибкая. Длинные волосы, очень темные и блестящие, были заправлены за уши, отчего казалось, будто миссис Синклер накинула капюшон. На ее очень красивом, чувственном лине выделялись огромные иссиня-черные глаза; у нее был маленький округлый рот и крепкий подбородок. Сразу бросалось в глаза крайне серьезное и одухотворенное выражение лица. Обычная больничная сорочка выглядела на ней как вечернее платье. В общем, миссис Синклер была очень хороша; такого же мнения, очевидно, придерживался и доктор Нильсен.

Мастерс откашлялся, словно не решаясь начать разговор. Как позже заметил Сандерс, лишь ее одну среди прочих свидетелей Мастерс как будто немного стеснялся.

– Помните, у вас всего пять минут, – предупредил доктор Нильсен. – Я останусь здесь и прослежу, чтобы мои распоряжения не нарушались.

– Пожалуйста, поговорите со мной, – попросила миссис Синклер низким голосом. – Доктор Нильсен как раз рассказывал мне, что произошло.

Старший инспектор едва удержался, чтобы не выругаться.

– Терпеть не могу ваши полицейские уловки, – отрубил доктор в ответ на его выразительный взгляд. – Вы делаете свое дело, а я свое. И мое дело заботиться о пациентах.

– Допустим, – примирительно согласился Мастерс; на губах его заиграла обычная вкрадчивая улыбка. – Итак, мэм… Я вынужден задать вам несколько вопросов. Не обращайте внимания на блокнот, это простая формальность.

Миссис Синклер, грустно улыбнувшись, поблагодарила его и грациозно откинулась на подушки. Зрачки ее глаз до сих пор оставались немного расширенными.

– Ваше имя, мэм?

– Бонита Синклер.

– Вы замужем?

– Я вдова.

– Где вы живете?

– В Челси. Чейни-Уок, 341.

Мастерс оторвался от блокнота.

– Каков ваш… род



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация