А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Вадим КАПЛУН
ШПОРЫ ДЛЯ ЛАБЫ

1

Весь год жизнь была в полоску. И каждая - полоса невезения. Сессию я завалил, в деканате разругался из-за каникул, а каникулы вот-вот закончатся, не начавшись. Все в разлом!

И орбитальная станция "Лаба-2" туда же! Коридоры темные - экономят энергию, бар не работает, пылища. Но народу! Все важные, в голубых комбинезонах! Я как увидел эти комбинезоны, чуть не вспотел от радости. Коллеги-спецы из Второй Школы Карантина и Спецконтроля. У нас с ними о-о-огромная любовь! До синяков! Когда их вижу, вспоминаю междушкольную лабораторную работу на Медаре. Тактические игры команда на команду. Мы прятались, а у них парализаторы... Джунгли, грязь, еды нет и не предвидится, Мишеля на сутки спать уложили... Ну, мы им в следующем семестре тоже баюшки-баю устроили, когда местами поменялись. Давно это было! Я тогда еще отличником был, а Мишель - испуганным мальчонкой с Периферии. Правда, тоже отличником.

Раз голубые комбинезоны, значит - карантин. Нас с Мишелем не трогали, присматривались. Остановили только у самого входа в сектор орбитальных рейсов.

- Планета на спецконтроле! - объявил гладко причесанный верзила, загораживая проход. - Пропуска...

- Мы на каникулы. У нас родственники внизу.

Я не очень соврал. У Мишеля, действительно, на Лабе родственники. Другое дело, у меня их там нет.

Мишель протянул свой пас-карт. Верзила глянул, сравнил, протянул руку ко мне. Я отдал свой. Спец изучил и сказал:

- Кардан может идти, Симонов нет.

Симонов - это я.

- Я сам спец! - важно сказал я. - Мне можно.

- Нельзя, - мрачно возразил верзила. Я его понимал. Я бы, например, тоже не пустил. Особенно этих, из Второй Школы. Своих - еще подумал бы. Но не спускать же ему!

И я не спустил.

- Шумим?

В коридоре появился еще один в голубом комбинезоне - румяный, бодрый дядечка с зычным голосом. Старший. Он взял пас-карты, взглянул и положил мою в карман.

- Я человек мягкий, - внушительно сказал он. - И не буду сообщать в вашу Школу, что вы пререкались с дежурным при исполнении им своих обязанностей. Может, у вас там плохо учат исполнять свои обязанности, а у нас с этим строго, - он отечески покачал головой. - Придется пройти...

Он повернулся и пошел по коридору, поднимая пыль.

- Жди здесь, - шепнул я Мишелю и бросился вдогонку.

- Понимаете, - начал я, догнав его, - я почти тоже лабианин. У меня здесь это... Девушка. На свадьбу лечу!

Я сам поверил в свадьбу и девушку, мог, наверное, ее даже описать, но он только пожимал плечами.

- Понимаю! Все понимаю, но не могу! Карантин, эпидемия. Планета закрыта!

- А что случилось?

- Психогенная инфекция, - старший протянул мне пас-карт. - Ладно, можете идти. На Лабе вам делать нечего. И учтите, каждый должен выполнять свои обязанности. Обязанность дежурного...

Идя обратно, я пытался сообразить, почему нас не предупредили в Школе. Такие вещи мы обычно узнаем первыми. Хотя, сессия была, не до того. Да и кто знал, что я к Мишелю в гости на каникулы напрошусь? Я сам не знал.

- Ну что? - встретил меня Мишель.

- А то! - сказал я. - Ты куда меня тащишь? Этот тип говорит - эпидемия.

- Я тащу? - изумился Мишель. - Какая эпидемия? Неделю назад с тетушкой говорил, ничего не было. Постой... - он надул щеки, задумался. - Это же стройотряд! Спохватились! Помнишь - Нильсен, Турель, М'Бого?

Я вспомнил. Года три назад на Лабе высадился стройотряд с Земли. После Глухого Столетия Периферия сильно отстала. Мы ей сейчас как можем помогаем. Хорошее дело, нужное. Стройотряд проработал полгода, а потом началось! Один сошел с ума, другой пропал без вести, Нильсен, кажется, покончил с собой. Темная история.

- Тогда конечно, - протянул я, - и думать нечего. Летим... На Лабу! Ты что, в створ попал? "Возвращаться"! Там спецов не хватает, помощь требуется. Нас для этого и готовят!

Мишель пожал плечами.

- Ничего... - буркнул он. - Умерь форсаж!

Я не слушал, прикидывал, как прорваться на планету. Там было дело, наша работа. Не лабораторки, не экзамен. Подумаешь, "не можем пустить"! Только улетим, сразу понадобимся, запрос дадут. Вторая Школа здесь не справится, уверен. А мы работаем по классу "экстра". Никаких возвращений, только вперед!

Станция типовая, проходы в сектор орбитальных рейсов на пятом ярусе. Это два поста. Еще один на пассажирской галерее. Но есть "пунктир".

- Пунктир, - негромко повторил я.

- Далась тебе Лаба! - Мишель догадался, что я придумал. - Ну хочешь, вместе вернемся?

- Я пошел, - ответил я. - Сиди в "челноке", жди меня. Через полчаса я там буду.

Через полчаса я все еще был не "там", а "здесь". В переходах "пунктира". Пропустил нужный поворот и, выйдя в третий раз в тот же коридор, понял, что заблудился, как глухач! Взвыл бы от злости, да шуметь нельзя!

Служебный ярус - "пунктир" - километры ходов и переходов, блок-шлюзы, генераторные закоулки... Ориентиров - ноль. Кляксы энергоотводов по стенам, на потолке алые наросты вакуум-сигнализации. Посторонний человек может сутками путешествовать. Или в коллектор угодить по незнанию. Впрочем, постороннему в "пунктир" не попасть, на дверях блокировка - ее простым ключом не откроешь. Нам пас-карты с универсальным ключом на втором курсе, после посвящения выдали.

Я шел и отсчитывал двери. Три... Шесть... Десять... Машинный зал, санузел, малый шлюз... Или большой? Галактика чудес! Знал же этот "пунктир" наизусть, высший балл по нему получил! Сейчас налево. Или направо? Пожалуй, все-таки прямо... Вспоминай!

Вдалеке прошуршали шаги и я замер. Не стоит, чтобы меня здесь видели. А я молодец, верно рассчитал! Когда станция на спецконтроле, в "пунктире" пусто - все спецы на пассажирском ярусе. Нет здесь постов. Желающий нарушить спецконтроль не имеет универсального ключа, а имеющий ключ нарушать не станет. Могли, конечно, двери заблокировать, я бы их не открыл... Кто этим заниматься будет? Знакомая баллада: суета, неразбериха, каждый орет на каждого, а селектор на всех вместе... Спецконтроль!

За тридцать девятой по счету дверью, вместо ожидаемого склада оказался причал. Удивляться времени не было. От ближнего "челнока" махал рукой Мишель. И я рванул прямо через перрон!

Когда я отдышался, "Лаба-2" уплывала с обзорного экрана. Рядом со станцией сверкал отражателем Большой Крейсер службы спецконтроля, на студенческом жаргоне "большой баллон".

- Что теперь будет? - спросил Мишель.

- А что? Пожурят и успокоятся.

- Пожурят! Ну знаешь! Нарушение карантина... Гюнтер вылетел, не успев сказать "пардон"! Сам знаешь, как это бывает.

Я знал, а потому молчал. Неприятности... Выяснят, что обратным рейсом я не улетел, начнут искать, рано или поздно догадаются запросить массив данных "пунктира", всплывет мой личный код... Оправдаемся! Не для удовольствия нарушил, для дела.

В этот момент Мишель, сидевший за пультом, сказал: "Ладно, садимся!" и перегрузка начала выдавливать мне глаза...

Тишина, духота, степные запахи. Сразу за последней ступенькой трапа начиналась трава. Мы рухнули в нее, закряхтев от удовольствия. Печенки-селезенки, зашедшиеся дрожью во время жуткой посадки, устроенной Мишелем, медленно отходили. Вдали привлекательно расстилала тень салатно-зеленая роща. Рядом закрывал половину белесого неба огромный ребристый борт грузовоза.

- Старый добрый коняга, - Мишель кивнул на грузовоз. - Сколько себя помню, столько летает. Местные рейсы, барахло разное возит. Мы, мальчишки, его "ракетой" называли. Забирались во-о-он туда, к пакгаузу, смотрели, как он садится, и вопили: "Ракета прилетел! Ракета прилетел!" Думали, это что-то обидное. Дразнилка. Кибер там еще был чудной, Генрих, кажется. Гонял нас все время.

Пластиковую стену низкого серого пакгауза украшали огромные мудрые надписи: "Стоянка грузовых каров" и "Не стоять, опасная зона!" А вот кибера Генриха не было. Вместо него, в тенечке, на груде контейнеров и почтовых пакетов возлежали, потягивая что-то из ярких коробок, двое в комбинезонах. То ли ждали грузовые кары, то ли не знали, что здесь опасная зона. Неподалеку блестели на солнце роботы-разгрузчики. Тишина, покой и ничего похожего на эпидемию.

- Я не понял, - спросил я. - Ты тетушке послание отбить успел? Она знает, что мы прилетим?

- Угу...

- Ну так где твоя тетушка? Где цветы и поцелуи? Я очень люблю поцелуи, - я потер руки.

- Угу... - Мишель шмыгнул носом. Лицо у него совершенно детское стало, беззащитное. Глаза подозрительно блестят - рад, что домой вернулся. Накатывает на него в самые неподходящие моменты!

Многие на счет Мишеля обманываются, принимая за увальня. Глядя на него, не скажешь, что у этого младенца - лучшая реакция на курсе. Сначала я его тоже не оценил, не хотел в паре работать, но потом увидел Мишеля в деле. Он может быть холодным, быстрым, злым, если нужно.

У рейсовика возникло движение. Из-за облезлой туши корабля, фырча воздушной подушкой, появился грузовой "Сизиф". Тетушка? Не тетушка... А жаль! Я бы с удовольствием сделался племянником той, что вела грузовик. Не было в ней ничего особенного. Не дурнушка, но и не красавица, золотая норма! Не то, что на Земле - все исключительные, пышноволосые, длинноногие и умелые - чудеса фенетики.

Надо познакомиться! На Земле я бы знал что и как сказать. О космических безднах, чужих солнцах и ледяном одиночестве... От которого меня немедленно стали бы спасать. А этих уездных дам не поймешь. Может быть они не любят межзвездных бардов-скитальцев?

Девушка вылезла из кабины с фоном в одной руке и блочком киберуправления в другой. Сказала что-то в фон и створки грузового люка корабля поползли в стороны. Задумчиво щурясь, она наклонилась над пультом, так что длинные светлые волосы закрыли лицо. Из кузова "Сизифа" горохом посыпались роботы-разгрузчики. Я с интересом ждал продолжения. Нормально управлять такой оравой с пульта можно, если работу координирует альфа-кибер. Или когда в совершенстве владеешь всеми десятью пальцами. Как музыкант-синтезист, как фокусник, как пилот экстра-класса.

Ничего похожего здесь не было. Киберы, шатаясь и спотыкаясь, кинулись по пандусу в грузовой люк рейсовика, выволокли небольшой ящик и потащили к "Сизифу". Ящик был один, а тащили они его вшестером. Причем половина в одну, половина в другую сторону. Потом ящик уронили, врезали им в борт и наконец ухнули в грузовой отсек. То же повторилось со вторым. Третий ящик развалился. В траву посыпались оранжевые коробочки, в какие обычно упаковывают хрупкие, некантуемые грузы.

А поодаль отдыхали в холодке, глядя на это, двое типов. И альфа-кибер у них имелся - ржавел рядом в бездельи. Дома, на Земле, я не стал бы вмешиваться. И день был жаркий, и поработать ребятам наверное сегодня пришлось немало. Но должна же у людей быть совесть! Я - землянин. Хочешь не хочешь, надо давать урок хорошего тона.

Они смотрели в мою сторону и не заметить, как я подошел, не могли. Но не заметили, не пожелали.

- Ребятки, - как мог дружелюбно сказал я. - Помогли бы даме! Или давайте я помогу... Кибера можно взять?

Они хором вздохнули и перевели окуляры на меня. Совершенно пустые глаза! Потом один из них, розовощекий, стриженный наголо крепыш в очень красивой белой широкополой шляпе с надписью: "Грузовые перевозки. Лаба-транс" отвернулся и принялся сосредоточенно разглядывать жаркое небо. Второй - низенький, белобрысый, с похожим на банан носом, пожал плечами и откинулся на ящики, заложив руки за голову. На знак согласия молчание похоже не было.

Когда на тебя не обращают внимание, есть много способов его привлечь. Я выбрал простейший. Под ногами, среди россыпей упаковочного хлама валялось множество пустых коробок из-под прохладительного. Подняв одну, я тщательно прицелился.

Попал я точно - в самую середину надписи на шляпе румяного. Реакция была неожиданной. Парни, как по



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация