А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Он протянул ей намазанную маслом булочку. – У тебя, наверное, были другие планы? Ты хотела провести это время с… Дональдом? – Было такое впечатление, что это имя застревает у него в горле. – Но, может быть, ты найдешь немного времени, чтобы помочь мне? – спросил Майкл и с надеждой посмотрел на Эмили.

Эмили принялась разглядывать поднос и не ответила ему ни слова.

– Я ничего не помню, – продолжал Майкл. – Я не знаю, какое у меня любимое блюдо, как покупать одежду, что вообще меня интересует. Я понимаю, что причиняю тебе беспокойство. И все же не могла бы ты помочь мне выяснить все это и…

И вдруг Эмили начала смеяться.

– Ты что, действительно думаешь, что я поверю в эту трогательную историю? – Она принялась чистить яйцо. – Чего тебе на самом деле от меня нужно?

Майкл ухмыльнулся:

– Нужно выяснить, кому и какого черта понадобилось отвозить меня за тридевять земель и оставлять умирать. Я знаю, врач сказал, что со мной все в порядке. Но у меня такая головная боль, что способна доконать простого смертного.

– Ты должен показаться врачу, – посоветовала Эмили и сбросила одеяло, которое упало на пол. Майкл поднял его и положил на место.

– Я не хочу привлекать к себе внимание. Я… – Он взглянул на нее. – Я считаю, что кто-то пытался убить меня.

– Тогда нужно идти в полицию.

– Тогда я должен буду рассказать о тебе. Я прав?

– Думаю, да, – согласилась Эмили и принялась за еду, тем временем обдумывая его слова. Если ей придется иметь дело с полицией, можно сразу распрощаться со своим будущим. Интересно, отберут ли у нее награду?

– Я действительно думаю, что не подхожу для расследования убийств. В этом деле из меня плохой помощник, – сказала она. – Может быть, тебе лучше нанять частного детектива? А что, дельная мысль! Я не из тех смелых женщин, тайная мечта которых носить оружие и украдкой следить за каким-нибудь складом ночью. Подобные треволнения, честно говоря, не для меня. Возможно, моя жизнь скучна, но меня она вполне устраивает, – подчеркнула она.

– Я не прошу тебя помочь мне найти тех, кто хотел меня убить. Я просто хочу, чтобы ты помогла мне вернуть память. Сомневаюсь, что убийцы были настолько глупы, что оставили меня на окраине города, где меня могут знать. В действительности же, – сказал Майкл, расстегивая манжеты, – я думаю, что меня связали и бросили в багажник машины.

Он вытянул перед ней руки, и Эмили увидела следы от веревки на его запястьях.

– То же самое – на лодыжках.

– И ты не помнишь ничего, что произошло до того, как я сбила тебя прошлой ночью? – спросила Эмили, допивая молоко. – Совсем ничего?

– Нет. Но сегодня утром я выяснил кое-что о себе: мне не нравится испанский омлет.

Эмили не могла не рассмеяться. Минуту назад Майкл говорил об убийстве, а в следующее мгновение заявляет, что не любит испанский омлет.

– Проведи со мной этот уик-энд, – попросил он. Его глаза смотрели на нее с мольбой. – Я хочу попробовать все блюда на свете, увидеть все, что стоит посмотреть, сделать все, что необходимо сделать. И, возможно, однажды что-нибудь из увиденного натолкнет меня на мысль о том, кто я на самом деле.

– Но только не на мысль о том, что ты ангел. Это уж точно! – Эмили не могла не поддеть его.

– Ладно, я помню об этом, – сказал Майкл безразличным тоном и уставился невидящим взглядом на одеяло.

В какой-то момент Эмили даже показалось, что он сейчас опять начнет рассказывать ей эту чушь про ангела. Но вместо этого Майкл поднялся с кровати и подошел к старинному туалетному столику, стоявшему в другом конце комнаты.

– Взгляни, – сказал он и с гордым видом протянул ей бумажник. – Здесь есть кое-что интересное.

Эмили вытерла салфеткой руки, взяла бумажник и начала его рассматривать. Да, там и впрямь было на что посмотреть. «Кое-что интересное» включало в себя тридцать пять тысяч долларов наличными, кредитную карту «Золотая Виза», на обратной стороне которой было выведено «Майкл Чемберлен», и наконец водительские права, полученные в Нью-Йорке. Странно, но на водительских правах не было его фотографии. Но зато был адрес.

– Полицейский уже звонил по этому адресу сегодня утром, – сообщил Майкл, – поэтому он и приходил сюда. Ему нужно было заверить информацию, полученную от врача.

Эмили сначала не поняла его.

– Заверена? А! Ты хочешь сказать проверена. То, что ты рассказал врачу, нужно было проверить. Я думаю, что английский – твой второй язык.

– По крайней мере второй, – улыбнулся он. – Ты поможешь мне?

В течение нескольких минут Эмили прокручивала в голове все возможные проблемы, которые могли возникнуть, если она решит помочь Майклу. Ну, во-первых, когда Дональд обо всем узнает, он, конечно, будет вне себя. Но, с другой стороны, во всем этом есть и его вина. Ведь если бы Эмили не рассердилась на него тогда из-за того, что он не сдержал обещания и не пришел, она, возможно, и не сбила бы этого человека. Кроме того, Эмили хотела знать о возможных последствиях своего отказа. Что будет, если она велит Майклу убираться подальше, если скажет, что не собирается ему помогать? Но это было невозможно! Она вспомнила его угрозы. Честно говоря, в ее планы не входило проводить следующие двадцать лет в тюрьме. Поэтому особого выбора у нее не было, и по всему выходило, что впереди ее ожидает довольно скучный и утомительный уик-энд. Эмили задумалась. Что ее больше всего привлекало в Дональде? Наверное, то, что он всегда знал, чего хочет, и никому не позволял решать что-либо за него. Он не принадлежал к числу тех, кто всю жизнь на что-то надеется и ждет, что кто-нибудь за него все сделает.

Айрин как-то сказала, что Дональд «повсюду таскает за собой Эмили, как маленькую собачку». Но Эмили нравилось везде бывать с Дональдом. Это было восхитительно: его всегда охватывала такая жажда деятельности, что он заставлял все и всех вокруг него крутиться и вертеться в водовороте событий, которые быстро сменялись одно другим. С ним никогда не было скучно.

Сейчас ей предстояло решить, что делать дальше: либо ехать домой, и тогда ей пришлось бы ответить на тысячу вопросов, которые буквально терзали ее, либо остаться здесь одной на весь уик-энд. Одной. Не с кем даже поговорить. Остается только слоняться из угла в угол. Одной.

– Я слышал, в городе ярмарка ремесел, – сообщил Майкл. – Ты знаешь, что такое ярмарка?

Голубые глаза Эмили сразу же загорелись, она улыбнулась.

– На эту ярмарку люди съезжаются отовсюду, привозят разные безделушки и не только те, которые они сами смастерили. Везде можно увидеть красочные палатки, в которых все и продается.

– Звучит скучновато, – сказал Майкл, выглядывая в окно.

– Вовсе нет! Американские ремесленные изделия восхитительны! На ярмарке можно купить плетеные корзинки, деревянные игрушки, ювелирные украшения, куклы и… и все, что только можно себе представить. И люди там так милы, и… Ты смеешься надо мной. – Улыбка исчезла с ее лица, губы сжались от обиды. – Я уверена, ты бы предпочел посмотреть футбольный матч по телевизору.

– Не знаю. Вряд ли, посмотрев футбольный матч, я узнал бы что-нибудь интересное о ярмарке ремесел. Просто я подумал, какая же ты красивая!

Эмили не восприняла его слова как комплимент. Она уже знала: когда мужчина говорит ей, что она красивая, значит, ему что-то от нее надо. И Эмили было известно, что именно!

– Не думаю, что это сработает, – сказала она мягко. – Я помолвлена и скоро выйду замуж, а ты…

– А я не имею понятия, кто или что я, – закончил он за нее фразу и улыбнулся. – Послушай, Эмили, ты очень хорошенькая, и я знаю, что сердце у тебя доброе. Скажи мне, на что рассчитывает женщина, помогая незнакомцу?

– На то, что ее не упекут за решетку, – ответила Эмили, заставив его засмеяться.

– Ну допустим, что я тебя запугивал, чтобы привлечь твое внимание и заставить выслушать меня. Как бы то ни было, я хотел сказать, что у меня может оказаться жена и куча детишек. Что будет, когда я разыщу ее и когда придется рассказать ей все, что произошло со мной за время моего отсутствия? Думаешь, она мне поверит?

– Не уверена, что женатые мужчины в Америке или в какой-нибудь другой стране заслуживают доверия.

– Возможно, я заслуживаю, не знаю. А как насчет Утки? Он заслуживает доверия?

– Назови Дональда так еще хоть один раз и можешь считать, что наш разговор окончен. Не рассчитывай тогда на мою помощь. Понятно?

Майкл улыбнулся.

– Полагаю, это значит, что я не дождусь ответа на мой последний вопрос?

– Давай проясним некоторые вещи раз и навсегда, чтобы потом не было никаких недоразумений, – сказала Эмили тоном, не терпящим возражений. – Я помогу тебе восстановить память, но сначала ты должен усвоить несколько железных правил.

– Я тебя внимательно слушаю.

– Во-первых, не смей касаться моей личной жизни. И моего тела. Держи свои руки при себе!

– Понимаю. Ты в гареме другого мужчины.

– К гарему я не имею никакого отношения и… – Ее глаза сузились от злости. Эмили посмотрела на Майкла. – Прекрати сейчас же! Я прекрасно понимаю, чего ты добиваешься. Ты пытаешься рассердить меня, заставить меня злиться. Мне это совсем не нравится.

– Но когда ты злишься, ты прекрасна, как ангел. Твои глаза горят, и…

– Я ясно выразилась? Или я больше не услышу комментариев в свой адрес, или никакой помощи ты от меня не дождешься. Понятно?

– Еще бы. Какое там следующее чугунное правило?

– Железное правило. Правила не бывают чугунными. И последнее. Больше ни слова о том, что ты – ангел, я – ангел или что… что…

– Что мы – ангелы и что некоторые из нас иногда становятся людьми, а некоторые нет. Так?

– Именно. И сегодня мы найдем для тебя другую комнату. Ты не можешь больше оставаться со мной в одной квартире. Надеюсь, ты со мной согласен?

– Ну конечно. Только обещай мне одну вещь.

– Какую?

– Если ты захочешь нарушить какое-нибудь из этих правил, ты скажешь мне об этом. Если ты захочешь поговорить со мной о своей личной жизни, об ангелах или чтобы я прикоснулся к тебе, обещай, что я узнаю об этом, – сказав это, Майкл протянул руку. – Считай это сделкой. Ну что, согласна?

Эмили колебалась. Она чувствовала, что должна прогнать этого человека, и тем не менее пожала ему руку в знак того, что согласна на эту сделку. И опять, когда Эмили прикоснулась к нему, она почувствовала спокойствие и даже умиротворение. Она вдруг поняла, что все будет хорошо и что ее жизнь пойдет так, как она сама того захочет.

Наконец Эмили убрала свою руку и сказала:

– А сейчас оставь меня, пожалуйста. Мне нужно переодеться. Встретимся внизу через час. Сначала пойдем в магазин и купим тебе что-нибудь из одежды, а потом поищем тебе комнату. Не можешь же ты опять ночевать здесь.

– Спасибо, Эмили, – ответил он с улыбкой. – Ты – ангел.

Она открыла было рот, чтобы высказать ему свое негодование, но потом увидела задорный огонек в его глазах и не смогла удержаться от смеха.

– Убирайся! – сказала Эмили, все еще смеясь. – Уходи!

И Майкл ушел.

Эмили собиралась в душ, когда вдруг зазвонил телефон.

– Привет, моя сладенькая! Ты все так же безумно любишь меня? – услышала она голос Дональда. – Ты простишь меня, если я скажу тебе, что всю ночь тушил пожар? Был действительно страшный пожар. Я молю тебя о прощении.

Эмили села на кровать. Ей было так приятно снова слышать знакомый голос.

– О Дональд! Со мной тут такое произошло! Ты не поверишь: я сбила машиной человека.

Некоторое время Дональд молчал, видимо, обдумывая ее слова. Эмили легко могла себе представить, какое у него было сейчас лицо.

Наконец он сказал трагическим голосом:

– Расскажи мне все. Особенно о полиции. Что они сказали?

– Ничего. Полицию никто не вызывал. Я имею в виду, их не было прошлой ночью. А утром полицейский сказал Майклу – это тот, кого я сбила, – что он может написать заявление и тогда меня посадят в тюрьму, но…

– Эмили! Не все сразу и не так быстро! Остановись и начни все с начала.

Она начала рассказывать все по порядку, стараясь ничего не упустить. Но Дональд постоянно перебивал ее и задавал одни и те же вопросы про полицию.

– Дональд! Если ты не дашь мне рассказать все до конца, я подумаю, что тебя интересует только одно: как эта история может отразиться на твоей карьере.

– Ты говоришь глупости и прекрасно это знаешь. Я спрашиваю, ты не пострадала?

– Нет. Но я ехала с очень большой скоростью и выпила по крайней мере два бокала шампанского.

– А этот парень точно не собирается писать заявление?

Эмили сжала губы, а потом глубоко вздохнула, чтобы не выйти из себя.

– Нет, – сказала она спокойным голосом. – Но он требует, чтобы я занималась с ним сексом.

– Если он научит тебя чему-нибудь новенькому, хорошенько это отработай и потом мне покажешь.

Эмили это совсем не позабавило. А ему, напротив, ее слова показались занятными. Саму мысль, что какой-то мужчина требует от нее секса, он, очевидно, считал невероятно смешной и нелепой.

– На самом деле этот человек, Майкл Чемберлен, мне очень нравится. Он великолепен. И живет со мной в одной комнате. А еще я купила плюшевого медвежонка.

– Хорошая идея. Пусть он пока остается с тобой. Так он постоянно будет на виду, а ты сможешь наблюдать за ним, чтобы ему не удалось сделать какую-нибудь подлость. Дай понять окружающим, что с ним все в порядке. Не хотелось бы, чтобы этот тупица потом написал заявление или жалобу.

– Дональд! – Эмили разозлилась. – Он



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация