А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Книги по авторам » Хиллард, Нерина

Информация об авторе:

- к сожалению, информация об авторе отсутствует.

метался в лихорадочных поисках доводов, почему все случилось именно так, когда она получила письмо от Филиппа. На этот раз она даже рассмеялась, проговорив (она запомнила каждое свое слово):

– Забавно… Когда я потеряла Филиппа, я думала, что лучше бы мне умереть, но взяла себя в руки и увидела, что жизнь продолжается. А теперь я узнаю, что на самом деле она не продолжается. Я потеряла Филиппа и через три месяца умру.

– Этот Филипп,– спросил доктор,– вы не хотите, чтобы мы ему сообщили?

– Нет, не думаю,– ответила она.– Видите ли, его это больше не касается. Я была с ним помолвлена, но мы расстались.

Последние слова заставили ее вспомнить ужасный день, когда она получила то роковое письмо. Теперь кажется невероятным, что он начался, как все прочие среды,– ничего особенного.

Ее бросили. В письме это сообщалось прямо и неоригинально. Она не первая, с кем это случилось, и, конечно, далеко не последняя, но ей всегда казалось, что такие вещи происходят только в книгах или с девушками, о которых знаешь понаслышке. Но никогда не с близкими людьми и тем более не с тобой.

При этой мысли она прикусила губу, и Дженни подняла глаза от письма, которое писала.

– Моргана, у тебя все в порядке? Я хочу сказать…– Она неловко замолчала. Они дружили почти с момента своего появления в больнице Святого Кристофера.

Моргана обернулась, улыбнувшись подруге:

– В полном порядке,– успокоила она ее.– Ты же знаешь, что я еще некоторое время не буду чувствовать боли.

Боли не будет почти до самого конца. Поворачиваясь, она случайно увидела себя в зеркале: в ее отражении ничего не говорило о том жестоком, ужасном, что должно было с ней произойти.

Она не хочет умирать. Сначала Филипп, теперь это. Любовь и жизнь.

Мысли снова вернулись к письму и маленькому пакету, в котором она отослала Филиппу обратно свое обручальное кольцо. Ей не оставалось ничего другого, как только сказать, что она все понимает и, конечно, возвращает ему его свободу. Служащий на почте, который оформил ценное отправление, был так прозаичен и небрежен, что на какую-то сумасшедшую секунду Моргане захотелось сказать ему, что в пакетике, который он проштемпелевал, в этом ничем не примечательном сверточке из коричневой оберточной бумаги, затянутой бечевкой, завернуты все ее мечты.

Она вышла из здания почты, как в тумане, не видя ничего вокруг. Откуда-то издали до нее донесся визг тормозов, потом что-то с чудовищной силой ударило ее. Мучительная мысль о недавней потере сразу же исчезла. Исчезли вообще все мысли. Ее поглотила успокаивающая темнота, где ничто не имело значения. Где ничего не происходило и, значит, ничто не причиняло боли.

Это длилось недолго. Потом потянулись дни, полные боли, когда ей что-то кололи в руку, но наконец она оправилась – только для того, чтобы услышать правду.

Многие дни после несчастного случая она боролась с черным туманом забытья, чтобы вернуться в знакомые стены больницы, чтобы вернуться к жизни и реальности и встретить их лицом к лицу. Она не позволила себе выбрать легкий путь труса – смерть, которая сняла бы отчаяние и боль, вызванные мыслью о Филиппе. Моргана Кэрол была не таким человеком. И вот она вернулась, но ненадолго. Скоро черный туман навсегда окутает ее. Он победит и никогда больше не отпустит ее. По крайней мере, теперь не надо стараться забыть о Филиппе – боль потери будет с ней недолго. Моргана чуть не засмеялась, вспомнив, как когда-то сказала, что будет любить его до конца своих дней.

Исполнить это обещание оказалось фатально легко.





Мисс Брутон приветствовала Моргану своим обычным резковатым голосом:

– Насколько я понимаю, сестра-хозяйка сказала вам о моем предложении, сестра.

– Да.– Моргана кивнула. Коротенькое слово показалось ей недостаточным, и она прибавила:– Почему вы хотите взять меня с собой на Хуамасу?

– На то есть много причин, дитя мое.– Неста оставила официальную манеру обращения, и в голосе ее слышалась легкая насмешка над собой.– Во-первых, я хочу сменить климат. Слишком привыкла к тропикам. Я хочу как можно скорее вернуться на Хуамасу. Врачи говорят, что мне еще потребуются процедуры, и вот – причина номер два – я должна взять с собой медицинскую сестру, по крайней мере, на два месяца. Причина номер три – вы мне нравитесь. К тому же вам нужно вырваться отсюда, и мне хотелось бы, чтобы вы поехали со мной.

– Там никто не будет знать обо мне…– задумчиво проговорила Моргана, будто размышляя вслух.

– Никому не нужно будет знать. Вам не нравится, когда вас жалеют, правда? Вы здесь долго не выдержите, не спасет и любимая работа.

– Да, думаю, что не выдержу,– согласилась Моргана, и голос ее звучал удивленно, как будто она впервые признается себе в этом.– Но если я поеду с вами на Хуамасу, у меня будет так мало обязанностей!

– Вполне достаточно. Все равно мне нужна будет медсестра, найму ли я ее частным порядком, или нет. Мне бы хотелось, чтобы вы поехали. Ну как?

Моргана секунду молчала. Она думала о трех месяцах, которые ей придется провести среди людей, которые все знают,– в том случае, если она не примет предложения. Даже меньше чем три месяца. Но и это слишком долго, если за ней все время будут наблюдать. Ей не хотелось бы потратить оставшиеся дни – а их так немного – в мрачных раздумьях и озлоблении. Судьба отняла у нее все – и вот немного смягчилась, предоставив возможность поехать на романтически прекрасный остров Хуамаса.

Решение было принято. Она улыбнулась мисс Брутон:

– Если вы действительно хотите, буду счастлива поехать с вами.




2


Под ними плыл остров Хуамаса – в море, таком синем, что Моргана и представить себе не могла, а в небе, где не было и намека на малейшее облачко, огромное золотое солнце изливало жаркий свет на сверкающую воду и неровный зеленый прямоугольник острова. Его поверхность тоже казалась неровной. Самолет начал снижаться, и можно было различить пушистые пальмовые листья.

Мисс Брутон наклонилась к окну, указывая на белое здание.

– Вот «Паласио»,– сказала она, подтверждая предположения Морганы.– Необыкновенно красиво, даже с самолета, правда?

Моргана кивнула.

– Да. И внушает благоговение.– Слабая тень ее прежней озорной улыбки вспыхнула на одно мгновение.– И в этом великолепии обитает хозяин острова,– закончила она с торжественностью, не соответствующей этой улыбке.

Когда все пассажиры сошли, мисс Брутон, опираясь на палку, с помощью Морганы спустилась по трапу туда, где их ожидал большой черный автомобиль, припаркованный почти у самого самолета, наверняка нарушив все правила аэродрома.

Чуть приподняв брови, Моргана взглянула на Несту – она заметила серебряный с эмалью герб на радиаторе машины.

– Всемогущий маркиз? – спросила она, и когда Неста быстрым кивком подтвердила ее подозрения, добавила:– Похоже, он может безнаказанно нарушать правила.

– Земля, на которой расположен аэродром, принадлежит ему,– ответила Неста, в то время как молодой португалец в щегольской форме шофера помогал им усесться в машину. Со вздохом облегчения она откинулась на роскошную обивку сиденья, чувствуя, что кратчайший переход от самолета в машину удивительно истощил ее силы, да и нога у нее разболелась.

Машина тронулась, и Моргана огляделась, испытывая странное возмущение маркизом-незнакомцем (хотя он и предоставил в их распоряжение автомобиль). Несправедливо, чтобы один человек имел такую власть. То немногое, что она время от времени слышала о маркизе от Несты, создавало впечатление человека деспотичного, но заботящегося об интересах жителей острова. Щедрый верховный владыка, прячущий железную руку под бархатной перчаткой щедрости, решила она, и в ту же секунду совершенно о нем забыла, поглощенная происходящим вокруг.

У города был радостный, почти праздничный вид, хотя время фиесты – праздника – еще не наступило, как сообщила ей Неста. Вскоре город остался позади, и машина поехала по пыльной дороге, вьющейся меж высоких деревьев, где иногда можно было заметить быстро перепархивающих многоцветных птиц. Через некоторое время они свернули и поехали по другой дороге, очень похожей на первую. Наконец и она разделилась, после чего водитель свернул налево. Неста указала на вторую дорогу, небрежно заметив:

– Эта ведет к «Паласио».

К «Паласио» и знаменитому Фелипе, подумала Моргана, потом с растущим раздражением укорила себя за то, что ее мысли, видимо, по примеру остальных, постоянно заняты хозяином Хуамасы.

Деревья по краю дороги постепенно стали реже, и показалась маленькая вилла белого цвета в окружении аккуратных садиков. В дверях стояла женщина, наблюдавшая за их приближением. Когда машина остановилась, миновав открытые узорчатые ворота между бетонными колоннами, увенчанными обязательными куполами, к ней присоединился пожилой мужчина, сказав ей несколько слов, а потом оба пошли к автомобилю. Пока Несте помогали выйти, женщина возбужденно восклицала что-то по-португальски. Неста успокаивающе отвечала ей, но пожилая пара продолжала озабоченно кудахтать.

– Я думаю, вам лучше сразу же лечь,– решила Моргана, быстро взглянув Несте в лицо.

С помощью мисс Брутон, взявшей на себя роль переводчика, ей удалось в конце концов объяснить молодому шоферу-португальцу, что надо сделать из перекрещенных рук сиденье, и таким образом они внесли Несту в дом. Легкость, с которой та уступила, хоть и уверяла, что на самом деле не устала, и готовность, с которой она переводила необходимые указания, подтвердили подозрения Морганы, что дорога оказалась утомительнее, чем ожидалось.

Когда молодой человек ушел, она помогла Несте раздеться. Когда та легла, совершенно без сил, Моргана посмотрела на нее сверху вниз и твердо сказала:

– Вы останетесь здесь и будете спокойно лежать. Столько, сколько понадобится.

Как будто для того, чтобы опровергнуть ее слова, в дверь робко постучали, и Неста сказала что-то по-португальски. Ей ответил женский голос.

– Это Тереза,– объяснила Неста, пока открывалась дверь.– Она ухаживает за мной, а ее муж, Хулио, работает в саду и делает кое-что по дому, а кроме того, возит меня в город. Тереза немного знает английский, так что вы должны понимать друг друга.– Она улыбнулась Терезе, добавив что-то по-португальски.

Тереза осветилась в улыбке и обратилась к Моргане на ужасающем английском:

– Вы лечите сеньорите ногу. Это хорошо.– Она пошла к двери, а за нею проследовал ее муж, появившийся незаметно с чемоданами Несты.– Я сейчас иду готовить, чтобы мы могли есть.

Моргана улыбнулась, глядя им, вслед.

– Славная пара,– заметила она, поворачиваясь обратно к мисс Брутон.

– Думаю, вам понравятся португальцы. Надо будет познакомить вас с молодежью.

Она не довела мысль до конца: что эти последние месяцы надо сделать как можно более светлыми и полными впечатлений.

– Сейчас вы должны заснуть и больше ни о чем не думать,– твердо сказала ей Моргана.

Моргана раздумывала, пойти ли ей немного познакомиться с садом и виллой, или распаковать чемоданы Несты, и уже решила было, что долг – прежде всего, когда услышала решительные легкие шаги по ступенькам у входа. Она повернулась. Высокая мужская фигура на мгновение заслонила собой свет, лившийся из дверного проема, и мужской голос проговорил что-то по-португальски.

– Извините, я не знаю португальского.

Она совсем не могла рассмотреть незнакомца, но у нее создалось впечатление человека высокого и держащегося уверенно. Свет, обтекавший его с обеих сторон, когда он проходил в дверь, превратил его фигуру в темный силуэт.

– Вы только что приехали на остров, сеньора? – Его английский звучал отрывисто и непривычно, а голос, приятный и любезный, почему-то вызвал раздражение.

– Мы приехали сегодня утром.

Она чуть, сдвинулась, чувствуя себя в невыигрышном положении из-за того, что он мог ясно ее видеть, а ее слепил свет, который теперь струился в дверь беспрепятственно. Теперь она могла лучше видеть его, и с изумлением поняла, что мужчины красивее еще не встречала, хотя черты его лица были такими резкими и заостренными, что привлекательность казалась почти зловещей.

– Вы искали мисс Брутон? – спросила Моргана, испытывая легкую неприязнь, причины которой не могла понять.

Возможно, он это почувствовал. Блестящие темные глаза чуть сузились.

– Прошу прощения, сеньора.– В любезной непривычной интонации послышалась отчужденность.– Мне следовало сообразить, что время неподходящее.

Моргана ощутила, как в ней поднимается неприятное чувство стыда. Ее вопрос был неоправданно резким, она это поняла. Тем не менее ей все равно была неприятна эта непринужденная, почти неосознанная властность.

– Боюсь, сейчас действительно не время, – если вы хотели видеть мисс Брутон, сеньор. Ее несколько утомила дорога, и я дала ей успокоительное. Сейчас она спит.

Яркие темные глаза быстро пробежали по ней (как ей показалось, с легкой насмешкой), взяв на заметку крахмальную белую форменную одежду и белую же косынку, закрывавшую вьющиеся каштановые волосы и обрамлявшую пикантное личико.

– Следует понимать так, что мисс Брутон на вашем попечении?

– Верно.

Она подняла к нему лицо, и на этот раз оно застыло в улыбающейся маске, которую иногда приходилось надевать в больнице Святого Кристофера, когда предстояла встреча с трудными пациентами или их родными. Маска скрыла неприязнь, хотя глаза смогли оценить неоспоримую привлекательность его высоких скул, прямого аристократического носа и красиво очерченных губ. Твердый подбородок был почти по-английски упрямым, но темные брови над яркими глазами и густые волосы, пытавшиеся виться, несмотря на то что были зачесаны прямо назад со смуглого загорелого лба, были явно португальскими.

– Вы англичанка, сеньора… ну конечно же,– решительно добавил он, не дав ей времени ответить.– Ведь несчастный случай произошел в Англии?

– В Лондоне,– ответила Моргана, пытаясь решить, не следует ли ей спросить, кто он. Однако что-то ее остановило. Возможно, его самоуверенность. Он был слишком уверен в себе, и он ей не нравился. Она решила это окончательно, как будто раньше в этом можно еще было усомниться.

– Мы не получили известий о подробностях происшествия,–



Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация