А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Да здравствует экология!
Влад Ключевский


Рассказы


Влад Ключевский

Да здравствует экология!





* * *


Жизнь у Лешки стала совсем ни к черту. За пивом сходить в ближайший ларек и то стало трудно. Выйдешь – а старушки у подъезда поймают и ну выспрашивать, как это он в Думе с речью выступал и науку спасал. А что им скажешь? Что по заданию чертей все это делал? Что спасать – спасал, но не спас?

А тут еще участковый стал смотреть как-то подозрительно. То поздоровается, то пройдет мимо и вроде бы не заметит. Но Лешка-то спиной чувствует, что участковый наблюдает за ним. А тут еще друзья – как соберутся у Лешки на квартире и давай приставать с глупостями – расскажи да расскажи им, как науку спасал.

От всего этого Лешка нервным стал. Икнет, бывало, громче обычного – тут же покраснеет и назад обернется. А вдруг кто сейчас его спросит что это с ним и какое отношение это имеет к спасению науки?

И в тот вечер – уже и друзья собирались по домам идти – Лешка вдруг стал так громко и отчаянно икать, что Кунька, лучший лешкин друган, головой начал качать из стороны в сторону и причитать, как на похоронах:

– Точно, Лексей, тебя кто-то щас шибко вспоминает. Может, в Думу тебя опять призовут? – а тут вдруг грохот, шум, лампочка под потолком как припадочная стала мотаться и мигать. Наконец, вся квартира наполнилась едким дымом и запахом серы. Лешка вдруг перестал икать, зато за столом оказалось сразу несколько чертей. И среди них – старый знакомый черт, который бывал у Лешки и раньше. Лешка как-то сразу припомнил, что зовут его не то Ватрон, не то Ватруш. А, может, и по-другому, но что-то похожее все-таки там есть.

Тут Кунька, который раньше никогда с чертями не знался, вдруг сильно оробел:

– Петрович, это что – твои новые друганы? – дрожащим голосом спросил Кунька. Лешка молча кивнул, – А что ж ты тогда роги не носишь?

– Дурак ты, Кунька, – подала голос с дивана Люська, лешкина сожительница. – Это ты роги носишь! У тебя все бабы такие. А Леша у меня талантливый! – Кунька в ответ только обиженно всхлипнул. Правда она завсегда обиднее голого вранья.

– Петрович, – черт доверительно наклонился к Лешке, – Понимаешь, тут у нас проблема возникла, – Лешка в знак согласия наклонил голову, что ж, понимаем, мол, понимаем, и там сейчас трудности с затруднениями, – Времечко такое, везде трудности. Вот и у нас некоторые, понимаешь ли, чертовски несознательные элементы серу за бесценок за границу продают. Котлы, бывшие в употреблении, тоже… Не поверишь, вместе с грешниками так и продают! – Лешка опять склонил голову, мол, совсем обнаглели новые черти.

– А, пинжаки красные оне носют? – встрял в разговор Кунька. Ехидный стал какой-то Кунька – то ли постарел, то ли на него так перестройка подействовала. Черт его поймет.

– Нет, не носят. – пропищал молоденький черт и тяжело вздохнул, – Жарковато у нас там в пиджаках. Вот цепи золотые носят. И рога золотят.

– Так, понимаешь, – Ватруш поскреб голову между рогами, – Раньше мы серы столько добывали, что и себе хватало, и пол-заграницы снабжали. А теперь, эх! И себе не хватает, и в заграницу как в пропасть…

– М-да, – Лешка словно нехотя разжал губы, – И у нас с серой напряг. Ну, я спрошу. Тут у меня один знакомый новый русский есть, в красной фуфайке ходит, – мы тут у пивной бочки частенько встречаемся по утрам, – может, у него сера есть? Тогда бы можно было свести нового черта с новым русским и посреднические взять. Хоть серой, хоть пивом…

– Да, нет, Петрович, – Ватруш мотнул головой, – Другая у нас проблема. Понимаешь, котлы, бывшие в употреблении, продали. А те, которые остались, оказались хуже проданных. Удивительно! – Лешка понимающе кивнул, мол, и у нас с рельсами такое же, – Так вот, все котлы старые, худые, из них все течет да в костер. Сам понимаешь, копоть, дым и все прочее, прочее… Экология стала совсем ни к черту.

– Ни к кому? – опять встрял ехидный Кунька. Ох, неймется Куньке, – Лешка это давно заметил. Его ведь то друганы отлупят, то опять же друганы. Опять же и отлупят. За ехидство и полное непонимание каждого текущего момента.

– Так, понимаешь, – Ватруш даже не удостоил Куньку ответом, – Главный-то нам и говорит, чтобы притащили к нам туда хоть кандидата наук. Чтобы, значит, экологию исправить…– черти как по команде стали дружно кивать головами и горестно вздыхать, – Дела-то у нас теперь совсем никудышние. Вон у молодого хвост облез, у других – шерсть клочьями слазит. – черти дружно, хором стали подвывать. – А где взять нам кандидата наук, который бы в экологии разбирался? Эх… Мы пошли на разведку по разным университетам – зря только время угробили. Понимаешь, что ни завкафедрой по экологии, так то бывший комсомольский работник, то партийный историк, то еще кто-нибудь. В общем, мыкали мы горе, мыкали, да так ничего и не вымыкали. – Ватруш замолчал и с минуту лишь горестно вздыхал и чесал лысеющий хвост. Лешка тоже не отвечал и поглаживал щетину на щеках, словно желал убедиться, что хоть это у него на месте и никуда не денется.

– М-да, – Лешка всей пятерней залез к себе в шевелюру. К его внутренней глубокой радости все волосы были на месте, – У нас с экологией получше, у нас заводы стоят…

– А мы-то не можем остановить производство, – с отчаянием в голосе вскрикнул Ватруш, – У нас же все новые и новые прибывают! Мы же их не можем складировать до лучших времен. Леша! – Ватруш наклонился над столом, – Мы же друг друга давно знаем. На тебя вся надежда. Выручай!

– Дык, – Лешка удивленно развел руками, – Я, вроде, тоже с экологией не шибко знаком…

– Леша, соглашайся, – Люська подскочила с дивана, подошла к Лешке и нежно погладила его по голове, – Все равно хуже не будет. Хуже ж и так некуда! Вон ты у меня какой умненький да кучерявенький!

– Дык, я ж и не кандидат…

– Вот-вот! – Ватруш радостно замахал в воздухе руками, – Потому мы к тебе все и пришли. Мы из тебя кандидата наук делать будем. – Лешка с сомнением покачал головой и скривил губы. – Да, и нужно-то всего ничего. Сдашь три экзамена, пройдешь предзащиту, а потом и сама защита…Тебе потом диплом выдадут, а мы тебя к себе заберем.

– Дык, – Лешка от удивления захлопал ресницами, – Я, вроде, еще и не должон туда-то? Как же так?

– Ты не бойся! Совсем не бойся! – радостно заверещал молоденький черт, – Мы ж тебя как специалиста к нам приглашаем. Это, вроде, как за границу поедешь, на заработки, а не как…– молоденький черт замялся, подыскивая нужное слово, – Не как наш постоянный клиент!

– Будешь как грешник на сковородке шкворчать… Э… Прости, оговорился, – Ватруш смущенно откашлялся, – Как сыр в масле кататься. Пиво приглашенным специалистам без очереди…

При слове «пиво» Лешка сломался. Хорошее пиво, да еще и без очереди?! Такое Лешке только во сне и снилось, правда, редко и до перестройки.

– Ладно, – Лешка махнул рукой, – Годится. Вот только как с этими экзаменами-то быть, а? Да, и с самой диссертацией как-то надо было бы сладить…

– Эта проблема решаемая! – радостно запрыгал на стуле Ватруш, – Еще как решаемая! Ты только кивай головой, когда нужно, или по бумажке читай. А мы уж все сладим!


* * *

Как Лешка сдал экзамен по английскому – черт его знает. Правда, готовился тщательно: даже майку свою единственную постирал и даже прогладил. Конечно, Лешка понимал, что все это мало поможет. Ведь он по-русски-то начинал внятно говорить только после банки «жигулевского». А тут на тебе – лопочет по-английски как зарубежный премьер-министр и улыбается. Учительницы тают от лешкиного английского и в ответ только «йес, йес!» и «вери гуд». Лешка даже это понимал без переводчика. Короче, черти все сладили как надо и зря Лешка майку свою стирал.

Правда, с философией вышла маленькая заминка. Что-то там сломалось у чертей, а сдавать экзамены без их помощи Лешка не обещал. Хорошо еще, что природная смекалка выручила. Спрашивают Лешку об основных задачах философии текущего момента. А Лешка им в ответ:

– Главное, – говорит, – Дорогу найти и всем указать.

– Чего-чего? – спрашивают въедливые профессора.

– Дорогу найти, – невозмутимо отвечает Лешка, – Раньше-то все дороги вели к коммунизму. Так? Сейчас, вроде бы, к капитализму. А куда на самом деле – неизвестно. Так? Вот и надо ее найти, определить, так сказать, и всем разобъяснить. – переглянулись профессора, пожевали губами – да, мало ли что? Хоть сейчас, вроде, и не те времена, а вдруг что? Да, и старенькие они уже, так что не переживут ежели что. И поставили на всякий случай четверку.

К самой же защите Лешка готовился еще более тщательно – он не только помыл шею и побрился, но и – это больше всего поразило Куньку, – проснулся ни свет ни заря. Лешка так рано вставал только раз в жизни – когда шел первый раз в первый класс.

– Леша, ты не заболел ли часом? – спросонья забеспокоилась Люська.

– Да, что ты говоришь!? – беззлобно огрызнулся Лешка, – Ты, чай, не забыла, что у меня сегодня защита? – Люську как ветром сдуло с дивана. Она метнулась на кухню, загремела кастрюлями и скоро до Лешкиного тонкого с утра обоняния долетел нежный аромат яичницы. Войдя в кухню, Лешка не без глубокой внутренней радости увидал рядом со сковородкой граненый стопарик с холодной водочкой – сразу стало ясно, что защита кандидатской диссертации действительно близка:

– Леша, прими, не ради пьянства, а чтобы волнение побороть. – Люська умоляюще посмотрела на мужа, – Я ить специально узнавала – ну, многие так делают перед защитою. Прими, не томи душу.

После завтрака появились Ватруш с Кунькой. Правда, они вошли в квартиру разными путями, но почти одновременно. Лешка даже как-то не сразу сообразил

– новый какой-то запах. А откуда ему было взяться-то? Серой воняет – так Лешка знает как. Не первый раз черти у него в гостях. А тут как на грех еще более душистое, от чего лешкины внутренности наружу выворачивает. Лешка даже думать начал, что это все у него от волнения – защита все-таки. Но Ватруш успокоил: увидел, как Лешка носом из стороны в сторону водит, так сразу за плечи обнял:

– Ты, Петрович, пойми нас правильно. Мы узнали, что многие ученые – люди несознательные. Во время защиты уходят из зала, не слушают, голосуют черти как! Так вот мы и решили у дверей Куньку поставить. Это от него так круто пахнет.

– А-а-а…– удивленно протянул Лешка и на всякий случай закрыл нос.

Когда пришли в зал заседаний, Ватруш сразу же послал Куньку на самый верхний этаж института. И список членов совета дал, чтобы, значит, Кунька обошел их всех и на заседание пригласил. Кунька хоть и ехидный, но исполнительный. Заходит к одному, другому и говорит:

– Здравствуйте, я Кунька! Приглашаю, – говорит, – Вас на защиту.

А профессор и слова в ответ вымолвить не может. Вылетает из кабинета, зажавши нос, и бегом по коридору. А Кунька-злодей сзади топает и все смотрит, чтобы нигде не задержался. Не прошло и получаса, а Кунька уже всех собрал и сам встал на часах, у двери. Хорошо догадался дверь поплотнее закрыть, а то вместо защиты пришлось бы скорую вызывать.

Вышел Лешка к доске, стоит, опершись на толстую диссертацию – ее черти у кого-то стащили, – и улыбается. Секретарь совета документы лешкины вслух зачитывает, а Лешка слушает и ушам своим не верит: он, оказывается, и лауреат, и почетный член, и дипломант… Короче, черти что и кое-что с боку.

Все косятся на Лешку, на его толстую диссертацию – все-таки, весомый вклад в науку, – килограмма три-четыре, не меньше.

– Может, – председатель совета аж со своего места поднялся. То ли ему стало неудобно сидеть, когда рядом живой классик стоит, то ли ноги затекли, то ли, опять-таки, черти что подстроили, – Сразу голосовать будем? – а сам на дверь косится.

– Все ясно, – раздалось в зале, – Что ж мы, не понимаем, что ли? – тут же и проголосовали. Единогласно! Лешка в самом конце долго расшаркивался, кланялся, обещал у них же еще и докторскую диссертацию защитить. Всех приглашал на банкет, но профессора вдруг почуяли, что в коридоре Куньки-то нет, – а чего ж ему там просто так стоять, ежели и так проголосовали? – и тут же все потянулись к выходу.

Многие жали руки, поздравляли и говорили, что такой прекрасной защиты они не помнят. Но все как один отказались идти на банкет, и все косились на дверь и настороженно принюхивались.

Лешка не очень расстроился, что профессора не пришли к нему домой на банкет – итак места мало. Зато друганы все как один – кто с поллитрой, кто с закуской – повеселились от души. Даже новый русский в красной фуфайке пришел и весь вечер приставал к молоденькой чертовке.

Расходились почти что под утро, наплясавшись и напившись досыта. Ватруш все пытался затянуть «Эх, дубинушкой, ухнем!», но никто его не подтягивал. И уж когда все разошлись, Лешка счастливый и усталый уснул совсем рядом с диваном.


* * *

Лешка сидел за столом и радостно икал. После вчерашнего банкета в голове слегка шумело – черти постарались на славу. И угощение было что надо, и все другое не уступало. Даже Кунька, свалившийся под стол по старой привычке, и тот праздник не испортил.

– Послушай-ка,



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация