А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Э Ю Я
0-9 A B C D I F G H IJ K L M N O P Q R S TU V WX Y Z #


Дэниел и ангел
Джилл Барнет




Джилл Барнет

Дэниел и ангел


Эмме, единственному ангелу, которого я когда-либо знала.





Глава 1


Для сотворения чудес день выдался просто идеальным. Небо, сияющее всеми цветами радуги над Райскими кущами, порой казалось почти золотым, как труба архангела Гавриила, а далекие звуки заунывно-торжественных песнопений наполняли Божественный эфир. Клубящиеся облака, белые и пушистые, словно тополиный пух, плыли величаво и так высоко, что только ангелы добрались бы до них.

Рядом с Жемчужными Вратами сегодня дежурила Лилиан, недавно посвященная в ангелы. Прохаживаясь влево и вправо и отмеряя положенные шаги, она порой бросала наверх быстрые робкие взгляды.

Окрестности были пустынны.

Внезапно Лилиан засучила рукава плавно ниспадающей белой робы и, сжав кулаки, ясно поняла: ей хочется сделать что-то запрещенное, точнее, сотворить какое-нибудь чудо.

Неожиданный громовой раскат, подобный взрыву, мог бы сокрушить Райские кущи. Сильный порыв ветра мгновенно разогнал тучи, и они, наползая одна на другую, ушли к горизонту. Лили упала навзничь на быстро несущееся облако и словно погрузилась в мыльную пену.

Густые клубы черного дыма, поднявшиеся после взрыва, окружали ее со всех сторон. Она откинула с лица прядь светлых волос, но сквозь дым все равно ничего не видела. Лишь через некоторое время, когда он немного рассеялся, Лили с изумлением обнаружила, что все еще жива и лежит на спине, упершись взглядом в Небесную твердь. Осторожно пошевелив пальцами, а затем, осмелев, и конечностями, она с радостью убедилась, что переломов у нее как будто нет.

Лили быстро села, проклиная нимб, постоянно сползающий на глаза, кое-как водрузила его на место и одернула задравшийся подол балахона.

Перья ее чудесных крыльев, совсем новых и отливающих перламутром, медленно кружась, словно снежинки, падали вниз. Лили попыталась осмотреть крылья, но они располагались так, что ей пришлось то и дело крутить головой. Наконец она как следует расправила их, надеясь вернуть им прежнюю форму.

Позади раздалось тихое повизгивание, и Лили испуганно обернулась:

– Флорида? Это ты?

В ответ снова послышался приглушенный звук, напоминающий урчание и хрюканье одновременно.

– Где ты? Я тебя не вижу.

Из черного облака показались две голые ноги.

– Да тут я, тут, – все так же недовольно откликнулся голос.

Ноги неуверенно барахтались в воздухе в поисках опоры. Наконец, неуклюже перекувырнувшись, изрядно запачканная Флорида шумно, как из болота, вырвалась из жирной копоти. Лили помогла ей, но Флори еще долго кашляла от горького дыма, а ее облепленные сажей крылья беспомощно подрагивали при каждом движении.

Лили мягко пошлепала Флори по спине, та постепенно начала приходить в себя, и ее взгляд стал осмысленным.

– Что случилось? – спросила Флори.

– Пока ничего.

Флори посмотрела через плечо Лилиан, и на лице ее отразился ужас:

– О нет! Кое-что все же случилось! Посмотри-ка, что ты натворила!

Лили проследила направление взгляда Флориды и ощутила дурноту.

– Ты же сломала Врата!

Лили в страхе закрыла глаза руками и, чуть раздвинув пальцы, снова взглянула туда же. Сердце у нее ушло в пятки. Медленно поднявшись, Лили обреченно побрела навстречу нежданно обрушившейся на нее беде. Потеряв дар речи, она уставилась на то, что совсем недавно называлось Жемчужными Вратами.

Вход в самое привлекательное место в этом мире теперь являл собой нагромождение дымящихся руин.

Створки Врат, наполовину разрушенные, жалостно покосившись, висели на огромных петлях из червонного золота, а сами петли напоминали изогнутые австралийские бумеранги.

Жемчужные Врата состояли из двух крыльев ангела, симметрично расположенных и соединяющихся в центре входа, а также висячего замка, инкрустированного бриллиантами.

– А где же замок? – задыхаясь от ужаса, прошептала Флори.

Лилиан посмотрела себе под ноги. Там, словно песчинки в гравии, сверкала алмазная пыль вперемешку с облаками перламутра. С трудом шевеля онемевшими губами, она выдохнула:

– Думаю, это он. Отчасти.

Флори нагнулась, разглядывая то, что когда-то было замком.

– Неужели это все, что осталось? – Лили набрала горсточку алмазной пыли и встревоженно воззрилась на белый порошок.

Флори сочувственно кивнула:

– Замок-то больше смахивает на сахарную пудру, а?

– Конечно, святой Петр добр, но если разозлится, огненных стрел у него на всех хватит… Представляешь, что тогда будет?

– Что будет? Ну, в худшем случае тебя отправят отсюда куда-нибудь пониже.

– Он не посмеет, – возразила Лили, – за что же меня наказывать, если я даже не знаю, кто все это сделал? – Она подобрала подол балахона, будто собираясь бежать. – По-моему, нужно сматываться!

– Да подожди же ты!

– Пошевеливайся, Флори, пошевеливайся!

Ты ведь тоже была рядом, и Петр может решить, что это твоя работа! Впрочем, как знаешь.

Флори побледнела, подпрыгнула на месте, а затем понеслась за Лили. Паря в воздухе, ангелы ловко порхали с облака на облако, пока перед ними не появились сверкающие на солнце сталагмиты – тайное убежище Лилиан, о котором, по ее мнению, здесь никто не знал. Она придержала разогнавшуюся подругу.

– Нам сюда.

– Неужели, – нерешительно начала Флори, – ты полагаешь, что святой Петр нас здесь не найдет?

– Конечно, нет. Это прекрасное место я обнаружила совершенно случайно – посмотри, между облаками ничего не видно.

– Уверена?

– По крайней мере в последний раз я пряталась именно здесь.

Флори лукаво улыбнулась:

– О! Это когда ты прыгнула с лестницы святого Иакова, чтобы научиться летать, и чуть не разрушила ее?

– Но я же занималась этим лишь в то время, когда архангелы, стоящие на посту, уходили немного передохнуть.

– А Гавриил впал в такой гнев, что едва не сломал свой нимб!

– Флори, я до сих пор не могу смотреть ему в глаза. – Лили смутилась. – Знаешь, я не успела рассказать тебе кое-что еще…

Флори испуганно отступила:

– Неужели ты опять что-то натворила?

– Пообещай, что никому не скажешь. – Флори кивнула, а в ее глазах вспыхнуло любопытство. – Не проболтаешься под страхом смерти?

– Нашла чем пугать! Я и так уже… это самое…

– Дело в том, что если кто-нибудь найдет древние святые рукописи…

– Что?! Ты потеряла святыню?

Лилиан молча кивнула.

– Этого еще не хватало! Как тебя угораздило?

– Я не то чтобы их потеряла, а просто уронила.

– Куда? Ты знаешь, где они сейчас? – Лицо Лилиан вытянулось от отчаяния.

– Глубоко… – обреченно прошептала она. – В Мертвом море.

Флори от удивления открыла рот.

– Я решила рассмотреть их повнимательней, развернула свиток и… И споткнулась. – Лилиан надолго смолкла, переживая все заново. – Их ведь кто-нибудь найдет, верно?

Флори бросила на подругу скептический взгляд и, словно вспомнив о чем-то, вздрогнула. Она вытянула шею, как жираф, и выглянула из-за большой сосульки наружу.

– Ты точно знаешь, что нас тут никто не заметит?

– Доверься мне. – Лили сжала ее руку. – Видишь, как наши крылья сверкают на солнце? И не отличишь от сосулек. И робы у нас белые, и волосы…

С цветом волос она явно поторопилась: Флори была жгучей брюнеткой.

– Ну и что? Спрячешь голову под крыло, чтобы не нарушать маскировки.

Флорида, обдумывая предложение подруги, вдруг громко чихнула и утерла нос рукавом.

– Ты замерзла?

– Нет, это случайно.

– Она подобрала несколько перьев, упавших с крылышек Лили, и, утешая, погладила ее по спине. – Ничего, их всего четыре. Ты начала линять? Теперь я понимаю, почему ты так плохо летаешь.

Они умолкли и прислушались – неподалеку раздавалось нестройное хоровое пение под звуки арфы. Музыка становилась все громче и громче, поэтому ангелы быстро нырнули в пену облаков.

– Сла-а-а-а-а-а-ва Все-е-е-е-е-е-вы-ы-ы-шнему! – гнусаво выпевали голоса.

– Шшш! – Лили приложила палец к губам. – Это хор архангелов!

Внезапно раздалось резкое «дзинь!», потом еще одно, чуть повыше тоном, и, наконец, совсем уже тоненький, на редкость противный звон.

Песнопение прекратилось словно по команде, и архангелы остановились напротив того самого места, где прятались Лили и Флори. Подруги притаились и задержали дыхание. Отсюда был хорошо слышен сердитый голос старшего – высокого архангела по имени Месопотамия.

– Исрафель, ты опять порвала струны? – осведомился он, оглядываясь.

– Четыре штуки, – поддакнул ангел-коротышка, нахмурившись и кивнув на золотой инструмент.

Архангелы столпились вокруг поврежденной арфы.

Струны, жалобно позвякивая, лопались одна за другой. Архангелы в полном молчании долго и зачарованно смотрели на арфу. Наконец Месопотамия обвел все вокруг властным взором:

– Думаю, это означает, что Лилиан прячется где-то поблизости.

Все остальные, мгновенно забыв об арфе, принялись внимательно всматриваться в облака. Флори и Лили еще глубже погружались в белую пелену.

Слепящая вспышка внезапно озарила все вокруг. За ней последовала другая. Подруги похолодели от страха, потому что рокочущий бас, прогремевший, как гром, вслед за вспышками, казалось, расколол небеса и прокатился гулким эхом по всему раю:

– Мои Врата! Мои Жемчужные Врата!

После короткой паузы, когда святой Петр словно собирался с мыслями, очередной громовой раскат сотряс все вокруг.

– Лилиан!

Флори видела, как румяное лицо подруги приобрело серовато-белый оттенок.

– ЛИЛИ-А-А-АН! Иди ко мне немедленно!

– Ой-ой-ой! – сочувственно прошептала Флори.

– Шшш! – оборвала ее Лили. – Здесь он нас все равно не найдет.

Все повышая голос, святой Петр прокричал ее имя еще дважды. Одна из сосулек, не выдержав столь сильной вибрации, отломилась и с хрустальным звоном упала на ногу Лили. Следующая вспышка была столь яркой, что едва не затмила солнце. Даже стены Иерихона не выдержали бы громового удара, раздавшегося после нее. Лилиан и Флори, охваченные ужасом, распластались и закрыли головы руками. Сосульки хрустя падали вокруг них, а облака метались и постепенно рассеивались.

Подруги одновременно открыли глаза и, осторожно приподнявшись, встретили гневный взгляд святого Петра. Высокий, сердитый, он стоял прямо перед ними, нетерпеливо притопывая ногой, обутой в золотую сандалию.

Едва шевеля онемевшим языком, Лилиан подняла руку:

– Приветствуем вас… – Поскольку Петр хранил суровое молчание, она робко добавила:

– Удивительно, мы только что говорили о вас…

Ей показалось, что взгляд Петра стал еще строже.

– То есть я только что сказала Флори, – она незаметно толкнула ногой все еще не решавшуюся подняться подругу, – так вот, я сказала: «Флори! Я готова побиться об заклад, что святой Петр, то есть вы, сэр, непременно будет нас искать, но ни за что не найдет среди этих сталагмитов». Ведь правда? – Теперь, когда дрожащая Флорида стояла рядом, Лили ткнула ее в бок.

Та таращила глаза и молча кивала, подтверждая слова подруги и напоминая сейчас дятла, долбящего неподатливый ствол дерева.

– Однако вам все же удалось нас отыскать! – воскликнула Лили. – Но как?

Святой Петр выразительно подбросил на ладони горсть перьев, выпавших из крыльев Лили:

– Кто-то разнес Врата рая!

– Как? Неужели Жемчужные Врата, ваши любимые Жемчужные Врата кто-то дерзнул… Может, внезапная молния? Заблудившийся астероид? Небесный катаклизм?

Святой Петр заметил, как что-то сверкнуло в волосах Лилиан, быстро протянул руку, а затем в зловещем молчании раскрыл ладонь, продемонстрировав маленький осколок жемчуга.

Заложив руки за спину, Петр расхаживал перед застывшими Лилиан и Флори.

– Ты согрешила уж тем, что помыслила совершить какое-то, пусть самое маленькое чудо. – Он ткнул в Лили пальцем, словно председатель суда присяжных, выносящий обвинительный вердикт. – Вот что ты натворила!

Она кивнула.

Петр остановился, сделал еще один эффектный жест и снова начал ходить, как профессор перед аудиторией.

– Благородное предназначение ангелов – защищать, охранять и воспитывать все человеческое племя, – он остановился напротив Лили, – а вовсе не издеваться над кем-то из этого племени.

– Сэр, дождь, который я хотела вызвать, должен был сослужить добрую службу. Я увидела над Римом зарево пожара и… – Лили подняла на Петра полные слез глаза. – Больше такого не повторится.

Молчание апостола длилось невыносимо долго. Неужели он не поверил? Ведь Лили действительно не хотела принести никому никакого вреда. Такое ей и в голову не приходило! Она смущенно переминалась с ноги на ногу. Пауза слишком затянулась, но ни Лили, ни тем более Флори не решились нарушить глубокомысленного молчания.

Наконец святой Петр глубоко вздохнул, и Лили застыла, готовая выслушать приговор.

– Боюсь, на этот раз я ничем не смогу тебе помочь.

– Совсем ничем? – пролепетала Лили.

– Ничем!

– О нет! – всхлипнула Флори.

Архангелы сочувственно перешептывались. Лили, опустив голову, стояла перед Петром, не находя в себе сил ни пошевелиться, ни сказать что-либо в свое оправдание.

– Пожалуйста, сэр, – взмолилась Флорида, – она же не помышляла ни о чем дурном… Пожалуйста!

Петр покачал головой:

– Я ничем не могу помочь. Существуют незыблемые правила.

Свет померк для бедной Лилиан. Облака, белые и пушистые, казалось, превратились в черные тучи. Затуманенными от слез глазами она огляделась, понимая, что утрачена последняя надежда и у нее нет никаких шансов на снисхождение. Лили ощущала стыд и полную безысходность.

Святой Петр возвышался над ней, как скала:

– Итак… С сегодняшнего дня… – Пока он держал паузу, все – и Флори, и Лили, и архангелы – смотрели на него с открытыми ртами, – ты не имеешь права здесь находиться.

Лилиан медленно подняла голову – перед глазами у нее все поплыло, даже сам Петр казался ей огромным бесформенным пятном. Над ней что-то щелкнуло, и ее золотой нимб погас, как перегоревшая лампочка. Тяжелые крылья отвалились и, курлыча, куда-то умчались.

– А теперь возвращайся назад, на грешную землю! Флори зарыдала.

Петр взмахнул правой рукой:

– Туда, где в назначенный срок собираются падшие ангелы!




Глава 2


Господни ангелы приходят к нам в чужом обличье.

    Джеймс Рассел Лоуэлл

Нью-Йорк, Декабрь 1886 года

Внезапно раздавшийся пронзительный крик все еще звенел у него в ушах.

– Клянусь, мистер Стюарт, она выскочила на дорогу прямо перед самым экипажем.

Взглянув на сбитую женщину, лежащую на обледеневшем булыжнике посреди Мэдисон-авеню, Д.Л.Стюарт опустился перед ней на колени и проверил пульс.

– Улица была совершенно пустынной, сэр, клянусь честью! А потом… Потом она вдруг выросла как из-под земли. Я… я…

– Она жива, Бенни, – успокоил Д.Л. перепуганного кучера и легко поднял пострадавшую на руки. – Придется отнести ее в дом, не оставлять же здесь, на улице. Быстро отправляйся за доктором!

Стюарт широким шагом пересек улицу и пошел по тротуару, освещенному желтым светом газовых фонарей. Его экипаж с грохотом промчался мимо и скрылся в конце улицы – Бенни поехал за врачом. Д.Л. взглянул на женщину, лежавшую у него на руках, – она еще не пришла в себя.

Бледное как мел лицо, очень светлые волосы, струйка быстро запекшейся на холоде крови в углу рта и ссадины на щеках –



Навигация по сайту
Реклама


Читательские рекомендации

Информация