А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Укрощение герцога
Элоиза Джеймс


Четыре сестры #3
Имеет ли право известный своей безнравственностью Рейф, герцог Холбрук, играть роль опекуна при юной красавице?

Имоджин Мейтленд, доведенная строгостью герцога до крайнего негодования, решает отомстить ему, вступив в скандальную связь с его братом, сэром Гейбриелом.

Но кто тот мужчина, который сопровождает Имоджин на балы и маскарады? Кто танцует и флиртует с ней? Кто шепчет на ухо сладкие слова и завлекает ее в сети соблазна?

Разумеется, Гейбриел.

Имоджин и в голову не приходит, что в действительности ее благосклонности добивается столь ненавистный ей опекун Рейф…





Элоиза Джеймс

Укрощение герцога





Глава 1

О некоторых любопытных особенностях ухаживания


Август 1817года,

Ардмор-Касл, Шотландия

– Хотела бы я быть королевой, – сказала мисс Джозефина Эссекс двум своим старшим сестрам. – Я бы просто приказала какому-нибудь достойному мужчине жениться на мне на условиях специальной лицензии.

– А если бы он отказался? – спросила Имоджин, известная под именем леди Мейтленд.

– Тогда я сняла бы его голову с плеч, – заявила Джози тоном, исполненным чувства собственного достоинства.

– Когда мужчина мало использует голову по назначению, – вступила в разговор Аннабел, графиня Ардмор, – не стоит угрожать ему такого рода казнью. Надо просто заставить его думать, что мысль о браке явилась ему самому.

Она лежала в постели Имоджин, подоткнув под себя все возможные покровы. Из-под них виднелась только взъерошенная голова с массой кудрей.

– Я как раз и нуждаюсь в таком совете, – огрызнулась Джози, со щелчком раскрывая маленькую книжицу и помещая ее поверх пухового одеяла. – Изучаю всевозможные приемы, имеющие успех на ярмарке невест, а так как вы обе замужем, то и станете моим главным источником информации.

– Я вдова, – возразила Имоджин. – И мне ничего не известно о ярмарке невест.

Она разбирала шелковые чулки и даже не подняла головы от туалетного столика.

– Нужно уметь танцевать, – заметила Аннабел. – Ты должна больше практиковаться, Джози. Еще совсем недавно ты все время наступала на ноги Мейну.

– Посоветуй что-нибудь получше, – сказала Джози. – Ты единственная из нас, кто удостоился сезона в свете. И вот вышла замуж за человека с титулом. Ты помнишь, что мой первый сезон наступит в следующем году?

Аннабел приоткрыла один глаз.

– Как можно забыть, если ты каждую минуту твердишь об этом? Господи, я такая сонная!

– Я слышала, что от брака усыхают мозги, – ободрила ее младшая сестрица. – Чтобы получить мужа, недостаточно лишь не наступать мужчине на ноги во время вальса. Я хочу понять заранее, что от меня требуется. Не могу полагаться на красоту, как сделали вы обе.

– Но ведь это нелепо, – возразила Аннабел. – Ты красива.

– Я была в Лондоне в апреле, – сказала Имоджин. – И видела множество молодых леди в такой же ситуации, как твоя, Джози. И мне кажется, что главное необходимое качество дебютантки – кокетство. Невинная игривая улыбка, – пояснила она.

– Кокетство, – пометила Джози в записной книжке.

– А также умение слушать ухажера так, будто он сам Господь Бог. Конечно, иногда это трудно совместить с бодрствованием.

– Мужчины могут быть невероятными занудами, – согласилась Аннабел. – Они склонны разглагольствовать о себе самих. Ты должна научиться переносить это, а терпение не принадлежит к твоим добродетелям, Джози.

– Пока что ты не обнаружила способности быть обворожительной в обществе дураков, – сказала Имоджин. – Но дураки частенько имеют глубокие карманы. Нередко глупость и большое состояние идут рука об руку.

Джози деловито что-то писала в записной книжке, но при этих словах подняла голову:

– Значит, мне надо жеманно улыбаться словоохотливому болвану, когда он пустится в рассуждения о себе? Невыносимая скука в этом случае окупится сторицей и поможет мне заполучить мужа?

– Я думаю, Имоджин переоценивает значение кокетства, – вмешалась Аннабел. – Например, я считаю, что перспективный жених должен предпочесть обручение в обстоятельствах, умеренно скандальных.

– В словах Аннабел есть резон. Иногда обручение может стать вопиющим фактом, – сказала Имоджин. – Но только если ты окажешься в обществе молодого человека, стбящего твоих усилий.

– Ты приложила немало сил, чтобы завоевать Дрейвена Мейтленда, – заметила Джози. – Помнишь, как он целовал тебя, после того как ты подстроила свое падение с дерева к его ногам?

На мгновение руки Имоджин замерли.

– Конечно, помню. Была весна, и яблоня стояла в цвету.

– Ты свалилась с лошади и в конце концов упала прямо в брачные сети. Похоже, твой пример идет вразрез с рекомендациями относительно невинности и кокетства, – сказала Джози. – У меня нет ни малейшего желания вести себя скандально, даже если это самый эффективный путь к браку.

– Не стоит соревноваться со мной в глупости, – согласилась Имоджин, складывая вместе два бледно-палевых чулка. – Лучше найти мужа, используя обычные средства.

Джози снова сделала пометку в записной книжке.

– Сохранять невинный вид независимо от того, насколько бесстыдной можешь быть в частной жизни. Это напоминает о том воре из джентльменов, которого постоянно упоминают в «Таймс». Он предстает прекрасным и достойным и тут же, как только подали новое блюдо, оказывается нищим и вором.

– По правде говоря, это нечто противоположное стилю Имоджин, – заметила Аннабел, и в тоне ее прозвучал намек на лукавство. – Раз Имоджин предпочитает выглядеть непристойной, то не важно, сколь добродетельна она в частной жизни. По словам Гризелды, все в Лондоне уверены, что у тебя недозволенные отношения с Мейном, а на самом деле он может не больше похвастаться твоим расположением, чем лакей.

– У каждой женщины должно быть занятие, – сказала Имоджин. – Мое состоит в том, чтобы вызывать интерес к своей особе у старых сплетниц.

Она перебросила через плечо несколько пар чулок. Они мягко скользнули сначала на кровать, а потом к ногам Аннабел.

– Ну, что касается этого, – сказала Джози задумчиво, – похоже, Аннабел, ты отстала от жизни.

– Более чем. Она просто вне времени, – подтвердила Имоджин. – Вчера вечером за ужином она флиртовала с собственным мужем. Такое поведение не просто немодно. Оно неприлично. На публике никто не должен обращать внимание на своего супруга. Впрочем, – добавила она, – как и при отсутствии свидетелей.

Аннабел усмехнулась и ничего не ответила.

– Я видела, как Ардмор целовал тебя вчера в утренней комнате, – заметила Джози. – Твой муж потерял голову, а это означает, что едва ли ты способна помочь мне.

– Я ведь не планировала это специально, – возразила Аннабел. – Помнишь, я была в отчаянии от этого брака? Единственная причина, которую я признавала в качестве смягчающего мою участь обстоятельства, – это то, что вы обе в Шотландии.

– Небольшой просчет с нашей стороны, – сказала Имоджин. – Я могла в это время быть в Лондоне и размышлять о сомнительных искушениях мужчин, заинтересованных только в собственности.

Аннабел фыркнула. Волосы Имоджин, черные и блестящие, как вороново крыло, были гладкими, если ей не приходила в голову фантазия завить их. Тогда они укладывались в безупречные колечки. Глаза у нее широко расставлены, брови – две высокие и ровные дуги. Широкий рот создан для смеха, хотя с прошлого года, когда погиб ее муж, она редко бывала веселой.

– В Лондоне немало обезумевших мужчин, способных пересчитать по пальцам твои прелести, – нетерпеливо возразила Джози. – Но, похоже, Аннабел не понимает, какие усилия ты прилагаешь, чтобы склонить Мейна к отношениям более близким, чем те, кои характерны для лакеев.

Она поднырнула под чулок, полетевший ей в голову.

– Неужели, Имоджин? – спросила Аннабел.

– Я ведь говорила тебе еще в Лондоне, что намерена завести кавалера, – ответила Имоджин резко.

– Но я думала, что ты имела в виду только поклонника, а не любовника.

– У меня сложилось впечатление, – сказала Джози, – что Имоджин потребовала, чтобы Мейн оправдал свою репутацию ловеласа. – Мрачная мина Имоджин должна была заставить Джози немедленно замолчать. – Приходится с сожалением констатировать, – продолжала Джози, по-видимому ничуть не обратившая внимания на недовольство сестры и ее свирепый взгляд, – что, судя по всему, Мейн не принял вызова и сохранил непорочность.

– Удивительно! – воскликнула Аннабел, приподнимаясь на подушках и почти пробудившись, – Я думала, добродетель ему несвойственна.

– Напротив, – сказала Джози. – Сколько Имоджин ни хлопала ресницами во время путешествия в Шотландию, он ночевал в своей спальне.

– Джози, – укорила ее Аннабел, – ты не должна говорить о спальне, не смей даже думать об этом. Твои перспективы на брак могут обернуться катастрофой, если ты станешь вести такие речи.

– Не будь гусыней, Аннабел, – возразила Джози без тени раскаяния. – Я вовсе не собираюсь копировать ее поведение. Я прекрасно знаю разницу между тем, что позволительно для вдовы и что – для незамужней девицы.

Под заинтересованным взглядом Аннабел кровь бросилась в лицо Имоджин.

– Думаю, главное не в том, какую роль ты предназначила Мейну, – сказала ей Аннабел, – а в том, на что он согласится.

– В том-то и загвоздка, – сказала Джози. – Он ухитрился сохранять незапятнанной свою репутацию всю дорогу до Шотландии.

Имоджин набросила на голову сестры нижнюю юбку, но Джози продолжала говорить так, что сквозь прозрачные кружева до сестры доносились ее слова.

– А, как я сказала, она была тут как тут и призывно хлопала ресницами, – продолжала между тем Джози. – И попыталась убедить Мейна, что без ума от его темных глаз.

Имоджин набросила на голову Джози целую охапку нижних юбок.

– Ну, ты совсем бестолковая. Нет, такая характеристика слишком лестная для тебя.

Аннабел явно была заинтригована.

– Мейн очень красив. И я вполне понимаю ее чувства.

– Нет, я…

– Но я вовсе не говорила, что она и вправду подпала под его обаяние, – возвестила Джози из-под вороха белья.

– Говорила.

– Нет.

Джози сорвала с головы белье.

– Назвать лопату – лопатой, Имоджин, – не грех. Можешь попытаться сделать графа своим любовником. Но ты никогда не смотрела на него с выражением безумной любви, как на Дрейвена. – Она повернулась к Аннабел. – Поэтому я заключаю, что Имоджин вовсе не очарована его глазами. Возможно, рукой, ногой или какой-нибудь другой… частью тела.

Аннабел посмотрела на сестру неодобрительно.

– Джози, ты хотела услышать совет насчет успеха на ярмарке невест. Я дам тебе его. Едва ли ты имеешь хоть малейшее представление о том, что такое любовник. И никогда не шути насчет мужских частей тела, которые не смеешь назвать.

– Да я все их назову без колебания, – с готовностью начала Джози, но Аннабел перебила ее:

– Хватит! Мне не требуются уроки анатомии, тем более преподанные тобой.

– Если Имоджин желает отказаться от безбрачия, я, значит, должна делать вид, что не замечаю, как она себя ведет? – плаксиво спросила Джози. – Дело в том, что Мейн собирается вступить в связь с сестрой женщины, с которой он флиртовал. Ты помнишь, как он увивался вокруг нашей старшей сестры? Репутация Мейна была погублена тотчас же, как только он протанцевал с Имоджин, если вспомнить о его поведении с Тесс в прошлом году.

– Чепуха. – Имоджин наконец вступила в перепалку. – Репутация Мейна рухнула много лет назад. Я к этому не имею никакого отношения. Это немногое, что оставалось от его доброго имени, было погублено, когда он так бессовестно принялся флиртовать с Тесс.

– Похоже, ты уязвлена, – заметила Джози. – Досадно получить отпор от человека, столь щедро расточающего внимание светским дамам.

– Мейн – праздный гуляка, и я вовсе не намерена вступать с ним в близкие отношения.

– Прекрасно, – сердечно согласилась Джози. – Я буду следовать твоему примеру и презирать всех мужчин, не подпавших под мои чары немедленно. Учитывая мои аппетиты, я вычеркнула из своего списка самых достойных джентльменов Лондона.

– Ты – любительница играть на нервах, – сказала Имоджин. – Из-за одного этого можешь остаться незамужней.

– Не вернуться ли нам к столь интересному началу разговора? – спросила Джози. – Как добиться предложения руки и сердца, учитывая, что бальный сезон на носу?

Аннабел покачала головой:

– Никто из нас, Джози, не выходил замуж обычным манером. Тесс вышла за Фелтона только после того, как за ней поухаживал Мейн, я за Эвана, потому что пришлось, после того как разразился скандал.

– Я убежала с Дрейвеном без благословения, а не выбрала его в мужья, как положено, – сказала Имоджин. – И Бог свидетель – из этого не вышло ничего путного.

– Вышло бы, если бы Дрейвен был жив, – заметила Аннабел. – Едва ли можно объяснить его смерть тем фактом, что вы с ним сбежали.

– Все это очень прискорбно, – пробормотала Джози. А что делать мне? Как найти мужа?

– Я буду поблизости. – Имоджин постаралась ее утешить. – И Гризелда уже согласилась быть твоей дуэньей. Тебе ведь известно, что она знает все о светском обществе.

– Она говорила мне, что ее брак устроил отец, – сказала Джози с беспомощным видом, что было для нее необычно. – А у нас нет отца.

– У нас есть Рейф, – утешила Аннабел.

Имоджин пожала плечами:

– Когда он трезв.

– Ты сердишься на него, потому что он не одобряет твоего увлечения Мейном, – укорила Джози.

– Рейф, кажется, не понимает, что мой брак освободил его от необходимости опекать меня.

– Но ты была замужем всего несколько недель, – нежно посетовала Аннабел. – Я понимаю, почему Рейф все еще чувствует себя ответственным за твое благополучие.

– Я согласилась вернуться в его дом. Разве нет? Я собиралась устроить свой собственный, но вместо этого живу с Рейфом и терплю общество Гризелды, которая меня всюду сопровождает. Я вдова. Зачем мне дуэнья?

– Кажется, я не вписываюсь в эту прелестную идиллическую картину, – пожаловалась Джози. – И раз уж так, то не позволишь ли ты мне, Аннабел, остаться на зиму с тобой? Похоже, танцы – это единственное практически важное искусство, в котором мне надо усовершенствоваться до весны, и я не сомневаюсь, что в Шотландии можно найти хорошего учителя. Мне претит мысль о возвращении на юг.

– Зима не за горами, – заметила Имоджин.

– Я буду рада, если ты со мной останешься, Джози, – сказала Аннабел.

– Ты не станешь возражать, если я все-таки уеду? – спросила Имоджин. – Очень сомневаюсь, что и Гризелде улыбается мысль остаться на зиму в горах.

Аннабел снова угнездилась среди своих подушек и одеял.

– Конечно, не стану. Я ведь замужем. В ее глазах промелькнула тень улыбки.

– Я подумала, что ты, возможно, волнуешься из-за младенца, – предположила Имоджин.

Джози широко раскрыла



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация