А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


давно приехала сюда в наемной карете, так как в ее собственной Питни был послан на постоялый двор, откуда должен был привезти Рюарка Бошана. Преподобный Джекобс с женой оказали ей гостеприимство, и Шанна терпеливо ждала.

За чашкой чаю добрая супруга священника рассматривала гостью. Нечасто в тихую деревню, а еще реже в скромный дом священника заглядывали богатые и столь роскошно одетые люди. Манто из сиреневого муара на меху черно-бурой лисицы было небрежно брошено на спинку стула. Невозможно даже представить себе цену шелкового платья в тон ему, обшитого по переду юбки, по краям манжет и по краям декольте волнами тонкого кружева серо-розового цвета. Узкая сиреневая лента охватывала грациозную шею молодой женщины. На волосах не было и следа пудры. Роскошно блестевшие природным золотом, они были искусно уложены рукой опытного парикмахера.

Миссис Джекобс была в восхищении и, как ни странно, не испытывала никакой зависти. Женщина глубоко романтичная, она обожала пышные свадьбы. На этот раз жених должен был быть особенно красив и изящен, чтобы оказаться достойным такой невесты.

Шанна чуть наклонилась к окну – что-то привлекло ее внимание, и миссис Джекобс, заметив это движение, тут же оказалась рядом.

– Что там, дорогая? – живо заинтересовавшись, спросила она. – Они едут?

Так оно и было. На вершине холма показалась карета, направлявшаяся в сторону церкви. Шанна воздержалась от каких-либо комментариев. Ожидавшие ее трудности представились ей со всей очевидностью. Пусть уж миссис Джекобс думает, что любовь и на этот раз слепа. Она пригладила волосы, готовясь к встрече с несчастным.

– Вы вся светитесь, дорогая моя. Ступайте, встречайте своего жениха. Я подам вам манто.

Шанна молча повиновалась. Она была не прочь встретить Рюарка без свидетелей, чтобы осмотреть его костюм и если будет нужно, то кое-что поправить, ведь еще было время. Пока она торопливо шла крытой галереей, соединявшей дом священника с церковью, в ее сознании всплыли тысячи поводов для беспокойства. В туалете джентльмена так много тонкостей…

– Только бы панталоны этому неотесанному колонисту были впору! – нервно пробормотала она.

Серые в яблоках лошади, подняв свои точеные морды, остановились перед церковью. Питни заботливо спрятал пистолет под плащом. Крэддок спрыгнул на землю и, как всякий услужливый кучер, открыл дверцу кареты. По знаку своего сопровождающего из нее вышел Рюарк. Он окинул задумчивым взглядом окружающий пейзаж. У него было большое желание бежать через эти поля, но он понимал, что пуля из пистолета Питни настигнет его раньше, чем он добежит до этой каменной стенки. И потом эта сделка, выполнения всех условий которой он так горячо желал… Это удерживало его больше, чем страх смерти.

С самым беспечным видом он подошел к лестнице, ведущей в церковь, но его тут же окружили трое мужчин. На первой ступеньке Рюарк остановился и окинул их взглядом.

– Господа, стоит мне попытаться бежать, как вы, без всякого сомнения, воспользуетесь своим оружием. Так уж ведите себя так, как если бы вы были действительно специально нанятыми слугами. – Тонкая улыбка тронула его рот.

Повинуясь знаку Питни, оба стражника вернулись к карете, не спуская глаз с Рюарка.

– Что теперь, Питни? – спросил тот. – Войдем? Или же подождем миледи здесь?

– Она слышала, как подъехала карета. И выйдет, когда будет готова.

Рюарк поднялся по лестнице к крытому проходу и стал ждать. Он думал, о чем бы поговорить со своим сопровождающим, но вот тяжелая деревянная дверь со скрипом отворилась. На пороге появилась его невеста. Он затаил дыхание. В лучах солнца Шанна Траерн сияла волнующей красотой. Она казалась почти хрупкой в своем сиреневом платье. В ней не осталось ничего от девушки, явившейся в тюрьму искать жениха.

Она едва удостоила взглядом незнакомца, не остановившись даже тогда, когда он широким жестом обнажил перед ней голову. Поддерживая с двух сторон юбку, она была готова спуститься. Внезапно, увидев Питни, она обернулась к Рюарку и устремила на него взгляд расширившихся от удивления глаз. Он распахнул полы плаща, темный цвет которого специально выбрала Шанна. Она думала, что он придаст колонисту некоторую статность и, во всяком случае, скроет его многочисленные недостатки. Результат превзошел все ее ожидания.

Действительно, лицо Рюарка, с его четко очерченными бровями, прямым тонким носом и твердым чувственным ртом, было прекрасно. Линия подбородка свидетельствовала о волевом характере. Шанна встретилась с ним взглядом, и, когда она погрузилась в эти глубокие, искрящиеся золотом глаза, все ее сомнения рассеялись.

– Рюарк? – с живостью произнесла она.

– Он самый, любовь моя. Рюарк Бошан к вашим услугам.

Он прижал треуголку к груди и склонился в глубоком поклоне. В ответ на его насмешливый тон она повелительно бросила ему:

– О, избавьтесь же от этого головного убора!

– Как скажете, любовь моя.

Он, смеясь, швырнул шляпу Питни, тем же способом передавшему ее Крэддоку.

Шанна топнула ногой. Она не могла назвать причину своего раздражения, но находила, что Рюарк переигрывает. Самоуверенность этого смертника была просто невыносимой. Наверное, и на виселицу он пойдет гордецом.

– Ну что ж, поскольку вы здесь, медлить дальше нет никакого смысла, – коротко сказала она.

Шанна спрашивала себя, сколько могло быть ему лет. Он, должно быть, старше ее лет на десять, не больше. При первой же их встрече он показался старше на добрых два десятка лет.

Рюарк улыбнулся и приложил руку к своему кружевному жабо.

– Я ваш покорный слуга. Как и вы, я также спешу сочетаться с вами браком.

Разумеется, так оно и было. Завтра он будет хвастать тем, что переспал с ней! Наглец!

Прежде чем она успела возразить, дверь снова открылась. Появилась миссис Джекобс в сопровождении своего длинного тощего мужа. Голубые глаза доброй женщины с удовольствием задержались на Рюарке.

– О, дорогая, отведите своего жениха к камину. Мы приступим к делу, когда он согреется. Я предложу ему немного вишневой наливки.

Сама Шанна уже достаточно согрелась, но, чтобы уважить стариков, она подошла к Рюарку и положила руку ему на грудь. С каким удовольствием стерла бы она с его лица эту улыбку!

– Рюарк, дорогой, это преподобный отец и миссис Джекобс. Я, кажется, еще вас не познакомила. Они такие милые люди.

Эти слова показались ей самой странными. Она чувствовала, как сердце Рюарка медленно билось под ее пальцами. И удивилась тому, что ее собственный пульс при этом участился.

Не привыкший упускать ни одной возможности, Рюарк обнял Шанну за талию и улыбнулся в ответ на ее холодный взгляд.

– Надеюсь, что этот добряк Питни позаботился о том, чтобы опубликовать извещения. Боюсь, что мне не дожить до свадьбы, если церемонию отложат.

Если Рюарк считал, что одержал победу, прижимая к себе нежное тело Шанны, то очень скоро ему пришлось разувериться в этом. Прикрываясь своей широкой юбкой, она безжалостно наступила ему на ногу.

– Не волнуйтесь, дорогой мой, – проворковала она, давя на его ногу всей тяжестью своего тела, – с извещениями все в порядке. – Увидев на его лице гримасу, она приняла обеспокоенный вид. – Вы чем-то опечалены? Вам нездоровится? Вас опять мучает эта старая рана? – Она чуть отступила от него, но ногу не убрала. Ее изящные пальцы задержались на жилетных пуговицах. – Сколько раз я говорила вам, Рюарк, надо беречь себя. Вы так неосторожны.

При желании Питни мог бы предупредить колониста, что Шанна не та женщина, с которой можно играть. Но слуга издали заметил, как под колышущейся юбкой ходит взад и вперед ее маленькая ножка. Он едва не расхохотался.

При виде этой леди, готовой, казалось, раздеть своего жениха, глаза преподобного Джекобса за стеклами очков округлились. Покрасневшая миссис Джекобс, не зная, что предпринять, нервно ломала руки.

Рюарк среагировал как смог. Он согнул колено и одновременно поднял носок ноги, которую все не отпускала Шанна. Она потеряла равновесие и была вынуждена обхватить его одной рукой за шею, а другой ухватиться за его рукав. Над самым ухом она услышала тихий смех.

– Шанна, любовь моя, умоляю, подождите, пока мы не останемся одни, – проговорил Рюарк.

Шанна с трудом удержалась, чтобы не дать волю своей ярости. Она услышала, как, словно задыхаясь, закашлялся Питни.

– Приступим к церемонии бракосочетания, – решительно предложил священник, неодобрительно взглянув в их сторону поверх стекол очков.

– Да, конечно, – согласился Рюарк. – Как раз этого-то мне больше всего и хочется, а там уж будет недалеко и до крестин.

Шанна чуть не потеряла дар речи. Убить его мало, этого наглеца! В иных обстоятельствах она бы отвесила ему пощечину. Подумать только, что она вынуждена терпеть его выходки!

Она обернулась в сторону Питни, который по-прежнему давился смехом, и пронзила его взглядом, подобным молнии. Тот постарался изо всех сил принять серьезный вид.

Церемония была простой и непродолжительной. Было ясно, что преподобный Джекобс стремился пресечь неблаговидное поведение этих молодых людей, еще не ставших супругами. Были заданы ритуальные вопросы. Рюарк торжественно пообещал любить, уважать и беречь жену до самой смерти. Когда пришла ее очередь, Шанна ощутила отчаяние. Ей вспомнилось, как была предана ее мать отцу. Этот же брак был фарсом, святотатством. Она проклинала себя за обман. Несмотря на все ее усилия, руки невесты дрожали, когда Рюарк надевал ей на палец обручальное кольцо. Но вот прозвучали и последние слова:

– Именем всемогущего Бога объявляю вас мужем и женой.

Дело было сделано. Надменная Шанна стала замужней женщиной. Она словно сквозь сон услышала, как преподобный Джекобс разрешил им супружеский поцелуй, но тут же вернулась к грубой действительности, когда Рюарк заключил ее в свои объятия,

Торопясь высвободиться из них, она поднялась на цыпочки и целомудренно прикоснулась губами к щеке супруга.

Рюарк нахмурился. Такой ответ ему не понравился. Ему хотелось большего, чем эта пародия на поцелуй. Он понимал, что его жене предстоит многому научиться в искусстве любви, и надеялся, что обещанные несколько часов позволят ему растопить этот лед.

Успокоившийся теперь, преподобный Джекобс велел им следовать за ним:

– Пойдемте, дети мои. Нужно подписать кое-какие документы. Боюсь, как бы на нас скоро не обрушилась очередная буря. Слышите, как шумит дождь?

Шанна бросила взгляд в окно и почувствовала новую тревогу. На небе собирались черные тучи, и стало почти темно. Она с детства боялась грозы. Шанна в ужасе устремилась было за пастором, но ее остановила рука, положенная ей на плечо. Прикосновение было мягким, но решительным. Она даже спросила себя, как могли такие тонкие пальцы быть такими сильными.

– Посмотрите на меня, – пробормотал он.

Она подняла к нему холодные вопрошающие глаза и встретила улыбку, которая, казалось, таила в себе насмешку. Он медленно провел пальцем по ее щеке, бесстыдно впившись в ее глаза неотрывным взглядом.

– Шанна, любовь моя, мне будет очень плохо, если вы отнимете у меня эту ночь.

Раздосадованная такой бесцеремонностью, Шанна вздернула нос.

– Не собираются ли эти милые люди собрать вечером гостей? Боюсь, господин Бошан, как бы вам не пришлось умерить свой пыл.

– Когда мы останемся вдвоем, дорогая? – настаивал он. – Или дотянем до того, что на это уже не останется времени?

– Не думаете же вы, что мне хочется как можно скорее лечь с вами в постель? – ответила она развязным тоном. – Вы, должно быть, привыкли к легким победам.

– Очень возможно, сударыня, но мы условились провести вместе одну ночь.

– Вы беспардонно пользуетесь моим положением. Если бы вы были дворянином…

Рюарк тихо усмехнулся, и в его янтарных глазах мелькнул вызов.

– А разве вы не использовали мое положение? Скажите-ка мне, драгоценная моя, кто явился в тюрьму продемонстрировать свою открытую грудь, чтобы соблазнить какого-то горемыку? Да или нет, сударыня? Отвечайте! Разве та девушка не знала о том, что горемыка должен быть казнен из-за женщины?

Шанна открыла рот для достойного ответа этому бессердечному мерзавцу, но не нашла подходящих слов. Рюарк пальцем приподнял ее подбородок.

– Вы отказываетесь?

– Негодяй! – наконец проговорила она. – Негодяй, которого должны повесить за убийство женщины!

– Действительно, сударыня, так со мной и собираются поступить.

У Шанны перехватило дыхание. Она почти забыла о том, что перед ней убийца. Она попыталась вывернуться из его объятий, но он держал ее крепко. Она в ужасе взглянула в сторону Питни. Тот болтал со стражниками. Привлечь его внимание она могла бы лишь ценой большого скандала.

Она пробормотала:

– Это было безумие… Я обезумела, когда согласилась на это…

– Так, значит, теперь, заполучив мое имя, вы считаете, что условия сделки больше недействительны? – ухмыльнулся Рюарк.

В ней поднялась волна страха. Шанна поняла, что слишком рискует, так открыто выражая свое презрение. Рюарк коротко рассмеялся и выпустил ее из своих объятий. Озадаченная, она смотрела, как он направился к пастору, занятому оформлением бумаг о состоявшемся браке.

– Один момент, прошу вас, сударь, – сказал ему Рюарк. – Эта дама как будто…

Шанна поспешила его прервать:

– Не нужно ему мешать, любовь моя. Пойдемте, нам надо поговорить.

Священник снова стал писать, а Шанна схватила руку Рюарка и прижала ее к своей груди. Во взгляде Шанны горела решимость не дать Рюарку отказаться от нее.

– Ну, вы и тип! – прошептала она.

Янтарный взгляд оживился. Шанна почувствовала, как напряглась рука на ее груди. Он наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку, а потом губы его оказались у самого ее рта.

– Тихо, тихо, Шанна. Будьте паинькой. Мои дни сочтены. Давайте вести себя как настоящие влюбленные, это доставит удовольствие миссис Джекобс. Чуть больше нежности, дорогая.

Шанна боролась с желанием вырваться от Рюарка, пока он тихо, легко и осторожно словно бы пробовал на вкус ее рот. Она оставалась холодной и непокорной.

– Вам надо научиться расслабляться, – проговорил он, почти не отрываясь от ее губ.

Рюарк обвил рукой ее талию и выпрямился, не отпуская ее от себя. Шанне пришлось, тесно прижавшись к Рюарку, подойти вместе с ним к ризнице.

Пока



Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация