А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


настоящий мужчина, совершенно лишенный чувства жалости.

– Я знаю тебя, Диана. Я все о тебе знаю. Я наслушался до тошноты, какая ты обаятельная, какая ты красивая, что ты любишь, чего ты не любишь, как ты любишь себя, себя, себя…

– Нет!

– Я видел, как у меня на глазах погибает человек, как он теряет уверенность в себе, чувство собственного достоинства, само желание жить, когда говорит о твоих потребностях, желаниях, успехе. О, твое себялюбие, вернее, твой искаженный образ, твое разрушительное потакание своим бесконечным желаниям, которые надо удовлетворять любой ценой!

Сара решительно ничего не понимала.

– Вы… вы видели, как на ваших глазах погибает человек… – неуверенно прошептала она, и тут он с проклятием сорвал с себя очки, прятавшие его глаза, и она увидела светло-карие, цвета янтаря глаза, горевшие недобрым огнем. – Да, – сказал он, а Сара стояла, пристально глядя на него, и постепенно до нее доходило, что он не слепой. А почему бы и нет? Ведь это вовсе не Адам Трегоуэр, поняла она наконец. Да, есть сходство, черты лица общие, и неудивительно, что в полутьме она приняла его за Адама. Но лицо этого мужчины было жестче, выразительнее и моложе. Наверное, родственник, но не муж Дианы.

– Вы… вы не… – проговорила она запинаясь и удивилась, что не почувствовала никакого облегчения, а он кивнул.

– Да, я не Адам, – согласился он. – Я Майкл Трегоуэр. Адам – мой брат.




Глава 2


– У тебя такой удивленный вид, – сказал он через некоторое время, а Сара все смотрела на него неверящими глазами. – Разве ты не знала, что у Адама был брат? Впрочем, наверное, не знала. Ничего удивительного. Трегоуэры предпочитали делать вид, что меня нет.

Сара облизнула пересохшие губы.

– У Адама никогда не было никакого брата, – заявила она тихо, но твердо. – Я знаю. Ди… Диана мне говорила.

– Неужели? – Он явно не верил последней части высказывания. – Ну что же, мне жаль, что я расстроил тебя, но ничего не поделаешь. У Адама был брат, во всяком случае, единокровный. Его… наш отец был не прочь разбросать семена по белу свету.

– Вы хотите сказать, что… что вы…

– Что я ублюдок? Вот именно. Ублюдок по рождению и по натуре, как водишь.

– Послушайте, – Сара отчаянно пыталась найти слова, чтобы все объяснить. – Мне безразлично, кто вы и зачем вы здесь. И еще более безразлично, что вы думаете о Диане и… и как она относилась к вашему брату. Но я еще раз говорю, что… что я не она. Меня… меня зовут Сара Форчун, как я уже говорила…

– Ради Бога, не надо спектакля! – Майкл Трегоуэр сунул руку в карман и вытащил коробку с тонкими сигарами, зажал одну зубами и поискал зажигалку. – Мы оба прекрасно знаем, кто ты и почему здесь…

– Нет. Нет, вы не знаете…

– Умоляю, смени репертуар.

– Господин Трегоуэр! Пожалуйста, выслушайте меня! – Сара непроизвольно шагнула вперед, и он тут же вытянул руку и схватил ее за запястье, больно сжав пальцами вены.

– Ну уж нет, – сказал он. – Это ты меня послушай. Адам умер. Ты что, не поняла?

– Нет!

– Да. – Майкл приблизил к ней свое смуглое лицо, и Сара почувствовала запах виски. – Умер, ясно тебе? Он покончил с собой. И ни я, и никто не смог ничего сделать.

– Нет!

Сара отчаянно трясла головой, он все не отпускал ее руку, и она занемела. Глядя в мстительное лицо Майкла Трегоуэра, Сара вдруг с ужасом подумала, что он может ее убить. Вот почему он посылал за Дианой, вот почему угрожал ей чем-то, что могло бы заставить ее сюда приехать. Только она не приехала. Вместо этого она прислала Сару, надеясь, что слепой муж, с которым она не виделась семь лет, не заметит подмены. И ее план мог бы сработать, тем более что Сара невольно сочувствовала человеку, которого она считала мужем Дианы. Непонятно, зачем он просил жену приехать, но Диана рассчитывала, что приезд Сары сорвет его планы; Сара не могла себе даже представить, что Диана будет ей говорить в свое оправдание.

– Я повторяю, я не Диана Трегоуэр! – закричала она, и в голосе ее звучал страх. – Это какая-то ошибка!

– Нет, Диана. Это твоя ошибка, что ты приехала, – заявил он, насмешливо улыбаясь. – Что же ты, Диана? Я был о тебе лучшего мнения. Неужели тебя так напугала моя записка? Так напугала, что ты специально одна сюда приехала?

– Так это вы посылали за Дианой? – выдохнула Сара, тщетно пытаясь освободиться, но он был безжалостен.

– Разумеется, – ответил он. – Я ведь уже говорил – Адама больше нет.

Он умер три недели назад. И все это время я думал только о том, с каким наслаждением придушу тебя!

У Сары участилось дыхание, в ушах гулко стучало сердце. Наверное, подскочило давление, мелькнуло у нее в голове, хотя в этот момент она и думать позабыла о своем здоровье. У нее возникло ощущение, что все куда-то поплыло, и она, хотя и пыталась побороть накатившую волну слабости, провалилась в спасительную темноту обморока.

Очнулась она в какой-то другой комнате, на покрытом чехлом диване. Наверное, приемная или гостиная, догадалась она; в комнате были еще диваны и кресла, тоже в чехлах, в проеме у окна стоял рояль.

Голова уже не так кружилась, и она приподнялась на локте, когда в комнату вошел Майкл Трегоуэр со стаканом воды. Сейчас он казался более бледным, но глаза были по-прежнему суровы. Он подошел к ней, она откинулась на подушки, и сердце у нее опять тревожно забилось при виде ледяного выражения его лица.

– С тобой все в порядке? – спросил он, но это было скорее обвинение, чем вопрос.

– Что… что случилось? – спросила она, пытаясь выиграть время, и он нахмурился.

– По-видимому, я так хорошо тебя напугал, что ты упала в обморок, – сказал он презрительно, протянул ей стакан и, когда она отказалась, поставил его на каминную полку. – Или это тоже игра? Если так, то ты актриса еще лучше, чем я думал.

Сара неуверенно спустила ноги с дивана и села. В бессердечности он не уступает Диане, подумала она, решив, что они друг друга стоят. Но потом она вспомнила, каким убийственным блеском горели его глаза, когда он говорил о жене брата, и решила не поддаваться чувству мелкой мести. И все-таки это чудовищно, думала Сара, что Диана послала ее сюда, прекрасно зная, как ей вредно волноваться.

– Пожалуй, нам пора перекусить, – сказал Майкл Трегоуэр, и Сара обомлела от изумления.

– Перекусить?

– Почему бы и нет? Миссис Пенуорти оставила нам в столовой кое-что поесть. Впереди ночь, нам не помешает подкрепиться.

Сара беспомощно покачала головой, не в силах оторвать от него глаз. Сколько ему лет, думала она. Тридцать два? Тридцать три? Он женат? Или не рискнул, глядя на опыт брата? Как бы то ни было, он явно не мальчик, и его замечание про ночь впереди наполнило ее тревогой. Она должна как-то разрешить эту неприятную ситуацию, пока ничего не произошло, и, поднявшись нетвердо на ноги, Сара спросила:

– А где моя сумка?

– Твоя сумка? – Майкл Трегоуэр засунул руки в карманы узких молескиновых брюк, подчеркивавших его мощные бедра, и Сара с отвращением подумала, что, окажись на ее месте Диана, она бы не пришла в ужас от перспективы провести с ним ночь. – А зачем тебе сумка? Ты ведь никуда не едешь.

Сара подняла голову.

– Где моя сумка? – повторила она, и он, мрачно взглянув на ее решительное лицо, быстро вышел из комнаты.

Она хотела было бежать к входной двери, пока он ищет сумку, но, вспомнив, что ключи в сумке, поняла, что это бесполезно. Сара на деревянных ногах подошла к двери в холл и выглянула.

Он уже выходил из библиотеки с ее сумкой в руках и с весьма равнодушным видом рылся в ней.

– Как… как вы смеете? – выдохнула она, когда он наконец сунул ей сумку, а он поморщился и сказал насмешливым тоном:

– Я подумал, вдруг у тебя там пистолет, дорогая сестра.

Сара приоткрыла рот от такой наглости. Он взглянул на нее, и на его лице вдруг промелькнуло странное выражение; как бы невольно он протянул руку и коснулся ее щеки. Она отшатнулась, но он не обиделся, а насмешливо улыбнулся.

– Я не предполагал, – протянул он, – что у Адама такой отменный вкус. Неудивительно, что он так переживал, когда ты его бросила. На его месте я, пожалуй, поступил бы точно так же.

– Сомневаюсь. – Сара дрожала от негодования. Впервые в жизни она столкнулась с мужчиной, который так с ней обходился и так не уважал в ней женщину. Из-за ее слабого здоровья и чрезмерной заботы матери до появления Тони ее общение с противоположным полом было крайне ограниченно. Когда после смерти матери, год назад, она осталась совсем одна, случилось так, что Тони, не зная о ее болезни, стал встречаться с ней. Их отношения продолжались до тех пор, пока не вмешалась Диана. И сейчас реакция Сары на жест Майкла Трегоуэра была продиктована не только инстинктом, но и чувством.

Майкл Трегоуэр внимательно следил за ней.

– А впрочем, действительно, – сухо согласился он. – Ни одна женщина не стоит такой жертвы. Даже ты, Диана.

Стиснув зубы, Сара поискала в сумке и достала свои водительские права.

– Пожалуйста, – сказала она, протягивая их ему. – Я Сара Форчун. Вот мои водительские права.

Он спокойно взял права в пластиковой обложке и открыл их.

– Сара Форчун, – прочитал он, слегка приподняв темные брови. – Вест-Кенсингтон, Долфин-Корт, квартира три. Хм-м, очень интересно. А кто эта Сара Форчун? Твоя секретарша? Или Уилмера?

– Ланс Уилмер – двоюродный брат моего отца, – сердито бросила Сара. – Говорю вам, я Сара Форчун. Почему вы мне не верите?

Майкл Трегоуэр нахмурился.

– Неужели ты думаешь, что водительские права что-нибудь доказывают?

Диана, дорогая, по-моему, случись с тобой что, было бы трудно объяснить, как ты здесь оказалась. Люди в твоем положении часто путешествуют инкогнито, не так ли? Поэтому ты и присвоила имя мисс Форчун, кто бы она ни была.

Сара вздохнула.

– Вы когда-нибудь видели Диану? Встречались с ней? Я ничуть на нее не похожа.

– Стройная, блондинка, глаза зеленые, выглядит моложе своих лет… – пожал он плечами. – Все совпадает. Кроме того, – он грозно сжал губы, – у Адама в бумажнике была твоя фотография. Ты и есть Диана Трегоуэр. Я узнал бы это невинное личико где угодно!

Сара покачала головой, мучительно думая, что сказать.

– Но как же вы не понимаете? – нашлась наконец она. – Фотография у Ад… у вашего брата в бумажнике была сделана лет десять назад. Диана с тех пор изменилась. Она теперь старше. Где эта фотография? Покажите мне ее.

– У меня ее нет, – холодно заявил он. – Адам не выпускал ее из рук.

Когда он умер, ее похоронили вместе с ним.

– Вот как. – Сара почувствовала, словно у нее под ногами провалился пол. Но ей в голову пришла новая мысль. – Звоните, – сказала она. – Позвоните в Лондон. У меня есть номер телефона Дианы. Поговорите с ней. Убедитесь сами, что она там, а не здесь. У нее сейчас как раз представление. – Она нервно взглянула на часы на руке. – Звоните в театр. Надеюсь, хоть это вас убедит.

Он смотрел на нее из-под полуопущенных век.

– Откуда я знаю, может, ты договорилась с кем-нибудь в театре и там ждут моего звонка?

– Как я могла это сделать? – Сара была в отчаянии. – Откуда я могла знать, что так случится?

Он помрачнел.

– В моей записке, которую, как ты думала, написал Адам, было вполне ясно сказано: «Приезжай одна. Никому не говори, куда ты едешь».

Сара сглотнула.

– Ну… ну тогда, конечно, я не стала бы никому говорить…

Он явно колебался; она прижала палец к пульсу. Никаких волнений! вспомнилось вдруг ей. Господи Боже, да она за всю жизнь столько не волновалась, как за эти полчаса. Странно, но ее почему-то это не пугало. Никогда раньше она не ощущала, как играет адреналин в крови, и непонятное возбуждение словно опьяняло ее.

– Ну ладно, – сказал он наконец, когда она уже перестала надеяться, что он согласится позвонить. – Какой номер в театре? Я поговорю с ее менеджером.

Сара нацарапала номер на клочке бумаги и протянула ему. Надо было сделать вывод, что она не помнит на память, или хотя бы не так быстро писать номер, подумала она. Но теперь было уже поздно. Он шел через холл к зеленому телефонному аппарату, стоявшему на дубовом сундуке.

Он не сразу соединился с оператором в Торлевене, но вот Сара услышала приятный звонок в кабинете менеджера. Казалось, телефон звонит бесконечно долго, но наконец там подняли трубку, и она с замиранием сердца следила за Майклом Трегоуэром.

– Ее нет? – спросил он через секунду и, повернувшись к Саре, мрачно взглянул на нее. – Что? Заболела? Очень жаль… Вы не знаете, когда она будет? Я… гм… я ее знакомый, вернее, знакомый знакомого. Нет. Извините за беспокойство. Да, разумеется. До свидания.

Он опустил трубку, и Сара почувствовала, что у нее пересохло в горле.

Ей не надо было ничего говорить: она все поняла по его лицу.

– В театре паника, – ровным голосом сообщил он. – В последний момент пришлось поставить замену, публика требует назад деньги. Неожиданная болезнь, говорит твой агент. Они не знают, когда ты будешь в театре.

Сара беспомощно покачала головой.

– Диана… наверное, Диана все так подстроила, – сказала она, еще сомневаясь. – Наверное, она предполагала, что я попытаюсь связаться с ней…

– Ну хватит. – По его тону было ясно, что он раздражен. – Тебе не кажется, что игра слишком затянулась? Как же я сразу не догадался, еще когда ты упала в обморок, что



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация