А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Звездолов
Патриция Поттер


Сазерленды #1
Марсали Ганн была с детства предназначена в жены Патрику Сазерленду. Но, вернувшись после долгих битв домой, Патрик с горечью узнает, что между их кланами вспыхнула непримиримая вражда и его невесту отдают в жены другому Не желая примириться с этим, Патрик крадет Марсали прямо со свадьбы. Перед девушкой встает трудный выбор между дочерним долгом и своей единственной любовью, которая может ввергнуть ее и Патрика в пучину междуусобной войны. Их единственная надежда – примирить враждующие кланы. И тогда Патрик придумывает хитроумный план.





Патриция ПОТТЕР

ЗВЕЗДОЛОВ





Пролог



Хайленд, Шотландия, 1648 год

Марсали Ганн уже исполнилось восемь лет, и сегодня она стала его невестой.

Патрик Сазерленд заметил маленькую фигурку Марсали, забившуюся в угол у парапета, когда в последний раз обходил внушительный крепостной вал гостеприимного замка Эберни. Завтра он покинет Ганнов, семью, которая заботилась о нем все эти годы, и отправится воевать в Ирландию.

Он будет скучать по Ганнам. Особенно трудно расставаться с Гэвином, лучшим другом. Но Патрик чувствовал радостное возбуждение. Ему уже шестнадцать, наконец-то он займется настоящим мужским делом. Патрик собирался с честью выполнять свой долг и еще в глубине души мечтал завоевать уважение отца. Все эти годы он пытался добиться его расположения или хотя бы одобрения – но тщетно.

Через десять лет он вернется и женится на своей невесте.

Соглашение о помолвке подписано сегодня Дональдом Ганном, отцом Марсали, и Грегором Сазерлендом, его отцом. И сегодня же сестра Дональда, Маргарет, стала женой Грегора, который вдовел уже много лет. Теперь семьи были связаны двойными брачными узами.

Патрик не возражал против помолвки с леди Марсали. С пеленок его учили, что интересы клана он должен ставить выше своих личных интересов. А выбор невесты почти всегда определялся приданым, которое дна приносила: деньги, знатность, военный союз. Но даже в восемь лет Марсали казалась ему маленькой сияющей звездочкой, и Патрику была приятна мысль, что в один прекрасный день она станет его женой.

Но видеть ее такой печальной Патрику еще никогда не доводилось. Глядя на ее вздрагивающие хрупкие плечики, юноша решил, что Марсали огорчена из-за свадьбы Грегора и Маргарет, что ее напугали шум и грубость праздника. Со двора, где были накрыты столы для воинов, и сейчас слышались разудалые крики. Сам он уединился для того, чтобы проститься со своей юностью.

Патрик подошел медленно, чтобы не испугать Марсали. В ярком свете луны он заметил, что девочка прижимает к себе одного из своих питомцев: у нее жили две ручные ласки.

– Марсали, – тихо позвал он, – тебя кто-то обидел?

Девочка повернулась, и он увидел следы слез на ее щеках. Ласка, которую она держала на руках, вскарабкалась на ее плечо, другая, лежавшая раньше у ее ног, вскочила на задние лапки и смешно принюхивалась. Зверьки смотрели на него с тревогой.

Патрик ласково спросил:

– Ты так расстроена из-за свадьбы?

– Нет, лорд Патрик.

– Тогда почему же ты плачешь? – Он взял ее за подбородок и поднял опущенную головку.

Марсали прикусила губу. Длинные темные локоны, выбившиеся из-под шапочки, падали ей на плечи.

– Потому что ты уезжаешь.

В голосе девочки слышалось настоящее, недетское горе. Патрик был тронут до глубины души. Шестнадцатилетний юноша, почти мужчина, он не задумывался до этого о чувствах маленькой сестренки своего друга и своей будущей жены.

Патрик внимательно посмотрел ей в лицо. Синие глаза, полные слез, блестели в лунном свете. Он привык видеть радость на милом личике Марсали, ему казалось, что она улыбается даже во сне. Юноша не сомневался – однажды его невеста превратится в настоящую красавицу.

Марсали смотрела на него с восторгом и обожанием. Никто и никогда не смотрел на него так. Патрик почувствовал, как в его сердце рождается нежность к этому милому ребенку, его невесте.

Мать Патрика умерла при его рождении, а вторая жена отца ненавидела его. Ведь если бы не было Патрика, ее сын Алекс стал бы лэрдом – вождем клана. Отец Патрика, гордый и жесткий человек, и вовсе не признавал никаких проявлений чувств. Он стремился только к тому, чтобы Патрик стал хорошим воином и преданно служил своему клану. Любовь и нежность – эти новые чувства стали для Патрика драгоценным и неожиданным подарком.

– Я вернусь раньше, чем ты вырастешь.

– Обещай, что тебя не убьют, – потребовала девочка, строго глядя ему в глаза.

– Обещаю, – сказал Патрик. – Клянусь тебе.

Он дал эту клятву от всего сердца. На самом деле Патрик чувствовал себя неуязвимым. Разве он не побеждал в учебных схватках многих опытных воинов, которые были и старше, и сильнее его? Он убьет всех врагов, а сам не получит даже царапины.

Марсали смотрела на него сурово, слишком сурово для ребенка ее лет, как будто усилием воли хотела сделать так, чтобы его слова оказались правдой.

Ласка начала спускаться по ее руке, Марсали поймала ее и рассеянно погладила.

– Антоний и Клеопатра тоже будут скучать без тебя, – сказала она. – Они будут за тебя молиться, как и я.

Подавив улыбку, Патрик серьезно ответил:

– Теперь я просто уверен: мне нечего бояться.

В ее глазах мелькнула радость, но через мгновение Марсали снова стала серьезной.

Патрик наклонился к ней.

– Тебе нужно вернуться в кровать. Но сначала подари мне что-нибудь, чтобы я мог носить это в честь моей дамы.

Радостная улыбка осветила ее детское личико, но тут же погасла.

– У меня ничего такого нет.

– А это? – И Патрик показал на ленточку, которая украшала ворот ее ночной рубашки.

Он видел, как счастлива Марсали, что с ней обращаются как с настоящей дамой. Девочка принялась торопливо расшнуровывать ленту, с трудом протаскивая ее через узкие отверстия. Наконец она застенчиво протянула ленточку Патрику.

– Благодарю тебя, моя госпожа, – серьезно сказал юноша.

– А ты мне тоже что-нибудь дашь? – спросила Марсали.

Теперь Патрик принялся осматривать свою одежду. На нем были надеты только простая льняная рубашка и плед его клана. Кинжал и спорран [Note1 - Шотландская кожаная сумка] – неизменные спутники шотландца – остались в комнате. Патрик задумчиво поднял глаза к небу. Ночь была звездной, луна казалась огромным светящимся шаром. Патрик чувствовал, что мог бы подняться на цыпочки и сорвать целую охапку звезд. Неожиданно его осенило.

– Хочешь звезду, Марсали? Подарить тебе звезду?

– Но тогда на ее месте будет пустота, – серьезно ответила девочка. – Скажи, какую звезду ты мне даришь, я буду смотреть на нее каждую ночь и помнить, что она моя. И тогда ты будешь моим рыцарем, моим… звездоловом.

Патрик с удивлением посмотрел на Марсали. Она показалась ему намного старше своих восьми лет. На душе стало легко и радостно при мысли, что эта девочка будет ждать его возвращения.

Снова подняв глаза к небу, Патрик принялся выбирать звезду, которую было бы легко находить. Наконец выбрал самую яркую в одном из созвездий. Очень давно учитель рассказывал ему, что эта звезда не меняет положения на небе и по ней находят дорогу заблудившиеся в горах люди.

Патрик присел рядом с Марсали на корточки и подробно объяснил, как находить подаренную ей звезду.

Девочка жадно ловила каждое слово.

– Я буду смотреть на нее каждый вечер, – горячо пообещала Марсали.

– Я тоже, – сказал Патрик, зная, что говорит не правду. Но за эту ложь он был вознагражден радостью, засветившейся в глазах девочки.

Его будущая жена. Трудно представить этого милого ребенка в такой роли. Как, пожалуй, и себя в роли мужа. Но до этого еще далеко, пройдут годы, прежде чем они вновь встретятся.

– А теперь тебе лучше вернуться в кровать, пока Джинни не заметила, что тебя нет, – добавил Патрик.

Она наклонилась и едва коснулась губами его щеки, затем резко развернулась и убежала, легко прыгая по ступенькам, словно птичка по веточкам.

Ему остались запах роз, шелковая ленточка и ощущение нежности. Неожиданно Патрик понял, что это первая настоящая ласка в его жизни.




1.



Хайленд, Шотландия, 1660 год

Прекрасный день для свадебной церемонии. Все только и твердили об этом. Сияло солнце, его лучи согревали зеленеющие поля и золотили гладь озера. Вчерашний холодный ветер превратился в ласковый бриз.

Великолепный день для прощания с мечтами о счастье. С отцом не поспоришь.

Чудесный день. Замечательный союз.

Именно так и отец, и другие говорили об этом браке, не предполагая, что у невесты может быть свое мнение по этому поводу. «Они пытаются сами себя обмануть», – думала девушка о людях своего клана, которые питали тщетные, с ее точки зрения, надежды на успешный военный союз с кланом Синклера.

А тем временем Джинни расчесывала и украшала цветами длинные волосы Марсали.

– Эдвард Синклер – красивый мужчина, – сказала Джинни, словно пытаясь себя в чем-то убедить.

– Красивый, – равнодушно согласилась Марсали.

Джинни была ее служанкой и лучшей подругой. И все-таки девушка не собиралась обсуждать с ней достоинства и недостатки человека, которого отец предназначил ей в мужья. Но Марсали было трудно поверить, что никто не видит, как жестоки и холодны глаза Эдварда, как безжалостна его улыбка – улыбка, которая кажется маской, натянутой на лицо.

Осталось всего четыре часа. Четыре часа свободы. В эти часы она еще имеет право мечтать о молодом человеке, который однажды, много лет назад, предложил ей достать звездочку с неба.

Как давно не было никаких вестей от Патрика! Двенадцать лет прошло с тех пор, когда он прощался с ней на крепостном валу замка Эберни, но тот вечер Марсали никогда не забудет. Не забыть ей и другой их встречи. Тогда ей уже исполнилось четырнадцать, и в ней начала просыпаться женщина. Патрик не мог не заметить, как она изменилась за эти годы. И в глазах своего жениха она прочитала уже не только нежность и доброту. Теперь его взгляд заставил ее трепетать от радости и нового, еще неясного ей самой чувства. Подаренная им звезда и этот взгляд оставались ее тайными сокровищами все эти долгие годы разлуки.

Марсали казалось, что она всю жизнь ждет Патрика. Она ждала его и тогда, когда он отправился воевать против Кромвеля и был за это объявлен преступником. Их свадьбу пришлось отложить на год, затем еще на год. За все время она получила только две весточки, формальные сообщения о том, что он жив. Но Марсали готова была ждать столько, сколько понадобится.

И вот теперь она невеста другого.

Сердце болело, но Марсали понимала, что у нее нет выбора. Если она откажется выйти замуж за Синклера, встать с ним перед алтарем придется ее четырнадцатилетней сестре Сесили. А этого она никак не может допустить.

Прекрасный день для свадьбы, продолжают твердить все вокруг. Отец, брат, даже Джинни.

Тогда почему же она чувствует себя так, словно ее собираются похоронить заживо?

Один из зверьков вскарабкался к ней на колени. Тристан и Изольда давно уже сменили Клеопатру и Антония, которые, наверное, счастливы в своем зверином раю. Марсали и сама не смогла бы объяснить, почему она называет своих питомцев именами несчастных любовников. Может быть, это предчувствие собственной судьбы?

По щеке девушки скатилась слеза. Крупная прозрачная капля упала на пушистую шубку уютно свернувшегося на ее коленях зверька.

– Ну что ты, детка? – не выдержала Джинни. – Неужели все так плохо?

Марсали сжала губы и подняла подбородок. В любом случае ничего не поделаешь. Даже если Патрик жив, ее отец ни за что не позволит ему жениться на ней. Теперь не позволит. После того как он, лэрд клана Ганнов, объявил кровную месть клану Патрика. Помолвка была разорвана с обеих сторон, как ее отцом, так и Грегором Сазерлендом, и, хотя оба клана тесно связаны родственными узами, теперь они скорее встретятся на поле боя, чем за пиршественным столом.

И все из-за тети Маргарет, которая обвенчалась с отцом Патрика в тот самый день, когда состоялась их помолвка с Патриком. Оба клана радовались этому сближению, и долгие годы брак Грегора Сазерленда и Маргарет Ганн казался счастливым.

Но два года назад отец Патрика неожиданно обвинил Маргарет в измене и публично оскорбил ее. Он обратился в парламент, требуя развода, но, когда дошло до рассмотрения дела, те, кто выступали свидетелями обвинения, пропали. В разводе было отказано, потому что не было ни свидетелей, ни доказательств измены. А через неделю тетя Маргарет исчезла. Дональд Ганн во всеуслышание объявил, что его сестра убита. Убита человеком, которого он называл своим лучшим другом, – отцом Патрика, Грегором Сазерлендом, маркизом Бринэйром.

Марсали не знала, что произошло на самом деле. Никто не знал. Но тетя Маргарет была единственной сестрой отца, и Дональд Ганн тяжело переживал ее потерю. Он был убит горем и жаждой мщения. Честь сестры – а значит, и честь его клана – была поругана.

Дональд Ганн обвинил маркиза Бринэйра в убийстве, но у него тоже не было доказательств. Марсали видела, как росла ненависть ее отца к бывшему другу, пока не вытеснила остальные чувства и месть не стала смыслом его жизни. Девушка понимала, что теперь отец никогда не согласится на ее брак с Патриком.

Вытерев мокрые щеки, она повернулась к Джинни:

– Мне не нравится Эдвард Синклер, и я не доверяю ему.

– Но почему, девочка моя?

В ответ Марсали могла только пожать плечами. Как объяснить, что в глазах Синклера она видит жестокость? Девушка уже пыталась сказать отцу, что не верит Эдварду, но Дональд объяснил это женскими капризами. «Вспомни о Маргарет! – кричал отец. – Она вышла замуж по любви, и чем это кончилось? Тем, что ее подло предали!» Отец ничего не желал слушать.

Но Марсали знала, что главная цель этого брака – скрепить союз против клана Сазерлендов, который Эдвард предложил ее отцу. Вместе с Синклером



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация