А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Отзвуки убийства
Рекс Стаут


Алфабет Хикс #1


Рекс Стаут

«Отзвуки убийства»





Глава 1


Не взгляни Джудит Данди на карточку водителя в рамке, укрепленную на приборном щитке, на которой была указана фамилия таксиста, возможно, она нашла бы в конце концов иной выход из постигшей ее беды. А возможно, и нет.

Взглянуть на карточку ее заставило небольшое происшествие, оно случилось, когда такси, в котором она сидела, остановилось на красный свет на перекрестке Пятидесятой улицы и Парк-авеню.

Трое-четверо прохожих посмотрели на машину, желая убедиться, что она останавливается, при этом на лице одного из них – хорошо одетого, благообразного джентльмена, который вполне мог направляться на совещание директоров, – появилась радостная улыбка. Он сошел с тротуара, приблизился к такси, протянул водителю руку, чтобы поздороваться, и приветствовал его, словно своего коллегу директора:

– Привет, Хикс, как дела?

Для Джудит Данди встреча с хорошо одетым джентльменом стала первой и последней, но за этот короткий миг он успел оказать ей неоценимую услугу.

Она на мгновение отвлеклась от навязчивых мыслей, связанных с заваривавшейся вокруг нее историей, взглянула на карточку в рамке на приборном щитке и прочитала: «А. Хикс». Инициал «А» подтолкнул к размышлениям и пробудил воспоминания, а тем временем автомобиль опять тронулся и покатил дальше из центра города.

Она припомнила желтовато-карие глаза, которые своим блеском и формой век напоминали глаза кошки или тигра, и статью в журнале, которую год назад или около того она прочитала о нем – краткий биографический очерк в «Нью-Йоркере». Юридический колледж в Гарварде… драматичное изгнание из ассоциации адвокатов в первый же год работы… окутанные мглой неизвестности последующие годы… ночной сторож… охранник в метро… знаменитое дело Харли… девушка с бельевыми прищепками на пальцах рук и ног…

Садясь в такси на Сороковой улице, Джудит даже не взглянула на водителя – настолько была занята своими мыслями. А теперь, когда машина остановилась напротив ее дома на Парк-авеню в районе семидесятых улиц, она не торопилась выйти из машины, хотя привратник, этот страж без алебарды, распахнул дверцу. Вместо этого она наклонилась к шоферу:

– Мистер Альфабет Хикс?

Водитель повернул голову, осмотрел ее, и она увидела его лицо. И глаза. Они были все такими же примечательными, какими она тогда их запомнила. Помолчав, Джудит спросила:

– Значит, теперь вы водите такси?

– Откуда вы взяли? – спросил он.

Она нервно рассмеялась.

– Дурацкий вопрос, верно? – Она качнула головой в сторону привратника, тот закрыл дверцу машины и отошел. Она продолжила: – Конечно, вы меня не помните. Примерно год назад – вы тогда работали в какой-то компании по уходу за деревьями – я прочитала ту статью в журнале и пригласила вас на обед в качестве знаменитости, но вы не пришли.

– Данди, – произнес Хикс.

– Значит, вы все-таки запомнили меня?

– Ну что вы! Просто догадался. Сзади меня машина, ждет, пока я отъеду.

– Подождет… – Она оглянулась, импульсивно решив высказать то, о чем только что подумала. – Послушайте, – обратилась она к нему, – мне хотелось бы поговорить с вами. Нет, я не собираюсь приглашать вас на званый обед. У меня неприятности.

Уголок его широкого подвижного рта скривился, что придало его лицу сардоническое выражение.

– Какого рода неприятности?

– Сразу не расскажешь, это длинная история. Вы можете припарковать свою машину за углом и подняться ко мне? Прошу вас, пожалуйста.

– Ладно. – Он включил скорость.





Джудит Данди еще не было сорока пяти лет.

Столько ей исполнится через несколько месяцев.

Выглядела она по-разному – иногда на свой возраст, иногда нет. Это зависело от времени дня или ночи, от освещения, от настроения и от того, кто на нее смотрел. Что же касается физических данных – гладкости ухоженной кожи, больших темных глаз, каштановых, без проседи, волос, красивой шеи и изящно очерченного подбородка, самой впечатляющей черты ее внешности, то при идеальных условиях вполне можно было предположить, что ей нет и тридцати.

Однако в тот сентябрьский вечер условия были отнюдь не идеальными. Сидя на диване в углу своей несколько претенциозной гостиной в двухэтажной квартире на верхнем этаже дома по Парк-авеню, она выглядела совершенно измотанной.

– Беда, в которой я оказалась, – начала она, – весьма интимного свойства.

Хикс ограничился простым кивком. Сейчас, расположившись в кресле, он совсем не походил на таксиста, даже если не обращать внимания на то, что для шофера он был слишком хорошо выбрит, а на одежде – ни одного грязного пятна.

– Я хочу сказать, – продолжала Джудит, – мне не хотелось бы, чтобы об этом кто-нибудь узнал. Но я нуждаюсь в помощи. Сегодня после обеда я собиралась обратиться в какое-нибудь сыскное агентство, но у меня нет никого на примете, да к тому же как-то неприятно туда обращаться. – Она состроила гримасу. – И без того скверно. И тут я увидела вас, вспомнила все, что о вас читала… о ваших замечательных делах… а глаза у вас… таких умных глаз я никогда не видела… – Она в смущении замолчала.

– Вы должны на что-то решиться, – сухо отозвался Хикс. – Пока что я лишь согласился подняться к вам и выслушать вас.

– Я понимаю. – Некоторое время она сидела молча, разглядывая его, затем порывисто, глухо произнесла: – Мой муж спятил.

– Маньяки – это не по моей части, – буркнул Хикс.

– Нет, нет, не в том дело, – нетерпеливо прервала его Джудит. – Но он действительно свихнулся.

Потерял рассудок. Мы состоим в браке уже двадцать пять лет. Нашу совместную жизнь не назовешь сплошным блаженством хотя бы потому, что я женщина экстравагантная, не говоря уже о его недостатках, и все же мы неплохо ладили. Мы воспитали двоих детей, собственно, ради этого люди и женятся, как я полагаю, и никогда не пытались отравить друг другу жизнь. Думаю, среди наших друзей наше семейное счастье оценивается выше среднего. И вдруг на прошлой неделе, во вторник, произошло нечто неожиданное. Он пришел со службы и уставился на меня каким-то диким взглядом. Потом спросил, часто ли я встречаюсь с Джимми Вейлом.

Она смолкла. Хикс чувствовал себя несколько неловко.

– Джимми Вейлом? – пробормотал он.

– Ну да!

– Это кто, мужчина?

– Конечно, мужчина. Я так и онемела, а когда опомнилась, то заявила, что, если бы я в моем возрасте стала бегать на тайные свидания, то нашла бы себе кого-нибудь получше Джимми Вейла. Все тем же голосом и все так же глядя на меня, он продолжал: «Я говорю не об этом. Ты знаешь, что я имею в виду. Я спрашиваю: сколько раз ты была в его офисе и передавала ему секреты моего бизнеса? У меня есть доказательства. Поэтому лучше не крути, а говори прямо». Я снова потеряла дар речи. И прежде чем оправилась, он опять заговорил: «От кого ты получила эти сведения? От Брегера? Ты их выудила у Брегера? И расплатилась с ним, как он того хотел?

А сколько ты получила от Вейла? Он хорошо тебя вознаградил?»

Я спросила его, не сошел ли он с ума. А он возразил, что отпираться бессмысленно – он точно знает, что я это сделала, его интересуют лишь подробности, полный рассказ об этом, чтобы он мог решить, что делать дальше. Взывать к его благоразумию было бесполезно. Мы разговаривали в этой самой комнате. Потом кто-то пришел, он вышел и в этот вечер не вернулся домой. На следующий день он пришел примерно в полдень и начал все сначала. Просто кошмар. В конце концов он заявил: если я приду в его офис в четыре часа, он докажет, что он прав. Я согласилась, и он ушел. Я в самом деле решила, что с ним не все в порядке. Часов около трех он позвонил мне и сказал, чтобы я не приходила. Сказал и тут же повесил трубку. Но я все же поехала к нему, однако в офисе мне сказали, что его нет. В тот вечер он вернулся домой очень поздно и наотрез отказался обсуждать это дело! И до сих пор не желает говорить о нем! Стоит мне завести об этом разговор, как он выходит из комнаты. На людях он относится ко мне… Ну, пытается держать себя так, как будто ничего не произошло. Но когда мы остаемся одни, то фактически вместе мы не бываем. У нас смежные спальни. И теперь дверь со своей стороны он закрывает на ключ. А когда несколько дней назад я вошла к нему через другую дверь, из гостиной, он просто не захотел разговаривать на эту тему! Вы когда-нибудь слышали о такой ужасной нелепости? Если нет, то теперь вот услышали.

– Да, звучит все довольно странно, – признался Хикс. – Какие же секреты, с его точки зрения, вы продали?

– Возможно, производственные секреты, формулы пластиков. Это – единственное…

– Что такое пластики?[1 - Эта книга появилась в 1941 году, когда производство пластических материалов еще не было развито.]

– Пластики? – Она посмотрела на него так, будто он спросил ее, что такое яблоки. – Теперь все делается из пластиков или скоро будет делаться: авторучки, часы, мебель, посуда… На заводах Форда пластики пытаются внедрить в производство автомобилей. Их выпускают всевозможных цветов…

– Ваш муж занят в производстве пластиков?

Она кивнула.

– Его фирма – одна из крупнейших: «Р.И. Данди и компания». Правление находится на Сороковой улице, а сама фабрика в Бриджпорте. Этим, собственно, и ограничиваются мои познания. Он никогда не говорит со мной о делах или говорит очень мало. – В голосе Джудит неожиданно зазвучали металлические нотки. Голос у нее был богатого, сочного тембра, она мягко проговаривала согласные и очень четко, нараспев произносила гласные, отчего речь ее звучала напевно и приятно. И потому внезапное изменение тона показалось несколько даже ошеломляющим. – Как я могу выдать секреты, о которых понятия не имею? – напористо спросила она. – У меня никогда не было возможности узнать их. Да и вообще – просто идиотизм какой-то! Представьте, что ваша жена вдруг обвинит вас в том, что… что…

– Никогда не был женат. – Хикс сказал это таким тоном, что стало ясно: он не собирается заполнять имеющуюся вакансию. – Но мне понятно, что вы имеете в виду. А кто такой Джимми Вейл? Он тоже делает пластические материалы?

– Да, он возглавляет компанию «Репаблик продактс корпорейшн».

– Конкурент?

– Еще какой. Когда-то он и мой муж были друзьями, но только не теперь. Теперь муж называет его плутом и жуликом. Я мало об этом знаю, но, вероятно, Вейл какими-то обходными путями раздобыл формулы Данди. По крайней мере, мой муж так думает. Эта история тянется уже не то два, не то три года.

– Вы хорошо знаете Вейла?

– Когда-то знала довольно хорошо, но уже давно не видела его.

– Не были ли вы недавно в его офисе?

– Никогда не была. Даже не знаю, где находится его контора.

– Ваш муж спросил, не выудили ли вы сведения у Брегера. Кто такой Брегер?

Джудит Данди слегка улыбнулась – не то презрительно, не то насмешливо.

– Герман Брегер, – произнесла она, раскатисто выговаривая букву «р» и приглушенно букву «г» своим приятным голосом, что сильно отличалось от гнусавого выговора самого Хикса. – Он ученый. По мнению моего мужа, гений. Не знаю, может быть, и так. Он занимается исследованиями и делает потрясающие открытия. Работает в компании уже несколько лет. Он не захотел работать в Бриджпорте, говорит: там слишком многолюдно. Поэтому муж оборудовал для него лабораторию в Вестчестере, недалеко от местечка под названием Катона. – На ее губах опять мелькнула улыбка. – Он из тех, кого называют чудаками.

– Вы с ним знакомы?

– О да. В личном плане не очень близко, если так можно выразиться, но я часто вижу его. Муж то и дело приглашает его сюда. Он приезжает два раза в месяц, обедает у нас дома, вечера они с мужем проводят за деловыми разговорами. Да, кстати, я сказала, что никогда не имела возможности узнать какие-либо секреты. Вероятно, это слишком категоричное утверждение. Однажды мистер Брегер оставил у нас на ночь свой портфель, не исключено, что он был набит секретами. Наверняка не скажу, потому что не заглядывала в него. Но, очевидно, что-то важное в нем было, так как на следующий день мой сын специально за ним приехал.

– Когда это случилось?

Она пошевелила губами:

– Примерно месяц назад.

– Ваш сын тоже связан с компанией?

– Да, связан. Ему двадцать четыре года. – Судя по тону, ей с трудом верилось, что ее сыну так много лет, и, честно говоря, основания для этого у нее были. – В июне он закончил аспирантуру в Массачусетском технологическом институте и теперь работает вместе с мистером Брегером. – Она нетерпеливо пошевелилась на диване. – Но это не имеет никакого отношения к делу, не так ли? – Она, точно в молитве, сложила руки и улыбнулась ему. – Помогите мне, пожалуйста. Все это так нелепо, я чувствую себя абсолютно беспомощной! Я обратилась к нашему давнишнему другу – он был шафером на нашей свадьбе, – он дважды разговаривал с мужем. Сегодня утром я ездила к нему на работу, к этому другу, – он сказал, что мой муж наотрез отказывается обсуждать этот вопрос и что он бессилен повлиять на него. Поэтому я и подумала, что придется обратиться в сыскное агентство, и тут увидела вас и вспомнила содержание той статьи.

Она протянула руку.

– Вы мне поможете, да? Конечно, хоть вы и презираете деньги, я в состоянии заплатить вам столько, сколько вы запросите… – Она в смущении замолкла.

– Деньги я не презираю. – Хикс откровенно разглядывал ее, в его немигающих глазах загорелся огонек, и выражение дерзости в пристальном кошачьем взгляде усилилось. – Что бы там ни написали в



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация