А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Выжить в Сиэтле
Дон Пендлтон


Палач #21
Позади остались Нью-Йорк, Чикаго, Лос-Анджелес и Бостон. Настал черед Сиэтла почувствовать на себе тяжелую руку Палача, ибо нет на земле такого уголка, где мафия могла бы чувствовать себя в безопасности, вне пределов досягаемости воина-одиночки, осмелившегося бросить смертельный вызов врагу-невидимке, – Мака Болана.





Дон Пендлтон

Выжить в Сиэтле


Богом каннибалов будет каннибал, крестоносцев – крестоносец, а торговцев – торговец.

    Ральф У. Эмерсон. Жизнеописание

Понаблюдай за человеком, и ты узнаешь, кто его бог. Я просто помогаю всем этим парням встретиться с великой «Коза Ностра» на небесах. Пусть она сожрет их.

    Из дневника Мака Болана




Пролог


Мак Болан не считал себя суперменом. Он знал, на что был способен, знал свои сильные и слабые стороны. В школе выживания он хорошо усвоил урок, что знания, помноженные на действия, направляемые железной волей и чувством долга, могут поднять обыкновенного человека до исключительных высот.

Суперменом он не был, но экстраординарным, эффективным орудием войны – безусловно, да. В своем ремесле он был Мастером, а его ремеслом была война. Война особого рода, в которой боец становился легендарной личностью или погибал. Болан оставался живым. Он до совершенства отточил свое мастерство в боях в Юго-Восточной Азии, где правил один принцип – «сделать или умереть», и вернулся домой, чтобы заняться уже привычной работой в захламленных каменных джунглях Америки.

Не выставлял он себя также ни крестоносцем, ни патриотом, хотя, несомненно, был и тем и другим. Он не впадал в экзальтацию при мысли о выбранной им самим роли меча, карающего преступный мир Америки, хотя и был таким мечом, и отнюдь не гордился тем, что общество официально объявило его частью этого самого преступного мира.

С его имени начинался «список приговоренных» каждого мафиозного клана в стране. «Вольные стрелки» и непременные участники ночных субботних «разборок» всех мастей толпами шли по его следу, взбудораженные мечтой о награде, выражавшейся шестизначным числом. Полицейские ведомства всего мира вели на него досье, фиксируя каждый шаг Палача, который с самого начала войны, развязанной им на внутреннем фронте, возглавил десятку наиболее опасных для общества лиц, внесенных в список ФБР.

Каким же должен быть человек, продолжающий вести безрассудную борьбу, несмотря на невероятное, подавляющее преимущество своих противников?

Говоря о Болане той поры, когда он еще не начал беспощадную войну с мафией, его друзья неизменно отмечали его дружелюбие, внимательность, доброту. Если не считать плановых дерзких налетов на противника в джунглях Юго-Восточной Азии, он абсолютно не проявлял склонности к необузданным варварским действиям и мести. Во Вьетнаме в его служебных аттестациях неоднократно подчеркивалось, что он с уважением относился к вьетнамскому народу, принимал близко к сердцу страдания детей этой истерзанной страны, внушал своим товарищам чувство нерушимой дружбы и безграничной преданности.

Начальство относилось к нему с уважением и восхищением.

Противник, которому он был известен только под кличкой «Палач», боялся и ненавидел его. Командование вьетконговцев даже пообещало награду тому, кто убьет его или возьмет в плен.

Военные медики и местные жители независимо друг от друга прозвали его Сержант Милосердие в знак признания его неустанной заботы о вьетнамцах – жертвах жестокой кровопролитной войны.

Эксперты психологической службы армии США, обследовавшие сержанта Болана, нарисовали портрет солдата, умеющего управлять собой, хладнокровного и обладающего «высокоразвитым чувством нравственности». Именно такие качества считались необходимыми для военнослужащих, входивших в специальные группы охотников. В основном эти разведгруппы комплектовались из людей незаурядных умственных способностей, умеющих действовать самостоятельно, обладающих выдающимися боевыми качествами и большим опытом, способных не только выжить в одиночку на территории противника, но и вести эффективные боевые действия без поддержки тыловых частей.

Сержант Болан считался поистине идеальным исполнителем-"палачом". Это была его специальность, его ремесло, его предназначение. На его снайперском счету числилось девяносто пять высокопоставленных военных и гражданских чиновников противника.

Даже в такой непопулярной и «аморальной» войне Мак Болан, тем не менее, никогда не пытался переложить на других ответственность за свою «специальность» или оправдаться перед кем бы то ни было, включая прессу и военных историков. Мак просто объяснял им, что не он выбрал эту войну, а она выбрала его. Он не просил выдать ему лицензию на убийство, его обучили и дали приказ делать это. Он боролся не против людей, а за идеалы.

Каким же должен быть человек, продолжающий выполнять свою миссию несмотря на непреодолимые препятствия?

Вероятно таким, кто, говоря метафорически, способен возложить свою жизнь, личность, смысл своего существования на алтарь служения высокому долгу. Как человек, Мак Болан давно умер в Питтсфилде, у могилы матери, отца и младшей сестры. Он вернулся домой не как победивший герой, а как скорбящий солдат, получивший горестный отпуск лишь для того, чтобы похоронить горячо любимых им людей.

Сэм и Эльза Боланы, а также их дочь Синди стали жертвами войны на внутреннем фронте Америки. Они пали жертвой тирании – тирании «невидимого второго правительства Америки», известного всем под коротким и страшным названием – мафия.

После этого «специалист» перенес свою войну на новый фронт. Из тропических джунглей Индокитая Палач переместился в каменные джунгли Америки.

Он развязал новую войну.

– Я намерен смести их с лица земли, – заявил одинокий воин, обученный сражаться в одиночку. – Я уничтожу мафию.

Так каким же должен быть такой человек?

Таким, как Болан.




Глава 1


Болан был одет в черный комбинезон, сшитый по образцу обмундирования парашютиста-десантника. Висевший на шее пистолет-пулемет – главное его вооружение – Мак надежно закрепил для прыжка, а здоровенный автоматический пистолет – «отомаг» 44-го калибра – покоился в кобуре на правом бедре. Ремни, опоясывавшие его грудь под парашютной «сбруей», украшал целый арсенал смертоносных боеприпасов. Но все это вооружение предполагалось использовать, если события будут развиваться не по плану. А план Болана состоял в проведении бескровной «мягкой» разведки, поэтому в его снаряжении было и парализующее оружие «мягкого контакта». Огнестрельное же предназначалось только для нанесения сокрушительного удара в случае крайней необходимости.

За штурвалом легкого спортивного самолета «Сессна» сидел его старый боевой друг Джек Гримальди.

До этого они перекинулись только парой фраз, имевших отношение к выполнению предстоящей задачи.

Гримальди откашлялся и прокричал:

– Разворачиваюсь против ветра. Высота – четыре тысячи футов. Проверь курс!

Болан по пояс высунулся из открытой двери салона, затем повернул выкрашенное черной камуфляжной краской лицо в сторону кабины и крикнул в ответ:

– Поправка пять градусов на правый борт!

Пилот внес необходимую поправку, мельком тянул через плечо на Мака и скомандовал:

– Проверь теперь! Новый курс – двести восемьдесят пять!

Они уже сбросили ветровой маркер – светящуюся в темноте нейлоновую ленту, – чтобы рассчитать снос от бокового ветра. Было почти два часа ночи. Ярко светила луна, временами проглядывавшая сквозь прорехи в облаках, плывших высоко в небе. Далеко внизу на уровне верхушек деревьев сгущалась тонкая пелена предутреннего тумана. Еще минут двадцать, и он окутает весь район, опустится на землю, и тогда сам черт ничего сквозь него не разглядит.

Целью Болана был небольшой остров в верхней части залива Пьюджет Саунд общей площадью менее пятидесяти акров, лежащий чуть в стороне от морских путей. Намеченный район выброски был еще меньше – комплекс строений шириной в сто и длиной в двести ярдов – закрытая зона, огороженная забором под высоким напряжением и охраняемая подвижными патрулями.

По данным разведки постоянная численность вооруженной охраны на острове оценивалась в тридцать человек. Они появились здесь недавно, как и сама закрытая зона. До самого последнего времени остров служил резиденцией одного миллионера-отшельника из Сиэтла, для которого выстроили небольшой современный особняк, несколько коттеджей для гостей, короткий пирс и лодочную станцию с двумя ангарами. Совершенно неожиданно права на владение островом перешли к незаметному подставному человеку мафии, на этом клочке суши появилась закрытая зона, вооруженные люди, и таинственная строительная бригада, прибывшая откуда-то издалека, начала круглосуточную работу по возведению нескольких новых сборных строений. Пирс был расширен, а на лодочной станции появился новый склад.

Практически мгновенно возник новый укрепленный район.

Добраться сюда можно было только на судне или вертолете, а для посещения требовалось получить разрешение на самом высоком уровне. По сведениям Болана, такие приглашения выдавали не в кабинетах администрации в Вашингтоне, а только в штаб-квартире мафии в Нью-Йорке – в «Коммиссионе».

Все это не могло не вызвать любопытства такого парня, как Мак Болан. Он настолько заинтересовался происходящими делами на острове, что решил прибегнуть к услугам Джека Гримальди и с его помощью пройти ускоренный курс прыжков с парашютом на точность.

Но прыгать ночью Болану еще не доводилось, и он высаживался на территорию врага, полагаясь только на свою уникальную боевую интуицию и ориентируясь по нескольким тусклым огням на крошечном пятачке, расположенном внизу, в четырех тысячах футов под крыльями «Сессны».

И теперь настал решающий момент.

Гримальди приставил руку ко рту и заорал:

– Пошел!

Болан ответил ему взглядом ледяных глаз и шагнул из люка в черную пустоту ночи.

Он стремительно пролетел две тысячи футов в свободном падении, паря с распростертыми руками и ногами, маневрируя, чтобы попасть в восходящий поток воздуха; пьянящий восторг, который он испытывал во время тренировочных прыжков, сменился сейчас суровой сосредоточенностью и решимостью выполнить свою задачу или умереть, усиливавшимися по мере того, как темные воды Пьюджет Саунда становились все ближе и ближе.

Огни цели мерцали далеко в стороне. Когда Болан потянул за кольцо, внизу он не видел ничего, кроме темного зеркала воды. Раскрывшийся парашют резко замедлил падение и плавно понес Мака к земле точно по направлению ветра. При обычных обстоятельствах небольшой, легко управляемый парашют из черного нейлона обеспечил бы ему снижение со скоростью около двенадцати миль в час. Но с тем грузом, который сейчас нес Болан, скорость, вероятно, достигала пятнадцати – восемнадцати миль в час.

Снизившись до высоты примерно в 500 футов, Мак пролетел по направлению ветра за дальний конец комплекса и лишь затем повернул против ветра для выполнения завершающей фазы приземления. Этот маневр позволил ему во время планирования рассмотреть с высоты птичьего полета все детали засекреченного объекта.

Главное здание стояло почти впритык к забору – от него до лодочной пристани было не менее 100 футов. Вокруг дома раскинулся тщательно ухоженный участок земли с крытыми пешеходными дорожками, ведущими к гостевым коттеджам, веером расположенным позади центрального здания. Полоса травы и кустов шириной примерно в пятьдесят ярдов отделяла коттеджи от новой строительной площадки – трех длинных сооружений из гофрированного металла, похожих на небольшие склады. Еще около тридцати ярдов за ними отводилось под газоны и цветники.

Угол сближения, выбранный Боланом, позволил ему пролететь вдоль береговой линии до самого объекта, повернуть назад и опуститься на запретной территории недалеко от ограды. Он приземлился на пятки и тут же завалился на бок, гася купол парашюта.

Через несколько секунд ему удалось подтянуть парашют, свернуть его в тугой узел и перебросить через забор. Порыв ветра подхватил ком черного нейлона, и тот покатился в темноту в сторону скал, обрывавшихся в море. Если повезет, он упадет в залив и его унесет в открытое море.

Болан бесшумно двинулся в противоположном направлении, умело используя для маскировки любую неровность рельефа и стараясь не выходить из плотного белесого тумана, стелющегося над землей. Он внимательно присматривался к ориентирам, на глазок прикидывая расстояние до объектов, время от времени останавливался, прислушиваясь к звукам ночи, и неуклонно приближался к тусклым внешним огням «складов».

За углом крайнего строения топтались два человека с автоматами в руках и нервно вглядывались в густой туман, клубящийся за комплексом складов. Когда Болан подобрался поближе, он услышал, как один из охранников настойчиво произнес:

– Говорю тебе, я что-то слышал там, сзади.

– Ну, так пойди и проверь, – с легким сарказмом ответил другой.

– А-а, ладно! Наверняка, это просто чайки, – решил, сдаваясь, первый часовой.

– А если это охотники за гангстерами? Ты уж лучше иди и проверь.

– Иди к черту, – хихикнув, ответил охранник и торопливо перекрестился.

А тем временем Болан обходил их с фланга, приближаясь с другой стороны на дальность стрельбы «кроссмана» – пневматического пистолета, стрелявшего миниатюрными парализующими стрелками. В данный момент Мак собирал разведданные и не хотел оставлять после себя никаких улик, даже намека на свой визит. Маленькие, пропитанные парализующим снадобьем стрелки немедленно сбивали с ног, вызывали состояние опьянения и оцепеняющий сумеречный сон на несколько часов, оставлявший лишь ощущение похмелья, как после хорошей дозы спиртного.

Самым главным было подобраться к охранникам как можно ближе, оставаясь незамеченным, и «накачать» их обоих прежде, чем они разберутся, что к чему.

И это ему удалось: в течение секунды маленькие стрелки укололи каждого часового в шею, чуть пониже уха. Они одновременно качнулись назад, руки их рефлекторно схватились за шеи и оба охранника, бессильно привалившись к стене сооружения, соскользнули на землю.

Когда Болан вытаскивал стрелы, один из них что-то пьяно бормотал и поглаживал приклад своего автомата. Он, конечно же, видел Болана, но в его затуманенных глазах не было и проблеска понимания того, что с ним происходило. Если он и вспомнит после расплывчатый образ человека в черном, склонившегося над ним, то подумает, что ему привиделся фантасмагорический сон.

Болан двинулся дальше, нашел еще двух охранников, поодиночке патрулировавших соседний участок, и также нейтрализовал их обоих.

Проникнув в дом, Мак обнаружил сторожа, одиноко коротавшего время на кухне в компании с упаковкой из шести банок пива «Хэмм» и с мягко мурлыкающим транзистором, и столь же тихо погрузил его в сладкий сон, как и остальных мафиози.

Быстрый осмотр дома не принес никаких сюрпризов. Других обитателей в нем



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация