А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Книги по авторам » САЙМАК, Клиффорд Дональд

Информация об авторе:

- к сожалению, информация об авторе отсутствует.

Безумие с марса(Марсианин)
Клиффорд Дональд Саймак


Рассказы
На Землю возвращается звездолет, первым достигший Марса. После приземления оказалось, что все члены экипажа мертвы, за исключением одного который тоже вскоре умирает. А на борту звездолета обнаруживается необычное животное.





Клиффорд Саймак

Безумие с марса





* * *


«Привет, Марс IV», первый космический корабль, сумевший добраться до Марса и вернуться назад, направлялся домой из глубин космоса. Телескопы лунной обсерватории в кратере Коперника засекли его и послали на Землю весть о местонахождении корабля, а через несколько часов и земные телескопы обнаружили во мраке пространства крохотную сияющую пылинку.

За два года до этого те же телескопы наблюдали его удаление, пока очертания серебристого корпуса не растаяли в пустоте. И с тех пор вестей от корабля не было. Но вот, наконец, лунные телескопы уловили эту мимолетную искорку и сообщили на Землю о ее возвращении домой.

Поддерживать с Земли связь с кораблем было невозможно. Мощные ультракоротковолновые станции на Луне могли посылать сообщения через разделяющие Луну и Землю четверть миллиона миль, но найти средство связи на расстоянии в пятьдесят миллионов миль людям пока не удавалось. Так что «Привет, Марс IV» устремился в пространство в молчании, а людям на Земле оставалось только ждать и гадать, какая же участь его ждет.

И вот Марс снова сблизился с Землей, и корабль возвращался – крохотный стальной комарик, продвигающий себя в пространстве вспышками сгорающего ракетного топлива. Он направлялся к Земле из молчаливой и таинственной области, и мили космических дорог пролетали под копытами стального скакуна. Он был победителем, и рыжая марсианская пыль все еще покрывала его корпус, но он же был лишь светлой пылинкой в объективах телескопов.

На борту корабля находилось шестеро отважных людей: Томас Дельвани, руководитель экспедиции; Джерри Купер, рыжеголовый пилот; Энди Смит, всемирно известный кинооператор; и двое космических рабочих, Джимми Ватсон и Элмер Пэйн – суровые ветераны трассы Земля-Луна.

Но было и три других корабля «Привет, Марс» – три предшественника так и не вернувшиеся к Земле – три других полета, прерванных ударами метеоритов в миллионах миль от Луны. Второй корабль кратко сверкнул алой вспышкой на виду у сидящих за телескопами наблюдателей: взорвались топливные баки. Третий просто пропал – он мчался вперед и вперед, пока не исчез из виду; случилось это шесть лет назад, но люди до сих пор гадали, что же могло произойти.

А еще через четыре года – два года назад – взлетел «Привет, Марс IV». И сегодня он возвращался – блестящая точка в космических просторах, сверкающий символ победы человека над иными планетами. Он достиг Марса, и теперь возвращался. Отныне по его следам пойдут другие, множество других кораблей. Некоторые вспыхнут в черноте космоса и исчезнут навеки, но остальные пойдут дальше, и человек, вслепую нащупывая путь вперед, всегда вперед, разрывая свои земные узы, ступит, наконец, на дорогу к звездам.

Джек Вудс, репортер «Экспресса», зажег сигарету и спросил:

– Как вы думаете, док, что они там раскопали?

Доктор Стефен Гилмер, директор Исследовательской Комиссии по Межпланетным Перелетам, затянулся своей черной сигарой, выдохнул целое облако дыма и раздраженно ответил вопросом на вопрос:

– Откуда мне знать, к чертям собачьим? Надеюсь, нашли что-нибудь. Эта поездочка обошлась нам в миллион зелененьких.

– Ну, может, у вас есть какие-нибудь предположения на этот счет? – настаивал Вудс. – Какие-нибудь мысли о том, как выглядит Марс – ну, хоть какие-нибудь новые идеи.

Доктор Гилмер злобно прикусил сигару:

– А вы размажете это по всей первой полосе. Все хотите извлечь что-нибудь из моей черепушки, потому что вашему брату не хватает терпения дождаться правдивых данных. Нет и нет, черт возьми. Ваш брат репортер порой у меня в самых печенках сидит.

– Ах, док, ну дайте же нам хоть что-нибудь. – умоляюще воскликнул Гэри Хендерсон, представитель газеты «Стар».

– Конечно, – сказал Дон Бакли, «Космические пути», – вы же ничего не теряете. Вы всегда можете сказать, что мы все переврали – это уж не впервые.

Гилмер махнул рукой в сторону официального комитета по встрече, топтавшегося неподалеку.

– Ребята, – предложил он, – а попросите-ка мэра, пусть скажет пару слов. Мэр всегда готов что-нибудь сказать.

– Конечно, – сказал Гэри, – но от этого дело с мертвой точки не сдвинется. За последнее время лицо мэра заполонило всю первую полосу; он даже решил, что газета принадлежит ему.

– Как вы думает, почему они нам не радировали? – спросил Вудс. – Они уже несколько часов летят в зоне приема.

Гилмер перекатил сигару из одного угла рта в другой и предположил:

– Может, они сломали радио.

Но на лице его были написаны следы беспокойства; его тоже волновало странное молчание корабля. Если радио сломалось, его можно починить.

Шесть часов назад «Привет, Марс IV» вошел в атмосферу и до сих пор кружил вокруг Земли в отчаянной попытке погасить скорость. Весть о том, что корабль приближается к Земле, повлекла людей к космодрому. Толпа все разрасталась, шоссе и улицы были битком забиты на целые мили вокруг.

Взмокшие полицейские кордоны вели неустанную борьбу с осаждающими поле толпами. Жара стояла неимоверная, и киоски по продаже безалкогольных напитков срывали огромные барыши. Женщины в толпе теряли сознание, а нескольких мужчин опрокинули и затоптали. Выли сирены «Скорой помощи».

– Уф-ф-ф, – буркнул Вудс, – мы умеем отправлять космические корабли на Марс, но не в состоянии справиться с толпой.

Он выжидающе смотрел в голубую чашу небес:

– Должны появиться с минуты на минуту.

Его слова потонули в нарастающем реве ракетных двигателей и громоподобном грохоте несущегося из-за горизонта корабля.

Рев толпы мог бы поспорить с ревом ракетных двигателей. Корабль серебряной полоской промчался над полем и в отдалении вдруг озарился алыми сполохами: заработали носовые двигатели.

– Купер выжимает из него все возможное. – благоговейно сказал Вудс. – Если он будет так гонять двигатели, то расплавит корабль напрочь.

Вудс смотрел на запад, кораблю вслед, и совершенно забыл о своей сигарете. Она догорела и обожгла ему пальцы.

Краем глаза он заметил Джимми Эндрюса, фотографа из «Экспресса».

– Ты сделал фото?! – заорал Вудс.

– Какое фото?! – прокричал тот в ответ. – Не могу же я снять молнию!

Корабль появился снова, уже медленнее, но все еще со страшной скоростью, на мгновение завис над горизонтом, а потом помчался к космодрому.

– Он не сможет сесть на такой скорости! – завопил Вудс. – Он же разобьется к чертям!

– Смотри! – заревела дюжина голосов, а корабль был уже внизу – нос его вспарывал землю, оставляя позади дымящуюся сырую борозду, хвост угрожающе возносился высоко в воздух, словно ракета вот-вот опрокинется.

Толпа в дальнем конце поля распалась, превратившись в обезумевшее стадо спотыкающихся, царапающихся, толкающихся и пропихивающихся людей, внезапно охваченных паникой при виде вспахивающего землю, ползущего в их сторону корабля.

Но «Привет, Марс IV» остановился почти у самого полицейского кордона и все-таки не опрокинулся. Израненный, истерзанный корабль, наконец-то возвратившийся из космоса домой, первый корабль, сумевший достичь Марса и вернуться.

Газетчики и фотографы лавиной ринулись вперед, толпа завопила, воздух прорезали автомобильные гудки и сирены. С городских окраин донеслись свистки и отдаленный колокольный звон.

Вудс бежал, а в его сознании, на самой грани восприятия, билась тревожная мысль: что-то тут не то. Если бы у штурвала был Джерри Купер, он нипочем не посадил бы корабль на такой скорости. Такое приземление подстать только умалишенному – а Джерри был мастером пилотажа, и не любил испытывать судьбу. Джек видел его пилотаж во время лунного дерби[1 - соревнования на главный приз года (по имени лорда Дерби, впервые организовавшего подобные скачки) – прим. перев.] лет пять назад, и Джерри управлялся с кораблем так, что любо-дорого посмотреть.

Люк рубки управления корабля медленно откинулся, с лязгом ударившись о металл обшивки, и оттуда выбрался человек. Сделал неверный шаг вперед, споткнулся и рухнул.

Доктор Гилмер бросился вперед и поднял его с земли.

Голова упавшего безвольно моталась из стороны в сторону, и пока Гилмер подымал его, Вудс успел бросить взгляд на лицо этого человека. Это было лицо Джерри Купера, но искаженное и изменившееся до неузнаваемости, и это лицо отпечаталось в мозгу у Джека Вудса, вытравив неизгладимый след, и даже спустя многие годы это воспоминание заставляло Джека содрогнуться: изможденное лицо с глубоко запавшими глазами, щеки ввалились, слюнявые губы лепечут бессвязные звуки, не произнося ни единого осмысленного слова.

Чья-то рука оттолкнула Вудса.

– Прочь с дороги! – пронзительно крикнул Эндрюс. – Я не могу снимать!

Джек услышал негромкое жужжание камеры и клацанье, когда фотограф менял пластинки.

– Где остальные? – закричал Куперу Гилмер.

Тот взглянул на него пустым взглядом и лицо его исказилось гримасой боли и страха.

– Где остальные? – снова закричал Гилмер и его голос далеко разнесся над внезапно притихшей толпой.

Пилот дернул головой в сторону корабля.

– Там. – прошептал он, и было в этом шепоте что-то пугающее.

Он забормотал невразумительные слова, не означающие ровным счетом ничего. Затем с мучительным усилием выдавил из себя:

– Мертвые.

И добавил в наступившей вслед за этим тишине: – Все мертвые.

Остальных нашли в жилом отсеке позади запертой рубки управления. Все четверо были мертвы, мертвы уже много дней.

Череп Энди Смита был разбит могучим ударом. Джимми Ватсон был удушен, и на горле до сих пор виднелись синяки от сжимавших его пальцев. Тело Элмера Пэйна громоздилось в углу, и хотя на нем не было следов насилия, лицо его было искажено отвратительным выражением, превратившись в маску боли, страха и страдания. Тело Томаса Дельвани вытянулось у стола: горло его было перерезано старомодной опасной бритвой. Сама бритва, ржавая от почерневшей крови, была смертельной хваткой зажата в правом кулаке покойника.

В углу каюты стоял большой деревянный упаковочный ящик. На гладких белых досках ящика кто-то трясущейся рукой написал черным карандашом единственное слово: «Животное». Очевидно, пытались написать и еще что-то: под этим единственным словом виднелись странные нечеткие знаки, выписанные тем же карандашом. Сплошные каракули, не означавшие ровным счетом ничего. Каракули расползались и прерывались без всякого смысла и толка.

В ту же ночь Джерри Купер скончался в припадке буйного помешательства.

Банкет, назначенный отцами города в честь прибытия героев-завоевателей, пришлось отменить: чествовать было уже некого.

А что же было в упаковочном ящике?

– Насколько я могу судить, – сообщил доктор Гилмер, – это живое существо, и вроде бы действительно живое, хотя трудно сказать наверняка. Если поставить его рядом с улиткой, она покажется просто-таки молниеносной.

Джек Вудс посмотрел сквозь толстую стеклянную стенку камеры. В камере находилось обнаруженное доктором Гилмером существо из упаковочного ящика.

Существо напоминало меховой шар.

– Оно свернулось клубком и спит. – сказал Вудс.

– Да уж, свернулось! – возразил Гилмер. – Просто эта тварь такой формы. Она сферическая и вся покрыта мехом. Если вам нужно определение, то Меховой Помпон звучало бы подходяще. В такой шубе вам будет легко и уютно даже самой лютой зимой на Северном полюсе. Как вы помните, на Марсе чертовски холодно.

– Быть может, мы организуем на Марсе меховой промысел? – предложил Вудс. – Будем отправлять на Землю большие караваны марсианских мехов и торговать ими по баснословным ценам.

– Если до этого дойдет, то их перебьют в один момент. – заметил Гилмер. – Хотя эта детка и способна двигаться, но не быстрее фута в день. Кислорода на Марсе чрезвычайно мало, энергию раздобыть крайне трудно, и этот парнишка не может бездарно тратить их на то, чтобы просто валандаться по округе. Он только и знает, что сидит на месте да отмахивается от всего, что может отвлечь его от нелегкого труда элементарного выживания.

– Что-то я не вижу ни глаз, ни ушей – вообще ничего такого, что обычно бывает у животных. – заметил Вудс, напряженно вглядываясь сквозь стекло.

– Вероятно, он способен к воспринимать нечто такое, что нам и в голову не взбредет. – сообщил Гилмер. – Как вы понимаете, Джек, он является порождением совершенно иной среды обитания. Полагаю, у них там совершенно иной стиль жизни, чем у нас, на Земле. Нет совершенно никакого повода думать, что на столь отдаленных мирах, как Земля и Марс, эволюция должна идти параллельными курсами.

– Как ни мало мы знаем о Марсе, – он покатал сигару губами, – наши сведения дают нам основания для предположения, что на Марсе должны обитать именно такие животные. На Марсе чересчур мало воды, а по земным меркам, так и вовсе нет. Это безводный мир. Кислород там есть, но атмосфера так разрежена, что на Земле ее назвали бы вакуумом. Марсианским тварям приходится обходиться минимальными количествами воды и кислорода.

А когда мы заполучили Помпон, мы, разумеется, захотели его сохранить в живых. Сферическая форма дает ему минимальное отношение поверхности тела к объему и позволяет экономить воду и кислород. Наверно, внутри него почти сплошные легкие. Мех защищает его от холода – на Марсе порой бывает чертовски холодно, достаточно для того, чтобы по ночам углекислый газ вымораживался из воздуха. С его-то помощью они и упаковали Помпон на корабле.

– Только без шуток. – сказал Вудс.

– Какие уж тут шутки. Внутри деревянного ящика был стальной контейнер, а в контейнере этот парнишка. Они откачали оттуда большую часть воздуха и создали частичный вакуум, а контейнер обложили сухим льдом – замороженным углекислым газом. Снаружи, между контейнером и ящиком, была бумага и войлок, чтобы замедлить испарение льда. Наверно, во время обратной дороги им пришлось несколько раз обновлять упаковку и менять воздух.

Очевидно, последние несколько дней перед прибытием им было не до Помпона – концентрация кислорода значительно снизилась, а лед почти весь испарился. По-моему, Помпону пришлось довольно туго, даже тошно – слишком много углекислого газа и невероятно жарко.

– Ну, теперь-то вы все устроили. – Вудс указал на стеклянную камеру. – Кондиционер и все такое.

Гилмер хмыкнул:

– Ему это должно напоминать



Навигация по сайту


Читательские рекомендации

Информация