А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


заснять все это на кинопленку – троих мужчин, мечущихся из стороны в сторону с бутылочками, собаку, принимающую в этом участие, и ребенка – центр общего внимания и усилий, которому так недоставало матери!

– Ты все сделал замечательно, Нед, – с искренним восхищением поблагодарила Дороти, которую немало позабавила эта история. Улыбка Неда еще больше подняла ей настроение. Каждый нуждается в одобрении, подумала она. И в похвале. Чему получено лишнее подтверждение. Любовь и признательность идут рука об руку.

– Постарайся не переживать так из-за искусственного вскармливания, – уговаривал ее Нед. Его зеленые глаза светились сочувствием. – Я знаю, для тебя это большое разочарование, но в следующий раз мы будем умнее. Ты сможешь кормить грудью сколько захочешь.

– В следующий раз? – неуверенно повторила она.

– Гм… – Он был смущен и старался скрыть это. – Мне просто пришло в голову… Пожалуй, немного преждевременно. Забудь об этом. Главное, чтобы у Джоанны все было в порядке. Об остальном не беспокойся.

– Ты нечестен со мной, Нед, – проворчала Дороти. – Ты что-то замышляешь за моей спиной.

Он пожал плечами.

– Похоже, я немного зарвался. Ты просила не торопить тебя. Давай пока не будем говорить об этом!

– Я приняла твою политику открытых дверей. Я слушаю тебя, Нед, – настойчиво произнесла она, желая узнать все его потаенные мысли и мечты.

Нед ответил открытым взглядом, казалось, направленным прямо ей в сердце. Несколько мгновений он колебался, словно желая убедиться, что не сделает ошибки. Дороти спокойно взглянула на него. Теперь в ее взгляде читалась готовность разделить с этим мужчиной все.

– Мне не нравится, когда в семье один ребенок, Дороти, – робко начал он. – Поскольку у нас уже есть Джоанна… Я подумал, может быть, через год или два… если у тебя будет желание…

– Мы пополним наше семейство?

– Как ты к этому относишься? – осторожно спросил Нед. – Если тебе кажется, что лучше оставить ее в одиночестве… Это ведь просто идея – она пришла мне в голову в последнюю неделю. Я хочу сказать, что не представляю теперь свою жизнь без Джоанны. Я действительно люблю этого ребенка. Если у нас будут еще дети, любви хватит на всех, разве не так?

Как же она безнадежно и глупо ошибалась в Неде! Это могло бы быть даже смешным, но почему-то не было, а больше всего походило на трагедию. Дороти чуть не расплакалась. Сделав над собой усилие, она улыбнулась, чтобы успокоить Неда.

– Я тоже была единственным ребенком. И понимаю, о чем ты говоришь, Нед. Джоанне вовсе не помешало бы иметь брата или сестру.

Его лицо расплылось в довольной усмешке.

– Ты слышишь, ребенок? – обратился он к Джоанне, которая немедленно прекратила объедаться, чтобы все внимание уделить ему. – Можешь пока править бал, но не исключено, что у тебя появится компания.

Джоанна пустила пузыри.

– Ах, вот как! Опять дерзости? Я пожалуюсь на тебя Джоку, если не будешь выказывать должного уважения.

Пес, лежавший рядом с креслом-качалкой, вскочил, чтобы узнать, что случилось. Он взглянул на Джоанну. Девочка посмотрела ему прямо в глаза, словно посылая приказ не вмешиваться в ее отношения с отцом, а затем подняла взгляд на Неда и снова открыла ротик навстречу соске.

Этого было достаточно, чтобы доказать Дороти: она недооценивала возможностей инстинктивного общения.

Последующая неделя открыла молодой женщине, что ее избранник обладает врожденным талантом семьянина. Он называл своих помощников «мои мальчики», давая почувствовать их принадлежность к команде, а те относились к нему как ко второму отцу. Во всех событиях непременно участвовал Джок. Джоанна, или, в понимании пса, щенок, была всеобщей дочерью.

И вот наступил день, когда медицинская сестра объявила, что Дороти выздоровела. Проводив ее до двери и поблагодарив за помощь и советы, Дороти отправилась на поиски Неда и Джоанны, чтобы сообщить им хорошую новость.

Голоса доносились из комнаты, где Нед обычно завершал отделку мебели, чем он должен был заниматься и сейчас. Подойдя к двери, она вспомнила, что у Неда назначена встреча с Джимом Вентурой, продавцом антиквариата. И уже повернулась, чтобы уйти, не желая прерывать деловой разговор, но слова, доносившиеся из приоткрытой двери, заставили ее замереть на месте.

– Она удивительный ребенок, Джим! – с гордостью говорил Нед. – Спит всю ночь напролет! Не доставляет никаких хлопот. В следующий раз вам стоит завести себе дочь.

– Да, мальчики намного беспокойнее, – с сожалением заметил Джим. – У нее твой подбородок, Нед.

– Оставь эти свои штучки! Хотя глаза у нее в точности как у Дороти.

– А светлые волосы, должно быть, от тебя.

– Думаю, да. Она будет потрясающей, Джим! Блондинка с большими карими глазами!

– Создается впечатление, что она уже поймала тебя на крючок, – с удивлением отметил Джим.

Нед рассмеялся.

– Это неудивительно, она же моя дочь! А ты лучше предупреди своего сына, чтобы он с ней не шалил. Ради этого ребенка я держу палец на спусковом крючке.

Дороти не смогла сдержать улыбки. Если у нее до сих пор и оставались какие-то сомнения, то обожание, звучавшее сейчас в голосе Неда, когда он говорил о дочери, должно было рассеять их окончательно.

– Ладно, пора идти, – сказал Джим, с неохотой возвращаясь к делам. – Этот стол – великолепная работа, Нед! Мой клиент будет в восторге.

– Я скажу Стиву, чтобы он доставил его сегодня днем. Пройдемся по мастерской, Джим, я хочу тебе показать кое-что еще.

Когда двое мужчин направились к выходу, Дороти, смущенная тем, что подслушивала, поспешила укрыться от их взглядов.

– Последи за Джоанной, Джок! – крикнул Нед через плечо. – Я скоро вернусь.

Эта брошенная мимоходом инструкция возбудила любопытство Дороти. Как только путь был свободен, она вернулась к порогу комнаты и заглянула в нее. Джок лежал на животе рядом с колыбелью. Джоанна взмахнула кулачками и захныкала. Пес настороженно поднял голову и вопросительно заскулил. Джоанна повысила голос, и Дороти почудились в нем хозяйские интонации. Пес сел и свесил голову через край колыбели. Джоанна что-то проворковала ему.

Похоже, это огромное бесцеремонное животное тоже у Джоанны на крючке! Не было сомнений в том, что девочка ни капли не боялась собаки. Джок высунул длинный извивающийся язык и лизнул ее подбородок. Джоанна загукала от восторга. Почувствовав присутствие Дороти, пес поднял голову и взглянул на нее, словно говоря: «Но она же сама просила».

– Все замечательно! – услышала Дороти собственный снисходительный голос, обращенный к Джоку, и спросила себя, не сошла ли она с ума окончательно.

Однако пес успокоился и уселся поудобнее, а Джоанна довольно лопотала что-то свое.

– Не бойся, Джок считает себя ее приемной матерью.

Дороти чуть не подпрыгнула, когда рука подкравшегося сзади Неда обвила ее талию, но расслабилась, как только он нежно притянул ее к себе.

– Уж очень он большой, – вздохнула она.

– Тем лучше для ее безопасности. Джок готов жизнь за нее отдать! Но если ты хочешь, чтобы у нее была собака поменьше…

– Нет. – Не было сомнений в том, что между собакой и ребенком существует какая-то природная связь, которая устраивает обоих. Разумеется, здесь не обошлось без Неда, подумала Дороти, а ему она доверяла. – Похоже, Джоанна скоро окончательно завладеет Джоком, а ты лишишься собаки, – добродушно предостерегла она.

– Ммм. – Он легонько куснул ее за ухо. – Есть что-то очень соблазнительное в маленьких созданиях – детях, щенках, котятах, цыплятах. Я думаю, все дело в том, что Джок рядом с ней с самого начала, и он не хочет упустить возможность узнать, как будут развиваться события.

Конечно, Нед говорит о себе. Он тоже боится что-нибудь упустить. В следующий раз он будет с ней во время беременности, и ей не будет так одиноко. Ей вообще больше никогда не будет одиноко!..

– Медсестра сказала, что я поправилась, – сообщила она ему. – И очень быстро – благодаря тому, что ты всеми возможными способами снимал с меня напряжение. Теперь я могу вернуться к работе.

Дороти почувствовала, как расширилась его грудь, и долгий выдох взъерошил ее волосы.

– Дороти, мальчики сделали для тебя великолепный стол со всем необходимым для работы. Мы можем переоборудовать солнечную комнату в швейную мастерскую. Отсюда до Трейси всего пятнадцать минут езды, и с примерками проблем не будет.

– Я должна позвонить Трейси, – вспомнила Дороти, улыбаясь и благодарно кивая Неду.

– Я уверен, что она не будет возражать. Дороти повернулась в его объятиях, чтобы он смог увидеть ее глаза, сияющие счастьем и безусловным согласием.

– Я хочу договориться с ней и о дате нашей свадьбы. Если ты еще не раздумал на мне жениться…

– Жениться… – Он рассмеялся, не в силах сдержать радость. – Мы потребуем всех выкрутасов, на которые только способна Трейси!

– У нее высокие цены, Нед, – предупредила Дороти, смеясь вместе с ним.

– Кого это волнует? Это будет лучший день в нашей жизни! А Джоанна будет ребенком-цветком.

Она приподняла бровь.

– А собаки-цветка у нас не будет?

Он помотал головой в восхищении.

– Я люблю тебя, Дороти Барнс!

Она заглянула в его глаза. Этот невероятно заботливый мужчина – ее любовник, ее друг, отец ее будущего семейства!

– Я люблю тебя, Нед Шеннон, – сказала она в ответ трепещущим от страсти голосом и встала на цыпочки, чтобы поцеловать его.

Это был поцелуй – обещание, твердое обязательство. Но более всего в нем было любви, доверия и радости вновь обретенной близости.




18


Нед медленно пробуждался от глубокого сна, чувствуя себя совершенно разбитым. Он припомнил, что накануне был грандиозный вечер, роскошный обед, море шампанского. Они высоко поднимали бокалы в честь огромного разворота в свадебном журнале, где были помещены фотографии лучших моделей Дороти Шеннон. И лишь затем он сообразил, что именно разбудило его. Плакал ребенок.

Нед заставил себя встать, стараясь не задеть жену, которой необходимо было поспать. Великая ночь! Сполна заслуженная великая ночь. Он не хотел, чтобы ребенок разбудил ее и спугнул сладкие сны об успехе и признании ее таланта. Ей пришлось немало потрудиться ради этого! Эта ночь для нее особая.

Когда они вернулись домой, все было тихо и спокойно. Стив, вызвавшийся побыть нянькой, заверил их, что вечер прошел мирно. Ребенку уже шесть месяцев, он не должен бы плакать в такое время. Нед напряг зрение, чтобы разглядеть цифры на часах. Четверть пятого.

Слабый огонек ночника в холле освещал Неду дорогу из спальни. Он нахмурился, увидев под дверью детской полоску более яркого света. Должно быть, кто-то оставил включенной настольную лампу. Плач прекратился, но Нед пошел дальше, решив посмотреть, не случилось ли чего. А заодно выключить лампу.

Приоткрыв дверь, он замер на пороге. Его трехлетняя дочь вместе со своим навеки преданным другом и спутником Джеком стояли у детской кроватки, уставившись на малыша. Джоанна, уперев руки в бока, разглагольствовала перед младшим братом.

– Послушай-ка, лебенок! Мы с тобой должны доварица. Я не люблю просыпаться, когда еще темно. Джок тоже не любит.

Пес послушно заскулил, выражая свое неудовольствие.

– Сейчас я тебя научу, что есть что. – Она шагнула к лампе и нажала на кнопку. – Это – темно. Ты понял, лебенок? Темно, – повторила она, чтобы тот усвоил. – Ты лежи и спи, когда темно.

Фырчанье из детской кроватки. Лампа снова зажглась.

– Это светло. Ты можешь начинать плакать, когда светло… – она авторитетно ткнула пальцем в сторону малыша, – но не ланьше! И не плюй в меня пузылями. Показывай уважение. Это тебе сталшая сестла говолит.

В детской кроватке воцарилась тишина.

– Так-то лучше, – с удовлетворением заявила Джоанна. – Ты станешь вунекиндом в этой семье, лебенок. Лизни его, Джок, он холоший мальчик.

Язык пса просунулся сквозь прутья кроватки и обслюнявил руку Брайана.

– Холошо! Сейчас я сделаю темно, и Джок и я пойдем в кловать. Ты тоже засыпай. Плоснешься, когда будет светло.

Лампа погасла. Нед на цыпочках прокрался в свою спальню, прежде чем образовательная бригада прошествовала в холл, а затем – в свою комнату.

Некоторое время он прислушивался, чтобы убедиться, что все в порядке. Не было слышно ни звука. Нед скользнул в кровать и, растянувшись, ухмыльнулся во все лицо. Джоанна – определенно удивительный ребенок!

Дороти подкатилась и прижалась к нему, пробормотав сквозь сон:

– Люблю тебя.

– Я тоже тебя люблю, – прошептал он, целуя ее в лоб.

У него есть чудесная жена, умная дочь, сообразительный сын, преданная собака. Чего еще может желать мужчина? Разве что еще одного ребенка. Когда и если Дороти захочет. В конце концов, нужны же Брайану младшие брат и сестра, чтобы он мог продолжить семейные образовательные традиции! Отцовство, решил Нед, сродни наркомании. Особенно с такой семье, как у него.

Весьма удовлетворенный этим заключением, он закрыл глаза и счастливо заснул. Все хорошо в лучшем из миров!




Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация