А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


найти с кем переспать. Агенты, актеры, продюсеры, менеджеры – все обретались там.

Найти, с кем переспать, трудности не представляло. Девицы с потрясающими фигурами (не обремененные интеллектом). Девицы с голодными глазами, умеющие найти то, что им нужно, и готовые на все ради участия в съемках хорошего фильма.

Чарли всегда сидел за своим столиком, глядя на все как сытый довольный кот.

Поздно вечером в субботу в клубе появилась Джорданна. Она знала всех, и все знали ее, ведь она была детищем Голливуда, одной из немногих избранных. Ее знаменитый отец был еще жив. Знаменитая мать – скончалась. Она принадлежала к аристократии Голливуда.

Эрни Айзек, любивший изображать гостеприимного хозяина, дружески приветствовал ее: – Эй, Левитт, прекрасно выглядишь.

Эрни был тощ, бороденка его торчала во все стороны. Он ошибочно считал себя неотразимым.

Джорданну нервировали постоянные попытки Эрни сойтись с ней поближе, несмотря на то, что она ясно дала ему понять, что видеть его не может. Единственным способом избавиться от настойчивых ухаживаний Эрни было не встречаться с ним.

– Привет, Эрни, – ответила Джорданна и скользнула мимо него, присоединившись к группе своих ровесников, таких же, как она, «детей Голливуда».

Все были в сборе.

Черил Лендерс, циничная рыжеволосая длинноногая красотка, которую, казалось, ничто на этом свете уже не могло удивить, была дочерью Этана, владельца крупной студии, и Эстеллы, одной из «львиц» лос-анджелесского общества. В тишине и покое их особняка в Бель-Эр Эстелла, бывало, напивалась до потери пульса.

Рядом с Чарли сидел Грэнт Леннон-младший, большой любитель развлечений, сын Грэнта Леннона, красавца-кинозвезды. Грэнт-младший работал агентом в «Интернешнл Артистс Эджентс» и считал себя самым крутым любовником в городе, но Джорданна подозревала, что ему далеко до его жеребца-папаши, и что именно поэтому он из кожи вон лезет, создавая себе соответствующую репутацию.

Тут же была и Марджори Сандерсон, дочь телемагната-миллиардера. В глазах Марджори застыло сонное, мечтательное выражение. Она была болезненно худа, длинные, тонкие светлые волосы обрамляли простенькое, чуть одутловатое лицо. Марджори как раз выздоравливала после тяжелой анорексии и целые дни проводила у психиатра.

Последним был Шеп Ворт, единственный сын стареющей секс-звезды. Шеп был похож на свою мать, Торин Ворт, женщину с роскошным телом и длинным списком бывших мужей.

Эта компания выросла вместе, слишком рано многое узнав и получив от жизни. «Порше» в шестнадцать лет. Пригоршни кредитных карточек. Каникулы в Европе. Лучшие столики в известнейших ресторанах. И бесконечные вечеринки.

Джорданна плюхнулась на стул.

– Мне нужно выпить, – заявила она, хватая горсть чипсов «тортилья» и отправляя их в рот.

– Тяжелый день? – поинтересовался Черил.

– Тяжелое безделье, – с каменным лицом ответила Джорданна.

– Ну, ну, рассказывай, – сухо произнесла Черил и наигранно расхохоталась, прекрасно понимая, что имеется в виду.

Черил покинула родительский дом в семнадцать лет. Друзья завидовали ей – родители подарили Черил дом в Вествуде, новый БМВ и кредитные карточки на неограниченную сумму. Они были почти так же довольны, как сама Черил, когда дочь покинула фамильный особняк. С тех пор она жила одна, безуспешно пытаясь наладить свою жизнь. Ей не к чему было стремиться. От дочери Этана и Эстеллы ожидали слишком многого – и Черил решила, что ей плевать на чужие ожидания.

Черил была очень привлекательна, но назвать ее сногсшибательной красавицей в городе, полном кинозвезд, было трудно. Возможно, где-нибудь в другом месте она считалась бы королевой красоты.

Черил обнаружила, что к роли лучшей подруги Джорданны Левитт нужно привыкнуть. До смерти Фрэн они практически не общались, но самоубийство общей подруги и горе сблизили девушек. Сначала Джорданна не понравилась Черил – отталкивали ее хулиганские замашки и дурная репутация. Но, как только они познакомились поближе, Черил поняла, что, подобно ей, Джорданна – выходец из семьи, которую и семьей-то назвать нельзя – изо всех сил пытается выжить.

Они начали всюду появляться вместе, прихватывая в качестве почетного эскорта Шепа, Грэнта и Марджори. Вскоре их прозвали «Голливудской пятеркой». Они не возражали. Их общей проблемой были родители, родители, которые были так заняты своим богатством, славой, успехом, что забыли о своих детях.

– Попробуй «Маргариту», – предложила Черил. – Три эти миленькие штучки, и ты забудешь, где находишься.

– Пока вы пробуете это, я пойду попробую вон ту блондиночку, – сказал, вставая с места, Грэнт. Он был высок, изящен, на удлиненном лице красиво выделялись густые изогнутые брови, каштановые волосы стянуты сзади в «хвостик». Он был менее красив, чем его знаменитый отец, и сей прискорбный факт не давал ему покоя.

Джорданна глянула на намеченную Грэнтом жертву. Такого рода девиц она презирала. Они постоянно посещали «Хоумбейз-Сентрал» – затянутые в «спандекс» тела, пышные волосы, пухлые губы. Легкодоступны и глупы.

– Как вы, мальчики, можете клевать на такое, – вздохнула она, – остается за пределами моего понимания. Вы никогда не слышали о том, что сначала полагается поговорить?

– Ну, Джорданна, взгляни на мир реально. – Грэнт уже рвался в бой. – Хотел бы я послушать, о чем разговариваешь в постели ты?

– А иди ты… – мягко посоветовала Джорданна. Тут вмешался Шеп. У него были мелкие черты лица и выгоревшие на солнце светлые волосы.

– Да, Джорди, – обвинил он. – Ты поступаешь точно так же, как Грэнт, – снимаешь любовника на одну ночь, а через пару часов: «Пока! Не звони мне – я сама позвоню!»

– У моих по крайней мере нет пластикового бюста, – ехидно парировала Джорданна, – и они не снимаются в журналах, задрав ноги и уверяя, что обожают животных и мечтают спасти мир.

– Что касается меня, я – за воздержание, – объявила Черил. – Или же подамся в лесбиянки. Я настолько напугана СПИДом, что даже раздеться боюсь.

– Посмотрим, – ухмыльнулся Грэнт.

– Убирайся отсюда, – сказала Черил. – Ты гнусен.

– А тебе этого и надо. – Грэнт дотронулся до ее плеча.

– Только в твоих снах.

Грэнт быстро направился к своей избраннице, стоящей в окружении похожих на нее подруг.

– Господи, надеюсь, он не собирается привести ее сюда, – простонала Джорданна.

– Не обращай на нее внимания, – посоветовала Черил, глотая четвертую «Маргариту», – она тебя и подавно не заметит. Она из тех девиц, которые видят только мужиков.

– Не выношу этих «будущих актрисок», – пожаловалась Джорданна. – Они и в самом деле верят, что стоит переспать с парнем, который имеет хотя бы самое отдаленное отношение к кино, как он раздобудет для них роль, хотя всем ясно, что единственная роль, которая им светит, – это роль подстилки!

– Как грубо, – сказал на это Шеп.

– Но справедливо, – отметила Черил.

– Они очень глупы, – констатировала Джорданна.

– Это у тебя интеллект, как у специалиста по ракетам, – встрял Шеп.

Джорданна повернулась к нему.

– И что ты сегодня такой неугомонный? У тебя что, месячные?

– Что ты имеешь в виду? – покраснев, обиделся Шеп. Он был гомосексуалистом, но считал, что об этом никому не известно. Все, конечно, давно это знали, но особо на эту тему никто не распространялся.

– Он всегда такой, – пробормотала Черил, переключив внимание Шепа на себя.

Разумеется, Грэнт не мог не привести пышнотелую блондинку за их столик. Она выглядела так, словно только что позировала для журнала: полуобнаженная грудь, американская улыбка, широко распахнутые глаза.

– Знакомьтесь все – это Сисси, – представил ее Грэнт, покровительственно обняв обнаженные плечи.

Сисси сосредоточила свое внимание на Шепе, который был еще красивее Грэнта, и сказала звенящим детским голоском:

– А с кем я имею честь разговаривать?

«Ничего себе, – подумала Джорданна, – может, ей еще всю биографию выложить?»

– Шеп Ворт, – послушно представился Шеп.

– А это Джорданна, Черил и Марджори, – вежливо добавил Грэнт.

– Мы – певицы, – заявила Джорданна.

– Правда? – Сисси была потрясена. – А где вы выступаете?

Шеп расхохотался.

– Разве она сказала что-нибудь смешное? – раздраженно поинтересовался Грэнт.

– Они всегда говорят что-нибудь смешное, – пробормотала Черил.

Грэнт схватил Сисси за руку:

– Пойдем потанцуем. Она была разочарована:

– Разве мы не посидим с твоими друзьями?

– Позже, – пообещал он и потащил ее на маленькую, переполненную танцплощадку, откуда слышался голос Уитни Хьюстон.

Джорданна прищурилась:

– Как ты думаешь, Грэнт пользуется презервативами?

– Если нет, то он просто сумасшедший, – ответила Черил. – Он же меняет девчонок по меньшей мере два раза в неделю.

Джорданна барабанила пальцами по столу:

– Ну да, у всех мачо одна и та же проблема, – со знанием дела заметила она. – Что бы там они ни говорили, а пользоваться презервативами они не любят. Считают, что это портит все удовольствие.

– Надеюсь, ты не позволяешь им дурачить себя подобными россказнями, – резко сказала Черил.

– Разве я похожа на идиотку? – Джорданна отбросила назад длинные волосы. – Я всегда держу дюжину в вазочке для печенья на кофейном столике. Они быстро понимают намек, а кто не понимает, тех я выпроваживаю вон.

Неужели? Кого она пытается обмануть? В прошлом месяце она дважды обходились без всяких мер предосторожности, потому что в ее тогдашнем настроении ее это не беспокоило. Слишком хорошо она понимала, что идет по пути саморазрушения. Выпивка, наркотики, секс с незнакомцами. Приходя в себя, она клялась, что это больше не повториться. И каждый раз происходило что-нибудь, что сбивало ее с пути.

Жена номер пять была виновата в ее последнем запое. Нельзя столько думать об отце. Он-то о ней не думает.

Она знала, что должна взять себя в руки и обуздать свои мысли. Если она не сделает этого сама, о ней никто не позаботится. Сейчас Джорданна не употребляла наркотиков – ни травки, ни кокаина. Никаких безумных ночей! Она приводила в порядок свою жизнь – это было приятно.

– Мне опять угрожали, – впервые за час подала голос Марджори.

– Что? – подалась вперед Джорданна.

– Я получаю письма, – призналась Марджори.

– Какие письма? – спросила Черил.

– Я не хочу говорить об этом. – Марджори притихла.

– Нет, хочешь. – Черил жестом попросила у симпатичной официантки еще один коктейль.

– Он грозит перерезать мне горло, – тихо и невыразительно произнесла Марджори.

– О Господи! – вскрикнула Джорданна. – А ты связалась с ФБР?

– Я никому не сказала, – мрачно произнесла Марджори.

– Даже отцу? – спросил Шеп.

– Он очень занят. – Под этими словами Марджори мог подписаться любой из них.

Джорданна сунула в рот горсть чипсов «тортилья» и поинтересовалась у Марджори, сколько писем та получила. Но Марджори не пожелала продолжать этот разговор:

– Я уверена, что это кто-то шутит, – коротко сказала она, закрывая тему.

– Дерьмовая шуточка, – Черил не успокаивалась. – Отдай письма своему старику, и пусть ими занимается его служба безопасности.

– Хорошо, – сказала Марджори. – Если ты считаешь, что так надо.

– Разумеется, – настаивала Черил.

– Обязательно сделай это, – поддержала подругу Джорданна.

Эрни подошел к их столику, кривя рот в щербатой ухмылке.

– Ну, как ты, Левитт? – поинтересовался он. Джорданну всегда раздражало, когда к ней обращались по фамилии.

Она посмотрела прямо ему в глаза.

– Что тебе нужно, Эрни? – Она хотела, чтобы он оставил ее в покое.

Будучи хозяином самого популярного клуба в городе, Эрни привык, чтобы женщины плясали под его дудку, и не обратил внимания на тот факт, что Джорданну он не интересует:

– Чарли сегодня после закрытия устраивает вечеринку у себя дома. Хочешь пойти?

– С тобой?

– Да, со мной.

– Не обижайся, Эрни, но я тебе уже говорила, что не собираюсь встречаться с тобой.

– Я же не предлагаю тебе встретиться.

– Неужели? А что ты предлагаешь? Он скривился:

– У тебя проблемы, Левитт?

– Я не хочу с тобой трахаться, Эрни. Это твоя проблема, а не моя, – сказала Джорданна, глядя Эрни в глаза.

– Ну ты и сука, Левитт.

– Нет. Я была с тобой откровенна. Откровенность хорошо освежает, правда?

Он по-прежнему улыбался:

– Полегче! Кто знает? Может, мы станем Натали и Эр Джей нашего поколения.

– Ты набит дерьмом, – спокойно произнесла она.

– Люблю тебя за нежность и ласку, Левитт.

– Спасибо. Приятно, когда тебя ценят.

– Эй, вы, успокойтесь, – зевнула Черил. – Со стороны можно подумать, что вы женаты.

Джорданна вскочила на ноги:

– Все. Ухожу отсюда.

– Куда? – спросил обескураженный Эрни.

– Проведать ваших конкурентов.

– У нас нет конкурентов, – похвастал он.

– Найду – покажу тебе. – Джорданна была настроена воинственно.

Когда она шла к дверям, ей подмигнул пьяный в дым Чарли Доллар. Он годился ей в отцы, но все еще был достаточно сексуален. Мимоходом она задумалась над тем, каков он в постели, – показания очевидцев на этот счет были весьма разнообразны.

На стоянке ее «порше» был припаркован справа от входа. Она всегда давала хорошие чаевые – научилась этому от отца. «На чаевые уходит лишняя тысяча баксов в год – но дело того стоит», – мудрое изречение великого Джордана Левитта. Он был великим – когда хотел быть таковым. Когда у него было время. Когда какая-нибудь очередная жена не пудрила ему мозги. Как ни крути, приходилось признать – Джордан Левитт шел по жизни, полагаясь на то, что хранил в штанах.

Расти в Голливуде. Смотреть, как твой папаша всех трахает. Какое образование!

Джорданна хранила в памяти множество ярких картин. Одним из самых ярких было воспоминание о том, как она обнаружила отца в бассейне – из него как раз выпустили воду – развлекающимся с соблазнительной кинозвездой, в то время как их почтеннейшие супруги были в доме, где происходила роскошная вечеринка. Джорданна наслаждалась этим спектаклем из окна своей спальни. Никому, кроме Джеми, она не призналась, что собственноручно включила в ту ночь прожектор над бассейном, осветив голый папашин зад и огромный трясущийся бюст его дамы. Вскоре после этого жена номер три убралась восвояси. Джорданна была довольна: цель достигнута.

Она мчалась в своем «порше». Заглянула в пару подвернувшихся по дороге клубов. Но, к сожалению, Эрни оказался прав – «Хоумбейз-Сентрал» был единственным местом, где можно без отвращения посидеть. Нигде ничего интересного. К двум часам ночи она была дома. Одна. Еще одна сверкающая ночь в Городе Ангелов.

Когда-нибудь она встретит человека, который сможет спасти ее от одиночества, тупо пульсирующего в висках днем и ночью. Встретит кого-нибудь, кто поймет и полюбит ее. Когда-нибудь.

Может быть…




ГЛАВА 6


Пять дней, проведенных на кушетке у Квинси и Эмбер, оказались слишком большим испытанием. У Майкла болела спина и постоянно раскалывалась от боли



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация