А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Мой итальянец
Жаклин Бэрд


Молодая англичанка Келли Маккензи, окончившая университет, приезжает в Италию, чтобы поработать несколько недель няней у ребенка своей подруги и заодно отдохнуть…





Жаклин Бэрд

Мой итальянец





ГЛАВА ПЕРВАЯ


Келли Маккензи, облаченная в рубашку и короткие джинсовые шорты, лежала, устремив глаза в небо, на лужайке, полого спускающейся к кромке озера Гарда. Она с наслаждением вдыхала ароматный воздух. Стояли последние дни августа; солнце сияло, жизнь была прекрасна. Перевернувшись на живот, она бросила взгляд па дом роскошное старое каменное строение, возвышающееся ярдах в пятидесяти от берега. Дом опоясывала терраса, каменные перила которой с одной стороны были скрыты кипарисами и густым кустарником. Кустарником, который, похоже, шевелился, хотя не было даже намека на легкое дуновение ветерка. Как странно!

И тут Келли увидела незнакомца. Она настороженно прищурила синие глаза. Полускрытый кустарником, мужчина держался одной рукой за перила и, наклонившись, пытался заглянуть в окно. В другой руке он сжимал металлический прут. Очень подозрительно.

Келли напряглась. Стоя к ней спиной, мужчина распрямился. Он был в белой майке и заляпанных краской защитного цвета шортах, очень высокий, широкоплечий и узкобедрый, с длинными мускулистыми ногами.

Крадучись, он двинулся к окнам задней стороны дома…

Спокойно, девочка, сказала себе Келли, не впадай в панику.

Три месяца назад Келли случайно встретила в Борнмуте свою старую школьную подругу Джуди Бертони. Джуди предложила ей поехать на два с половиной месяца в Италию, где находилась ее семья, и поработать няней ее сына. Келли была в восторге. Разве не прекрасно насладиться солнечным летом перед тем, как приступить к работе в научно-исследовательской химической лаборатории Дорсета? Эта идея показалась очень заманчивой, однако теперь, наблюдая за зловещим незваным гостем, Келли подумала, не поступила ли она опрометчиво…

Она осталась одна. Все семейство Бертони уехало в Рим, а Марта, экономка, воспользовалась отсутствием хозяев, чтобы навестить друзей. Уезжая, она наказала Келли все тщательно запирать, поскольку в округе участились случаи грабежей.

Подавив инстинктивное желание вскочить и убежать, Келли продолжала наблюдать за незнакомцем, который осторожно занес ногу над первой ступенькой лестницы. Металлический прут в его руке красноречиво говорил о его агрессивных намерениях. Он явно стремился проникнуть в дом.

Чрезвычайные ситуации требуют чрезвычайных мер. Келли недаром увлекалась гимнастикой в школе, а в университете два года подряд была чемпионкой по кикбоксингу. Пока внимание незваного гостя было целиком сосредоточено на окнах дома, Келли бесшумно встала, подкралась к нему и внезапно с леденящим кровь воплем вихрем взметнулась в воздух. Несколько ловких приемов – и потенциальный взломщик лежал навзничь па земле, металлический прут оказался в ее руке, а ее нога – на горле незнакомца.

Падая, Джанфранко Мальдини лишь мельком увидел, как кто-то светловолосый бросается на него.

Это было невероятно… Какая-то девчонка в буквальном смысле слова уложила его на обе лопатки. Ни разу за тридцать один год его жизни ни одной женщине не удавалось сделать с ним такое. Прежде чем пошевелиться, он окинул взглядом ее высокую стройную фигуру и замер. Гормоны тут же дали о себе знать.

Она была великолепна! Его взгляд скользнул по собранным в хвост платиновым волосам, задержался на правильных чертах лица, горящих глазах и влекущих губах, потом опустился ниже, где вздымалась мягкая рубашка, завязанная под высокой крепкой грудью. Он увидел гладкую светлую кожу, тонкую талию и пупок, который, так же как длинные стройные ноги, не скрывали коротко обрезанные шорты.

Джанфранко онемел. Неожиданно он ощутил прилив желания, чего с ним давно уже не случалось. Она была ослепительно красива и полна жизни, а ее эффектный прыжок, совершенный с необыкновенной ловкостью и грацией, произвел на него неотразимое впечатление. Он не представлял, что она могла делать у Карло Бертони, но было бы забавно выяснить это. Вот уже три года, как он не был в отпуске. Один звонок на работу – и он сможет на какое-то время стать свободным. Нью-Йорк подождет. Пожалуй, он приударит за этой девчонкой.

Конечно, он мог сбросить ее ногу со своего горла, но не спешил с этим.

Келли подняла руку с металлическим прутом и всмотрелась наконец во взломщика. Густые черные волосы мягкими завитками спускались на его широкий лоб, над темно-карими глазами красиво изгибались черные брови. Только слегка искривленный нос, который был когда-то, по-видимому, прямым, нарушал его классическую красоту. Но красота эта была какой-то гнетущей. Грешной, поправила она себя, когда его губы медленно растянулись в чувственной улыбке, обнажив ослепительно белые зубы.

Келли едва не застонала. Почему такой роскошный мужчина, какого ей едва ли доводилось видеть в своей жизни, оказался вором? Даже теперь, когда он находился в ее власти, в нем чувствовалась какая-то необыкновенная мужская сила. Но от этого он не перестает быть взломщиком, решительно сказала она себе.

– Послушай, парень, ты явился сюда, чтобы совершить кражу со взломом?

– Что-о? – возмущенно воскликнул Джанфранко.

То, что его застигли врасплох и повергли на землю, было и так достаточно оскорбительным, но чтобы его обвинили в том, что он вор, – это уже слишком для человека с его самолюбием. Он заставит эту дамочку заплатить за оскорбление.

– Только не надо прикидываться невинной овечкой, это не пройдет, – решительно заявила Келли. – Но я готова дать тебе шанс. Ты ничего не успел украсть, так что я отпущу тебя на все четыре стороны, но с условием, что ты пообещаешь никогда не возвращаться сюда.

Человек, распростертый на земле, замотал головой. Если эта девушка на самом деле считает его преступником, какой же наивной должна она быть, полагая, что настоящий грабитель ушел бы просто так.

– Как это понимать, ты не согласен? – строго спросила Келли. – Тогда мне придется дать тебе по голове этим железным прутом и вызвать полицию.

– Да нет, согласен, – поспешно сказал Джанфранко, увидев, что она подняла над головой тяжелый железный прут. Она явно не в своем уме, и он потерял слишком много времени, лежа на земле и любуясь ею.

Мгновенно положение изменилось с точностью до наоборот.

Ее голова с глухим стуком коснулась земли. Она почувствовала, что искры посыпались из глаз, а когда очнулась, то обнаружила, что лежит, прижатая к земле. Огромная мужская ладонь стиснула обе ее руки над головой. Незнакомец навалился на нее, закинув длинную мускулистую ногу поперек ее стройных ног.

– Отпусти! Ну и скотина! – закричала она и попыталась отбиваться, но безуспешно. Незнакомец был намного крупнее и сильнее Келли. Он просто еще жестче сжал запястья девушки, а свободной рукой взял ее за подбородок, чтобы она не могла отвернуться.

– С какой это стати я вас отпущу? – насмешливо спросил Джанфранко. – Если я такой злодей, как вы говорите, неужели вы действительно думаете, что я вас отпущу?

Келли вообще ничего не думала, она была в панике. Металлический прут, который она вырвала из его руки, куда-то исчез, и она чувствовала железную тяжесть его груди, навалившейся на нее. В последней отчаянной попытке сбросить негодяя, она попыталась ударить его по бедру коленкой и открыла рот, приготовившись закричать.

Но ее рот внезапно накрыли его губы, и ей стало нечем дышать. Это был властный поцелуй, который с такой силой прижимал ее губы к зубам, что она подумала: сейчас брызнет кровь. Если его целью было напугать ее, то ему это вполне удалось.

Вдруг поцелуй стал иным, чувственным и нежным, и, к своему стыду, она вдруг ощутила наслаждение.

Его рука скользнула по ее груди, и время остановилось. Каждая частичка ее тела наполнилась жаром. Она таяла от его прикосновения, от его поцелуя, его мускусного мужского запаха. Такого с ней никогда раньше не случалось. Чувственное возбуждение завладело всем ее телом.

Когда он наконец прервал свой поцелуй и поднял голову, Келли распахнула глаза, недоумевая, почему он остановился. Его рука упала с ее груди, и он взглянул на нее сверху вниз потемневшими от злости глазами. Внезапно она пришла в себя. Почему она безропотно приняла его поцелуй?

Джанфранко испытывал нечто похожее. Что, черт возьми, он делает с этой ненормальной молодой англичанкой на лужайке дома своих друзей средь бела дня? Он даже разозлился на себя – он не относится к числу мужчин, которые когда-либо теряют над собой контроль.

– Пожалуйста, отпустите меня, – умоляла Келли. Жар и тяжесть его тела были теперь не возбуждающими, а угрожающими. Она имела дело с совершенно незнакомым человеком и к тому же вором. – Прекратите немедленно! – взывала она, стараясь сохранить самообладание. – Вы можете угодить в тюрьму на долгие годы за изнасилование.

– Санта Мария!

Он возмущенно посмотрел темными глазами на красивую женщину, над шторой возвышался. Ему доводилось слышать много обвинений в свой адрес, но чтобы его назвали насильником? Такого еще никогда не было.

– Вы совсем выжили из ума? – взревел он в бешенстве.

– Нет.

Келли подумала, что он слишком зол и опасен и ей надо потакать ему до тех пор, пока у нее не появится шанс освободиться.

– Кто вы такая, черт возьми? И что делаете здесь? – грубо спросил Джанфранко. Он взглянул в синие глаза и увидел, что она и в самом деле испугана и изо всех сил старается скрыть это.

– Меня зовут Келли Маккензи, я буду все лето работать здесь няней. – Если ей удастся разговором отвлечь его, у нее будет шанс удрать. – Никто не слышал моего крика, так что, если вы отпустите меня сейчас, я обещаю не заявлять о вас.

– Баста. Довольно. – Все и так слишком далеко зашло.

Заявлять о нем! Джанфранко увидел, что она вздрогнула, и постарался смягчить свой тон.

– Послушайте, Келли Маккензи, я не собираюсь обижать вас. Никогда в жизни не применял силу к женщинам и не собираюсь этого делать. – (Она взглянула в смуглое красивое лицо, и ей захотелось поверить ему.) – А сейчас я отпущу вас, мы сядем и обсудим это недоразумение как двое взрослых людей. Согласны?

Она кивнула. Каждая мышца ее тела была напряжена в ожидании освобождения. В следующую минуту он выпустил ее запястья и сел, но прежде, чем она смогла пошевелиться, обнял ее сильной рукой за плечи и крепко прижал к себе.

– К тому же я и не вор, – спокойно продолжал он, – так что сидите тихо и слушайте.

У нее не было выбора: он сцепил пальцы и взял ее в кольцо своих рук. Но так как мысль о надвигающейся опасности изнасилования померкла, к Келли начала возвращаться ее обычная задиристость.

– Так, значит, для вас обычное занятие – слоняться по чужим садам с металлическим прутом в руке? – Она повернула голову и вскинула брови. Неужели этот человек принимает ее за полную идиотку?

– А, теперь я, кажется, все понял, – хмыкнул он. – Карло Бертони мой знакомый. Я одолжил у него монтировку, чтобы закрепить колесо на прицепе яхты, которая стоит внизу, у причала. Я пришел, чтобы возвратить ее.

Келли ни разу не упомянула имя хозяина виллы, тем не менее этот человек знал его. К тому же синьор Бертони действительно держал яхту у причала. Келли чуть не застонала. Все проще простого, а она вообразила черт знает что. Ее собственный отец всегда говорил ей, что слишком бурное воображение не доведет ее до добра. На этот раз она превзошла себя. Этот человек говорил по-английски, но с итальянским акцептом. Вероятно, он работал в гавани Дезенцано. Она почувствовала, как краска заливает ее лицо.

– Калитка была не заперта, никто не откликнулся на мой зов, и я обошел вокруг дома, чтобы оставить монтировку на террасе. Мне не хотелось брать ее с собой, потому что я зашел сюда по пути в еще одно место. Но тут вы, как дикая кошка, прыгнули на меня и заявили, что я вор.

– О господи! Простите. – Келли с облегчением взглянула на него смеющимися глазами. – Так, значит, вы не вор, а моряк и работаете в порту.

Уголки губ Джанфранко дрогнули в усмешке. Ему никогда еще не доводилось встречать женщину, так поспешно делающую выводы. Он хотел было ее поправить, но, взглянув в простодушное лицо, вспомнил о своем намерении немного развлечься. К тому же ему все еще не давало покоя то, что он так легко справился с ней.

– Да, я хожу в море и все утро занимался яхтой. Он не солгал, но и не сказал всей правды.

– Наверно, это время года самое напряженное здесь, на озере Гарда, при таком наплыве туристов и при том, что на следующей неделе грядут большие соревнования. Участники понаехали сюда со всего мира. Наверно, поэтому вы так хорошо говорите по-английски.

Келли понимала, что тараторит без умолку, но она так обрадовалась, что он не вор…

– Возможно, – сказал он с улыбкой, и его темные глаза заблестели, встретив доверчивый взгляд ее синих глаз. – Однако позвольте мне представиться. Джанфранко…

– Очень приятно, синьор Франко. – Она отбросила его рук, но улыбнулась: – Можно называть вас Джан?

– Я предпочитаю Джанни. – Взяв ее за руку, которая утонула в его ладони, он поставил ее на ноги. – Итак, Келли, недоразумение уладилось. Будем друзьями… и, как говорите вы, англичане, скрепим это рукопожатием.

Они пожали друг другу руки, но она заметила пляшущие в его глазах огоньки и фыркнула. Потом громко рассмеялась. Его сильное рукопожатие, мозоли, которые она почувствовала на своей ладони и которые явно свидетельствовали о занятии физическим трудом, убедили ее в том, что он говорил правду.

– Странно, что я приняла вас за вора, – залепетала она, но тут ее лепет прекратился, потому что он притянул ее к себе.

– Один поцелуй, чтобы скрепить нашу дружбу. Он наклонил голову и поцеловал ее долгим



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация