А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Белая ворона
Моника Айронс


Обстоятельства вынуждают Синти Донелли покинуть Нью-Йорк и отправиться в качестве компаньонки молодой девушки на Сардинию, с которой у нее связано множество неприятных и даже трагических воспоминаний. Некогда Синти испытала здесь разочарование в любви, виной чему стал разоривший ее проходимец-муж. Полная мрачных предчувствий, она поселяется в роскошном замке своего работодателя, виконта Феличе де Бальцано. Хозяин дома сразу дает понять, что здесь не Америка с ее свободами и женской эмансипацией. Однако Синти не собирается мириться с парящим здесь средневековым укладом и изо всех сил сопротивляется ему…





Моника Айронс

Белая ворона





1


Собор утопал в цветах. Пестрые букеты украшали его и внутри и снаружи. Прохожие невольно замедляли шаг, с любопытством оглядывая пышное убранство. У ступеней храма собралась небольшая толпа зевак.

– Сегодня крестят наследника синьора Феличе! – сообщали доброхоты всем желающим оказаться в курсе событий, после чего на лицах неизменно появлялись улыбки.

В храме только что завершилась церемония; родственники и друзья счастливых родителей встали со своих мест.

Падре Витторио погладил пальцем щечку младенца.

– Пусть Господь благословит чадо свое! Чудный малыш. Надеюсь, судьба будет к нему благосклонна. А уж в том, что родители обожают своего отпрыска, грех даже сомневаться. Думаю, сие дитя – главное ваше сокровище, синьор Феличе, верно?

Виконт Феличе де Бальцано взглянул через головку ребенка на свою жену. Он мог бы поправить доброго падре, сказав, что на самом деле у него два сокровища. Да только о втором ему не хотелось говорить ни с кем.

Жена улыбнулась Феличе.

– Ну, разве не чудо? Мы были вдвоем, а сейчас нас трое!

– Да, дорогая. Обыкновенное житейское чудо: жизнь породила новую жизнь. – Виконт наклонился и поцеловал малыша в макушку.

Супруга нежно погладила Феличе по щеке, закончив движение на личике спокойно грызущего кулачок младенца.

– Поедем-ка домой, – негромко произнесла она. – Жизнь только начинается…

Молодая мать посмотрела на изваяние Мадонны, и ее взгляд затуманился под воздействием наплыва воспоминаний.

– Могла ли я ожидать подобного счастья? – подумала она, не веря до конца, что все это действительно происходит с ней…



Погожим июньским утром Анабелла и Синти спорили, сидя в кафе за завтраком.

– Не хочу я идти в музей! – капризно скривила коралловые губки Анабелла. – Чего я там не видала? Очень интересно разглядывать пыльные экспонаты!

– Что ты, в музее действует ультрасовременная система очистки воздуха, – улыбнулась Синти наивности своей подопечной. – Никакой пыли нет и в помине…

– Все равно не хочу. Как представлю, что придется полдня бродить по залам, просто тоска берет. Это же скука смертная!

– Напрасно ты так говоришь. Это часть твоего общего образования. Кроме того, тебе прекрасно известно, что программу пребывания в Нью-Йорке разработал твой будущий муж.

Анабелла нетерпеливо хлопнула ладошкой по столу.

– Я итальянка, Феличе тоже. Спрашивается, зачем мне нуждаться в американском образовании?

– Зачем мне американское образование, – терпеливо поправила ее Синти.

– Вот именно, зачем?

– По той самой причине, по которой тебе необходимо французское образование. Ты должна стать всесторонне развитой дамой, способной без труда поддерживать беседу с гостями во время официальных приемов.

И прежде чем Анабелла, по своему обыкновению, успела разразиться возмущенной тирадой на итальянском, Синти придвинула к ней тарелку с куском черничного пирога и чашку кофе.

– Ешь!

Подобным тоном Синти могла бы разговаривать с непослушным щенком. Юная итальянка была очаровательна, но непосредственность и естественность се реакций утомляли. Синти уже с нетерпением ждала того момента, когда Анабеллу увезут на родину, а сама она наконец-то выйдет из состояния постоянного нервного напряжения.

Последние два месяца Синти занималась тем, что совершенствовала английский Анабеллы и разделяла обязанности сопровождающего лица с теткой девушки, синьорой Марией. Обе итальянки жили в дорогом нью-йоркском отеле – все благодаря щедрости Феличе де Бальцано, который также оплачивал услуги Синти.

Сам виконт последний раз виделся с невестой около полугода назад во время краткого визита в Париж, предпринятого в основном ради проверки успехов Анабеллы в области изучения французского языка.

Как правило, текущие решения принимала синьора Мария. Именно она нанимала местных преподавателей, отчитывалась перед Феличе и всячески претворяла в жизнь его пожелания.

В настоящее время синьор де Бальцано находился в Вашингтоне, его прибытие в Нью-Йорк ожидалось на следующей неделе. После чего Анабелла в обществе жениха должна отбыть в Италию для подготовки к бракосочетанию.

Впрочем, возможно, у виконта вообще не окажется времени для посещения Нью-Йорка. В подобном случае синьора Мария и Анабелла отправятся в путь одни.

Сколько Синти ни размышляла, ей так и не удалось понять, чем руководствовался Феличе де Бальцано в выборе невесты. Анабелла совершенно неподходящая для него партия. У девчонки ветер гуляет в голове. Вдобавок юная невеста помешана на тряпках, модных шлягерах и париях. Даже обладай самым богатым воображением, трудно представить Анабеллу рядом с человеком, заседающим в региональном правительстве Сардинии.

Языки она учит вполсилы. Английским кое-как овладела благодаря пристрастию к американским фильмам, однако с французским дела обстоят плачевно, а тот, кто учил ее немецкому, лишь напрасно потратил время.

И все-таки Анабелла нравится Синти. Несмотря на множество недостатков, девушка была доброй искренней и даже забавной. Ей бы в мужья молодого парня, которого очаровала бы ее красота и веселый прав и кто совершенно не сетовал бы на отсутствие у юной жены высокого интеллекта. Вместо этого она скоро окажется запертой, словно в тюрьме, вступив в брак с человеком среднего возраста.

– Не переживай, – сказала Синти, когда Анабелла покончила с пирогом, – вечером мы пойдем в кино.

– Правда? – мгновенно загорелась молоденькая итальянка. – Какой фильм?

– «Спартак». В главной роли Керк Дуглас.

Уголки губ Анабеллы разочарованно опустились.

– Ну вот! Снова историческая драма…

– Твой будущий муж настоятельно рекомендует тебе посмотреть этот фильм. Ведь ты же не станешь изучать историю по специальной литературе?

– Нет, конечно! – фыркнула Анабелла.

Синти вздохнула.

– Хорошо, чего бы ты хотела?

– Умереть! – с пафосом произнесла девушка.

Синти поморщилась.

– Только давай без глупостей.

– А что? Через несколько недель с моей жизнью все равно будет покончено. Я стану степенной женой пожилого супруга, и каждый год у меня будет рождаться по ребенку.

– Разве виконт де Бальцано пожилой?

Анабелла пожала плечами.

– Наверное, его следует назвать человеком среднего возраста, но мне от этого не легче.

– У тебя точно нет его фотографии?

– Достаточно уже того, что мне придется выйти за Феличе замуж. Зачем мне еще таскать за собой его фото?

– С собой, – поправила ее Синти. – Ведь я тебя учила…

– Ладно, с собой. Не в этом дело. Может, Феличе выглядит достаточно молодо, но он старый здесь! – Анабелла постучала пальцем по собственному лбу, а затем по груди, в области сердца. – Вот в чем проблема.

Синти понимающе кивнула. Ей ли не знать, что внешне человек может казаться одним, а внутренне быть чем-то совершенно противоположным! Четырехлетний брак научил ее этому. Сначала ощущение ослепительного счастья, а потом разочарование, неприятие и отчаяние.

Спеша скрыть внезапно возникшее нервное напряжение, она заказала себе вторую чашку кофе.

Вообще, сидящие за столиком Анабелла и Синти составляли довольно контрастную пару. Первая была полнокровной семнадцатилетней итальянской красавицей, темноволосой, с поблескивающими светло-карими глазами, нежной, сливочного оттенка кожей и великолепной фигурой. Однако не только это, а непосредственность и живость характера часто делали ее центром всеобщего внимания.

Синти была высокой, элегантной, с подчеркнуто спокойными манерами. Рядом с яркой Анабеллой ее можно было проглядеть. Тем не менее, в жилах Синти тоже текла частица итальянской крови. Ее дедом был Клементе Донелли, выходец из Неаполя. В свое время он без памяти влюбился и американку, вместе с другими соотечественниками совершавшую кругосветное плавание на большом пассажирском лайнере и на неделю, задержавшуюся с туристической группой в городе. Клементе последовал за своей избранницей до самой Америки и домой так больше и не вернулся.

От деда Синти унаследовала большие темные глаза, многим казавшиеся загадочными. Очень выразительные, они не слишком сочетались с внешностью англосаксонского типа. Вместе с тем в очертаниях ее рта сквозила чувственность. Ее Синти старательно скрывала, даже от себя самой, а присущее ей чувство юмора служило своеобразным оружием против окружающего мира. Когда-то, как ей нынче представлялось, очень давно, она часто смеялась. Сейчас же лишь иронично улыбалась, защищая свой внутренний мир от посягательств извне.

– Если ты так думаешь о своем женихе, тебе следует прямо поговорить с ним, – заметила Синти.

– Думаешь, Феличе отпустит меня, после того как столько времени и денег потратил на мое воспитание и образование? Вся моя жизнь находится под его неусыпным контролем. Меня обучают всему, что, по его мнению, должна знать женщина из хорошего дома – языкам, умению одеваться, сидеть за столом, ну, в общем, вести себя, как подобает важной синьоре. – Анабелла горько вздохнула. – У меня нет никакой личной свободы, потому что Феличе организует буквально все. В Лондоне, Париже и Нью-Йорке я живу в отелях, которые выбирает он, и делаю то, что мне велят. А ведь здесь столько интересного, американцы совершенно не похожи на нас…

– Не потому ли ты флиртуешь с коридорным в отеле?

Анабелла хихикнула.

– По-моему, это самый симпатичный парень, которого я когда-либо видела!

– Но ты уже практически замужняя женщина.

Девушка погрустнела.

– Верно. И мой жених желает, чтобы я смотрела исторический фильм, в то время как здесь существует Бродвей с его знаменитыми театрами. Почему бы нам не сходить на какую-нибудь веселую пьеску? Разве это не является частью моего американского образования? Так нет же! Я должна смотреть на восстание рабов под предводительством Спартака! – Ноздри Анабеллы гневно раздулись. – Принесите мне миндальное пирожное, пожалуйста! – Последняя фраза предназначалась проходившей мимо официантке.

Та быстро выполнила заказ, и юная итальянка принялась заедать сладким неприятности жизни.

– Вдобавок рядом постоянно находится Мария, – откусывая кусочек пирожного, добавила она. – Шпионит за мной!

– Пожалуй, здесь ты не права, – возразила Синти. – Синьора Мария очень добра к тебе. Уверена, ты, ей правишься.

Анабелла на мгновение задумалась.

– В общем-то, она мне тоже. Однако я рада, что сегодня вечером мы сможем выйти в город без Марии. Безусловно, она желает мне добра, но, будучи бедной родственницей, смотрит на Феличе, как на Бога. – Девушка состроила постную мину и произнесла, подражая синьоре Марии:

– Жена виконта де Бальцано никогда не поступила бы так-то и так-то. Напротив, она сделала бы вот эдак. – Анабелла сверкнула глазами. – В один прекрасный день отвечу ей, что жена виконта де Бальцано вольна, делать нее, что хочет, и я буду поступать по-своему!

– Правильно, – кивнула Синти. – Скажи жениху, что свадьба отменяется.

– Ох, если бы у меня хватило на это духу! Знаешь, Синти, мне бы очень хотелось быть такой, как ты. Тебе достало мужества последовать велению сердца и выйти замуж за человека, которого ты любила.

– Все это быльем поросло, – быстро произнесла Синти. Острое любопытство, проявляемое Анабеллой к ее браку, вызывало у нее лишь чувство раздражения. Спеша сменить тему разговора, она сказала:

– Поедем в музей, иначе вечером у нас останется мало времени до фильма.

Синти жестом подозвала официантку. После того как они расплатились, Анабелла с обреченным видом встала из-за стола и поплелась к выходу следом за своей учительницей английского.

В музее юная итальянка столь старательно изображала скуку, что Синти сжалилась над ней и вдвое сократила время осмотра экспонатов.

– Ну, наконец-то! – облегченно вздохнула Анабелла, выходя на свежий воздух. – С музеем покончено, и мы еще успеем пройтись по магазинам и подобрать для тебя вечернее платье.

Анабелла пользовалась любым предлогом, позволявшим щегольнуть в каком-нибудь изысканном наряде, которых у нее было немалое количество. Например, сегодня она собиралась облачиться в узкое фиолетовое платье и надеть жемчужное колье. Увидев это украшение вчера, Синти заметила, что оно больше подошло бы даме среднего возраста, однако Анабелла пропустила ее слова мимо ушей. Она выглядела превосходно и потому не склонна была придавать значение мелким деталям. В свою очередь молоденькая итальянка намекнула, что Синти тоже неплохо бы приодеться.

Это и послужило поводом для их нынешнего похода по магазинам. Синти предпочитала сдержанный стиль, однако Анабелла неизменно подвергала критике каждый выбранный ею наряд. В очередном бутике она заставила Синти примерить черное шелковое платье для коктейля, которое обтянуло ее женственную фигуру как вторая кожа.

– По-моему, вырез спереди слишком глубокий, – в сомнении произнесла Синти, глядя на себя в зеркало.

– Ну и что? – уверенно возразила Анабелла. – У тебя красивая грудь, ты не должна ее скрывать.

Синти поневоле вынуждена была признать, что платье, будто нарочно шилось для нее. Поэтому она купила его, приобретя вдобавок черный шифоновый шарф, который можно было накинуть на плечи.

Затем они сели в такси и отправились в гостиницу. По дороге Анабелла с такой тоской глядела из окошка на то и дело, попадающиеся театральные афиши, что Синти – возможно, под воздействием сделанной только что покупки – неожиданно для себя самой спросила:

– Что тебе хотелось бы посмотреть?

– «Грешки покроет мрак ночной», – тотчас откликнулась девушка. – Я прочла в газете, что это очень фривольный спектакль с множеством откровенных сцен, поэтому у меня сразу возникло желание побывать на нем!

Синти в притворном ужасе закатила глаза.

– Разве жене виконта де Бальцано пристало присутствовать на подобных зрелищах?

– Нет, разумеется, – жизнерадостно улыбнулась Анабелла. – Поэтому мы обязательно должны увидеть эту пьесу! А, Синти? Ну, пожалуйста!

– Ладно, уж, что с тобой поделаешь…

Мария тяжело пошевелилась на постели, пытаясь поудобнее устроить грузное тело, чтобы утихла боль под ложечкой. Она посмотрела на часы, желая узнать, скоро ли вернутся Синти и Анабелла, но оказалось, что после их ухода прошло всего минут сорок.

Неожиданно какой-то шум заставил Марию напрячься. Звук донесся из гостиной большого шикарного номера, который пожилая синьора делила с Анабеллой. Несомненно, кто-то проник внутрь и сейчас осматривается.

Собрав все свое мужество, Мария поднялась с кровати, завернула в полотенце тяжелую хрустальную пепельницу и



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация