А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Двойной шантаж
Лаура Ли Гурк


Прелестную Кэти Армстронг – ловкую воровку и мошенницу – с помощью шантажа заставляют шпионить за американским патриотом Джоном Смитом, борющимся против владычества англичан. Случай позволяет ей узнать, что за этим именем скрывается английский аристократ Итан Хардинг. Кэти в восторге! Она получит обещанную нападу! Но что-то останавливает ее, она не может выдать Итана, а вскоре влюбляется в него. Но жизнь шпиона полна опасностей. И вот перед Кэти стоит выбор – спасти от виселицы себя или любимого человека.





Лаура Ли Гурк

Двойной шантаж





1


Бостон, февраль 1775 г.

Над городом еще брезжил рассвет, а на Норт-сквер, большой рыночной площади, уже вовсю шла торговля: хозяйки и экономки с корзинками в руках толпились у лотков, препираясь с фермерами и продавцами в надежде сбить высокую цену. Женские голоса, гогот приготовленных на продажу гусей, призывные крики торговцев и грохот телег, свозивших на рынок из предместий яблоки, лук и ценившиеся чуть ли не на вес золота дрова, сливались в общий гул.

Занятые своими делами люди не обращали никакого внимания на мужчину, притаившегося в сумрачном дверном проеме гостиницы, расположенной напротив рынка. Впрочем, и при желании разглядеть его было бы трудно: благодаря черной шевелюре, темному плащу и полной неподвижности он словно растворился в утренней мгле, превратившись в неясное темное пятно.

С его места открывался отличный обзор, и серые глаза мужчины нетерпеливо обшаривали рыночную площадь: он ждал посланца с известием, что встреча, которой он добивался, состоится.

Мужчину звали Итан Хардинг. Светские приятели были бы шокированы, увидев его при столь странных обстоятельствах, да еще в такой ранний час, ведь все знали, что он никогда не встает с постели раньше полудня. К счастью, они не могли его увидеть, потому что еще крепко спали в этот час. Но даже если бы их каким-то чудом занесло на рассвете на Норт-сквер, они, скорее всего, просто не узнали бы в настороженном, закутанном в черное человеке, застывшем в дверях второразрядной гостиницы, легкомысленного денди, завсегдатая самых изысканных и модных гостиных тори[1 - Здесь: тори – противники отделения американских колоний от Англии. (Здесь и далее примеч. перев.)] Итана Хардинга, который предпочитал носить разноцветные шелка и кружева и никогда не появлялся на людях без напудренного парика.

Наконец на рынок въехала тележка, уставленная корзинами с моллюсками. При виде здоровенного лысого возницы Итан вздохнул с облегчением. Это был тот, кого он ждал, шотландец Колин Маклеод.

Тележка остановилась, возница спрыгнул на землю и закричал:

– Клемы[2 - Съедобные морские моллюски.], свежие клемы! Налетай, покупай!

Итан улыбнулся: продавая свой товар, шотландец частенько заворачивал его в газеты, призывавшие народ сбросить английское иго. Впрочем, Адамс[3 - Сэмюэл Адамс (1 722-1803) – один из ррганизаторов освободительной борьбы английских колоний в Северной Америке.] наверняка не против того, чтобы его страстные обличительные статьи попахивали селедкой, если люди прочтут их и узнают обо всех прегрешениях британского правительства.

Хардинг двинулся было к тележке, но ее осадили жаждавшие свежих моллюсков матроны с корзинками, и ему пришлось отступить обратно в тень. Ожидая, пока женщины разойдутся, он продолжал разглядывать площадь.

Совсем рядом с тележкой, меньше чем в дюжине футов от убежища Хардинга, расположился со своим товаром булочник Мэтью Хоббс, и, похоже, торговля у него шла очень бойко. «Жаль, – подумал Итан, скользнув по булочнику взглядом, – ведь Хоббс отъявленный тори». Да, еще не все хотят независимости от Англии, не все осознали, что революция неизбежна!

Возле прилавка с хлебом остановилась девушка лет девятнадцати-двадцати, и Итан перевел взгляд на нее. Без шляпки, одетая в какие-то лохмотья, она явно не тянула на служанку даже самого бедного хозяина. Ее густые, цвета меда волосы, раздуваемые холодным бостонским ветром, были коротко острижены. Бедняжка продала свои косы, чтобы получить еду и крышу над головой, – догадался Итан. Лохмотья скрывали очертания ее тела, но впалые щеки и худенькая шея девушки подтверждали его догадку. По-видимому, это была просто нищенка, бродяжка из тех, на которых мужчины обращают внимание редко и то лишь для того, чтобы опасливо похлопать себя по карманам. Итан уже собирался отвести от нее взгляд, когда девушка вдруг повернулась в его сторону, и у него перехватило дыхание: она была чудо как хороша!

Итан не принадлежал к числу мужчин, падких до женской красоты, а в последние дни и вообще редко обращал внимание на женщин, что в дальнейшем, размышляя над случившимся, он счел скорее своим упущением, нежели достижением.

В жизни Итана был период, когда он очень увлекался женщинами, но в последние десять лет его единственной подругой стала осторожность, потому что он лучше многих других знал, как часто за женским очарованием скрывается предательство – за десять лет шпионской деятельности он не раз имел случай в этом убедиться. И все же сейчас он не мог оторвать взгляда от ангельски прекрасного лица незнакомки.

Ее огромные глаза цвета небесной лазури смотрели по-детски невинно, хотя в густых темных ресницах и пухлых нежных губах таилось столько искушения, что ей позавидовала бы и самая искусная куртизанка. Тонкие черты, безупречная белоснежная кожа – все в лице девушки было прекрасно. Но Итана поразила даже не столько ее красота, сколько улыбка, вдруг осветившая прелестное лицо. О, эта улыбка могла околдовать, поработить мужчину, заставить его забыть об идеалах и чести, продать душу дьяволу!

«Интересно, чему она улыбается», – подумал Итан, вытягивая шею, но не смог рассмотреть, на что устремлен ее взгляд. Девушка же вновь повернулась к булочнику Хоббсу, который, как и Колин Маклеод, был занят многочисленными покупательницами. Незнакомка бросила вороватый взгляд по сторонам, и два румяных пирога исчезли с прилавка, в мгновение ока скрывшись в складках ее дырявого плаща.

«Отличная работа! – мысленно похвалил воровку Итан, изумленный ее ловкостью. – Обворовать тори – благое дело, так и надо этому Хоббсу!» Между тем девушка двинулась прочь, и Итан подался вперед, чтобы не упустить ее из виду, но она быстро затерялась в толпе.

Он снова отступил в тень. Когда же наконец покупательницы оставят Колина в покое? Разговор с Маклеодом предстоял важный, поэтому, хотя речь и должна была идти о вполне невинных на первый взгляд вещах, Итан не хотел, чтобы его услышали посторонние. Береженого бог бережет!

Возле гостиничной двери, в проеме которой он притаился, остановился продавец газет, мальчик лет двенадцати. Торговал он явно газетами тори, потому что вряд ли решился бы распространять прессу вигов[4 - Здесь виги – сторонники отделения американских колоний от Англии] открыто – утром, да еще на рыночной площади. Это было бы очень опасно: солдаты прогоняли и нещадно наказывали ослушников. Итан нахмурился – скоро, очень скоро мальчишки смогут продавать какие угодно газеты, не боясь свирепых солдат Его Величества!

Какой-то господин, одетый с вызывающей роскошью, замедлил шаг, чтобы купить газету. «Должно быть, богач!» – подумал Итан, разглядывая серебряные пряжки на башмаках незнакомца, его трость с золотым набалдашником, инкрустированным слоновой костью, и превосходного качества парик.

Кто он такой? Лица мужчины видно не было, но модный покрой его дорогого переливчато-синего камзола и драгоценные кружева, в изобилии украшавшие манжеты, ясней ясного говорили о том, что их обладатель – тори, причем еще больший любитель роскоши, чем тот, личину которого надевал Итан.

Внезапно кто-то закричал, перекрывая рыночный гул:

– Держи воровку! Держи воровку!

Движимый любопытством, Итан снова высунулся из своего укрытия и, к своему удивлению, опять увидел девушку с лицом ангела – на сей раз она пыталась вырваться из цепких рук мужчины, судя по виду, зажиточного торговца, схватившего ее за запястье.

– Я не воровка! – крикнула она сердито. – Сейчас же отпустите меня!

– И не подумаю! – бросил мужчина, оглядываясь в поисках констебля.

Девушка продолжала отчаянно вырываться, и вдруг в ее свободной руке что-то блеснуло и тотчас исчезло.

«Ай да умница, подложила часы хозяину в карман! – догадался Итан. – Теперь ее никто не сможет обвинить в краже».

Не подозревая о возвращении украденного, купец продолжал громко звать констебля, но на его зов явился только молоденький англичанин в красном офицерском камзоле.

– Что здесь происходит? – строго спросил он, пробравшись сквозь толпу зевак, моментально собравшуюся вокруг скандалиста.

– Эта девка украла мои часы! – рявкнул пострадавший и так сжал запястье несчастной, что та даже вскрикнула от боли.

– Неправда, я их не брала! – возразила она жалобным голосом, от которого растаяло бы даже каменное сердце, и, с мольбой глядя на юного офицера своими прекрасными чистыми глазами, в бессильном отчаянии протянула к нему свободную руку. – Поверьте, сэр, произошла ужасная ошибка! Этот человек думает, что я у него что-то украла, и я не в силах убедить его в своей невиновности. О, майор, вы добрый и умный джентльмен, помогите мне, пожалуйста!

Польщенный юнец, который на самом деле имел всего лишь чин лейтенанта, надулся, как павлин, и, с улыбкой потрепав девушку по плечу, ласково сказал:

– Успокойтесь, милая, все будет в порядке, я уверен! Когда вы потеряли свои часы, сэр? – добавил он, обращаясь к пострадавшему.

– Ничего я не терял, – ответил тот со злобной ухмылкой, – часы украла эта девка!

– У вас есть доказательства, сэр?

– Какие еще доказательства?! Часы у нее, что вам еще нужно?

Лицо маленькой воровки приняло такое невинное выражение, что ей позавидовали бы и святые мученики. Итан едва не расхохотался.

– Пожалуйста, обыщите меня, если это убедит вас в моей невиновности! – воскликнула она с видом оскорбленной добродетели. – Но, умоляю вас, сэр, попросите и этого джентльмена порыться в карманах! Я уверена, что он ошибся и часы при нем!

– Да не ошибся я, лейтенант! Дураку ясно, что эта девка – воровка!

Нахмурившись – грубость торговца пришлась ему явно не по душе, – англичанин взял сторону девушки:

– Попрошу вас проверить карманы, уважаемый.

– Что за глупость! – возмутился обворованный торговец, но все же выпустил руку незнакомки и принялся хлопать себя по карманам, бормоча ругательства и бросая на офицера сердитые взгляды. Внезапно злость на его лице сменилась изумлением, и он с растерянным видом извлек из кармана камзола массивные серебряные часы.

– Похоже, вы напрасно обвиняли в краже эту юную леди, – заметил обрадованный таким исходом дела лейтенант.

– Должно быть, я переложил их в другой карман и забыл… – пробормотал торговец, покраснев, как рак, и Итан снова с трудом удержался, чтобы не расхохотаться.

Пристыженный же торговец, не говоря больше ни слова, поспешил уйти.

– О, майор! – воскликнула девушка. – Не знаю, как вас и благодарить!

Ничего интересного больше не предвиделось, и толпа зевак, собравшаяся в ожидании скандала, разошлась. Ушел и денди в переливчато-синем камзоле, а матроны с корзинками вернулись к тележке торговца.

Итан продолжил наблюдение за девушкой в лохмотьях. Она снова удивила его – другая бы на ее месте, чудом избежав разоблачения, поблагодарила бы своего спасителя и убралась подобру-поздорову, но прелестная воровка пошла рядом с лейтенантом, болтая и осыпая его любезностями. Два-три лестных сравнения и полный восхищения взгляд небесно-голубых глаз заставили лейтенанта забыть обо всем на свете. На его губах заиграла самодовольная улыбка, он гордо расправил плечи и выпятил грудь, совершенно не замечая, что ловкая, с тонкими длинными пальчиками ручка незнакомки скользнула к нему в карман.

Итан ухмыльнулся – девушка в мгновение ока выудила кошелек и спрятала у себя под плащом. «Этой красотке палец в рот не клади, – подумал он, восхищенный ее дерзостью. – Она украдет и ключи от райских врат».

Он ждал развязки, уверенный, что через миг ее чары рассеются и англичанин разоблачит обманщицу, но не тут-то было. Прощаясь, незнакомка ласково погладила лейтенанта по щеке и пошла прочь, а юноша стоял и смотрел ей вслед кротко, как ягненок. Обернувшись, плутовка одарила его пленительным взглядом, в котором было все, что только могла обещать мужчине женщина, и скрылась в толпе.

Продолжая ухмыляться, Итан проводил ее глазами. Даже жаль, что она ушла, – в последнее время ему не часто доводилось видеть столь занимательные сценки, как та, что только что разыгралась у него перед глазами. Да, таких плутовок, как очаровательная карманница, только поискать.

Тем временем Колин Маклеод наконец освободился от покупателей, и мысли о незнакомке вылетели у Итана из головы. Выйдя из своего укрытия, он направился к шотландцу. Их взгляды встретились, но мужчины не подали вида, что знакомы. Если бы за ними кто-то наблюдал, он бы ни за что не догадался, что они давно и очень хорошо знают друг друга.

– Есть свежие устрицы? – спросил Итан.

– Нет, сэр, только свежайшие клемы.

– Но мне нужны устрицы, – покачал головой Итан.

– Откуда же мне их взять, господин хороший? – разочарованно протянул рыбник. – Клемы я собираю на берегу, за устрицами же надо выходить на лодке в гавань, а она закрыта из-за Портового указа, поэтому раздобыть их и думать нечего.

– Может быть, вы слышали, где их можно купить?

– Слышал, как не слыхать, – проворчал Колин со вздохом. – Говорят, их иногда подают на завтрак в «Белом лебеде», и стоят они немалых денег. Откуда уж их берет тамошний хозяин, ума не приложу. Должно быть, возит по ночам на подводе из Портсмута.

Кивнув, Итан коснулся шляпы кончиками пальцев и быстро зашагал прочь, размышляя над скрытым для других смыслом слов Маклеода. Пивная «Белый лебедь» – отличное место для конспиративной встречи, особенно в утренние часы, когда там, скорее всего, не будет посетителей. Итан углубился в лабиринт узких кривых улочек Северного Бостона и слился с безликой темной массой прохожих. Поношенная одежда черного сукна делала его похожим на обычного торговца, какие тысячами заполняли по утрам улицы города, спеша



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация