А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


В поисках счастья
Джери Уандер


Кристел не виделась с Диего много лет и, приехав в Бразилию, стремится вновь наладить с ним дружеские отношения. Однако то, что разлучило их в те далекие годы, до сих пор стоит между ними и, несмотря на обоюдное влечение, мешает признать, что они любят друг друга. Диего требует, чтобы она рассказала ему правду о том, что послужило когда-то причиной разрыва между их родителями. Но Кристел страшится приподнять завесу над прошлым. Жизнь научила ее, что иногда молчание – благо…





Джерри Уандер

В поисках счастья





Пролог


Лукас Эрнандес появился в жизни Кристел летним вечером, когда заехал за ее матерью в их Нью-йоркскую квартиру. Он заказал столик модном ресторане, но не позвонил снизу, как делал обычно, тогда Дебора сама бы спустилась к нему. В подъезде он столкнулся с их соседом по викторианскому особняку, и тот впустил его в дом. Поднявшись на лифте на третий этаж, он позвонил в дверь. Кристел открыла ему.

– Вы пришли за деньгами…– начала было она, но осеклась: вместо прыщавого парнишки с ведром перед ней стоял импозантный мужчина легкой сединой на висках. Элегантный костюм подчеркивал его безупречную фигуру и высокий рост.– Ох, простите, я думала, это мойщик окон.

– Немудрено ошибиться, – весело отозвался знакомец, разглядывая ее искристыми карими глазами.– Меня зовут Лукас.

– Что-то ты рано сегодня! – раздался голос Матери, выглянувшей из спальни.– Я и не знала, что бразильцы способны на такое.

– Исключительный случай, – засмеялся Луис.– Мне не терпелось тебя увидеть.

Кристел подняла глаза к потолку. Еще один поклонник Деборы Ричмонд, раздраженно подумала она. Очень рано Кристел осознала, что ее мать нельзя назвать хорошенькой в привычном, домашнем, смысле слова. Это определение больше подходило для матерей ее подружек. Дебора же была потрясающе красива. Точеные аристократические черты лица, небесно-голубые глаза и пепельные волосы, струящиеся по плечам, – от нее невозможно было отвести взор.

– Ты пока не можешь меня видеть, потому что я не готова, – заявила Дебора и улыбнулась дочери: – Проводи Лукаса в гостиную, Кристи, и налей ему что-нибудь выпить.

Кристел была удивлена. В свои сорок лет мать еще притягивала поклонников, как огонь пресловутых мотыльков, но она никогда не путала свою светскую жизнь с домашней. Редко говорила о кавалерах и никогда не приглашала их в дом. Заметив, как щебетала и светилась Дебора в присутствии бразильского бизнесмена, Кристел тотчас поняла: он значил для матери больше, чем другие. На этот раз, впервые, насколько ей было известно, Дебора влюбилась. По-настоящему.

Иначе и быть не могло. Лукас оказался не только джентльменом, он был замечательным и удивительно компанейским человеком. Для всех находил время, даже для нее – неуклюжего подростка Кристел. С того вечера они завели правило: Лукас частенько захаживал к ним, говорил с Кристел, выслушивал ее, иногда давал советы, и девочка начала к нему привязываться.

В тот раз он пробыл в Нью-Йорке полтора месяца. Когда закончив все дела, он вернулся в Бразилию, их жизнь сразу стала тоскливой. Но через несколько месяцев Лукас приехал снова, и они втроем провели пару дней в Майами. Кристел навсегда запомнила это путешествие– ей казалось, они были семьей.

Потом Лукас приезжал еще несколько раз, они снова ездили на выходные за город, и все было прекрасно, пока однажды он не предупредил Дебору, что привезет в Нью-Йорк своего сына Диего.

– Лукас хочет, чтобы завтра мы поужинали вместе, – сообщила Дебора, повесив трубку.

Кристел насупилась. Лукас часто рассказывал о своем любимом сыне, который недавно начал работать в его компании, но ей не понравилось, что этот парень нарушит их уютное трио. Отправляясь на ужин, она твердо решила игнорировать его, но Диего Эрнандес оказался таким же красивым, дружелюбным и непосредственным, как и его отец. Кристел сразу же поддалась его очарованию, а проведя вечер за беседой с ним, влюбилась без памяти.

После третьего ужина мать заметила, что Лукас очень доволен тем, как хорошо они ладят друг с другом.

– Просто замечательно, – согласилась Кристел и принялась мечтать о Диего. По правде говоря, все эти дни она думала только о нем. Внезапно ей пришла в голову ужасная мысль, от которой ее бросило в дрожь.– Уж не вообразила ли ты, что Лукас сделает тебе предложение? – спросила она.

Дебора задумалась.

– Я с самого начала дала понять, что не заинтересована в замужестве, но…

– Но Лукас из тех, кто, влюбившись, захочет жениться. А он в тебя влюбился!

Дебора рассмеялась.

– Не впадай в панику, Кристи.

– Но ты не можешь выйти за него замуж, – горячо возразила она.

– Вероятно, нет.

– Какие тут могут быть «вероятно»! – вспылила Кристел.

– Думаю, ты права, – согласилась Дебора и вздохнула.– Если Лукас сделает мне предложение, я скажу ему, что память о твоем отце не позволяет мне еще раз выйти замуж.

– Ты думаешь, он тебе поверит? А если и поверит, то не станет пытаться переубедить тебя? Будь реалисткой, мам, – взмолилась Кристел.– Лукас умен и настойчив. Он знает, как ты к нему относишься, а потому любой твой предлог всерьез не воспримет. Он будет продолжать за тобой ухаживать, и тогда все станет еще хуже.– Она перевела дыхание.– Если ты скажешь, что больше не хочешь его видеть, он не поверит и потребует объяснений.

– Уж не ждешь ли ты, что я выложу ему правду? – встревоженно спросила Дебора.

Кристел нахмурилась.

– А разве у тебя есть выбор? – Конечно, это нелегко, но лучше ему услышать правду от тебя, чем от постороннего человека. А такой риск всегда существует.

Дебора расстроенно закрыла глаза.

– Не могу я ему сказать!

– Мам, вы вместе уже больше года, ты обязана быть с ним честной. По справедливости он имеет право знать, почему ты не можешь выйти за него замуж.

Последовало долгое, напряженное молчание.

– Ладно, – наконец согласилась Дебора, – только, пожалуйста, сделай это сама.

– Но при чем тут я…– начала возражать Кристел, но мать не слушала ее.

– Они с Диего улетают в Рио завтра вечером, значит, скажешь ему завтра. А этот последний вечер мы проведем с ним вдвоем. Скажешь, когда я буду на работе в галерее. Пожалуйста, Кристи, – умоляла Дебора, глядя на нее полными слез голубыми глазами.

Вечером Дебора попросила Лукаса зайти к ним на следующее утро. Приехав, он застал дома одну Кристел. Дрожащим голосом она поведала ему правду о прошлом своей матери. Лукас, побледнев как полотно, пробормотал, что больше они не могут быть вместе. И ушел.

Оставшись одна, Кристел долго рыдала. Ее душа разрывалась от печали и сожаления. Какой прекрасной могла бы быть их жизнь, если бы… Звонок заставил ее вздрогнуть. Она решила, что вернулась мать, которая от волнения не нашла в сумочке ключи. Однако в домофоне послышался голос Диего.

Сердце Кристел тревожно забилось. Ожидая, пока лифт поднимется на третий этаж, она пыталась догадаться, зачем он пришел. Может быть, хочет сказать, что все понимает, что хочет утешить ее? Вдруг он обнимет ее и прижмет к себе? Пожалуйста, ну пожалуйста! Ей так нужны его сочувствие и поддержка. Просто необходимы.

Через несколько секунд Диего решительно вошел в квартиру, с порога назвал ее бессердечной маленькой сучкой, обвинив в том, что она намеренно разрушила отношения отца со своей матерью…




1


Воздушный лайнер заложил крутой вираж, готовясь к посадке. Кристел крепко зажмурила глаза, вжалась в спинку кресла и судорожно вцепилась руками в подлокотники. Каждый раз одно и то же. Стоило самолету зайти на посадку, как ее сердце сжималось от страха. Она спокойно переносила полет, но эти последние минуты всегда казались ей решающими. Интересно, она одна такая идиотка? Слегка приоткрыв один глаз, Кристел искоса взглянула на руки соседа. Заметив побелевшие костяшки пальцев, она внутренне усмехнулась. Выходит, не одна она! Тут из-под днища раздался глухой удар: самолет выпустил шасси. Еще несколько секунд, и он уже катит по взлетно-посадочной полосе. Кристел разжала пальцы и открыла глаза. Улыбнулась соседу, вытирающему пот со лба. И мысли ее сразу же вернулись к Диего.

Последний раз они виделись двенадцать лет назад. И расставание было не из приятных. Его гневные слова все еще звучали в ушах Кристел. Как он тогда сказал? Это ты во всем виновата? Но раз он ее пригласил, то, видимо, знает, что ее вины тут нет. Значит, они могут стать друзьями. Любопытно, узнает ли она его? Сильно ли он изменился?

Она узнала его сразу. Вышла в зал ожидания, взглянула на толпу людей, приветственно размахивающих руками, и увидела его, Диего Эрнандеса. Остановилась как вкопанная. Тогда, двенадцать лет назад, они были знакомы лишь несколько дней, а потому удивительно, что ее взгляд упал сразу на него.

Хотя, если подумать, что ж тут удивительного. Даже если бы ей и не надо было разыскивать его в толпе, призналась себе Кристел, она бы обязательно его заметила. Как замечали его все женщины вокруг нее. Рост под два метра, элегантная серая тройка и белоснежная рубашка резко выделяли его из толпы встречающих. И еще – спокойная властность и некоторая надменность.

Кристел машинально сжала пальцы на ручке багажной тележки. Спокойствие это обманчиво.

Диего Эрнандес обладал неистовым темпераментом, взрывался от малейшей искры, и горе тому, кто оказывался в эту минуту поблизости.

Пока она разглядывала его, бразилец внезапно озорно улыбнулся, и его глубоко посаженные карие глаза потеплели. Кристел слегка разжала пальцы и улыбнулась в ответ. Хотя приглашение в Рио было явным жестом примирения, воспоминания об их последней встрече все еще заставляли ее немного волноваться.

– Привет! – произнесла она одними губами и помахала рукой.

Диего быстро оглянулся по сторонам, как будто желая убедиться, что она обращается к нему, потом кивнул.

Вместе с потоком пассажиров Кристел толкала тележку по огороженному канатом коридору. После десяти часов полета усталость давала себя знать. Она снова взглянула на Диего. Не сделав ни одного шага ей навстречу, он продолжал улыбаться, и Кристел заметила искорку чисто мужского интереса в его глазах.

Поправив ремень тяжелой сумки с аппаратурой на плече, она невозмутимо шла вперед. Ее рыжая грива и изящная фигурка часто притягивали к себе взгляды мужчин, но сейчас она немного удивилась. Ей никогда не приходило в голову, что она может понравиться Диего как женщина. Кристел усмехнулась. Мысль оказалась… забавной.

Она уже дошла до конца каната, а бразилец все еще не двигался с места. Может быть, здесь, в Бразилии, мужчины считают, что женщина должна подойти первой? Она толкнула тележку к нему. При ближайшем рассмотрении он оказался очень хорош собой – темные вьющиеся волосы, смуглый цвет лица, глаза обрамлены пушистыми ресницами, атлетическая фигура. Кристел припомнила, что и двенадцать лет назад Диего был симпатичным юношей. Теперь же черты его лица стали мужественнее, что нравилось ей гораздо больше.

Она сделала еще несколько шагов, чувствуя, как сильно бьется сердце. Карие глаза встретились с ней взглядом, и ей удалось разглядеть в них не только сексуальный интерес, а нечто более глубокое. Ей почудилось, что он узнал в ней родственную душу. Несмотря на удивление и озадаченность, Кристел ощутила ответную симпатию и не отвела взгляда. Она придвинулась совсем близко. Теперь ей казалось, что зал аэропорта опустел, гул голосов затих, и они остались одни.

– Приехали, – возвестила Кристел. Она раскраснелась, внутри все замирало от предвкушения чего-то необычного.

Диего вздернул темные брови.

– Настойчивая леди, – произнес он.

Если его внешность поразила Кристел до глубины души, то голос оказался настоящим ударом в солнечное сплетение. Низкий, мягкий баритон с убийственно сексуальным акцентом – он учился сначала в Оксфорде, потом два года в Штатах и прекрасно владел английским.

– Всегда и во всем, – уверила она его. Диего явно забавлялся.

– Ну и что дальше? – спросил он, наклоняясь к ней. Но тут глаза у него сузились, и он что-то быстро пробормотал, видимо, выругался по-португальски.– Так это ты!

Кристел сначала ужаснулась, потом разозлилась. Она-то думала, что он улыбался и дружески приветствовал ее, Кристел Ричмонд, свою гостью. На самом же деле его просто заинтересовала рыжая девица в ярко-голубой футболке и потертых джинсах, прибывшая невесть откуда. Обычное дело – в мужчине взыграла похоть, а что до родства душ – так это всего лишь плод ее воображения, притупившегося от длительного перелета.

– А ты решил, что я надумала подцепить тебя? – возмутилась она.

Диего развел руками.

– Ну… вообще-то да.

– Приставание к незнакомым мужчинам не входит в мою программу, – процедила сквозь зубы Кристел.

Уголок рта Диего дрогнул.

– А может, стоит попробовать в другой раз? Гарантирую, у тебя это здорово получится.

– Так ты уже поддался моим чарам? – спросила она, не зная, как ей реагировать– возмущаться или чувствовать себя польщенной.– Но ведь я могла быть элементарной психопаткой. Или маньяком-убийцей. Или…

– Оголодавшей вампиршей, – подхватил Диего, когда она запнулась, подыскивая что-нибудь покруче.– Все возможно. Но я бы не клюнул прежде всего потому, что очутился здесь с единственной целью: встретить тебя. Прости, что так глупо ошибся, – продолжил он, – но ты стала совсем другой.

Кристел натянуто улыбнулась. За эти годы она изменилась не только внешне.

– Еще бы! Тогда я носила металлическую скобку на зубах и пыталась сбросить последние фунты детского жирка.

– К тому же ты была коротко подстрижена, рядилась в какие-то нелепые платья и принципиально не красилась.

Кристел нахмурилась. Надо же, запомнил все в таких подробностях. Весьма нелестных.

– Я решительным образом изображала из себя простушку Джейн.

– С чего бы это? – поинтересовался Диего. Кристел тряхнула копной рыжих кудрей.

– Мне было пятнадцать, такой уж я переживала период, – ответила она уклончиво, не желая распространяться на эту тему.

– А теперь тебе стукнуло двадцать семь, у тебя потрясные скулы, накрашенные губы…–



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация