А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Один шаг до любви
Джейн Арчер


Джармоны #3
Бесстрашный и дерзкий Хантер Раймундо терпеть не может своенравных женщин и искренне полагает, что место любой особы слабого пола – в постели законного мужа.

Но так случилось, что Хантер становится телохранителем зеленоглазой красавицы Дейдре, гордой и независимой дочери крупного судовладельца.

Скандал, конечно, неминуем.

Взаимной ненависти, разумеется, не избежать.

Но как говорится, от ненависти до любви – один шаг.

И очень скоро неприязнь сурового мужчины и решительной женщины превращается в страсть – жгучую и искреннюю, безжалостную и всевластную!





Джейн Арчер

Один шаг до любви





Часть первая

ТУЧИ НА ГОРИЗОНТЕ





Глава 1


Хантер стоял на станции «Три реки» в Техасе. Полуденный знойный воздух был наполнен ленивым стрекотом насекомых. Люди смеялись и разговаривали между собой, ожидая прибытия дилижанса. Хантер ни с кем не общался, стоя чуть поодаль.

Вскоре к станции подъехала карета из Корпуса-Кристи и остановилась. Из дилижанса вышли пассажиры и тут же принялись отряхивать дорожную пыль со своей одежды, однако, заметив бесполезность этого занятия, перестали хлопать руками себя и друг друга по плечам и спинам и поторопились скрыться от палящих лучей солнца в тени станционного навеса, где их уже поджидали родственники и друзья. Снова послышались взрывы смеха. Хантер по-прежнему стоял в стороне неподвижно и молчал.

Вышедшая из кареты молодая женщина остановилась у навеса и с беспомощным видом огляделась вокруг. Одета она была очень просто – длинная черная юбка и белая блузка, застегнутая наглухо. Девушка закрыла маленькую книжечку, которую держала в руках и которую, по всей видимости, читала в дороге, и убрала ее в полотняную сумку. Затем она снова огляделась вокруг и нахмурилась.

Девушку нельзя было назвать красавицей, хотя и серой мышкой тоже. Такая не растревожит сердца мужчины, подумал про себя Хантер, и эта мысль порадовала его.

Девушка сделала шаг, и Хантер, заметив изящную щиколотку, мелькнувшую из-под юбки, внимательнее посмотрел на незнакомку. Похоже, он поторопился со своими выводами. Ее стройное, гибкое тело, казалось, было создано Господом для того, чтобы доставлять наслаждение мужчине. Ни один нормальный представитель сильного пола не дал бы такой пташке спокойно пройти мимо.

Ругнувшись про себя, Хантер выпрямился и шагнул вперед. Воспоминания об этой девушке будет не так просто выбросить из головы. Она выглядела одновременно печальной, вызывающе сексуальной и высокомерной. Всякая романтика, а уж тем более поэзия, никогда не затрагивала души Хантера, но почему-то сейчас, когда он смотрел на незнакомку, ему на ум пришло выражение «призрачное видение». Хантер вдруг разозлился. Его охватило странное раздражение, приправленное изрядной долей ненависти, однако Хантер быстро усмирил свои внезапно вспыхнувшие чувства. Работа есть работа, и ничто не помешает ему выполнить ее. Качественно и в срок. Он не подведет. Его услуги хорошо оплачиваются.

Хантер решительно направился к девушке:

– Мисс Кларк-Джармон?! Я доставлю вас на ранчо Бар-Джей.

Девушка обернулась и устремила на него темно-зеленые глаза. Ее светлые волосы были собраны на затылке в низкий пучок, бледно-розовые губы слегка припухли, тонкая белая кожа казалась почти прозрачной. Хантеру понравилось лицо незнакомки.

– Где мои родители? – спросила девушка с легким акцентом, в котором сразу слышались отзвуки северного, южного и техасского диалектов. И этот акцент придавал ее голосу, низкому, вибрирующему, удивительную мелодичность. Хантер вдруг почувствовал, как по его телу пробежал приятный холодок, напоминающий дыхание бриза. Сначала вниз, до самых кончиков пальцев на ногах, затем снова вверх, к груди, и вдруг застыл где-то посередине, в самом низу живота… Да, у него с этой девушкой будут проблемы.

– Они не смогли приехать. Очень заняты.

– Но…

– Они просили передать, что очень сожалеют.

Хантер услужливо протянул девушке руку, но почти сразу же отдернул ее. «Девушка слишком хороша, чтобы прикасаться ко мне», – с раздражением подумал он и почувствовал, как и его щеки загорелись. Из-под полей своей шляпы девушка не могла видеть его лица, чему Хантер был очень рад.

Незнакомка снова огляделась.

– Прошу вас, позаботьтесь о моих вещах. Мне бы хотелось уже к вечеру добраться до дома.

Хантер подошел к ней очень близко. Обычно люди всегда пугались его высокого роста и черной одежды, которую он имел обыкновение носить, и сейчас ему было любопытно, как девушка воспримет его несколько развязное поведение.

– Что-то не так? – Она вскинула на Хантера удивленный взгляд.

В ее глазах не было ни капли испуга. Черт возьми, в ней, без сомнения, течет кровь Кларк-Джармонов.

– Вы и так слишком долго ехали. Может, останемся на ночь здесь и хорошенько выспимся, а завтра на рассвете поедем?

– Но мои родители будут волноваться.

– Нет. Наоборот, они хотели, чтобы вы на ночь остались в городе. Ведь так гораздо безопаснее.

– Хотела бы я знать, что это за таинственная причина, из-за которой ни один из них не смог меня встретить?

– Заболели несколько животных из стада, и ваши родители вынуждены были остаться на ранчо.

– А вам не нашлось там дела, мистер?..

– Хантер. Отчего же, мне всегда есть чем заняться, но ведь кто-то должен был встретить вас.

Мисс Кларк-Джармон глубоко вздохнула и, посмотрев на клонившееся к горизонту солнце, снова взглянула на своего собеседника.

– Что ж, хорошо. Утром так утром. Я очень устала. Как вы думаете, в местном отеле чисто?

– Боюсь, он не соответствует вашим стандартам чистоты, мисс Кларк-Джармон.

Девушка, по всей видимости, даже не обратила внимания на эту подковырку, поскольку была занята тем, что внимательно рассматривала багажный отсек кареты. Хантер почувствовал себя мальчишкой, которого только что уволили с работы.

– Мои чемоданы.

– Которые ваши?

Девушка улыбнулась:

– Все те, что наверху.

– Все семь или восемь?

– Точнее, девять. Вы такой крупный, сильный мужчина и, я думаю, вполне сможете сначала отнести их все в мою комнату, а потом, утром, снова сложить в багажный отсек, – повторила девушка и бросила на Хантера насмешливый взгляд.

– И не надейтесь. Пусть с вашими чемоданами поупражняется кто-нибудь другой. Сначала вверх по ступеням, потом снова вниз! Не слишком ли много хлопот? Вы можете взять с собой сейчас только один. Это все.

– В таком случае вам придется разыскать мой саквояж, зарытый где-то в середине этой горы, мистер Хантер. С меня этого будет вполне достаточно, если вы, конечно, возьмете на себя труд присмотреть за остальными чемоданами.

– Называйте меня Хантер. Никаких мистеров, – проговорил Хантер, вытягивая из глубины багажного отсека желтый кожаный саквояж. – Ваши чемоданы можно оставить на станции. Там есть комната для хранения вещей, и она закрывается на замок.

Девушка согласно кивнула.

– Что ж, теперь в отель. Где он?

Хантер махнул рукой в противоположный конец улицы, а потом повернулся к мужчине, который начал разгружать карету:

– Оставьте, пожалуйста, чемоданы мисс Кларк-Джармон на станции. Мы заберем их рано утром.

Обернувшись, он обнаружил, что его собеседница бодро шагала по тротуару к гостинице. Она даже не потрудилась подождать его. Тихо выругавшись, Хантер бросился ее догонять.

Дейдре Элинор Кларк-Джармон мерила шагами свою маленькую комнатку в гостинице «Три реки». Она еще даже не умылась и не сняла с себя пыльной дорожной одежды. Ее нервы были напряжены до предела. Ей так хотелось попасть домой сегодня к вечеру, но ничего не получалось. Придется ждать до утра. И это ее несказанно огорчало. Дейдре казалось, что она никогда не доберется сюда из Нью-Йорка. И вот теперь ей предстояло провести ночь в этой гостинице, да еще ужинать в обществе какого-то самонадеянного ковбоя. Эта мысль особенно угнетала.

Хантер. Он даже не посчитал нужным назвать свое имя. Что ж, возможно, такое обращение ему больше подходит. Он не из тех, кто задумывается о правах женщин и всяких других «тонкостях». Можно предположить, что этот мрачного вида черноволосый ковбой с карими глазами, смуглой кожей и довольно выразительными чертами лица даже пользуется расположением у определенного сорта женщин. Но в ней, Дейдре, такой мужчина, в черных одеяниях и с блестящим пистолетом на боку, не сможет пробудить никаких чувств и уж тем более вызвать восхищения.

Правда, надо заметить, что еще ни один мужчина не смог вызвать в ней страсти или хотя бы более или менее глубоких чувств. Дейдре была эмансипированной женщиной, без всяких предрассудков. Точнее, она, без сомнения, стала бы такой, если бы родители не держали ее под столь строгим контролем. Но так или иначе, ей уже девятнадцать. Она уже взрослая. В двадцать лет ее мать Александра Кларк предприняла невероятно долгое и тяжелое путешествие из Нью-Йорка в Техас, чтобы навестить своего умирающего друга Олафа Торссена. В дороге она познакомилась с Джейком Джармоном. Они полюбили друг друга, поженились, и в результате на свет появились она, Дейдре, и ее брат Леймар Торссен Кларк-Джармон, или просто Тор, как все его звали в детстве.

Дейдре была истинной дочерью своей матери. Родители и брат иногда называли ее Ди-Ди, но она была Дейдре. Так ее назвали в честь бабушки по материнской линии. И она собиралась доказать всем, что кое-что собой представляет. Она взрослая женщина и знает, что такое ответственность. Ах, если бы родители думали так же!

Дейдре подошла к умывальнику и налила в раковину воды. Она, конечно, привыкла к более комфортным условиям существования, чем могли предложить в этой гостинице, но по крайней мере здесь было чисто. Кроме того, ей нравилась простая сосновая мебель в комнате и покрытая ярким пледом кровать. Во всем этом сквозило очарование деревенской жизни.

Дейдре плеснула себе в лицо водой и вдруг вспомнила Саймона Гейнсвилла. Представив его милое лицо с поблескивающими на носу очками и теплой улыбкой, Дейдре почувствовала себя спокойнее и увереннее и улыбнулась. Сейчас Саймон находился далеко от нее, в Нью-Йорке. Он был подающим большие надежды журналистом и широко мыслящим человеком. Дейдре знала его уже больше года. Он хотел более близких отношений с ней, однако ее пока не привлекала тихая семейная жизнь. О, она должна сначала сделать что-то значительное в своей жизни, найти в ней свое место, а уж потом задумываться о более прозаических и банальных вещах.

В отличие от своего брата, который учился в колледже, Дейдре лишь окончила школу-пансион и до сих пор выражала недовольство по поводу того, что не получила должного образования. В знак протеста она время от времени не надевала корсет. Жизнь была несправедлива к женщинам, и она, Дейдре, намеревалась изменить такое положение вещей.

Но сначала она поговорит со своими родителями. А перед этим ей придется еще выдержать ужин с ужасным ковбоем, который в отличие от ее милого, умного Саймона, похоже, не в состоянии поддержать даже самый примитивный разговор. И уж конечно, его вряд ли будет волновать вопрос о предоставлении женщинам избирательного права. Добиться этого права для женщин было самым важным в жизни Дейдре. Так же сильно она желала еще одного – стать независимой женщиной.

У нее есть план, и она должна уговорить родителей с ним согласиться. Она докажет им и всем своим знакомым, что она личность. В конце концов, сейчас уже 1888 год и женщины уже совсем не те, какими они были в недавнем прошлом.

Дейдре вытерла лицо, снова собрала растрепавшиеся волосы в пучок и попыталась выбить пыль из своей юбки. Взглянув на себя в овальное зеркало, висевшее над раковиной, она решила, что выглядит уставшей и несколько растрепанной. Но какое это имеет значение? Она только поужинает в обществе своего нового знакомца. Длительное общение с ним не входит в ее планы. Она быстро поест и вернется к себе в комнату.

Дейдре взяла свою любимую книгу, с которой никогда не расставалась, и открыла дверь комнаты. Книга Мэри Уолстонкрафт «Защита прав женщины» служила постоянным источником вдохновения для Дейдре. Девушка на мгновение прижала томик к себе, а потом неохотно снова положила его в саквояж и вышла из комнаты.


* * *

Когда Дейдре Кларк-Джармон вошла в небольшое кафе, располагавшееся в конце вестибюля гостиницы «Три реки», Хантер поднялся ей навстречу из-за столика. Разумеется, он не надеялся, что мисс понравится это место, здешняя кухня и его общество, но лучшего он предложить не мог. Ехать вечером на ранчо было не самой хорошей идеей. Кроме всего прочего, если сказать честно, Хантеру хотелось понаблюдать за тем, как его новая знакомая будет есть в простом кафе.

Девушка подошла к столику, и Хантер выдвинул для нее стул. Дейдре села, и только после этого ковбой снова занял свое место за столом. Его манеры джентльмена удивили Дейдре. Но без сомнения, он мог себя вести и не столь благородно. Он мог быть всем, чем угодно. Иногда это помогает спасти жизнь.

– Надеюсь, вам понравится то, что я выбрал для нас, – без тени улыбки проговорил Хантер. – Я уже сделал заказ.

– Даже если еда окажется достойной джентльмена, не факт, что она понравится мне. Ведь вы же не знаете, какие именно блюда предпочитаю я.

– Я заказал лучшее, что здесь имеется.

– И что же это такое?

– Бифштекс с картофелем.

– О, разумеется. – Девушка развернула бело-голубую льняную салфетку, положила ее себе на колени и огляделась. Кафе было оформлено в том же деревенском стиле, что и ее комната в гостинице – простая деревянная мебель, льняные бело-голубые скатерти, голубые занавески на окнах и цветы на столах.

– Лучшего мяса вам здесь нигде не найти. Для гостиничной кухни говядину покупают на ранчо Бар-Джей.

– Мне все это хорошо известно, мистер Хантер. Я почти все детство провела на ранчо Бар-Джей. Но я давно живу в Нью-Йорке и уже успела полюбить морепродукты.

– Не нужно называть меня мистером. – Хантер наклонился к девушке. – Здесь имеется и рыба.

– Я хотела сказать, что не отказалась бы от креветок или омара.

– Мисс Кларк-Джармон считает,



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация