А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Там, где сердце
Мэри Линн Бакстер


Вернувшись в родной город, Кэл Вебстер узнает, что у него есть сын. Он намерен стать опекуном ребенка, но на его пути встает бывшая свояченица Эмма Джепкинс…





Мэри Линн Бакстер

Там, где сердце





ГЛАВА 1


Кэлхан Вебстер был настолько потрясен, что не мог вымолвить ни слова.

На лице Хэммонда Кайла, его друга и поверенного, появилось подобие улыбки.

– Твоя реакция мне понятна. На твоем месте я бы тоже лишился дара речи.

– Ты меня разыгрываешь, Кайл? – грубо спросил Кэл. – Если это так, то лучше признайся сразу.

– Успокойся, Кэл. Разве можно шутить такими серьезными вещами? – Прищурившись, Хэммонд провел рукой по своим седым волосам. – Как я только что сказал, у тебя есть сын.

Кэл устало вздохнул, чувствуя, как кровь отлила у него от лица. После работы в Колумбии он никак не мог вернуться к нормальной жизни и быстро уставал.

– Не возражаешь, если я сяду?

– Я как раз собирался тебе это предложить, – улыбнулся Хэммонд. – Мне бы не хотелось, чтобы здоровый мужик грохнулся в обморок в моем кабинете.

Бросив на друга сердитый взгляд, Кэл плюхнулся в одно из мягких кресел. В его голове проносились сотни мыслей, но он не мог выстроить их в определенном порядке и сказать что-либо вразумительное.

У него есть сын?

Исключено.

Невозможно.

Пристально посмотрев на Кайла, он сказал:

– Должно быть, это ошибка.

– Я бы не сообщил тебе, если бы не был уверен на сто процентов, – убежденно произнес Хэммонд.

– Но, насколько мне известно, Конни мертва, – отчаянно возразил Кэл.

Хэммонд раздраженно посмотрел на него.

– Когда твоя бывшая жена ушла от тебя, она была беременна, но, очевидно, решила это скрыть. – Он глубоко вздохнул. – Такое часто случается. Любой разведенный мужчина, узнав, что у него есть ребенок, почувствует себя полным идиотом.

Кэл стиснул зубы и вцепился в подлокотники кресла с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

– Вот тварь, – пробормотал он себе под нос.

– Ты знал это, когда на ней женился, – резонно заметил Хэммонд.

Его брови сошлись на переносице.

– Ты прав, – согласился Кэл. – Однако я не могу понять, почему она не сообщила мне о своей беременности. – Его голос дрожал отболи и злости.

– Мы оба знали, что она не подарок.

– И все же я на ней женился.

– Хорошо, что ребенок не погиб вместе с ней, – сказал Хэммонд. – Если это, конечно, тебя утешит.

Кэл помрачнел.

– Я слышал, во время аварии она была в машине не одна.

– Когда Конни ушла от тебя, она закрутила роман с каким-то мотоциклистом. Они оба погибли в дорожно-транспортном происшествии.

– Они были женаты?

– Я точно не знаю, но, по слухам, они жили вместе.

– Тогда как я узнаю, мой ли это ребенок?

– Твое имя указано в свидетельстве о рождении, – сказал Хэммонд, протягивая ему документ.

Изучив бумагу, Кэл поднялся и подошел к окну.

Прошло уже больше двух лет с тех пор, как он официально развелся. Работая на Управление национальной безопасности, Кэлу приходилось жить по большей части в тех странах мира, где процветала наркомафия.

До того, как стать правительственным агентом, Кэл считал себя нормальным человеком. Возможно, чуть более упрямым и необузданным, чем остальные, но, женившись на Конни Дженкинс, он начал сомневаться в этом. Их свадьба была самой большой ошибкой, которую он совершил до сих пор.

Теперь он, наконец, уволился с работы и мог начать новую жизнь, но под внешним спокойствием прятался страх. Поскольку Кэл долгое время имел дело с преступниками, он больше не знал, кто он такой и где его место. Возможно, он даже стал одним из них. Время покажет.

Ну, какой из него отец! Впрочем, если ребенок действительно его, он готов пожертвовать свободой.

Он, конечно, далеко не святой, но никогда не уклонялся от своих обязанностей и не собирается делать этого сейчас.

– Кэл, ты меня слушаешь?

Резко обернувшись, он натолкнулся на пытливый взгляд друга.

– То, что ты мне сказал, все еще не укладывается у меня в голове.

– Ты можешь сделать анализ ДНК, – посоветовал Хэммонд. – Ты имеешь на это право, поскольку она встречалась с другим мужчиной.

– Я мог бы забыть, что ты рассказал мне о ребенке, и спокойно жить дальше, – произнес Кэл, приподняв одну бровь. – Ведь я могу так поступить, не правда ли?

Хэммонд пожал плечами.

– Ну, разумеется.

– Только я не собираюсь этого делать, – твердо заявил Кэл. – Если мое имя указано в свидетельстве о рождении, значит, ребенок мой, и я не собираюсь от него отказываться.

– Это меня не удивляет, дружище. Ты привык доводить все до конца. И я уважаю тебя. – Хэммонд подошел к бару и налил себе чашку кофе, затем предложил Кэлу, но тот покачал головой. Сделав глоток, Кайл добавил: – Но может, тебе действительно лучше оставить все как есть, и забыть о ребенке? Поверь, это не самый худший выход из ситуации.

– Но не для меня, – резко сказал Кэл.

– Прости, что сообщил тебе о ребенке сейчас, когда ты только что вернулся в город. Но я подумал, будет лучше, если ты все узнаешь от меня, а не из сплетен. В нашем городке новости распространяются молниеносно.

– Не извиняйся. Ты поступил правильно, и я рад, что могу тебе доверять.

– Ты можешь доверять многим людям, Кэл, – серьезно произнес Хэммонд. – У тебя есть друзья, которые очень рады твоему возвращению.

– Я знаю, только мне понадобится много времени, чтобы возобновить знакомства.

– Я понимаю, почему ты не хочешь рассказывать, через что тебе пришлось пройти, но неужели это было настолько ужасно?

– Хуже, чем ты можешь себе представить, – ответил Кэл.

– Ладно, по крайней мере, все закончилось, и ты нашел другую работу.

– Пока еще рано об этом говорить.

Хэммонд сел и допил свой кофе.

– Я думал, тебя уже наняли.

– Мне дали шесть недель на раздумье.

– У меня создается такое впечатление, что ты медлишь.

– Черт побери, Хэммонд, на этот раз мне предложили работать в стране, где с безопасностью все в порядке.

– Правда?

– Да, просто я хочу немного побыть дома.

– Значит, последний год тебя действительно не было в Штатах, – предположил Хэммонд.

Кэл, прищурившись, посмотрел на него.

– Я этого не говорил.

– Ладно, я понимаю, что это секретная информация.

– Тогда прекрати меня допрашивать.

– Я просто полюбопытствовал, и все.

– Тогда тебе лучше поумерить свое любопытство, потому что я не имею права обсуждать с тобой свою работу.

Губы Хэммонда искривились в ухмылке.

– Готов поспорить, ты отлично с ней справился. Ты всегда был упертым.

– Должно быть, ты разговаривал с моим бывшим тестем, – саркастически заметил Кэл, но Хэммонд не улыбнулся, и это его насторожило.

– Почему ты так думаешь? – протянул Хэммонд, не глядя на него.

– Так ты общался с Патриком Дженкинсом?

– Нет. – Хэммонд уставился на свои ботинки.

– Не лги. Ведь ребенок у него? – догадался Кэл.

– Нет. У его дочери Эммы.

Кэл мрачно выругался.

– Я знал, что тебе это не понравится.

– Да уж. Патрик ненавидит меня всеми фибрами души. Уверен, его дочь тоже, хотя я не имею удовольствия быть с ней знакомым.

В каждом слове Кэла звучал сарказм. После развода с Конни он не хотел иметь ничего общего с ее родными, но, видимо, этого было не избежать.

Кэл потер шею. Все его тело было напряжено, как струна.

– Лично мне наплевать, что они думают обо мне, но…

– Но теперь у них находится то, что принадлежит тебе.

– И я заберу ребенка, чего бы это ни стоило.

– Рад слышать, Кэл. – Хэммонд встал, подошел к бару и налил себе еще кофе. Когда он снова посмотрел на Кэла, его лицо было мрачным. – Я боялся, что, когда скажу тебе, у кого находится ребенок, ты повернешься и уйдешь.

– Наверное, мне следовало бы так поступить.

– Никто тебя не заставляет. Я уверен, что Логан…

– Значит, так зовут малыша, – перебил его Кэл.

– Да. На днях я случайно встретил Патрика Дженкинса в магазине. Мальчик был с ним.

– Он похож на меня? – произнес Кэл дрожащим голосом, пытаясь разобраться в переполнявших его эмоциях.

Черт бы побрал эту Конни, подумал он, не испытывая никаких угрызений совести из-за того, что проклинает свою покойную жену.

Пусть это характеризует его с плохой стороны, но Кэл никогда не был лицемером. Он всегда называл вещи своими именами и подчас вел себя беспощадно, если того требовала ситуация. Именно по этой причине правительство задействовало его для борьбы с одним из крупнейших международных наркосиндикатов.

Но этот период его жизни подошел к концу, напомнил он самому себе. Ему придется заново научиться жить среди обычных людей. Однако при мысли о встрече с Патриком Дженкинсом и его дочерью ему стало не по себе.

– Я не успел как следует рассмотреть ребенка, – наконец сказал Хэммонд. – Теперь, когда тебе известно, где находится Логан, что ты собираешься предпринять?

– Пока не знаю.

– Ты не можешь просто взять и появиться у них на пороге.

– Почему?

Хэммонд закатил глаза.

– Глупый вопрос.

– Сестра Конни никогда меня не видела.

– Ты собираешься нанести ей визит?

Кэл пожал плечами.

– Возможно. Я должен все хорошенько обдумать.

– Правильно. По всем вопросам, касающимся юридической стороны дела, можешь смело обращаться ко мне.

– Спасибо, дружище.

Поставив на стол чашку, Хэммонд пристально посмотрел на Кэла.

– Очевидно, Дженкинс души не чает в мальчике и не собирается сдаваться без боя. Уверен, его дочь настроена не менее решительно.

– Что тебе о ней известно, кроме имени? – спросил Кэл.

– Ей принадлежит садовый питомник.

Кэл фыркнул.

– А сам Дженкинс до сих пор занимается строительным бизнесом?

– Да, его компания процветает.

– Его дела шли в гору еще в те времена, когда я был женат на Конни. В этом-то и заключалась проблема. Она была избалованной папиной дочкой, привыкшей к тому, чтобы ей все подавали на блюдечке с голубой каемочкой.

– Я слышал, Эмма совсем на нее не похожа, но я не могу быть полностью в этом уверен. Люди любят сплетничать о богатых и влиятельных, таких, как Дженкинсы.

Кэл снова фыркнул.

– Была бы моя воля, я бы держался от них подальше.

– Мне очень жаль, что я впутал тебя во все это.

Кэл пожал плечами, затем поднялся и направился к двери.

– Ты сделал то, что должен был сделать.

Поняв, что встреча подошла к концу, Хэммонд протянул руку.

– Держи меня в курсе.

– Разумеется, – пообещал Кэл, выходя из кабинета друга.

Оказавшись внутри своего нового пикапа, он перевел дух, а затем разочарованно ударил кулаком по рулю.

Что делать в сложившейся ситуации? Ему хотелось увидеть своего сына, и в то же время он боялся предстоящей встречи. Черт побери, эта ответственность слишком велика для него, особенно сейчас. После всего, через что ему пришлось пройти, он не в состоянии как следует позаботиться о ребенке. Закрывая глаза, он до сих пор видел дуло пистолета, приставленное к его виску. Судьба продолжала играть с ним в русскую рулетку.

Внезапно Кэла прошиб холодный пот, к горлу подступила тошнота. Он испугался, что его стошнит прямо на тротуар, но каким-то образом ему удалось взять себя в руки и немного успокоиться.

Жизнь нанесла ему очередной удар, но он выдержит и его. Если Конни после развода действительно родила сына, ничто не помешает ему видеться с собственным ребенком.

Сначала нужно придумать план. Это несложно. Он был специалистом по разработке планов. Дженкинсы не знают, с какой стороны он нанесет удар.

Кэл никогда не уклонялся от вызова и не собирается делать этого сейчас. Впервые с тех пор, как он вернулся к цивилизованной жизни, у него появилась цель в жизни.

И это было чертовски приятное ощущение.




ГЛАВА 2


Какой чудесный весенний день!

Эмма остановилась и всмотрелась в голубое техасское небо, на котором не было ни облачка. Садоводу лучшей погоды и пожелать нельзя. Впрочем, сама она редко работала на земле. Как владелице питомника, ей приходилось в основном заниматься бумагами.

Однако бывали дни, когда она, как сегодня, могла обойти свои владения и насладиться ароматом роз.

Разумеется, своим процветанием «Питомник Эммы» был обязан ее отцу. Несколько лет назад он одолжил ей стартовый капитал, но она уже вернула ему деньги. Путь к успеху потребовал огромных усилий и трудолюбия, но этого Эмме было не занимать. Она привыкла добиваться своей цели.

– Ты очень упряма и практична, девочка, – часто говорил ей отец, но Эмма знала, что Патрик восхищался ее упорством, потому что сам был сделан из того же теста.

При мысли об отце Эмма улыбнулась. Хотя она, в отличие от светловолосой Конни, не была его любимицей, он всегда ее уважал.

Занимаясь строительным бизнесом, Патрик сколотил себе состояние в несколько миллионов и, несмотря на преклонный возраст, даже не думал идти на пенсию. Этого слова не существовало в его лексиконе. Патрик жил работой и внуком.

В свои тридцать пять Эмма все еще была не замужем и не собиралась ничего менять, особенно сейчас, когда стала опекуншей полуторагодовалого Логана. В ее жизни было несколько мужчин. За одного из них она даже могла бы выйти замуж, если бы обстоятельства сложились по-другому, но она ни о чем не жалела. У нее была любимая работа и маленький Логан, который нуждался в ее заботе. Таким образом, ее жизнь складывалась вполне удачно.

– Доброе утро, дорогая. Как дела?

Эмма повернулась и одарила отца лучезарной улыбкой.

– Замечательно, а у тебя?

– У меня тоже.

Судя по его виду, это было совсем не так, и у Эммы сжалось сердце. С тех пор как погибла Конни, она начала бояться неожиданностей. Этим утром она сразу поняла, что что-то произошло. На несколько секунд Эмма замерла как вкопанная, но, не желая выдавать своей тревоги, встала на цыпочки и поцеловала Патрика в щеку.

В свои шестьдесят восемь ее отец отлично выглядел. У него была возможность повторно жениться, но он этого не сделал. Когда несколько лет назад мать Эммы умерла от рака, Патрик долго горевал, но все изменилось, когда в его жизни появился Логан.

Малыш был сыном Конни, и это делало его особенным. Патрик обожал свою младшую дочь, хотя Конни вышла замуж против его воли. Ее преждевременная смерть стала



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация