А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Скрипачка и миллионер
Сьюзен Стивенс


Тео срочно нужно жениться: таково условие его деда, в противном случае тот лишит его миллионного наследства…





Сьюзен Стивенс

Скрипачка и миллионер





ПРОЛОГ


– Настало время жениться, дорогой Тео. У тебя есть определенные обязательства. Если ты согласен письменно подтвердить их, то я перевожу на тебя все средства семьи Савакис после моей смерти, а также все полномочия. Если отказываешься, то я подписываю это.

«Это» был документ, который передавал бы правление компанией совету директоров. Тео Савакис понял это, лишь бегло взглянув на документ, который показал дедушка Димитрий.

Димитрий был предпринимателем старой закалки. Он копил богатство и мало заботился о материальном благополучии близких людей и сотрудников компании. Неужели Тео должен потерять все то, над чем он трудился последние несколько лет? Неужто он так и будет наблюдать со стороны, как постепенно компания идет ко дну, а люди, о которых он всегда заботился, становятся безработными? Или ему придется поступить так, как того хочет его дед: взять замуж девственницу и родить с ней ребенка?

– Ты даже не оставляешь мне выбора.

– Какая горечь в голосе, Тео. А я прошу тебя всего-то найти подходящую молодую девушку. Неужто это так сложно?

От жеста, который сделал при этом Димитрий, Тео едва не вывернуло наизнанку. Он уже привык к циничному взгляду на мир своего деда. Но тут он переходил все границы: использовать женщин так рассудочно – просто для продолжения породы – претило молодому наследнику. Этого он точно никогда не поймет.

– Боже, Димитрий! Мы живем в двадцать первом веке!

– Вот именно, – перебил его старый прощелыга. – Это будет хорошая сделка. Я прошу тебя всего лишь о какой-то подписи, Тео. И хочу от тебя, чтобы ты продолжил наш род, ни больше, ни меньше. А для этого нужна женщина.

Сильная личность деда в свое время подавила волю отца Тео. И молодой человек поклялся, что никогда не кончит так, как его отец. Когда родители погибли в катастрофе, Тео взял бразды правления в свои руки и стал руководить компанией. И все же дед постоянно лез в дела, по крайней мере держал руку на пульсе. И Тео придется считаться с ним, если он не хочет вылететь из седла. Но жениться, не познакомившись толком с собственной невестой…

– Я хочу, чтобы мое имя жило и дальше, Тео, – сказал, как отрубил Димитрий. – Неужели это так трудно уяснить?

Да вовсе нет. И дело не в этом. Вся жизнь семьи вращалась исключительно вокруг Димитрия. Но к этой семье принадлежит и Тео, и будь он проклят, если позволит старику управлять его собственной жизнью и будущим.

– Я подпишу, – согласился он. – Но только с одним условием. Я сам выберу мать для своего ребенка, Димитрий. Сам выберу себе невесту.

– Нет, – старик потряс головой. – Я уже нашел тебе девушку.

– Неужто девственницу?

– Прекрати издеваться, Тео. Лексис Чандрис – дочь моего близкого друга.

Дед прямо-таки смеется над ним.

– Хотя бы присмотрись к ней получше…

– Что ты имеешь в виду?

– Не валяй дурака, Тео, ты знаешь. Возьми в постель и…

– Спасибо, – резко отрезал тот.

– Отец уже отослал ее на Кальмос…

– Что?!

– Ну, я рассказал ему, что ты готовишь прогулку на яхте. У вас появится замечательная возможность узнать друг друга получше. Ты уверен, что не хочешь воспользоваться такой отличной ситуацией? Я говорю о дочери еще не менее именитой семьи. Если две компании и две семьи сольются в одну, это будет шикарная империя. Ты не избежишь судьбы.

– Нет, Димитрий. Я создаю свою судьбу сам, и не мешай мне.

Тео долго смотрел в глаза деду, выдерживая этот натиск с достойным мужеством, пока Димитрий не пожал плечами.

– Ну… если и так, то будь добр, приведи ко мне женщину до того, как я умру.

– Возможно, не получится.

– Не то говоришь, Тео. – Судьба рода Савакисов, по мнению Димитрия, сейчас висела на волоске.

– Отлично. Тогда я даю тебе мое слово.

– Вот это другое дело. А Лексис не пропадет. Я слышал, она красива. И если она тебе не понадобится, попользуйся ею и просто отошли назад.

Тео поморщился от такого цинизма. Каждый раз, как он думал, что узнал деда до конца, тот преподносил ему еще один сюрприз. Кажется, грани его характера изучить было просто невозможно.

– Так вот как ты относишься к детям своих друзей?

– Ты идеалист, Тео.

– Правда? – Любопытно, кажется, Димитрий совсем его не знал. Они столько лет жили под одной крышей, но мало общались.

– Помни, – погрозил Димитрий, – если ты бросишь эту девчонку, то другую точно должен привести, пока я не помер. И вот что – остерегайся подвоха. Держись подальше от актрис, никаких мне Золушек и тому подобного. Вижу, ты смотришь на меня с отвращением, Тео, но мы с тобой одной породы – оба предназначены для великих дел, более великих, чем просто семейный очаг. Лишь немногие женщины могут это понять. Одна из них – эта самая дочь моего друга. Другие женщины ищут чего-то другого, чего мы не можем им дать.

– И что же?

– Любовь, Тео. Так подпишешь? – И Димитрий Савакис подтолкнул злосчастный документ к нему поближе.

Подхватив авторучку, Тео подставил свою подпись под размашистой подписью деда, добавил дату, а потом – в последний раз – пожал Димитрию руку.




ГЛАВА ПЕРВАЯ


Кальмос. Небольшой островок, расположен в Эгейском море. Просто превосходно.

Миранда прислонилась к перилам парома, который плыл к порту. Казалось, потребуется целая вечность, чтобы добраться до него, однако медленно, но верно паром двигался вперед и наконец пристал к берегу.

Миранда еще не могла отойти от перелета в Афины. Вокруг нее была толпа человек из двадцати, которым не терпелось сойти на землю. И она была здесь – одинокая и молчаливая среди улыбающихся и загорелых лиц. А ведь солнце способствует тому, чтобы громко разговаривать, смеяться во весь голос, ловить чей-то задорный взгляд и приветствовать его как дружеский.

– Нет, спасибо, я вполне справлюсь сама! – и она подняла свой чемодан на колесиках, успев выхватить ручку у пожилого джентльмена, который ей хотел помочь. Но все равно он настоял на своем. На секунду ей показалось, что привычная волна раздражения сейчас затопит ее, но этого не произошло, к ее недоумению и радости. Лиха беда начало! Гнев – разрушительная эмоция. Если она не избавится от него, то никогда не излечится психологически, и старые раны будут причинять ей больше боли, чем сломанная рука.

Пока она так размышляла, мужчина поставил ее багаж на землю. Вместе с ним Миранда сошла на берег.

– Спасибо, – улыбнулась она и сказала пару благодарных слов еще и на греческом.

Светясь улыбкой, он вернулся к своей семье, которая встретила его одобрительными возгласами.

Не такой была семья Миранды. Ей пришлось даже соврать им. Она сказала, что едет преподавать – как раз пока не заживет рука.

– Счастливо, – помахал ей рукой мужчина, когда она зашагала прочь.

– Счастливо, – сказала Миранда в ответ.

Даже странно: никто на нее не пялился в немом изумлении. А ведь Миранда Вестон была знаменитой на весь мир скрипачкой. И до несчастного случая вела волшебную жизнь. А после она стала обычной персоной третьего разряда.

Она никогда не была слабонервной. Такого просто не могло быть. Вряд ли позволительно выказывать слабость или искренность в мире классической музыки и музыкантов – если, конечно, не хочешь, чтобы тебя вышвырнули вон из этого общества. Но после несчастного случая всю ее непробиваемость и уверенность как рукой сняло. Она так много потеряла. И встала перед заведомо проигрышным выбором: либо остаться в Лондоне, где ее знала в лицо каждая собака, или же оставить страну и начать жизнь с нуля.

Ирония судьбы заключалась в том, что поездкой этой она была обязана диску с записью ее игры, который давал ей скидку как бонус.

Да, она решила уехать, и это было правильным решением. Так ей удалось избежать расспросов своей семьи о том, чем она собирается заниматься со сломанной рукой. Но прежде всего ей самой надо было разобраться в своих планах на будущее. Возможно, она больше никогда не будет скрипачкой, известной на весь мир, но зато сможет найти себя в чем-то другом.

Небольшой островок Кальмос находился достаточно далеко от людей, которые знали, кем она была. И это стало для нее настоящим благословением. Кроме того, ее привлекли солнце, море и вода. Уж плавать-то и загорать она сможет вдоволь. Ей это даже необходимо, если она хочет выжить и вылечить руку.

Пассажиры потихоньку двинулись с пристани, и Миранда счастливо вздохнула, повернув свое лицо к солнцу: наконец-то она свободна. Свободна от прошлого и тех людей, которые привыкли управлять ею. Она до сих пор не могла отделаться от воспоминаний о менеджере, который управлял ее карьерой, как хотел. А ведь он давно был ей не нужен. И, кроме того, она страдала от ночных кошмаров, которые стали сниться ей после несчастного случая, уничтожившего ее карьеру.

Миранда решила освободиться от роли жертвы, вечно обреченной сидеть в концертном зале. Она построит свою жизнь заново, на своих собственных условиях. И самое лучшее – это сменить местожительство и найти новую работу. Вот ее цель на сегодня.

Завтра… весь мир перед ней…

Картина была близка к идеальной, насколько это возможно. У Миранды был балкон с видом на море, а море было неправдоподобно синим. Небо – синее просто не бывает, и вообще все цвета на острове были ярче тех мрачных приглушенных тонов, к которым так привыкла Миранда.

Она выбрала Кальмос, потому что девушка в бюро путешествий сказала, что это самый красочный и наименее посещаемый туристами греческий остров. Да, остров был безусловно прекрасен, а ее простой дом располагался в лучшем месте. И самое приятное – в двух шагах от маленькой таверны.

Она путешествовала налегке, потому что знала: в теплой стране ей вряд ли понадобится многое. Однако она взяла с собой пару платьев на торжественные случаи. Ей не привыкать выступать на публике.

Карьера певицы могла бы стать неплохой заменой ее прошлой профессии. Она положительно рассматривала такой вариант. Но как бы там ни было, у нее начинается новая жизнь. И начать ее надо с чистого листа.

Оптимизм Миранды на острове только укрепился. Ее близняшка, Эмили, встретила своего принца тем самым вечером, когда Миранда лежала в постели с гриппом, а Эмили вышла на сцену вместо сестры. Всего один вечер…

Будь реалисткой, твердила себе Миранда. Молния никогда не ударит в одно и то же место. А если даже и ударит, то сожжет. И даже самый настоящий прекрасный принц вряд ли изменил бы ее мнение на сей счет.

Быстро скрутив черные как смоль волосы в тугой аккуратный жгут, она надела зеленую рубашку, которая идеально подходила к цвету ее глаз. Теперь она была готова к собеседованию. Осталось лишь накрасить губы блеском и взять сумочку.

Золотые лучи солнца согрели девушку сразу же, как только она шагнула на улицу. Миранда буквально чувствовала, как ее напряжение тает. Она надела темные очки и поправила сумку, в которой несла все необходимое для пения. У нее не было ни малейшего представления, чего ожидать. Поэтому в голове вертелись фразы типа «Да, я с радостью для вас спою» или «Да, посудомойка – звучит отлично».

Однако остатки плохого настроения испарились, едва она поняла, что теперь будет одеваться так всегда: легкий топ, легкие шорты и босоножки. И это костюм для собеседования? Определенно жизнь удалась.

Хозяина таверны звали Спирос.

– А это моя жена, Агалия.

– Миранда. – Девушка улыбнулась женщине, которая была такой же круглой и солнечной, как и ее муж. Приветствие четы было таким теплым, словно бы они не работу ей предлагали, а отдых.

Миранда быстро объяснила им, что вряд ли она может быть столь же полезной, как остальная часть его персонала, – разве что на кухне. Но Спирос только махнул рукой, едва взглянув на ее руку. Оплата будет минимальной, но клиенты непривередливы, уверил он ее, да к тому же она – дорогой гость на этом острове.

Тут Миранда поняла, что было нужно ей как воздух – радушие, благодарность и общение с простыми людьми, которые не знали бы о ее славе. Здесь, на далеком Кальмосе, она была просто еще одной девушкой, которая познает мир и себя. И это все, что ей нужно.

А когда Агалия и Спирос предложили ей поужинать вместе, напряжение как рукой сняло.

– С удовольствием, – сказала она приветливо.

– Должно быть, вы устали с дороги? – спросила Агалия, передавая ей блюдо с зелеными оливками и корзину свежеиспеченного хлеба.

– Вовсе нет. – И это была святая правда. – Я давно не чувствовала себя так хорошо, – она раскраснелась и разулыбалась. – За Кальмос, – и она подняла бокал с вином.

– За тебя, Миранда, – хором сказали Спирос и Агалия, обменявшись коротким взглядом, и подняли бокалы.

На следующее утро, едва Миранда проснулась, ее охватило разочарование и смущение. Кошмар повторился и этой ночью. Она надеялась, что изменение обстановки изменит и ее сны. Но, увы… Миранда сидела на кровати и дрожала. Глубокое чувство вины никак не хотело оставить ее. Возможно, она никогда от него не избавится, и либо научится с ним жить, либо оно разрушит всю ее жизнь.

Срочно на море! Миранда зевнула, потянувшись. Вот что она сделает, и немедленно. Прогонит своих демонов прочь бодрой прогулкой. Она любила плавать, и плавала очень хорошо. Для руки это будет то, что надо.

Дома она часто ходила плавать, это ей помогало. И тут тоже должно помочь, укрепить руку. Уродливые красные шрамы немного сошли со времени несчастного случая, но



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация