А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Обретенная мечта
Мэй Макголдрик


Шотландские сны #2
Пирс Пеннингтон привык жить двойной жизнью.

Днем он удачливый коммерсант, а по ночам – знаменитый контрабандист и торговец оружием, известный под именем легендарного капитана Макхита…

Однако когда юная Порция Эдвардс, пленницей живущая у жестокого деда-опекуна, умоляет Пирса взять ее на свой корабль и отвезти в Англию, в душе сурового морского волка внезапно вспыхивает пламя страсти – страсти властной и жгучей, не знающей преград…





Мэй Макголдрик

Обретенная мечта





Глава 1


1772 год, июнь

Прикрывая лицо украшенной перьями маскарадной маской, Порция обвела взглядом бальный зал, пытаясь определить, куда ведет та или иная дверь, согласно раздобытой ею схеме. Ей пришлось заплатить немалые деньги за то, чтобы узнать о внутренней планировке этого огромного дома, расположенного в той части города, что зовется Норт-Энд. Порция дотронулась до висевшего на шее медальона. Только бы схема не подвела!

На балу в этом роскошном особняке на Коппс-Хилл, устроенном по случаю дня рождения короля, ей представился единственный шанс осуществить задуманное. Адмирал Миддлтон редко принимал гостей – когда еще ей удастся проникнуть в раскинувшийся вокруг дома парк? Почти четверть века ее мать провела в заточении, и Порция была полна решимости подарить ей сегодня свободу.

Среди приглашенных были только самые видные представители бостонских тори[1 - Английская политическая партия XVII—XIX вв.], в том числе и губернатор. Разумеется, никакого приглашения на имя Порции Эдвардс не было доставлено в дом преподобного пастора Хиггинса и его жены, где проживала девушка. Порция солгала своей лучшей подруге, а также тем, кто счел ее членом семьи священника. Но у нее не было другого выхода. Все должно свершиться именно этой ночью.

– Сегодня вы что-то притихли, рыбка моя, – услышала Порция и про себя усмехнулась, повернув голову. Капитан Тернер все еще стоял рядом, слегка склонившись к ней в своей обычной манере. Позаимствованное у Беллы платье было ей тесно. Капитан в очередной раз уставился на ее открытую грудь, и Порция опустила маску, прикрывая декольте.

Капитан Тернер приходился троюродным братом ее юной подруге Белле. Порция решила использовать его, чтобы попасть в дом адмирала Миддлтона, а теперь не знала, как от него избавиться.

– Я просто немного взволнованна, – ответила она Тернеру.

Зазвучал менуэт, и кавалеры стали приглашать дам. Женщин на балу оказалось меньше, чем мужчин.

– Капитан, вы вовсе не обязаны постоянно находиться рядом со мной, – заметила Порция. – Остальные дамы возненавидят меня за то, что я удерживаю при себе такого блестящего кавалера.

– Не беспокойтесь, рыбка моя. Я столько месяцев добиваюсь вашей благосклонности, и, должен заметить, без какого-либо результата.

– Но, капитан, я прибыла в колонии чуть больше восьми месяцев назад.

– Да! И с той самой минуты я стал вашим преданным обожателем. После первой же проповеди преподобного пастора Хиггинса. А в следующее воскресенье узнаю, что вы и моя юная кузина уже представлены друг другу. Это ли не везение?

– Скорее это мне повезло, но…

– Если честно, – перебил ее офицер, – я уже потерял всякую надежду и несказанно обрадовался, когда моя милая кузина сообщила, что вы наконец-то согласились меня принять. А теперь еще вы позволили сопровождать вас сюда!

Тернеру уже перевалило за сорок, и Порция не ожидала, что он проявит к ней столь горячий интерес.

– А здесь душновато, вы не находите? – прервала Порция офицера. – Будьте любезны, капитан, принесите чего-нибудь попить.

Тут, как назло, появился лакей с подносом. Капитан взял бокал с пуншем и подал Порции. Взгляд ее заметался по залу.

– Никогда не видела столько замечательных людей одновременно, – произнесла Порция. – Военные в своих ярких мундирах выглядят просто бесподобно.

– Охотно представлю вас любому из них. А также их женам, – с готовностью откликнулся Тернер. – Здесь, в Бостоне, его величеству служит немало незаурядных личностей. С кем именно вы хотели бы познакомиться?

Порция обвела глазами зал. У самых дверей, прислонившись к колонне, с несколько надменным видом стоял мужчина, чей мрачновато-мужественный облик в полной мере соответствовал его темному облачению.

– Ну, хотя бы вон с тем джентльменом, – указала она маской. – По-моему, я вижу его впервые.

– Неудивительно, солнце мое. – Тернер поморщился. – Это Пирс Пеннингтон, брат графа Эйтона. Их род довольно древний, но он подлый шотландец, и этим все сказано. Прибыл в Бостон в прошлом году и уже успел сделать себе имя, занимаясь финансовыми операциями и морскими грузоперевозками.

– А разве можно сейчас преуспеть в подобном деле? – удивилась Порция. – Ведь никто не желает платить налоги на ввозимые из Англии товары.

– Разумеется, можно, если пренебрегать законами, касающимися торговли.

– Вы хотите сказать, что он связан с контрабандистами?

– Не берусь что-либо утверждать, но очень скоро мы выявим всех тех мерзавцев, которые наносят ущерб интересам британской короны. – Капитан Тернер не сводил с шотландца взгляда. – Правда, мое начальство считает его вполне лояльным подданным короля. К тому же младший брат Пеннингтона служит в нашей армии и, судя по отзывам, весьма достойный офицер.

– После ваших слов, капитан, этот мистер Пеннингтон заинтересовал меня еще больше.

– Вы, должно быть, шутите, мисс Эдвардс?

– Ничуть.

Снаружи донесся стук колес экипажей и цокот копыт – по всей видимости, со своей свитой наконец-то прибыл сам губернатор. Как известно, он никогда не выезжал без сопровождения вооруженного эскорта.

Порция постаралась как можно любезнее улыбнуться Тернеру.

– Капитан, рядом с вами мне ничто не грозит. Пожалуйста, представьте меня этому джентльмену.

– Я вас не понимаю, солнце мое. Здесь, в зале, столько замечательных личностей. Почему же вы выбрали именно его?

– Капитан, ведь жена пастора Хиггинса тоже родом из Шотландии. Так вот, я обязательно расскажу ей, что вы отказались представить меня ее столь выдающемуся соотечественнику.

– Выдающемуся?! – Капитан Тернер хмыкнул и недовольно посмотрел в сторону дверей. – Что же, пойдемте, я вас познакомлю.

– Ну нет, капитан, – возразила Порция. – Лучше приведите мистера Пеннингтона ко мне, чтобы никто не подумал, будто ваше общество мне наскучило.

Как только капитан ушел, Порция двинулась к застекленным дверям, которые вели на террасу, и по ступенькам спустилась в залитый лунным светом парк.

Вокруг не было ни души.

Если верить полученным сведениям, ее мать держали в комнатах на втором этаже, выходивших окнами на участок, засаженный розами, и добраться до нее так, чтобы не попасться никому на глаза, можно было только через балкон ее спальни.

Подобрав юбки, Порция побежала по дорожке и вскоре очутилась в той части парка, где благоухали розы. Она без труда обнаружила нужный балкон, под которым росла невысокая груша, а также один из множества кустов, поддерживаемый вполне крепкой на вид шпалерой. Быстро взобравшись по небольшой насыпи, девушка приблизилась к стене дома.

Двадцать четыре года Порция Эдвардс практически ничего не знала о своем происхождении. Выросла в сиротском приюте в Уэльсе, неподалеку от Рексама, а по достижении шестнадцатилетия поселилась в семье пастора Хиггинса. До последнего времени Порция ни разу не усомнилась в правдивости того, что рассказывала ей о родителях леди Примроуз, основательница и содержательница того самого приюта. Согласно этим рассказам, ее мать умерла родами, а отцом был некий высокопоставленный якобит[2 - Якобиты – сторонники свергнутого английского короля Якова II.], которому после поражения в Каллоденской битве пришлось бежать во Францию, где он и скончался несколько лет спустя. Девушка очень часто тосковала по семье, которой у нее никогда не было, пытаясь представить себе, каково это – иметь родителей. Неожиданно, с месяц назад, Порция узнала, что ее детские мечты могут осуществиться.

В тот день приболевшую Мэри, жену пастора Хиггинса, навестил доктор Деминг, который обратил внимание на медальон, висевший на шее у Порции. Разглядывая миниатюрный портрет, находившийся под крышкой, доктор узнал изображенную на нем женщину, назвал имя, и Порция не успокоилась до тех пор, пока не выяснила о Елене Миддлтон все, что только возможно.

Дотронувшись до медальона, девушка мысленно пожелала себе удачи и полезла на шпалеру.

Узкий балкончик имел скорее декоративное, а не функциональное предназначение, так как за ограждением вряд ли смог бы свободно разместиться человек. Несмотря на теплый вечер, окна были закрыты. Порция заметила, что по-прежнему держит в руке свою маску, и, положив ее на перила, попыталась через них заглянуть. Ничего не получилось, и тогда, не отпуская шпалеру, она подалась немного вперед, поближе к балкону. К ее разочарованию, окно оказалось занавешенным.

Наверное, все в городе знали, что Елена, дочь адмирала Миддлтона, тронулась умом и поэтому ее держат взаперти. Собирая сведения об этой семье, Порция неоднократно слышала хвалебные речи в адрес адмирала, который якобы очень заботился о несчастной дочери. Нетрудно было догадаться, что на самом деле все обстояло совсем иначе.

Если ее отец действительно принадлежал к лагерю якобитов и если окружающие узнали бы о том, что Елена Миддлтон состоит с ним в родстве, это стало бы позором для офицера, который верой и правдой служит британской короне.

Однако допустимо ли по этой причине более двух десятков лет держать дочь взаперти?

Порция осторожно постучала в окно. В ее распоряжении считанные минуты, нужно очень быстро все объяснить Елене. Дело осложнялось еще и тем, что явно выраженного сходства у них с матерью не было. К тому же Елена могла и не знать, что ее ребенок остался жив. Что вероятнее всего.

Порция постучала еще раз.

Шторы на окне внезапно отдернулись.

Появившаяся за стеклом женщина выглядела куда старше той, которую рисовала в своем воображении девушка.

Седина уже тронула ее золотистые волосы, ниспадающие до пояса, лицо было бледным, под глазами – темные круги. И все же сходство с изображением на миниатюрном портрете сомнений не вызывало.

Елена была в тонкой ночной рубашке и в руке держала свечу. Она стала открывать оконную задвижку.

Об этом моменте Порция мечтала всю жизнь.

Окно наконец распахнулось, Елена поставила свечу на подоконник и высунулась наружу.

– Мама! – шепотом позвала Порция.

Повисла тишина. Лицо Елены покрылось мертвенной бледностью, а недоумение на нем сменилось выражением ужаса. Порция коснулась руки матери, и та, вздрогнув, пронзительно закричала.

Стоя у колонны, Пирс Пеннингтон наблюдал за тем, как в зал входит губернатор Томас Хатчисон в сопровождении своей свиты. Королевский наместник быстрым взглядом окинул помещение и, казалось, отметил всех, кто здесь присутствовал. Примерно так же пастуший пес обнюхивает овец, пытаясь учуять волчий запах.

Едва губернатор взглянул в его сторону, Пирс учтиво склонил голову. Кивнув в ответ, Хатчисон тут же переключил внимание на хозяина дома, который в этот момент направлялся к нему, чтобы засвидетельствовать свое почтение. Музыканты заиграли что-то из Генделя, а Пирс, отделившись от колонны, двинулся в сторону высоких распахнутых дверей, которые вели в парк. Теперь, когда его присутствие на балу отмечено самим губернатором, он вполне мог удалиться.

– Добрый вечер, мистер Пеннингтон. – Путь преградил офицер, которого Пирс сразу же узнал. – Надеюсь, вы еще не собираетесь нас покинуть?

Это был не кто иной, как капитан Тернер. На несколько лет старше самого Пирса, он имел вполне заурядную внешность и поначалу не производил особого впечатления ни на друзей, ни на врагов. Однако Пирс подозревал, что этот человек не так прост, как кажется. Похоже, капитан уже много лет доблестно служил под началом адмирала Миддлтона, и ни для кого не было секретом, что тот полностью доверяет своему подчиненному.

– Я собирался выйти в парк, – ответил Пирс. – Подышать свежим воздухом. А в чем дело, капитан?

Видите ли, одна моя знакомая желает с вами пообщаться.

– Со мной? Настолько устала от вашего общества?

– Да нет, не думаю, – с недовольным видом возразил офицер. – Просто ей хочется познакомиться с настоящим шотландцем.

– У дамы, похоже, неплохой вкус, – заметил Пирс, окинув взглядом пестрое разноцветье, царящее в зале. Синие мундиры, золотые галуны, шуршащие оборки, широкие кринолины, маски с перьями – повсюду старшие офицеры британской армии со своими спутницами. – Однако я не вижу, капитан, чтобы нас кто-то дожидался.

– В самом деле? – Тернер обернулся. – Совсем недавно она находилась вон там. – Он указал подбородком.

Мимо них бок о бок проследовали губернатор с адмиралом, и Пирс еще раз кивнул обоим. Затем снова взглянул на Тернера.

– Надеюсь, она красива? – поинтересовался Пирс.

– Вполне, – уклончиво ответил офицер, продолжая обозревать зал.

– Молода?

– Молода.

– А как у нее с чувством юмора?

– Сэр, не нужно ее обхаживать, – с явной досадой произнес Тернер. – Представитесь, и все…

– В таком случае, капитан, ведите меня к ней. Если считаете, что это безопасно.

Чопорно кивнув, офицер повернулся и двинулся в сторону столов, заставленных различными яствами и напитками. Воспользовавшись тем, что он отвлекся, Пирс бросил взгляд в направлении каменной террасы, через которую можно было выйти в парк. А за парком, недалеко от главных ворот, его уже поджидал грум по имени Джек, держа наготове запряженный фаэтон.

Пробираясь между гостями, капитан Тернер тщетно пытался отыскать Порцию.

– Странно, она исчезла, – произнес он с растерянным видом.

– Должно быть, вы ее чем-то напугали, – не без иронии предположил Пирс. – Ну ничего. Возможно, мне еще улыбнется удача и я все-таки сведу знакомство с этой таинственной особой. А пока позвольте вас оставить.

– Как вам будет угодно, сэр, – отозвался Тернер, продолжая осматривать зал.

Пирс направился к выходу на террасу, его догнал капитан Тернер.

– Возможно, она тоже решила подышать воздухом, – сказал офицер.

Они вместе вышли на пустую террасу и остановились. С видом человека, которому абсолютно некуда спешить, Пирс сначала посмотрел на крыши и шпили Чарлзтауна, раскинувшегося по другую сторону залитой лунным светом реки, затем скользнул взглядом по мачтам дремлющих в гавани кораблей.

– И здесь нет этой неуловимой девушки, – заметил он, полной грудью вдыхая запахи моря и свежескошенной травы, смешанные с благоуханием цветущих роз. – Может, стоит еще раз посмотреть в зале?

– Пожалуй, – кивнул Тернер.

Пирса уже начала раздражать его навязчивость.

– Тогда, капитан, вам лучше вернуться и



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация