А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Оправданный риск [Оковы счастья]
Кристин Григ


Когда преуспевающий бизнесмен Франсиско Мендес познакомился на званом вечере с очаровательной Лаурой Крэнстон, ему казалось, что эту встречу он сможет легко забыть. Но даже спустя много месяцев ее образ вновь и вновь возникает перед его мысленным взором, воспоминания о ней тревожат его ум, душу и… тело. А потом он узнает, что Лаура родила ребенка…

Смогут ли молодые люди найти дорогу к счастью через пустыню недоверия, которая их разделяет? Прозвучат ли слова, которые они хотели сказать друг другу, но так и не произнесли в ту памятную ночь?





Кристин Григ

Оправданный риск





Глава 1


Франсиско Эдуарде Мендес сел в кровати – сердце стучало, тело было мокрым от пота. Ему что-то приснилось?

Ответ памяти не заставил себя ждать: да, ему снова снилась женщина, та, с которой он был близок всего один раз. Франс отбросил одеяло и свесил ноги с кровати.

Почему? И женщина, и ночь, проведенная с нею, давно превратились в воспоминание, ведь прошло уже девять месяцев. Ему приснилось, что ей плохо… больно. С ней что-то случилось. И она звала его.

Впрочем, какое это имеет значение. Она для него никто. Кроме того, он не верит в сны. Значение для мужчины имеет то, что можно видеть, к чему можно прикасаться. Сны – это глупость, от них только плохое настроение.

Мендес поднялся и подошел к окну. Рассвет едва-едва осветил краешек неба, резче очертив темные холмы на далеком горизонте.

Хорошо, что он проснулся рано. Надо ехать в Мадрид по делам, а потом у него ланч с Диасом. Шофер приготовит машину к восьми, так что еще остается пара часов для работы.

К тому времени, когда Франс принял душ, побрился и оделся, сон неприятный, тревожный был забыт. Он спустился вниз, поздоровался с домоправительницей, выпил чашку сладкого черного кофе и направился в свой кабинет.

Двадцатью минутами позже он отключил печатную машинку и поднялся из-за стола. Сосредоточиться не удавалось. Сон не ушел, мысли снова и снова возвращались к той женщине. Неужели ему не удастся выбросить ее из головы?

Франс потянулся к телефону: пожалуй, можно отъехать и пораньше. Но, дозвонившись до шофера, он вообще отменил поездку. Потом позвонил в Мадрид, оставил сообщение на автоответчике и положил трубку. Звонить Кончите он не стал – она всегда любила поспать и вряд ли изменила привычкам за те пять лет, которые прошли со времени их расставания.

Он вел себя в несвойственной ему манере и понимал это. И дело не в отложенном свидании с Кончитой. Она подуется, и все. А вот отмененное деловое свидание – это уже проблема. Он построил свою империю благодаря тому, что никогда не поступал опрометчиво. Но что толку пытаться сконцентрироваться на делах, когда мысли не в Испании, а там, в Англии? Но и это лишено смысла: даже если Лаура в беде, о нем она вспомнит в последнюю очередь, Франс переоделся в черную тенниску, потертые джинсы и старые-престарые удобно разношенные башмаки, которые носил, еще когда только начинал строить свой дом. Возможно, прогулка поможет развеяться. Дойдя до конюшни, он вывел из стойла своего жеребца, сам его оседлал и выехал за ограду.

О той женщине Франс не думал уже давно, заставив себя не вспоминать о случившемся. Она сама ясно дала понять, что короткая связь между ними ничего не значит. Ей нужен был от него один час, всего один час, когда он заменил кого-то другого.

Впрочем, и он не желал от нее ничего большего. И если в тот раз как-то выделил ее, то лишь потому, что так требовали правила вежливости. В тот роковой день он оказался гостем на вечеринке, и одна из дочерей хозяйки, жена друга, сказала, что хочет познакомить его со своей сестрой. Были и другие намеки.

– На вечеринке будет немало красивых женщин, – сказал ему Фред Осгуд и усмехнулся. – Уик-энд, похоже, удастся. Днем займемся делами, просмотрим документы по банкам, а вечером полюбуемся красотками.

Глория Осгуд взяла из рук мужа бокал шерри и улыбнулась.

– Знаете, Фред прав. Я уверена, многие захотят с вами познакомиться.

– Очень мило, – вежливо солгал Франс. И почему только женщины определенного возраста рассматривают всех неженатых мужчин как некий вызов? – Но я не планировал задерживаться…

– О, пожалуйста, останьтесь! – Патриция Дженкинс взяла его под руку. – Правда, Франс, будет весело. Из Лондона приедет моя сестра Лаура. Я вам не рассказывала о ней?

Внимание, сказал себе Франс, надо быть осторожнее. Он хорошо знал и эту улыбку, и этот небрежный тон.

– Нет, не рассказывали.

– Вот как? Да, она приезжает, и вы, я уверена, прекрасно поладите.

– Не сомневаюсь.

Это была уже вторая ложь. Никаких надежд с этим знакомством он не связывал, но и новичком в игре не был. Матери, тетки, жены знакомых… Иногда ему казалось, что у каждой женщины на планете есть дочь, сестра или племянница, которая, по их мнению, обязательно должна ему понравиться.

Относиться к этому философски Франс давно привык. Ему тридцать четыре, он одинок, у него есть деньги, собственность и, если верить тому, что говорили случайные подружки, неплохая внешность. Единственное, чего ему не хватает – опять же по мнению женщин, – так это супруги. Но зачем ему она?

И тем, не менее обижать хозяина, хозяйку, друга и его жену, Франс не хотел. Поэтому он остался на вечеринку и занялся тем, что начал искать ту самую женщину. Вежливое «привет», такое же вежливое расставание со ссылкой на необходимость рано вставать – этого, по его расчетам, будет вполне достаточно.

Однако получилось по-другому. Ему попалась не женщина, а злобная, шипящая дикая кошка. В его жизни встречалось много женщин. Кто-то, возможно, скажет, что больше, чем надо. Но такой!..

Она бросилась в его объятия, словно на земле не было других мужчин. Она целовала его с таким неистовством… А как звенело ее тело в его руках! Боже, она распалила-таки его! Ее оргазм дал ему чувство всевластия, а собственный, последовавший через несколько секунд, потряс до глубины души. Но когда он попытался привлечь ее к себе, она высвободилась из его объятий и попросила уйти, ясно дав понять: он сыграл свою роль и может катиться на все четыре стороны.

И ушла в ванную. Он услышал, как щелкнул замок, и на какое-то мгновение им овладело безумное желание снести дверь, схватить ее, бросить на кровать и показать, что нельзя воспользоваться мужчиной и отбросить его, как мусор.

Мальчишка, каким он был когда-то, так бы и поступил. Мужчина, каким он стал, ничего подобного не сделал. Он оделся в темноте и вернулся в свою комнату в умолкшем, уснувшем доме.

Конь фыркнул и затанцевал под ним. Франс пошлепал ладонью по атласной коже. Лаура Крэнстон была не просто воспоминанием, но и воспоминанием неприятным. Так почему он не может выкинуть ее из головы?

Ему снова вспомнился тот вечер. Вспомнил, как спросил, где найти Лауру, и как кто-то, рассмеявшись, указал на женщину, требовавшую выпивки у бармена Франс некоторое время наблюдал за ней, решая, как ему поступить, вмешаться, как и подобает джентльмену, или остаться в стороне и досмотреть сцену до конца.

Черт! Он не был джентльменом. И никогда им не будет. Но Фред Осгуд был хозяином дома, Крис Дженкинс его другом и партнером, а женщина, устроившая комедию у бара, приходилась Патриции Дженкинс сестрой и падчерицей Фреду.

Не помышляя ни о чем другом, Франс подошел к Лауре, подхватил ее на руки и унес в сад. Люди видели, что происходит, они смеялись, но никто не попытался остановить его. Никто, кроме этой дикой кошки, которая пинала его ногами, проклинала и била кулачками по плечам. Разумеется, ни жена Криса, ни ее мать и не подумали, что его может привлечь ругающаяся и лягающаяся женщина, что он пошел с нею в сад ради каких-то темных целей.

Лаура Крэнстон представляла собой полную противоположность тому типу женщин, из которых он когда-нибудь выберет себе супругу. А жениться в конце концов надо, мужчине необходимы наследники, чтобы не потерять созданного потом и борьбой. Но женщина, которую он возьмет в жены, будет послушной и верной. У нее должно быть одно желание – посвятить себя мужу и детям, которых она родит ему.

Вот и все причины для брака.

– Вы сумасшедший! – визжала Лаура. – Отпустите меня!

Неудивительно, что семья никак не может выдать ее замуж. Да, она красива. Но при этом остра на язык, взбалмошна и эгоистична. Франсу не терпелось поскорее избавиться от нее.

– Идиот! – Она колотила кулачками по его груди. – Тупица! Вы хоть знаете, кто я9 – Да, – холодно ответил Франс. – Я знаю, кто вы.

– Нельзя хватать женщину и уносить неведомо куда!

– Вот как? – Он вовремя увернулся от удара в лицо. – Вам надо было сказать об этом раньше. Я бы не стал вас хватать.

– Вы… вы…

Она назвала его словом, которое могло вывести из равновесия любого мужчину. Он только рассмеялся. Ее это еще больше разъярило. Она снова замахала кулачками и на этот раз даже зацепила его челюсть. Ему вспомнилась поговорка насчет того, что не надо хватать тигра за хвост, если не знаешь заранее, как потом его отпустить.

Что же делать с Лаурой Крэнстон?

– Ну подождите! Подождите, пока я вернусь в дом. Вас отсюда так выкинут, что голова закружится.

– Я… как это?., весь дрожу от страха.

– Еще задрожите. – Она ударила его кулачком в грудь. – Последний раз говорю: отпустите меня!

– Если отпущу, вы пойдете к себе в комнату, попросите чашку черного кофе и выпьете его до последней капли, да?

– С какой стати?

– Потому что вы пьяны.

– Нет!

– Вы пьяны, – твердо повторил Франс, – и вы только что показали себя не с лучшей стороны.

– Даже будь все именно так, это все равно не ваше дело. У вас нет никакого права вмешиваться в мою жизнь.

– Считайте, что я заботился об интересах вашей семьи и защищал бармена, которому вы угрожали.

– Как трогательно! И вы думаете, я поверю?

– Ну вообще-то я сделал это ради вашей сестры, которая о вас высокого мнения.

– Вы и понятия не имеете о том, что думает моя сестра.

– Ошибаетесь. У нее ложное представление о вас, иначе она не решила бы, что вы можете мне понравиться.

– Что ж, пусть так. Но у нее иллюзии и относительно вас. Вы же неандерталец! А если вам дорого мнение моей семьи, то подумайте, как они отреагируют на ваш поступок.

– Крис и Фред наверняка сочтут это отличной шуткой. – Франс окинул ее взглядом. Изящная, с хорошей фигурой. Нести такую женщину было бы нетрудно, если бы она не извивалась, как змея, и не размахивала руками. Может быть, перебросить ее через плечо? Нет, она слишком много выпила. – Что касается ваших сводных братьев… Я знаком с ними и, судя по всему…

Он остановился. Впереди виднелась поляна. Деревянные скамейки и освещенный небольшой декоративный пруд, окаймленный камнем и с каменной же нимфой, держащей в руках медный кувшин, из которого лилась вода.

– Что? – потребовала другая нимфа, теплая, мягкая, соблазнительная и несносная.

– Они поаплодируют мне за то, что я сделал.

Сказав это, Франс подошел к пруду и опустил свою ношу прямо в темную воду. Она плюхнулась туда, раскинув ноги, но тут же поднялась. Мокрая и протрезвевшая, с удовлетворением отметил он, потому что вода из кувшина нимфы лилась не в пруд, а на голову Лауры Крэнстон. На несколько мгновений вокруг повисла тишина. Потом Лаура открыла рот, произнесла изумленное «О!..» И издала жуткий вопль.

Какая жалость, испорчено такое чудесное платье, бесстрастно подумал Франс. Из черного шелка, с глубоким вырезом, открывавшим плавную линию грудей, достаточно короткое, чтобы показать длинные стройные ноги. Мокрая ткань облепила тело, и он заметил, как напряглись от холода соски.

Да, красива, но и только. В ней нет ничего, что нужно находящемуся в здравом уме мужчине. Для семейной жизни она явно не годится. А вот на одну ночь…

Франс почувствовал, как его тело откликнулось на эти грешные мысли. Пожалуй, было бы неплохо попробовать изыскать способ наполнить эти злые глаза страстью. А почему бы и нет? Ему вполне по силам укротить ее в постели, как он только что укротил ее здесь.

Он представил, как снимает черное платье и кружевную сорочку – край ее виднелся из-под шелка, – как эти длинные ноги обвивают его, как он целует эти полные, мягкие губы…

Боже, да он сошел с ума! Лаура Крэнстон, конечно, красива, но в этом доме полно прекрасных женщин, нежных, ласковых, кротких и трезвых. Хотя, Лаура, похоже, уже протрезвела. Злость, адреналин и холодная вода рассеяли алкогольный туман. Крики сменились стонами; она стояла по бедра в воде, прижав ладони к вискам.

Он почувствовал укол жалости и, шагнув к пруду, после некоторого колебания протянул руку.

– Вылезайте. – Она взглянула на его руку так, словно это ядовитая змея. – Вы меня слышите? Хватайтесь, я помогу вам выбраться.

– Уж лучше я проведу здесь всю ночь.

– Вы ведете себя, как избалованный ребенок. Позвольте мне помочь вам.

– Я справлюсь сама.

Доказывая это на практике, она поскользнулась на мокром мраморе, судорожно попыталась ухватиться за воздух и не упала только потому, что Франс успел подхватить ее.

– Не надо, – прошипела Лаура. – Отпустите меня…

– Именно это я и намерен сделать. – Он поставил ее на ноги, сбросил с себя пиджак и накинул ей на плечи. Она попыталась сопротивляться, но Франс крепко ухватил ее за руки.

– Мне не нужен ваш пиджак. Мне ничего от вас не нужно.

– Вы замерзли.

– Я промокла, и если вы очень-очень



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация