А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Темная роза
Синтия Хэррод-Иглз


Династия Морлэндов #2
«Династия Морлэндов» – это серия романов об истории семьи Морлэндов. Действие происходит в Англии начиная с XV века. Переходя от жизнеописания одного действующего лица к другому, писательница повествует о судьбе многочисленного семейства на протяжении нескольких поколений. Стремительный, захватывающий сюжет, увлекательная интрига, известные и не очень известные события и лица описаны ярко и живо.

Во второй книге «Темная роза» рассказывается о том, как брак Элеоноры Кортней и Роберта Морлэнда положил начало великой династии Морлэндов. Их правнук, Пол, становится свидетелем и жертвой горькой борьбы, принесшей смерть и разрушения его семье. Это замечательная сага о возмездии, славе и интригах в бурные годы начала правления Тюдоров.





Синтия Хэррод-Иглз

Темная роза


И ты, Любовь,

Легенды у конца

Своей награды требуй,

Подставив шею

Под удар неверный

Неблагодарного меча;

Тогда, отпрянув,

В изумленьи глядя

На тебя, поймет,

Что слишком оказалась

Верной мечта.

    У. X. Оден «Легенда»




ПРЕДИСЛОВИЕ


Генрих VIII, вероятно, один из самых известных английских королей, и более всего, за исключением Ричарда III, является жертвой ложных представлений. Взять хотя бы миф о его кровожадности и распутстве – за всю жизнь у него было всего две любовницы (довольно скромная цифра для его эпохи), судить же о числе казненных политических противников по современным меркам – значит не понимать сути истории и культурных перемен. Однако избавление от этого мифа не слишком приблизит нас к настоящему Генриху. Наверно, нам уже никогда не узнать достаточно близко этого тонкого, загадочного правителя. Но ясно одно: он, несомненно, обладал личным магнетизмом, и его приближенные одновременно любили и боялись его.

Свою интерпретацию его отношений с Анной Болейн я строила на высоконаучной и тонкой работе Хестера Чэпмана «Анна Болейн». Кроме того, я использовала в своей работе следующие труды:



Bindoff S.T. TudorEngland

Bowie J. Henry VIII

Cavendish G. Life and Death of Cardinal Wolsey

Dickens A.G. The English Reformation

Elton G.R. England Under the Tudors

Fletcher A. Tudor Rebellions

Laver J. A History of Costume

Leland W. Itineraries

Quennell M. & C. A History of Everyday Things in England

Richardson W.C. History of the Court of Augmentations

Roper W. Life of Sir Thomas More

Savine A. English Monasteries on the Eve of Dissolution

Scarisbrick J. Henry VIII

Stow J. Annates

Strickland A. Lives of the Queens of England

Williams N. Henry VIII and His Court

Winchester B. Tudor Family Portrait

Wyatt G. Life of Queen Anne Boleyn

Trevelyan G.M. English Social History



Посвящается Джорджу Рейнольдсу – с признательностью за все годы дружбы, советы и ободрение.








Книга первая

Медведь и лис


Тут лис немалые труды

И волков, и медведей,

Что дали славные плоды

Британии всей беды.

    Джон Скелтон «Хвала и слава»




Глава 1


Когда умер старый Генрих VII, его мать, древняя Маргарита Бофор, так страдала, что, пережив сына всего на несколько недель, скончалась как раз во время торжеств по случаю восхождения на престол нового монарха, так что ее зарыли без особых церемоний, дабы не омрачать праздник. В целом королевстве было бы трудно найти другого человека, который бы так скорбел по поводу кончины Генриха Тюдора, и уж во всяком случае, не в Йоркшире.

В Йоркшире гнездились старые семьи с блистательными фамилиями – Невиллы, Фицаланы, Перси, Мортимеры, Клиффорды, Холланды, Толботы, Буршье, Стрикленды – помнившие еще правление своих, Йоркских королей – Ричарда Уорвика, Ричарда Йоркского, Ричарда Глочестера и любимейшего короля Ричарда, погибшего от рук того самого, ненавистного и неоплакиваемого, Генриха Тюдора.

В Йоркшире жили и Морлэнды, чей род всегда стоял на стороне Йоркской династии. Основатель рода, Элеонора Кортней, была личным другом Плантагенетов, и сам король Ричард неоднократно посещал семейное гнездо Морлэндов еще до того, как взошел на престол, а ее младший сын, тоже Ричард, служил Ричарду во Франции. Ныне Ричард был известен всем как «дядюшка Ричард» и являлся старейшиной дома, его душой, в то время как номинальной главой рода был правнук Элеоноры, Пол. Дядюшка Ричард, человек мягкий, ненавидел распри и убийства, но и ему приходилось в своей жизни проливать кровь, причиной чему была месть.

Король Ричард погиб в битве на Босвортском поле частично из-за предательства лорда Стэнли, но в большей степени из-за предательства лорда Перси Нортумберленда, «гордого Перси», чересчур промедлившего со сбором людей из северных областей на помощь королю, что было его долгом, – и в результате огромная йоркширская армия (а в ней воевали и люди Морлэндов) еще только двигалась к полю боя, когда битва началась и была проиграна.

Ричард Морлэнд и Нед, отец Пола, пережили глубокое унижение и стыд, а когда один из уцелевших воинов рассказал, что Перси, не только уклонился от боя, но одним из первых преклонил колени перед Генрихом Тюдором, они поняли – что бы ни случилось, но они должны отомстить «гордому Перси». Таких, впрочем, было немало и кроме них, но их час настал только через четыре года после этих событий.

В обязанности лорда Перси, помимо прочего, входил и сбор налогов с северян для своего нового повелителя, а в 1489 году был введен еще один налог – для организации вторжения во Францию. От этой новости Йоркшир вспыхнул, подобно сухой Копне сена от спички, – даже домочадцы Перси то и дело перешептывались, не говоря уже о других, чьи сердца пылали жаждой отмщения. Но когда Ричард Морлэнд узнал от Неда подробности заговора, он ужаснулся.

– Его собственная охрана? – поразился он. – Но ведь он – их лорд, их повелитель, и защищать его – их первейший долг. Это позор – предать его!

Но Нед, обычно веселый и жизнерадостный, сейчас был мрачнее тучи.

– Они уже опозорены, – ответил он, – и как раз своим повелителем. Перси первый нарушил долг по отношению к своему королю, предал его и погубил, а теперь его стража хочет смыть этот позор – смыть его кровью.

– Кто нанесет первый удар?

– Мы бросим жребий. – Спокойный взгляд Неда встретился с глазами Ричарда. – Ты с нами или против нас?

Сердце Ричарда обливалось кровью – убийство было противно как его доброй душе, так и главным заповедям христианства, но внутри его подымалось чувство гораздо более древнее и простое, чувство преданности своему сюзерену. Он служил Ричарду, присягал ему на верность... Его взгляд упал на герб Морлэндов над камином и их девиз внизу – всего одно слово: «Верность». Преданность – вот что было сутью Морлэндов.

– Я с вами, – ответил он.

Собрать народ оказалось нетрудно – северяне не слишком охотно платили налоги королю-южанину, к тому же Генриха VII особенно ненавидели. Уже два года подряд на сборщиков налогов нападали, и собранные средства возвращались к прежним хозяевам.

Перси со своими людьми и слугами выступил на юг, чтобы разогнать толпу и покончить с теми, кто поднял восстание против Тюдора и его налоговой политики. Армии встретились у Топклиффа, около Терска.

Это было странное зрелище – сначала все вопили, потрясали оружием, но, когда Перси лично выехал в небольшой коридор, разделявший противников, все стихло. Возможно, он решил, что это его персона послужила причиной почтительного молчания, и если так, то это была его последняя земная радость. Вокруг не было никого, кто бы не предвидел, что произойдет дальше. От обеих армий отделились две небольшие группы, одна из йоркширцев, а другая – из личных телохранителей самого лорда, и мягко, почти нежно сомкнулись вокруг восседавшего на коне Перси. Чья-то рука ухватилась за поводья, конь вздрогнул и фыркнул, втягивая ноздрями воздух. Перси тоже почувствовал, что какая-то тревога носится в воздухе, и боязливо посмотрел вниз, на круг из лиц и холодных глаз.

Старый Лис, как они называли его, был тощ, рыж и покрыт шрамами – никто не мог заподозрить его в отсутствии мужества: трус просто не продержался бы долго на посту лорда пограничья. Но сейчас в целеустремленности окружавших его людей было нечто, от чего леденило кровь.

– Что такое? – спросил он. – Что происходит?

– Вам лучше спешиться, лорд, – произнес кто-то за его спиной.

Это был управляющий его имением, поступивший к нему на службу еще мальчишкой. Перси посмотрел в его глаза и прочел свой смертный приговор – умолять о пощаде было бы бесполезно. Дрожа, он спешился. Нежный ветер, несущий с юга запахи весны, промчался над полем, развевая волосы людей и гривы лошадей. Армии молчали, как толпа прихожан, а между ними стояло кольцо людей, в котором оказался белый конь и знатный лорд. В этот момент никто уже не ощущал гнева, ненависти, радости мщения – осталось только чувство печали, почти жалости. В последний миг Перси начал корить своих людей, взывать к их чувству долга, но ответом было молчание, и это молчание напомнило ему о том, что он сам нарушил клятву верности. И тут его вновь охватила гордость.

– Тогда разите спереди, – надменно объявил он, – сзади меня еще никто не ранил.

Он холодно обвел взглядом противников, надеясь встретить в чьих-нибудь глазах жалость, и наткнулся на человека с обнаженным мечом в руках. Другие тоже держали мечи, но этот привлек внимание Перси своим взглядом. Воин был высокий и красивый, с бородой, лет тридцати пяти и в простой одежде.

– Итак, это ты? – спросил Перси, и человек кивнул в ответ. – Тогда скажи мне хотя бы свое имя.

Тот было раскрыл рот, но управляющий Перси быстро вмешался:

– Нет, это не казнь – мы просто отбраковываем больное животное, бей!

Но воин отрицательно покачал головой:

– Этим мечом я служил королю, хотя никого и не убил им, но кровь требует крови.

Его глаза скользнули по лицу Перси, а потом остановились на двух телохранителях за его спиной. Перси рванулся, но его схватили сзади, заломили ему руки и обнажили грудь. Меч вошел в нее по рукоятку. Белый конь заржал и попятился, почуяв запах крови, а воин отвернулся, не желая видеть, как корчащееся в агонии тело лорда истекает кровью в траве. Его глаза были устремлены в бледно-серое, ветреное северное небо. Телохранитель взвалил труп на коня, чтобы отвезти его домой, а воин медленно и спокойно обтер меч пучком сухой травы. Нед положил руку Ричарду на плечо и отвел его от места казни.

– Лошади ждут нас внизу, поехали домой, – сказал он.



Ричард все еще не мог оторвать взгляда от своих окровавленных рук.

– Я никогда еще не убивал, – тихо произнес он.

– Таков жребий, – успокоил его Нед, – да и Хэл прав – это всего лишь отбраковка, а не убийство.

– Старый Лис! – Ричард посмотрел на кровавое пятно на траве, где впиталась кровь, и покачал головой: – Нет, это жертвоприношение. Это жертвенное животное, жертва за всех нас, кто когда-либо нарушал клятву.

Он прошел немного, потом остановился и еще тише добавил с легкой улыбкой:

– И даже не жертва – я сделал это просто из любви к нашему королю, только и всего.

Ричард и Нед выполнили свою миссию – они видели слишком много и, вероятно, были достаточно умны, чтобы понимать, что больше ничего сделать было нельзя. Однако многие их родственники, не столь мирно настроенные, продолжали безнадежную борьбу с Тюдорами от имени младших сыновей Эдуарда IV, бежавших из страны в год после битвы при Босворте.

Племянники Неда, Генри и Дикон Баттсы, сыновья его сестры Маргарет, погибли во время так называемого «заговора Белой Розы» в 1501 году, и самого Неда не раз могли бы вовлечь в это дело, если бы не предостережения Ричарда, считавшего каждого нового претендента самозванцем.

– Но откуда тебе знать, что они и в самом деле не принцы крови? – спрашивал его Нед, а Ричард только качал головой:

– И об этом спрашиваешь ты, служивший при дворе, ты, кто знал мальчиков с детства?

– Я спрашиваю, откуда ты знаешь? – настаивал Нед, а Ричард только постукивал по кончику носа:

– Вот откуда. Я чую, что мальчики мертвы, умерли где-нибудь в убежище под Антверпеном от детской болезни. Так что нечего дергаться и драться, все кончено – нужно подумать о семье и поместье.

И Ричард вернулся к своим домашним обязанностям, Нед – к пьянке и погоне за юбками, а Генрих Тюдор стал править королевством и искоренять Плантагенетов, дабы обезопасить трон для своего сына. В 1509 году старый король умер, и его сын унаследовал бразды правления без единого возражения со стороны оппозиции – хорошее доказательство, если нужны доказательства проигрыша дела его противниками. А для Ричарда тот весенний день двадцать лет назад, когда он убил лорда Перси, навсегда остался знаком конца борьбы – отныне мир принадлежал Тюдорам.



Пол Морлэнд, окрещенный крестьянами Полом-французом (его мать была француженкой), был стройным, высоким и очень красивым мужчиной, с темно-каштановыми вьющимися волосами, смуглой кожей, чувственными чертами лица и большими черными глазами, которым завидовали женщины. Он отлично ездил верхом, хорошо играл в различные игры, великолепно танцевал и недурно музицировал. Одновременно он считался главой рода, распоряжался его имуществом и был о себе весьма высокого мнения.

И не удивительно, что он стал таким. Когда умерла его прабабушка Элеонора, ему минуло всего десять лет, но он отлично помнил эту великую женщину, занимавшую в его сознании место где-то между королем и Богом. А она обращалась с ним как с будущим наследником Морлэнда, несмотря на его юный возраст. Ему наняли учителя, строгого и знающего юношу, а перед глазами всегда был пример распутного и расточительного отца, которого он видел чаще пьяным, чем трезвым, с которым таскался по всем злачным местам и непотребным бабам в городе и который в конце концов нашел свою смерть в виде ножа под ребро в одной из драк в



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация