А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Книги по авторам » ЛЭНДОН, Джулия

Информация об авторе:

- к сожалению, информация об авторе отсутствует.

себе на жизнь. А теперь этот трус получил выгоду от того злополучного происшествия и будет иметь все.

Задохнувшись от гнева, Эдриан вдруг понял, что может расстроить планы Арчи и Бенедикта. Он давно потерял уважение отца, а теперь распрощался и с законным наследством. Ему не вернуть ни того ни другого. Правда, в данный момент он к этому не стремился, но и не желал, чтобы все это досталось Бенедикту.

– Арло, останови карету! – рявкнул Эдриан. Когда экипаж, дернувшись, остановился и в узкую дверцу заглянул грум, он коротко приказал:

– Разворачивайся, едем на постоялый двор.

Удивленный Арло молча кивнул, захлопнул дверцу, и карета снова тронулась.

Граф смотрел в окно, тщательно обдумывая появившуюся идею и не находя в ней явных изъянов.

С вершины холма Эдриан изучал долину, где возвышался Блэкфилд-Грейндж.

Изящное поместье в георгианском стиле с двумя современными пристройками к господскому дому, вокруг усадьбы поля, усеянные точками стогов, и пастбища. От восточного крыла простирались сады, а перед западным раскинулась зеленая лужайка для игры в шары. Вдалеке два всадника мчались к лесу, подступавшему к усадьбе с западной стороны.

Эдриан весьма смутно представлял себе лорда и леди Дэшелл, но, как ни напрягал память, не мог вспомнить, сколько у них детей, какого они пола и возраста. Перл говорил о Томе Дэшелле, наследнике, а также о двух сестрах: Лилиане, старшей, и Каролине, признанной красавице. Обе девушки были невестами и, как деликатно выразился адвокат, Лилиана малость затянула со вступлением в брак.

По словам адвоката, девушки были «образцом здоровья женщин, с телосложением для произведения на свет многочисленных наследников». До сих пор мысль о наследнике не приходила Эдриану в голову, и он был рад, что Перл завел об этом разговор. Нельзя допустить, чтобы хоть фут Лонгбриджа или другого его владения достался Бенедикту.

Ему нужен наследник.

Он не позволит Бенедикту и Арчи прибрать к рукам Блэкфилд-Грейндж. На его счастье, Килинг с Дэшеллом пока не заключили сделку, да и мисс Дэшелл, по сведениям Перла, еще не знает о предложении.

Эдриан криво усмехнулся. Зато о его предложении мисс Дэшелл узнает сразу, как только он встретится с ее отцом. Без сомнения, барону оно покажется счастливым подарком судьбы. Вместо того чтобы взять себе основную долю прибыли, он даст ему двадцать пять тысяч фунтов, а в обмен на столь громадную сумму потребует лишь одного: бракосочетание должно состояться как можно скорее. И не имеет значения, что он ни разу не видел мисс Дэшелл, – когда придет время, они поладят. А теперь главное для него – месть. Он жаждет отомстить Арчи за все оскорбления, за свои многочисленные старания понравиться ему, за мать, за потерю Килинг-Парка. Да, он хочет мести, но чем дольше он будет стоять здесь, тем дольше ее придется ждать.

Эдриан пришпорил жеребца.

Джейсон, грум Блэкфилд-Грейнджа, увидел мчавшуюся среди деревьев Лилиану и начал сокращать разрыв, но она была отличной наездницей. Когда он почти догнал ее, Лилиана резко свернула вправо, и оба, пригнувшись к шеям лошадей, одновременно вылетели на луг, тянувшийся за лесом. Увидев маячившую впереди каменную насыпь, куда сломя голову скакала Лилиана, Джейсон даже перестал дышать, однако девушка, не сдерживая лошадь, птицей перелетела через препятствие. Они голова в голову обогнули дуб, стоявший на другом конце луга, и понеслись обратно. Вдруг Лилиана резко остановилась и что-то крикнула, когда Джейсон проскочил мимо. Его охватила паника, он тут же натянул поводья, разворачивая чалую, а Лилиана тем временем бессовестно обогнала его.

– Проклятие! – выругался Джейсон. Но было слишком поздно. Когда он минуту спустя появился из леса, она уже стояла за линией финиша.

– Вы смошенничали! – крикнул он сердито.

– Да, – с готовностью признала Лилиана смеясь. Джейсон не смог удержаться от улыбки.

– Интересно, что скажет миледи по поводу вашей скачки и обмана?

– Сдерет с меня шкуру живьем, – радостно заявила Лилиана.

– Наверняка сдерет, – вздохнул юноша, оглядев ее с головы до ног. – Вы испортили платье.

– О нет! – простонала она, когда увидела причиненный скачкой ущерб. Но тут же озорно улыбнулась. – Ты прав, меня обдерут живьем, следовательно, я должна это как-то компенсировать. Едем к мисс Окли, мне до смерти хочется увидеть ее малыша.

Джейсон решительно покачал головой:

– Миледи не понравится, если вы туда поедете.

– Но ведь мы сегодня не устраивали никаких соревнований? О, давай поедем!

Когда два часа спустя они вернулись домой, Лилиана только делала вид, что совсем не боится.

Она, правда, не собиралась так долго отсутствовать, но мать наверняка послала людей на ее поиски, и теперь ей как минимум грозит большая словесная порка. Господи, пусть все кончится только этим, раз уж она все равно не нравится своей матери.

В конюшне Лилиана быстро накинула коричневый плащ, который держала тут на крайний случай вроде сегодняшнего, и только начала заправлять под шапочку растрепавшиеся волосы, как услышала голос матери, зовущей ее.

– Быстрее, мисс Лилиана, – прошептал Джейсон.

Став грумом в шестнадцать лет, он чрезвычайно гордился своей должностью, и перспектива оказаться сейчас лицом к лицу с хозяйкой пугала юношу больше, чем Лилиану. Два дня назад миледи грозила его повесить, если обнаружит, что он снова устраивает бешеные скачки с Лилианой.

– Она идет сюда! – прошипел Джейсон, осторожно выглянув наружу.

– Быстро спрячься на сеновале, – испуганно шепнула Лилиана и плотнее запахнула плащ.

Грум без возражений исчез в дальнем углу, пока баронесса открывала дверь конюшни.

– Лилиана! – сердито произнесла леди Дэшелл. – Боже мой, где ты была?

Судя по тону матери, все обстояло намного хуже, чем предполагала Лилиана. Она изобразила невинную улыбку.

– Я только хотела поздороваться с лошадьми, мама. Извини, что не слышала тебя.

– Довольно странно, мисс, если учесть, что я звала тебя минуту назад.

– О! Звала?

«Господи, умоляю, не дай ей заметить грязь на моем платье», – мысленно взмолилась Лилиана и для верности прижалась к лошадиному боку.

– Ради Бога, что ты делаешь?

– Ничего, мама. О, ты имела в виду сейчас? Я чищу Сьюзи, поскольку она…

– Не в своем новом платье, надеюсь?

– Конечно, нет! Я специально надела старый плащ, чтобы не испачкаться.

Баронесса хмуро взглянула на лошадь.

– Так где же ты была? Впрочем, не важно. Работой займется этот бездельник грум, а ты ступай в дом. Тебя ждет гость. – Она еще больше нахмурилась, хотя и без того была мрачнее тучи.

– Лорд Бенедикт? – спросила Лилиана.

Ну а кто же еще? Она подавила зевоту. Придется его принять. Бенедикт неплохой парень, только слабовольный, малодушный, не разделяет ее восторгов и любви к жизни. Он хорошая партия, а ей давно пора иметь семью и детей. Хуже всего то, что Каролине до безумия хочется стать женой Хорэса Фезера, но она должна ждать, пока старшая сестра выйдет замуж. Поэтому Каролина ежедневно утомляет ее своими жалобами: дескать, Лилиана препятствует ее счастью, лорд Бенедикт – это решение всех проблем, а сестре, которой уже двадцать два года, нечего даже и мечтать о лучшем.

– Я сегодня не ждала лорда Бенедикта, – вздохнула Лилиана.

– Это не лорд Бенедикт, – нетерпеливо ответила Элис Дэшелл.

– А кто? Только не говори, что это снова мистер Уиллард! Я не портила его дурацкие старые часы! Они были сломаны задолго до того, как я…

– И не мистер Уиллард! – окончательно вышла из себя леди Дэшелл. – Это брат лорда Бенедикта.

Лилиане понадобилось несколько секунд, чтобы осознать услышанное. Эдриан Спенс приехал к ней? Граф Олбрайт?

– Ч-что? Что ты сказала?

– О, дорогая, что ты сделала с волосами? – простонала мать.

Лилиана вдруг подбежала к ней и схватила за плечи, заставив леди Элис вскрикнуть от неожиданности.

– Мама, это Эдриан Спенс? Лорд Олбрайт? Ты имеешь в виду, что он здесь? Боже мой!

– Лилиана, будь любезна держать себя в руках. – Леди Элис сняла с плеч руки дочери и прижала к ее бокам. – Повернись, чтобы я могла поправить тебе волосы.

– Но что он здесь делает?

– Он хочет поговорить с тобой, – резко ответила леди Дэшелл, словно это было вполне очевидным. – А теперь послушай меня, дорогая. Лорд Бенедикт настойчиво ухаживал за тобой, и ты дала ему основания считать, что благосклонно принимаешь знаки его внимания. Но ты должна сознавать, что есть другие поклонники…

– Лорд Олбрайт собирается за мной ухаживать? – недоверчиво спросила Лилиана.

– …есть другие поклонники, – спокойно продолжала мать, – и твой долг выбрать того, кто способен обеспечить тебе наиболее достойную жизнь… не предъявляя слишком больших требований к нашей семье. Ты поняла? Мы сейчас в затруднительном положении, и, несмотря на твою любовь к лорду Бенедикту, ты должна отдавать себе отчет…

Повернувшись, Лилиана изумленно уставилась на мать. Господи, она сию минуту упадет в обморок или умрет! Эдриан Спенс хочет за ней ухаживать? Просто не верится, это сон наяву! Желая убедиться, что не спит, Лилиана ущипнула себя за руку.

Леди Элис тяжело вздохнула.

– Не надо так явно показывать свою радость – от этого ты выглядишь простушкой.

– Но… тут нет ошибки? Ты уверена, что он хочет видеть не Каролину? Конечно, ее! Такой человек, как лорд Олбрайт, может приехать только к Каролине, а не ко мне.

– Я уверена, что он хочет видеть тебя, дорогая. А теперь сделай милость…

– Но… мама, ты сама знаешь, что лорд Олбрайт может ухаживать за кем пожелает, и ходят слухи…

– Лилиана!

– За кем угодно, только не за мной! Почему он приехал именно ко мне? Не понимаю.

Нахмурившись, леди Элис поправила ей воротник плаща и ответила:

– Поймешь, когда увидишь его. Идем! Только не изливай свои чувства и не смотри на него с таким видом, будто он уже завоевал твое расположение. Молодой женщине не подобает…

Лилиана слушала ее вполуха. Тут явная ошибка. Или кто-то решил сыграть с ней злую шутку, очень злую шутку. Она знала Эдриана Спенса с тех пор, как научилась ходить, поскольку мать, отправляясь в гости к леди Килинг, брала с собой детей. Лилиана помнила его высоким, красивым, очень живым мальчиком, который щелкал ее по носу, давал конфеты и пел разные песенки. Она уже тогда боготворила Эдриана, потом ловила каждое слово о нем, а слухов было предостаточно. Все в Килинге, Ньюхолле и Фарлингтоне считали его мошенником, развратником, дерзким искателем приключений. Опасный джентльмен – так говорили те, кто враждовал с его отцом (по поводу чего, Лилиана не знала), и те, кому становился поперек дороги Эдриан. По общему мнению, он был азартным игроком, любителем женщин сомнительной репутации, дуэлянтом. Один раз он дрался на поединке даже во Франции.

Граф Олбрайт умел наслаждаться жизнью и знал, как взять от нее все, что она предлагает. Он делал именно то, о чем так страстно мечтала она, – жил! Только ей этого не позволяли. Господи, будь у нее хоть малейшая возможность, она бы тоже поступала как Эдриан Спенс.

– Прекрати таращить глаза, иначе он подумает, что ты совсем дурочка! – рассердилась мать, но Лилиана радостно улыбнулась.

– Не могу поверить! Он приехал… ко мне! – крикнула она и, раскинув руки, закружилась по конюшне.

– Довольно! – Мать ухватила ее за запястье. – Нельзя заставлять человека столько ждать. Джейсон, иди сюда и вычисти лошадь! Если я опять увижу, как ты состязаешься в скорости с моей дочерью, то велю повесить тебя на старом дубе. Ты слышишь меня?

– Да, м-м, – донеслось неясное бормотание, но леди Дэшелл уже вытолкала дочь из конюшни.




Глава 4


Едва леди Дэшелл распахнула дверь, Лилиана сразу увидела отца, брата и графа.

– Лорд Олбрайт, разрешите представить мою дочь Лилиану, – сказал барон, вставая.

Мать не слишком нежно ткнула ее в спину, Лилиана быстро присела в реверансе, чтобы скрыть грязное пятно на юбке, а потом отступила за диван с высокой спинкой и улыбнулась графу. Вернее, она надеялась, что это была улыбка. С растрепанными волосами, в мятом, испачканном платье, взмокшая от смущения, она казалась себе деревенской гусыней, но если лорд Олбрайт был того же мнения, он и виду не подал.

– Мисс Дэшелл, я чрезвычайно рад возобновить наше знакомство. – Граф взял неуклюже протянутую ею руку и с улыбкой поднес к губам.

Чертовски живой, подумала Лилиана. Таким она его и помнила.

Только он стал еще красивее. Блестящие каштановые волосы, карие глаза с золотистыми крапинками, а губы полные, мягкие, цвета спелой малины.

– Лилиана! – прошипела сквозь зубы леди Дэшелл.

– Я… тоже очень рада, милорд, – хрипло ответила ее дочь.

Слава Богу, мать хотя бы на этот раз промолчала.

– Вы слишком добры, – прошептал граф, и от сердечной улыбки у него в уголках глаз образовались морщинки.

– Прекрасно, – заявил барон. – Может, теперь сядем?

Он повел жену к дивану, а лорд Олбрайт вежливо подал руку Лилиане, и та робко положила на нее свою ладонь, стараясь не очень прикасаться. Том, стоявший возле фортепьяно и хмуро следивший за графом, сел на ближайший стул.

– Славная погода для этого времени, удивительно теплая, – начал барон. – Зима, должно быть, выдастся мягкая.

Лорд Олбрайт согласился, упомянув о необычайно теплой зиме, проведенной в Риме. О, Рим – это очень романтично! Но почему Том уставился в пространство и ведет себя так, будто чем-то расстроен? Лилиана перевела взгляд на родителей. Ее чопорная мать сидела как деревянная, тупо уставившись на вазу с цветами, а отец явно испытывал неловкость, что было ему абсолютно несвойственно.

Правда, и она чувствовала себя не лучше. Надо сосредоточиться, чтобы не выглядеть последней дурочкой и внятно отвечать на вопросы. Однако Лилиана не могла отвести глаз от лорда Олбрайта: его длинных пальцев, барабанящих по удивительно мускулистому бедру, великолепно повязанного шелкового галстука под квадратным подбородком, волнистых блестящих волос, падающих на плечи. Одним словом, граф был настолько прекрасен, что Лилиану охватил восторг.

К счастью, никто этого не заметил. Отец вел дружескую беседу с графом, и тот – о чудо из чудес! – легко



Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация