А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


и в самом деле поможет ей? Усевшись поудобнее, она наклонилась вперед.

– Думаю, сначала нужно назначить день встречи, а потом сообщить его всем девочкам.

Мисс Тейлор кивнула.

– Я, наверное, смогу разыскать для тебя их адреса.

«Слава Богу! – с облегчением вздохнула Джесс. – Она решилась мне помочь».

– А теперь самое трудное, – поспешно проговорила она. – Найти детей. Документы находятся в архиве и на руки их не выдают.

Мисс Тейлор взяла из пачки очередную сигарету.

– Значит, что бы я ни сказала, ты не изменишь своего решения?

Перед Джесс возник образ Мауры, испуганной, но решившейся на отчаянный поступок – оставить ребенка у себя, чего в свое время была лишена сама Джесс.

– Не изменю, – ответила она.

Мисс Тейлор закурила сигарету и жадно затянулась.

Кончик сигареты тут же стал красным. Затем, вынув сигарету своими желтыми от никотина пальцами изо рта, со вздохом проговорила:

– Сейчас из архива можно получить любые документы. Кроме того, к Ларчвуду это не относится.

Джесс почувствовала холод в животе.

– Что вы имеете в виду?

– Видишь ли, хоть мы и были государственным учреждением, усыновление считалось нашим частным делом. Все дела в приюте я вела по своему усмотрению. Именно потому Ларчвуд так привлекал самостоятельных людей. – Она еще раз глубоко затянулась и закашлялась. – Я сохранила фамилии и адреса приемных родителей – это все, что я могла сделать для своих девочек.

Джесс благодарно взглянула на пожилую женщину и подумала, что на земле осталось не так уж много людей, способных на бескорыстную любовь. Она коснулась руки мисс Тейлор.

– Когда начнем?




Глава вторая

Среда, 15 сентября

СЬЮЗЕН


Дом родителей Сьюзен располагался на Палм-Бич, не в самом живописном месте: ни прибрежные волны океана, ни песчаные пляжи не были видны. Приходилось довольствоваться лишь видом постоянно снующих шикарных яхт миллионеров, на носу которых обычно лежали загорелые молодые особы, облаченные в бикини, а по палубам прохаживались накачанные юноши с выгоревшими на солнце волосами и подзорными трубами в руках.

– Не жизнь, а сказка, – пробурчала Фрида Левин, указывая пальцем в сторону воды. – Лежишь-полеживаешь на солнышке да греешь свои молодые косточки. Ни забот тебе, ни хлопот…

– Что-то не припомню, чтобы ты когда-нибудь занималась в таком возрасте ничегонеделанием, – подхватил ее муж, срезая с гибискуса[1 - Гибискус – вечнозеленый декоративный кустарник.] желтые цветы.

– Я-то нет, – сказала Фрида, надвигая на глаза зеленый пластиковый козырек летней кепочки. – А вот наша Сьюзен…

– Ну что тебя не устраивает, мама?

Сьюзен, повернувшись в шезлонге, взглянула на мать.

Уму непостижимо! Старухе семьдесят пять лет, а она все вмешивается в ее жизнь. Давно пора прекратить!

– Не груби матери! – взорвалась Фрида.

Сьюзен, откинувшись на спинку кресла, закрыла глаза, наслаждаясь блаженным теплом. Слава Богу, завтра она возвращается в Вермонт.

– Разве я виновата, что желаю вам только добра! Ведь правда, Джозеф?

Отец Сьюзен, срезав еще один цветок, хмыкнул в ответ.

– А ты что творишь! Бросила своего мужа, такого замечательного человека…

– Мама, это же было сто лет назад!

– Сто, двести… Какая разница! Ведь ты ушла от него! А теперь он – глава семьи. А что есть у тебя? Чего ты добилась в жизни? Работаешь на этой дурацкой кафедре в каком-то захолустном городишке, получаешь гроши…

– Я люблю свою работу, мама. И у меня есть Марк.

– Ах, Марк! Шестнадцатилетний мальчишка, которому нет дела до твоих проблем! Ты когда-нибудь думала о том, что с ним станет? Запихнула ребенка в этот Вермонт, какую-то Богом забытую дыру!

Сьюзен хотела было сказать, что Вермонт – прекрасный город, но промолчала. Иногда брюзжание матери выводило ее из себя. Впрочем, не иногда, а всегда! Она удобнее устроилась в шезлонге, натянув поплотнее купальник. Он сильно врезался в тело, оставляя глубокие красные полоски. Ничего не поделаешь, годы… Сорок шесть уже, вот и располнела не в меру, что бросается в глаза.

– У него будет все в порядке, – буркнула она и, отвернувшись от матери, взяла с железного столика еженедельник «Палм-Бич ревю», публиковавший разные пикантные истории из жизни знати.

Фрида обычно прочитывала его полностью, сопровождая каждую строчку пространным комментарием.

Журнал раскрылся на странице с фотографией Теда Кеннеди и его очаровательной молоденькой жены. Сьюзен подумала о Джеке Кеннеди, о Бобби. Может, жизнь Теда не была бы такой суматошной, если бы тот не погиб, кто знает.

Рядом шумно вздохнула Фрида.

– Когда ты последний раз видела Лей Левин?

Когда мать хотела завладеть вниманием Сьюзен, она всегда начинала разговор о бабушке. Как правило, это срабатывало.

– Я возила к ней Марка четвертого июля, на День независимости.

– Но это же было два месяца назад!

– Не могу же я постоянно таскать мальчика по лечебницам!

– Но бабушка не в лечебнице, а в пансионате для пожилых людей. Ты могла бы и одна к ней съездить.

Мать, конечно, права. Бабушка – Сьюзен до сих пор звала ее «бабуля» – заслуживала со стороны внучки лучшего отношения.

– Она ведь живет в Нью-Йорке, мама, а я в Вермонте, в пяти часах езды.

– Но ведь она у тебя единственная бабушка. Самое малое, что ты можешь для нее сделать, навещать почаще. Я уговаривала ее поселиться с нами, во Флориде, но она отказалась. Правда, Джозеф?

Отец Сьюзен кивнул, нахмурив брови, и скрылся за углом дома с садовыми ножницами в руках.

«Вот и бабуле досталось», – подумала Сьюзен.

– Ты ведь знаешь, у нее артрит, – попыталась защитить она бабушку. – Кроме того, она не переносит жару, в Нью-Йорке у нее полно друзей.

– Если бы ты почаще навещала ее, она чувствовала бы, что у нее есть еще и семья.

Сьюзен чуть не закричала и снова бросила взгляд на фотографию Кеннеди. О какой семье может идти речь…

Фрида глянула на часы.

– Скоро обед, – проговорила она.

– Я, кажется, слышал слово «обед»?

– Иди-ка сюда, мой мальчик, – проговорила Фрида, предлагая внуку место в шезлонге рядом с собой. – Сядь рядом с бабушкой и расскажи, чем ты занимался все утро.

Сьюзен смотрела, как сын вприпрыжку пронесся по двору. Он был уже на полголовы выше ее, а она была не маленького роста. Слава Богу, не такой коротышка, как отец. И пока что не выказывает склонности к ожирению, свойственной его родителям.

– Папа звонил, – сообщил он, усевшись рядом с Фридой.

– Он был по делам в Лодердейле и сегодня вечером возвращается в Нью-Йорк, но до отъезда хочет со мной где-нибудь поужинать. Можно, мам?

Сьюзен хотела запретить, но тут вмешалась Фрида:

– Как это «где-нибудь»? Это что за новости? Если отец в городе, он будет ужинать здесь, с нами. Его ждет любимая жареная курочка, запеканка из лапши и хала. Правда, праздник будет завтра, но если уж твоя дорогая мамуля решила уехать, когда все нормальные люди сидят за столом…

– Мама…

Фрида повернулась к дочери и погрозила ей пальцем.

– Ты, конечно, можешь жить по-своему, но в моем доме все будет так, как скажу я. И хотя Лоренс Броски – твой бывший муж, для нас он всегда желанный гость. Он – отец моего внука, и мы будем отмечать праздник все вместе, как это делается в любой добропорядочной семье.

Повернувшись к Марку, она потрепала его по волосам.

– Беги, позвони ему и скажи, что мы ждем его к ужину в семь часов.

Марк умчался. Во дворик вернулся отец. Положив на землю садовые ножницы, вытер руки.

– Я слышал, Лоренс будет с нами ужинать?

– Да, наконец-то. Мы его уже целый месяц не видели, а может быть, и два.

Сьюзен вытащила занозу из-под обгрызанного ногтя. В последнюю встречу с Лоренсом они с Марком провели всего несколько минут, но и в эти минуты им не о чем было говорить. Этого времени оказалось достаточно, чтобы Сьюзен почувствовала, насколько он ей противен. С годами он располнел, стал казаться ниже ростом и еще больше облысел. Сьюзен раздражало, что сын восхищается им, мать кудахчет над ним, а отец беседует с ним о делах с самым что ни на есть благоговейным выражением на лице. Сьюзен понимала, что ее ненависть к Лоренсу объясняется очень просто – на фоне преуспевающего бывшего мужа она выглядела обыкновенной неудачницей.

– Могли бы и меня спросить, хочу ли я его здесь видеть, – упрекнула она родителей.

– Разошлась с ним ты, а не мы, – отрезала мать. – Он приложил немало усилий, чтобы предприятие твоего отца процветало и давало хороший доход. Думаешь, мы могли бы жить без помощи Лоренса?

Сьюзен молча натянула черную футболку. Возразить было нечего. Она была уверена: самое худшее, что она совершила в своей жизни, – это то, что вышла замуж за человека, выбранного ее родителями, – за Лоренса Броски, восходящего гения легкой промышленности, протеже ее отца; самое лучшее – оставила его, забрав четырехлетнего сына. Лоренс вскоре познакомился с молоденькой еврейкой, которая смотрела на него зачарованно, и женился на ней. У них родились две пухленькие девочки-коротышки, темноглазые, черноволосые и страшно капризные. Однако Марк обожал отца.

Сьюзен снова взяла журнал, делая вид, что заинтересовалась какой-то статьей. В ее жизни мужчин было мало.

Одним из них был Берт Хайден – хороший друг, пытающийся стать чем-то большим. Время от времени они спали вместе, но Сьюзен оставалась равнодушной. Он был ей безразличен.

Ее родители обожали Лоренса. Поэтому она поддалась на их уговоры, искренне считая, что наступит день, когда она полюбит его.

Сьюзен смотрела в журнал, но не видела ни строчки – она была далеко отсюда. В свое время она безропотно подчинилась родителям и вышла замуж за Лоренса, считая себя обязанной сделать это ради них. После того как рассталась с Дэвидом. Сьюзен вновь отыскала глазами фотографию Теда Кеннеди.

Интересно, как сложилась бы ее жизнь, будь Бобби Кеннеди жив?

Была бы она счастлива? Неужели пуля наемного убийцы-одиночки искорежила и ее жизнь? Сьюзен перевела взгляд на землю. И дня не проходило, чтобы она не вспоминала о Дэвиде, о том, что было между ними, о том, от чего она так опрометчиво отказалась. Тед Кеннеди был молод в 1968 году. Талантливый, многообещающий… Они с Дэвидом тоже были молоды и полны надежд…

Сьюзен захлопнула журнал.

– Пойду в дом. – заявила она. – Хватит жариться на солнце, и так морщин полно.

– На обед у нас жареная печенка, – заметила Фрида, вытянув загорелые ноги с великолепным педикюром, – поможет настроиться на праздничный лад.

– Я не хочу есть, – бросила Сьюзен, поднимаясь с шезлонга.

Предстоящая встреча с Лоренсом всегда лишала ее аппетита.

– Лучший год для возобновления трудовых договоров трудно придумать, – хвастливо заявил Лоренс.

Обмакнув в мед огромный кусок халы, он принялся с жадностью ее жевать.

Сьюзен судорожно сжала бокал. «Господи, – взмолилась она, – дай мне силы пережить этот вечер и не убить его!»

– А почему, пап? – поинтересовался Марк.

– Спад производства, люди боятся потерять работу. – Он потянулся через весь стол к блюду с цыплятами. – Согласны на любые условия.

Отец рассказал Сьюзен о переговорах, закончившихся в прошлом месяце, а на вопрос о результатах обронил: «Успешно». Хвастовство мужа позволяло думать, что завершились они не просто успешно, но с большой выгодой для него.

Пристально вглядываясь в своего бывшего мужа, Сьюзен спросила:

– На что они согласились?

Сидевший на другом конце стола Джозеф откашлялся и жизнерадостно проговорил:

– Да что мы все о делах да о делах…

– Но мне это интересно, папа, – сказала Сьюзен, не сводя глаз с Лоренса. – В будущем завод перейдет к моему сыну.

– Да, правда, папа, – поддержал ее Марк. – Просвети нас.

Лоренс пристально посмотрел на отца. «Понятно, – подумала Сьюзен. – Видимо, получил огромную прибыль.

Так что оба знают мою реакцию».

– Они согласились на двухпроцентное повышение в год в течение трех лет, – ответил Лоренс.

– Необыкновенная щедрость… – поддела Сьюзен.

– Уволили мы всего лишь тысячу пятьсот рабочих, а могли бы больше.

– Но ведь людям нужно как-то жить, покупать каждый год одежду, а зимняя одежда стоит довольно дорого.

– Не переводи разговор на тему о безработице и бездомных, Сьюзен, – одернул ее Лоренс. – Я уверен, если бы спад производства произошел по моей вине, ты была бы просто счастлива.

Фрида кашлянула.

Джозеф поспешно отхлебнул вина.

Сьюзен спокойно притопнула ногой по холодному, выложенному плиткой полу.

– Послушай, – продолжал между тем Лоренс. – Мы же понятия не имеем, что нас всех ждет. Пока в Белом доме сидит твой приятель Клинтон, может случиться непредсказуемое.

– Билл Клинтон не мой приятель, а наш президент.

Лоренс фыркнул.

Сьюзен смотрела немигающим взглядом на розовое вино в своем бокале.

– А как насчет страховки для тех счастливчиков, которых ты не уволил?

– Они ее получают.

– А какие еще у них привилегии?

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, например, разрешаешь ли ты им работать по совместительству? В некоторых штатах закон о совместительстве уже принят. Любая фирма, в которой задействовано больше минимального числа работающих, обязана предоставить им эту возможность по первому требованию.

– Нью-Йоркцам нет нужды подрабатывать, – проворчал Лоренс. – Им хватает и тех денег, что я плачу. Таких жмотов еще поискать!

Сьюзен начала нервничать.

– А как насчет медицинской страховки?

Лоренс язвительно усмехнулся.

– Здесь нам пришлось немного откорректировать.

– И кто же выиграл от этой корректировки?

– Все.

Фрида, побарабанив пальцами по столу, решила внести в разговор свою лепту:

– Я в этом и не сомневалась, Лоренс.

– Каким же образом? – не отставала Сьюзен.

Ей очень хотелось узнать, от чего пришлось отказаться рабочим, чтобы сохранить свою нудную, тяжелую работу.

– Они согласились оплатить половину страховки.

У Сьюзен возникло непреодолимое желание запустить в него бокал с вином.

– Половину? Ты заставил их оплачивать половину страховки?!

Лоренс пожал плечами.

– Медицинское страхование очень дорого. Пока в стране не будет решен вопрос о здравоохранении, каждый должен платить свою долю, по справедливости.

Сьюзен нацелилась вилкой в маслину.

– И сколько же составляет эта справедливая доля?

– Средняя стоимость страховки женатого рабочего почти шестьсот долларов в месяц.

– То есть рабочие платят триста. Боже правый, Лоренс, но ведь это же семьдесят пять долларов в неделю!

Лоренс снова пожал плечами и взглянул на Марка.

– Передай, пожалуйста, соль.

– Я помню то время, когда Джозеф не приносил



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация