А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Разлучница
Кристина Леманн


Разочарованная предательством жениха, Жасмин устроилась на работу в агентство, которое по заказу родственников расстраивает свадьбы. И… стала самой востребованной интриганкой. Но как быть с любовью, которая вновь появилась в ее жизни?.. Холодная и расчетливая Жасмин преображается – она отдает любимому все и ничего не просит взамен, надеясь на силу настоящей страсти, которая сметает все на своем пути…





Кристина ЛЕМАНН

РАЗЛУЧНИЦА





ГЛАВА 1


Напевая себе под нос мелодию свадебного марша Мендельсона, Фальк свернул за угол Красной ратуши [1 - Красная ратуша (или Шенебергская ратуша) – своего рода символ Берлина. Построенная в 1911—1914 гг, с 1948 года и вплоть до объединения Германии, она служила резиденцией правящего бургомистра и сената, а также была местом заседаний палаты депутатов Западного Берлина.]. Дам-да-да-дамм, дам-ди-дамм…

К счастью, женихом был не он.

От раскаленного на солнце кирпичного фасада здания отдавало жаром. Приглашенные на свадьбу гости разбились на кучки и в терпеливом ожидании стояли по обе стороны от входа в ратушу. Отец невесты, розничный торговец из Кройцберга [2 - Кройцберг – оживленный район Берлина. Место встреч семей иммигрантов, панков и художников. Этот район отличается от других большим количеством турков, проживающих там, и своим колоритным рынком на берегах канала Ландвер.], курил сигарету. Мать, не отходившая от дочери ни на шаг, не давала ей ни минуты покоя.

– Ну, у тебя и вид, дорогая! – твердила она.

Фальк подошел к семье жениха, похлопал своего старого друга по плечу и вежливо поздоровался с его родителями. С семьей невесты у него с самого начала не заладились отношения. Фальку казалось, что у них не может быть ничего общего с семьей Хансена, гамбургского поставщика кофе, который сейчас то и дело нервно посматривал на часы. У него просто в голове не укладывалось, как они могут породниться с состоятельной семьи жениха, не говоря уже об отсутствии хороших манер, научиться которым можно только в течение длительного времени. Ахим выбрал свою Ксандру из предложенного ему списка девушек и в первую же встречу пригласил ее поужинать в дорогой ресторан «Ле Провинсиаль», что в Николайфиртель [3 - Николайфиртель – исторический район Берлина. На его узких улочках стоят старые жилые дома и таверны, которые сохранили свой прежний вид.]. Они договорились, что Ахим узнает ее по алой розе. Жребий любви был брошен, и Ахиму, неисправимому романтику, совершенно не было дела до сомнительного социального положения невесты. Собственно говоря, именно возвышенное отношение к любви объединяло Ахима с матерью Фалька, руководившей брачным агентством «Золотая Роза». Она и свела его друга и Ксандру.

Фальк уже давно подметил, что таким женщинам, как Ксандра, пока они молоды, довольно легко удается скрывать свое происхождение и недостатки воспитания. Но вот проходит пара лет, появляются первые конфликты, и молодая жена визжит, как торговка фруктами из Кройцберга, а муж, поджав верхнюю губу, молчит, словно истинный ганзеец.

Сейчас же, несмотря на то, что свадебному платью Ксандры не хватало той взвешенной выдержанности стиля, которую так ценил старик Хансен, его белизна подчеркивала стройность и невинность невесты. Казалось даже, что она и вправду мечтала об этой свадьбе. Ахим в свою очередь понимал, что развод может обойтись ему в копеечку, но все-таки решил испытать это на себе.

– Да, а кого мы еще ждем? – спросил Фальк, энергично потирая руки. – Может, пора уже начинать?

– Ты хотя бы потрудился галстук завязать! – с мягкой укоризной шепнул ему на ухо Ахим. – Ты ведь как-никак мой свидетель. Кроме того, тебе известно, что мой отец…

Ухмыляясь, Фальк поправил алую розу на лацкане своего светлого льняного пиджака и перебил его:

– Это ведь не мой отец.

Под пиджаком у Фалька была не рубашка, а какая-то темно-серая футболка, вместо черных кожаных туфель – полосатые кроссовки. Нельзя сказать, что Фальк – а ему уже исполнилось тридцать – активно занимался спортом, но его мускулатуре можно было только позавидовать. Стиль деловых людей был не для него. Правда, иногда его все же посещали мысли позволить себе такую роскошь, но в деловом костюме с галстуком он выглядел как конфирмант. Вдобавок еще этот непослушный вихор на голове, который портил всю картину, не говоря уже о слегка помятом лице.

– Ты уж извини, Ахим, – с подчеркнутой учтивостью добавил Фальк, – но вчера на мальчишнике ты пролил красное вино на мою белую рубашку, а она была единственной, которую я взял с собой в Берлин. Ну, вы готовы?! – Он перетянул невесту на свою сторону, чтобы вести ее под руку. – И куда нам теперь?

– В зал Луизы Шредер, – ответил Ахим и пояснил: – Это на третьем этаже.

Гости поспешно выстроились. Перед тем как войти в здание, Ксандра неожиданно для всех обернулась. Фальк, проследив за ее взглядом, заметил незнакомого молодого человека, который подходил со стороны парковки. Он так задыхался, что ему даже пришлось опереться о колонну у входа в ратушу. Когда Фальк увидел, что у него по лицу текут слезы, он подумал:

«Нашелся-таки один человек, которому в день свадьбы настолько грустно, что он не может сдержаться».

Свадьба Ахима и Ксандры была не единственной в этом здании. Каждая первая пятница месяца в Красной ратуше напоминала день сражения. В то время как они поднимались по широкой лестнице, устланной красной дорожкой, им навстречу, спускаясь вниз, двигалась еще одна свадебная процессия. Стены помещения были украшены в стиле псевдо ренессанса периода XIX века. Слева от лестницы находилась статуя Меркурия, покровителя торговли, справа возвышалась женская фигура богини, покровительницы судоходства. Казалось, в этом интерьере было нечто общее между торговлей фруктами и поставками кофе из-за океана. Но это единственное, что вообще объединяло Ахима и Ксандру.

Бросив взгляд на невесту, Фальк увидел, что она вдруг отпрянула от Ахима, будто передумала выходить замуж.

Они вошли в зал светло-зеленого цвета, в котором после падения Берлинской стены состоялось первое заседание круглого стола депутатов, где сенат Западного Берлина встречался с магистратом Восточного Берлина. Как свидетелю, Фальку пришлось стать в первый ряд. Хотя давным-давно необходимость в свидетелях отпала, на свадьбе было все же принято следовать целой куче бессмысленных традиций, чтобы на всякий случай подстраховаться. Конечно же, Фальк понимал, что Ахим попросил его стать свидетелем только по старой дружбе. К этому времени Ахим уже твердо стоял на ногах, построил в Берлине уникальный магазин кофе и был готов связать себя узами брака, чтобы создать семью.

– Вы принесли с собой хорошую погоду, – сказала служащая загса, обращаясь к будущим супругам. На ее голубом жакете сверкали золотые пуговицы в два ряда. – Но не всегда ваша супружеская жизнь будет солнечной. – С каждым ее словом о предстоящих несчастливых буднях невеста, казалось, уменьшалась в росте. Наконец пришло время произнести самые главные слова. Все встали.

– Ахим Хансен, согласны ли вы взять в жены Ксандру Шульце?

– Да, согласен.

На лице служащей загса вдруг появилась довольная улыбка, будто до этого она переживала, что жених передумает.

– Тогда, – продолжила она, – я обращаюсь к вам, Ксандра Шульце. Согласны ли вы взять Ахима Хансена в свои законные мужья?

«Пока смерть не разлучит вас», – пробормотал Фальк себе под нос. Внезапно наступившая тишина заставила его поднять глаза. Служащая загса напряженно улыбалась.

– Нет, – прошептала Ксандра. – Нет, – повторила она, но уже более внятно. – Я не могу… – Она повернулась лицом к гостям и закричала:

– Георг! – Фальк тоже обернулся и увидел, как уже знакомый ему мужчина, стоявший тогда у колонны, прошмыгнул в дверь, с грохотом захлопнувшуюся за ним.

Вот только вид у него теперь был несколько другой, какой-то отчаянный.

– Ксандра! – вырвалось у матери невесты. – Ты что? С ума сошла?

– Мама, мне очень жаль. Ахим, мне действительно жаль, но я… я не могу. Только не сейчас, мне нужно…

Она подхватила пышные юбки свадебного платья и выбежала из зала.

Ахим стоял в растерянности – его отец, наоборот, вздохнул с облегчением.

– Ну и ловко она нас… – Он замолчал, увидев, что его жена, все еще находясь под впечатлением от случившегося, не могла прийти в себя. – Я имел в виду, что наш сын только зря потратился на ужин в «Ле Провинсиаль». Но в принципе, если гости проголодались, то чего бы и не сходить в ресторан.

– Да как так можно, Ханнес! – не удержалась несостоявшаяся свекровь.

Фальк быстро направился к двери. Участники следующей свадебной церемонии, ожидая своей очереди, прогуливались по коридорам, рассматривая портреты почетных граждан Берлина. В мгновение ока Фальк оказался на первом этаже. Выйдя на улицу, он увидел, что Ксандра стоит у входа, а букет валяется у ее ног.

– Георг, ну где же ты? – Ксандра беспомощно взглянула на Фалька. – Он ведь только что был здесь!

Фальк осмотрелся по сторонам и увидел, как отъезжавшее от ратуши такси свернуло за угол и исчезло.

Какой-то пожилой человек, проходивший мимо них, ехидно усмехнулся.

– Только не стоит расстраиваться! Бог любит троицу!

Не переставая оглядываться, Фальк заметил молодую женщину, стремительно удалявшуюся в сторону Николайфиртель. Резкий берлинский ветер развевал ее пышные кудри до плеч. Фальк никогда прежде не видел волос такого цвета – это был какой-то особый светло-рыжий цвет с нежным оттенком, переливающимся золотом. Ему так захотелось увидеть ее лицо, что он даже представил, как она выглядит. С таким цветом волос у нее наверняка были изумрудно-голубые глаза, светлые брови и редкие веснушки. Но он видел только светло-зеленый свитер и джинсы. По крайней мере, зад у нее был что надо.

Фальк достал мобильник. С пятого раза его мать взяла трубку.

– Ничего не вышло, – коротко доложил он. – Невеста передумала.

– Я ничего не понимаю. Это же была любовь с первого взгляда, несмотря на всяческие общественные предрассудки. Самая настоящая сказка о Золушке и Принце.

– По-видимому, на их пути стал кто-то еще – какой-то Георг. Кажется, за последние полгода у тебя во второй раз убегает невеста. Мама, если кто-нибудь распустит об этом слухи, то плакали твои богатенькие и знатные клиенты.




ГЛАВА 2


Откинув со лба золотисто-рыжую прядь, Жасмин положила папку на стол. В солнечных лучах, проникающих в комнату через окно, ее волосы приобретали коричневый оттенок с золотым отливом.

Фальк не ошибся по поводу ее светлой кожи и веснушек, а также глаз цвета неба, которые прекрасно гармонировали с цветом волос.

Глория Геран налила себе кофе.

Этой деловой, энергичной женщине шел уже пятый десяток. У нее были темные глаза, окрашенные в почти красный цвет волосы и яркие губы; покрытые красным лаком ногти и черно-белые пластиковые клипсы в ушах завершали образ начальницы агентства. Она аккуратно поставила чашку с кофе на край стола, села и достала кусочек сахару. Тем временем подошли другие сотрудники. Глория открыла свое дело семь лет назад, но из них только последние пять, когда появилась Жасмин, оно действительно стало приносить прибыль.

К тому времени около полдюжины мужчин и женщин явились на собрание, которое проходило по пятницам в не большом бюро, что неподалеку от ресторанчика «Цум Нусбаум» на Николайфиртель.

– Что ж, начнем, – объявила Глория. – Может, сначала обсудим расторжение браков?

– Да, давайте, – поддержала ее Жасмин. – Например, дело Хансена. – Она недоверчиво посмотрела на Рольфа, который сидел, играя ручкой и делая вид, что занят чем-то своим. – Молодой человек, жених Ахим Хансен, никогда не простит своей невесте, торговке фруктами из Кройцберга, что она бросила его прямо в загсе и убежала к нашему Ромео.

– А мы разве не договаривались, – сказал Рольф, внезапно встрепенувшись, – что не будем срывать свадьбы? Нам ведь не нужно, чтобы нас допрашивали из-за того, что мы постоянно нарушаем устоявшийся общественный порядок.

Маленькая толстушка Лизелотта тяжело вздохнула.

– Рольф, но иногда просто нельзя иначе, – защищалась Жасмин. – Ксандра оказалась твердым орешком, да и времени у нас было всего-навсего две недели. Увы, родители не понимают, что обращаться за нашей помощью необходимо как можно раньше, и не тогда, когда родственники и друзья получили свадебные пригласительные. Как по мне, я тоже считаю, что роль Ромео вообще была лишней. Все равно ничего путного из этого не вышло.

– Не скажи, – возразил Рольф с наигранным спокойствием. – Тебе же было мало того, что Ксандру выгнали из школы за прогулы. И, кроме того…

– Но это, между прочим, как нельзя лучше подействовало на отца Ахима: он сразу настроился против Ксандры, – перебила его Жасмин. – Только вот с Ахимом было посложнее. Он просто парил в облаках от своей большеглазой возлюбленной.

На лице Рольфа появилось обычное страдальческое выражение.

– Конечно, мы могли пустить слух, что в прошлом году Ахим насмерть сбил человека и скрылся с места преступления. Как раз в то время на трассе Гамбург – Берлин произошел несчастный случай. Может быть, это заставило бы Ксандру задуматься.

Жасмин перевела дыхание.

– Разреши, пожалуйста, напомнить тебе, что мы больше никогда не будем использовать клевету, если наш клиент – человек, занимающий особое положение, и если это может привлечь внимание со стороны прессы. Не в наших интересах ставить его репутацию под удар.

– Дети! – воскликнула Глория. – Хватит ссориться! Две недели – это действительно короткий срок, чтобы придумать достойную подоплеку. Это даже Рольфу едва ли под силу. Конечно, в дальнейшем нам нужно очень постараться, чтобы не допустить таких красочных прецедентов, как побег из загса во время свадьбы. Поймите: нам ни к чему распускать слухи, из-за которых потом придется встречаться с прокурором. Глория вытащила из-под папки газету, и Жасмин тут же заметила новое объявление, которое было размещено и в других крупных газетах Германии:

Если Ваша дочь попала не в те руки, если Ваш сын хочет жениться



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация