А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Полуночный Ангел
Джулия Берд


Полуночный Ангел блуждает ночами по Лондону и приходит на помощь женщинам, попавшим в беду…

Лорд Хью Монтгомери уже много лет пытается отыскать этого загадочного защитника несчастных – и вот совершенно неожиданно Ангел сам приходит к нему за помощью.

К своему изумлению, под маской благородного рыцаря Хью узнает прекрасную леди Лидию Боумонт, которую он когда-то безумно любил, но потерял, казалось, навсегда.





Джулия Берд

Полуночный Ангел





Глава 1


Лондон, 1880 год

Его называли Полуночным Ангелом. Небескорыстные служительницы Венеры частенько любили посудачить о нем. Эти падшие создания появлялись на улицах Лондона в тот час, когда сгущающиеся сумерки и туман придавали им черты вполне благообразные. Их во множестве можно было увидеть тогда, когда газовые уличные фонари самым выгодным образом высвечивали их прелести и помогали заманить очередного клиента.

Кто-то считал его рыцарем в сияющих доспехах, который может появиться в любой момент на великолепном черном скакуне и унести особо удачливых в свой замок. Другие полагали, что он не более чем выдумка и что нет на земле реального человека, который мог бы быть таким благородным, как это приписывали мистеру Моргану, и таким невероятно красивым – всегда в высоком цилиндре, с белоснежным шелковым шейным платком, повязанным поверх жесткого воротничка, в общем, аристократом, блистающим отменными манерами. А были и такие, кто поговаривал, будто бы он калека, поскольку еще ни одна живая душа не видела, чтобы он выходил из своего роскошного экипажа.

Те из женщин, у кого уже имелся изрядный жизненный опыт, считали, что он всего лишь плод фантазии молоденьких девиц из рабочей среды, которые надеялись подзаработать своим телом несколько фунтов стерлингов, а уж потом заделаться поборницами нравственности. Сами же эти юные девицы, которые еще не поняли, что, раз ступив на кривую дорожку, они уже никогда не смогут сойти с нее, поскольку иного способа зарабатывать себе на хлеб просто не найдут, обожали говорить о нем, равно как и обо всех тех девчонках, которых загадочный мистер Морган уже спас. Они увлеченно обсуждали, как он будто бы выдернул их из уличной грязи и поместил в свой Стоун-Хаус – своего рода приют для падших созданий. Там девушек отмывали, обучали хорошим манерам, а потом выдавали замуж за иностранных князей. Правда, по большому счету в эти россказни не очень-то верилось даже самым наивным.

Находились, конечно же, и такие, кто утверждал, что именно их мистер Морган выбирал для своих постельных игр, и уж они-то позволяли себе с полным правом болтать про него любые вещи, в том числе и то, что «ника-а-акой он не джентльмен», он хитрый лис, который пользуется всеми благами, не платя при этом ни пенни.

Реджинальд Шейн тоже терялся в догадках, что ему следует думать об этом мистере Моргане. Двадцатиоднолетний клерк просто поверить не мог, что человек, чье имя уже успело обрасти легендами, сидит сейчас в экипаже прямо напротив него, и что это именно он только что нанял Шейна на работу в качестве своего личного секретаря или даже поверенного в делах. Хотя справедливости ради приходилось признать, что Шейн пока толком не знал, чем ему, собственно, предстояло заниматься. Морган сообщил через третьих лиц о своем желании встретиться с ним в кабаке «Красное перо».

Как раз это-то обстоятельство озадачивало Шейна больше всего. «Красное перо» было не просто кабаком – это был самый настоящий бордель, причем с одной существенной особенностью, отличавшей его от остальных подобных заведений. Здесь обслуживали мужчин – что было вполне естественно и никакого удивления само по себе не вызывало. Вот только обслуживающий персонал состоял из одних лишь мужчин. Было ли известно мистеру Моргану, что Реджи – гомосексуалист? Так ли ему это было важно? И каковы были пристрастия самого мистера Моргана? Что было у него на уме, когда он вознамерился нанять Реджи к себе на работу? Только лишь профессиональные качества, которыми молодой человек, несомненно, обладал? В конце концов, утонченно-изысканные манеры, которыми блистал Полуночный Ангел, могли свидетельствовать отнюдь не только о его великолепном воспитании.

– Почему вы так пристально смотрите на меня, мистер Шейн? – спросил Полуночный Ангел.

Они проехали сквозь облако грязно-желтого цвета – это были испарения, которые исторгала из своих многочисленных труб расположенная неподалеку спичечная фабрика. Реджи прокашлялся и отвернулся, словно внезапно в толпе людей он заметил неприятного для него знакомого.

– Вы нервничаете, мистер Шейн? – Голос Моргана звучал глухо и хрипло. Похоже, этот джентльмен много курил. Однако же в складках его черной шелковой накидки не было видно ни единой пылинки, ни единой табачной крошки. Более того, Реджи показалось, будто бы он уловил запах духов, исходящий от этого человека. Что, вне всякого сомнения, указывало на то, что мистер Морган предпочитал общество женщин, каким бы не в меру мягким и деликатным в обхождении он ни казался. Реджи готов был поклясться, что не ошибается. И он пообещал себе стать отменным клерком и со временем совершенно забыть обо всем, что связывало его с улицей и грязной торговлей собственным телом.

– Я совсем не хотел таращиться на вас, сэр. – Реджи принялся смущенно теребить в руках свой коричневый котелок. Затем запустил пятерню в копну спутанных темных волос и шмыгнул носом. От этой привычки Реджи туча веснушек на его вздернутом носу тут же пришла в бурное движение. Он сделал попытку растянуть губы в улыбке. – Все никак не поверю в удачу, которая так вдруг взяла и свалилась на меня! Одного не пойму: как могло случиться, что из такого количества людей вы выбрали именно меня? Но я очень вам благодарен за эту работу, честное слово. И обещаю сделать все, что только смогу.

– Да уж, постарайся. – Морган слегка улыбнулся, и от движения губ кончики его аккуратных черных усиков чуть приподнялись. Свет газового фонаря упал на мгновение на его лицо, и глаза его вдруг сверкнули, показавшись Реджинальду почти фиолетовыми.

Снова прокашлявшись, Реджи спросил:

– А в чем будут состоять мои обязанности, сэр? Да и как вообще вы узнали, что я ищу работенку?

– Один наш общий знакомый упомянул в разговоре вас и проговорился о вашем искреннем желании приложить все усилия к тому, чтобы сделать свою жизнь лучше. Я решил нанять вас без всякой проверки. Однако если эта работа вас не интересует…

– Нет-нет! Что вы! Даже передать не могу, как я вам благодарен!

– Вот и отлично. В мои намерения входит со временем сделать вас управляющим Стоун-Хаусом. Вы слышали о нем?

Реджи так и ахнул.

– Вы это серьезно? Это ж такая ответственность… и очень большая честь, конечно же, для меня. Стоун-Хаус! Надо же! Да кто ж о нем не слыхал?!

Морган отвернулся к окошку кареты, пристально вглядываясь в лица шлюх, неисчислимое множество которых стояло по обеим сторонам дороги. Реджи невольно подумал, уж не подыскивает ли Морган девку для собственного удовольствия? Реджи очень надеялся, что от него самого он не станет ожидать подобного же поведения.

– Позвольте задать вам вопрос, сэр… Куда это мы направляемся?

– Мы катаемся, Реджинальд, просто катаемся. Могу я называть вас по имени?

– Конечно, сэр. Зовите меня Реджи.

– Я кое-кого ищу.

– Это кого же?

– Ее зовут Минни.

Неужели его любовница? Реджи едва не произнес это вслух, однако он вовремя прикусил язык, сообразив, что ему лучше помалкивать. Он заставил себя откинуться на спинку сиденья и попытался сделать вид, будто он спокоен и невозмутим, хотя на самом деле испытывал что угодно, только не спокойствие. Возможно, слухи и верны. Возможно, Стоун-Хаус – это никакой не приют для заблудших женских душ, а самый настоящий гарем, принадлежащий Полуночному Ангелу. И тогда понятно, почему он и выбрал Реджи. Он знал, что Реджи – всего лишь несчастный педик, а значит, вряд ли позарится на женщин, живущих в этом самом Стоун-Хаусе.

– Ты, по-моему, не доверяешь мне, Реджи, – неожиданно заговорил Морган.

Юноша от смущения густо покраснел. Так, значит, этот тип не только необычайно проницателен, он еще и мысли читать умеет! Реджи от страха прошиб пот.

– Да нет, сэр, ну что вы! Я просто…

– Я и не жду, что ты так сразу проникнешься ко мне доверием. Однако надеюсь, ты поверишь мне, если я скажу, что тебя ждет большое будущее – при условии, что ты станешь усердно трудиться. Я хочу открыть второй Стоун-Хаус в Саутворке, а находиться в двух местах одновременно мне, конечно же, будет не под силу. Мне нужен тот, кто способен будет решать возникающие проблемы и, возможно, как и я, время от времени прочесывать улицы. Я знаю, что улиц ты не боишься.

– Нет, сэр, – ответил Реджи, не сумев сдержать дрожи, и оттого звонко клацнув зубами. – Я совсем не боюсь улиц.

Заявление было не более чем бравадой, поскольку Реджи как никто другой знал, что самые темные улицы Лондона таили в себе немало опасностей. А именно эти улицы, самые злачные места города, время от времени посещал Полуночный Ангел, чтобы спасти молодых девушек от жизни, похожей на ад.



Софи Парнхем распахнула дверь черного хода Чемберлен-мюзик-холла, что располагался в Ист-Энде, в тот самый момент, когда прогремели последние оглушающие аккорды финала вечернего представления. Безжалостная луна высвечивала рваный горизонт, обозначенный высокими и острыми городскими крышами. Зловонное дыхание прогресса висело в воздухе – оно выкашливалось через дымоходы близлежащих угольной и спичечной фабрик. Но четырнадцатилетняя девушка почти не замечала убогости окружающего ее городского пейзажа. Ей хотелось немного пройтись. Дорога, которую она выбрала, шла вдоль задней стены театра. Каждый вечер в этом самом театре ее мать лицедействовала на подмостках.

Софи наслаждалась относительной тишиной. Здесь почти не были слышны раскаты хохота и гром аплодисментов. Никто из тех, кто участвовал в представлении, уже не мог внезапно налететь на нее с криками: «Софи, помоги! Мой костюм порвался!», или: «Софи! Мисс Кэнфилд потеряла сознание. Живо принеси нюхательные соли!», или: «Софи, у нас не хватает помощников. Подними занавес. Скорее!».

Она услышала голоса тех, кто был на представлении, – люди неспешным потоком уже начали выходить из театра и заполнять улицы. А это означало, что ей пора возвращаться в театр.

– Как же быстро пролетело время! – со вздохом проговорила девушка и взялась за ручку двери. Неожиданно до ее слуха донесся голос мужчины; его речь выдавала принадлежность к высшему сословию.

– Добрый вечер! – произнес мужчина.

Это был представительный седоволосый джентльмен. Он стоял на противоположной стороне тротуара. Софи огляделась по сторонам. Видимо, он обращался именно к ней – он даже галантно приподнял свой высокий цилиндр, когда она посмотрела на него.

Софи высоко вскинула голову, вспыхнув от возмущения. Похоже, он решил, что она одна из тех падших созданий, которые не редкость в этом районе, да и время сейчас более чем подходящее. Девушка поспешно дернула дверь. Но та, как назло, оказалась заперта.

– Боже! – Она прикусила нижнюю губку, бросив настороженный взгляд на джентльмена, который неумолимо приближался к ней. Затем снова подергала дверь – и снова никакого результата. Софи застучала кулачками по деревянной поверхности, но толку от этого не было никакого. Едва ли кто-то сейчас услышит ее в общей суете – актеры переодевались, смывали грим и спешили разойтись по домам.

– Добрый вечер, юная мисс.

Мужчина был уже совсем рядом. Его глубокий и к тому же определенно красивый голос звучал уже буквально за спиной у девушки. Она вздрогнула и приготовилась дать этому искателю запретных удовольствий решительный отпор.

– Чего вы хотите? – резко бросила она, по-прежнему пытаясь открыть дверь. Софи знала, что с мужчинами надо быть твердой и не давать им спуску. Этому учила ее мать.

– Вы чем-то расстроены, милая?

Она повернулась и сердито посмотрела на него:

– Ничуть, сэр. А теперь окажите любезность, уходите и оставьте меня одну.

Джентльмен одобрительно улыбнулся.

– Ну же, ну же, моя дорогая, – по-отечески ласково произнес он. – Не бойтесь меня. Я не причиню вам никакого вреда.

– А я и не боюсь. – Девушка пристальнее вгляделась в его лицо, чтобы запомнить, так, на всякий случай. Однако тьма была такая, что различить ничего толком было нельзя. Софи отвернулась и снова принялась колотить в дверь. – Вот мерзкая дверь! Ну надо же, взяла и закрылась! Но сейчас обязательно кто-нибудь услышит меня и откроет. – Когда мужчина немного отошел от нее, Софи чуть успокоилась. – А что вы здесь делаете, сэр? – уже участливо спросила она. – Здесь ведь и на воров можно нарваться.

– Вот-вот. О том же подумал и я, когда увидел вас, моя дорогая. Вы на улице в такой час, совсем одна! Я решил, что вы, должно быть, заблудились.

– Нет-нет, сэр, я работаю здесь, в театре. – Софи откинула со лба белокурый локон. – Просто вышла немного подышать воздухом.

– Не мог ли я видеть вас на сцене?

– Нет, сэр, что вы! Я в театре на подхвате, помогаю с костюмами.

– А как зовут вас, милое дитя?

– Мисс Софи Парнхем.

– И кто же ваши родители? Известно ли им, что вы ходите совсем одна по улицам Лондона, где вас может подстерегать масса опасностей?

Что-то уж слишком много вопросов задает этот джентльмен. Шел бы он лучше своей дорогой. Однако его беспокойство казалось искренним.

– Я сирота. Но уверяю вас, сэр, я могу о себе позаботиться.

– Ничуть в этом не сомневаюсь, однако, будь ваши родители живы, думаю, они непременно сказали бы вам, что молоденькой девушке, такой как вы, не годится расхаживать одной. На улицах полно карманников, воришек и похитителей, которых следует опасаться, особенно такой темной ночью, как сегодня.

– Со мной ничего не случится. Уж



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация